Судья Сильченко А.А. № 33-2213/2023

№ 2 – 275/2023

67RS0008-01-2023-000188-70

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28.08.2023 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего Ивановой М.Ю.,

судей Родионова В.А., Мельничук Е.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Романенковой С.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО «Сбербанк России» о признании пункта 13 и пункта 20 Индивидуальных условий договора потребительского кредита № от <дата> Индивидуальных условий договора выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России» № от <дата> недействительными (ничтожными),

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решениеЯрцевского городского суда Смоленской области от 10.05.2023,

заслушав доклад судьи Ивановой М.Ю., судебная коллегия

установил а:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ПАО «Сбербанк России», просил признать пункт 13 «Условие об уступке кредитором третьим лицам прав (требований) по договору» и пункт 20 «Взыскание задолженности по договору по исполнительной надписи нотариуса» Индивидуальных условий договора потребительского кредита № от <дата> и Индивидуальных условий договора выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России» № <дата> недействительными (ничтожными).

В обоснование исковых требований указывал, что <дата> посредством системы Сбербанк Онлайн между сторонами по делу заключен договор потребительского кредита № (далее- Договор) и договор выпуска и обслуживания кредитной карты № (далее –Договор по карте), состоящие из Общих условий кредитования и Индивидуальных условий договора потребительского кредита, иОбщих условий выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России» и Индивидуальных условий выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России». По условиям ДоговоровБанк предоставил заемщику потребительский кредит 245000 руб. и кредитную карту с возобновляемым лимитом 92000 руб.

Пунктом 13 Индивидуальных условий обоих Договоров установлено право Банка полностью или частично уступить свои права по договору любым третьим лицам, причем необходимая информация об этих третьих лицах Банком не раскрывается, содержание названного пункта не соответствует требованиямп.7 ч.4 ст.9 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», согласно которому согласие на обработку персональных данных должно содержать перечень действий с персональными данными и общее описание используемых оператором способов обработки персональных данных.Кроме того, п.9 ст.5 указанного Закона предусматривает возможность запрета заемщиком уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа), однако оспариваемое условие безальтернативно сформулировано Банком.

Пунктом 20 Индивидуальных условий установлено право Банка взыскать Общую задолженность (за исключением неустойки) на основании исполнительной надписи нотариуса, которое нарушает его права как заемщика на судебную защиту, лишает права оспаривать размер задолженности, которая может возникнуть, и исключает возможность просить при совершении исполнительных действий при исполнении исполнительной надписи нотариуса принять во внимание его имущественное положение.

Считает, что пункт 13 и 20 Индивидуальных условий ущемляют его права заемщика - потребителя финансовых услуг по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, при заключении договора у заемщика отсутствовала возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) и запрета взыскания задолженности по исполнительной надписи нотариуса,поскольку оспариваемые условия были отпечатаны в договоре присоединения в заранее разработанной типовой форме, включение в них каких-то изменений заемщиком исключено, в связи с чем указанные пункты являются ничтожными.

Кроме того, указал, что в досудебном порядке неоднократно <данные изъяты> в Банк с предложением заключить дополнительное соглашение к Договорам о внесении изменений в пункты 13 и 20, изложив п.13 в редакции «Передача прав требования по договору третьим лицам не допускается», а п.20 «не применимо», однако получил отказ, со ссылкой на то, что у Банка нет оснований для удовлетворения его требований, поскольку Договорызаключеныим добровольно на предложенных условиях.

<дата> отправил заявление об отзыве своего согласия о передаче персональных данных третьим лицам, однако Банк <адрес> прислал отказ в принятии в работу данного отзыва, так как по Договорам отсутствует просроченная задолженность. Полагает, что тем самым Банком нарушены требования ст.7 и ст.9 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных», согласно которым операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных; согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным, согласие на обработку персональных данных может быть отозвано субъектом персональных данных, согласно разъяснениям, приведенным в Информационном письме Центрального банка РФ № ИН -06-59/57 и Роскомнадзора № 08ЛА -48666 от 29.07.2021, недопустимо получать согласие на обработку и передачу персональных данных неограниченному (неопределенному) кругу третьих лиц.

При подаче <дата> жалобы в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Смоленской области <дата> получен ответ подтверждающий, что жалоба содержит признаки совершения Банком административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст.14.8 КоАП РФ, рекомендовано обратиться в суд, что он и сделал.

Определением суда от 13.04.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено - Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Смоленской области.

Дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие.

В ранее состоявшихся судебных заседаниях пояснял, что является добросовестным заемщиком Банка, задолженности по кредиту нет, но сложившиеся жизненные обстоятельства: отсутствие постоянной регистрации, проживание в арендованных квартирах, отсутствие ключей от почтового ящика, могут привести к тому, что в случае образования задолженности по кредиту в будущем, Банк не сможет его уведомить письменно о тех или иных вопросах связанных с Договорами, и согласно пункту 20 Индивидуальных условий Договоров обратится к нотариусу за взысканием с него задолженности по исполнительной надписи, либо согласно пункту 13 Индивидуальных условий Договоров уступит свои прав третьим лицам, и что приведет к разглашению его персональных данных.

Представитель Банка по доверенности ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, просила в удовлетворении иска отказать в связи с тем, что до заключения договора у истца была возможность ознакомиться с типовой формой Договоров, так как они находятся в общем доступе в сети «Интернет». Денежные средства Банком на счет истца были зачислены, он ими воспользовался, год оплачивал кредит, т.е. своими конклюдентными действиями выразил согласие с условиями Договоров, с требованием о расторжении не обращался, решил изменить условия Договоров спустя год после их заключения.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Смоленской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.

Решением Ярцевскогогородского суда Смоленской области от 10.05.2023 в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение отменить и принять новое решение об удовлетворении требований, указав, что ответчик не доказал предоставление истцу необходимых пяти дней на ознакомление с Индивидуальными условиями Договоров, подпись в Договорах не может служить безусловным доказательством наличия права выбора условий Договоров, представитель Банка подтвердила, что Индивидуальные условия Договоров корректировке не подлежат. Вопреки выводам суда, учитывая, что истец не имеет постоянного места жительства, соответственно получение корреспонденции явно исключено, просьбы об обмене информации посредством электронной почты Банк игнорирует, предусмотренный порядок обращения за исполнительной надписью нотариуса не обеспечит истцу возможность заблаговременно получить информацию и отстаивать свои права. Суд необоснованно не принял как доказательство заключение Управления Роспотребнадзора, которое установило нарушение прав истца. Суд не учел отзыв истцом согласия на обработку персональных данных, поэтому вывод суда о том, что оспариваемые пункты Индивидуальных условий не нарушают установленных действующим законодательством запретов, основан на неправильном применении норм материального права. Кроме того, суд применил и недействующую редакцию статьи 16 Закона «О защите прав потребителей», в редакции, действующей с 01.09.2022 в п.3 предусмотрен запрет отказывать во внесении изменений в договор в случае правомерного указания потребителем на недопустимые условия договора, ущемляющие права потребителя, в целях исключения таких условий.

В письменных возражения относительно апелляционной жалобы представитель Банка ФИО3 указала, что вынужденный характер заключения договора материалами дела не подтвержден, договоры подписаны истцом с использованием простой электронной подписи, что приравнивается к соблюдению простой письменной формы сделки, Общие условия, тарифы банка, памятка Держателя карты размещены на официальном сайте и истец должен был с ними ознакомится, а в случае неясности каких-либо условий мог получить разъяснения до подписания Договоров, но своим правом не воспользовался, как и правом обратиться к другому кредитору. Суд правильно установил, что оспариваемые условия договоров не ущемляют права истца, как потребителя, соответствуют принципу свободы договора и не нарушают установленных действующим законодательством запретов. Вопреки утверждениям истца истец на этапе заключения Договоровмог передвинуть соответствующих ползунок около опции передачи прав по договору и запретить Банку передавать права (требования) третьим лицам. Ссылки истца на заведомое наличие спора по задолженности и желание истца реализовать свои права на судебную защиту при исполнении исполнительного документа, не являются основанием для признания п.20 Индивидуальных условий недействительными, поскольку при обращении к нотариусу Банк должен будет представить документы, которые не только подтверждают бесспорность требований взыскателя, но и факт предварительного (не менее чем за 14 дней) соответствующего обращения кредитора к заемщику в форме уведомления о наличии задолженности, а для защиты прав на ограничение размера удержаний в счет исполнения исполнительной надписи нотариуса, истец не лишен прав обратиться к судебному приставу в порядке ч.1.1 ст.99 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».Возможность обработки персональных данных и передачи третьим лицам предусмотрена условиями договора, поэтому при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств Банк вправе будет совершать действия, направленные на возврат задолженности, предусмотренные Федеральным законом от 03.07.2016 N 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях».Заключение уполномоченного органа Управления Роспотребнадзора обоснованно не принято судом во внимание, учитывая, что доказательством данный документ не является, о чем прямо указано в п.27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

В дополнениях к возражениям относительно доводов апелляционной жалобы Банк указал, что предметом рассматриваемого иска являлось признание ничтожными п.13 и п.20 Индивидуальных условий, истец не просил признать незаконными действия Банка по обработке персональных данных, поэтому действий истца по отзыву согласия на обработку персональных данных не являются юридически значимыми, так как не влекут признание договора ничтожным. Кроме того, в силу п.2 ст.9 Закона о персональных данных в случае отзыва субъектом согласия на обработку персональных данных оператор вправе продолжить их обрабатывать без согласия, если она необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем, по которому является субъект персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем (ч.1 п.5 ст.6 Закона о персональных данных).В п.19 Индивидуальных условий истец согласился с тем, что Банк имеет право на обработку персональных данных в соответствии с требованиями Закона о персональных данных и в заявлении не запрещал и не отзывал согласие на обработку персональных данных у Банка, указал только о желании отозвать согласие на передачу данных третьим лицам.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в суд апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении не заявляли, сведения об уважительных причинах неявки не представили. Судебная коллегия, учитывая положения статей 167 и 327 ГПК РФ, определила рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ (далее по тексту- ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п.1 ст.16 Закон РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

В соответствии с п.п.1,2 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2).

Согласно п.1, п.2 ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п.2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.2).

В соответствии с частью 1 статьи 12Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по договору потребительского кредита (займа) третьим лицам, если иное не предусмотрено федеральным законом или договором, содержащим условие о запрете уступки, согласованное при его заключении в порядке, установленном названным Законом. При этом заемщик сохраняет в отношении нового кредитора все права, предоставленные ему в отношении первоначального кредитора в соответствии с федеральными законами.

Согласно пункту 13 части 9 статьи 5 Закона о потребительском кредите индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально и включают условия о возможности запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по договору потребительского кредита (займа).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 51 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Таким образом, действующее законодательство не исключает возможность передачи права требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности; такая уступка права допускается, если соответствующее условие предусмотрено договором между кредитной организацией и потребителем и было согласовано сторонами при его заключении.

Следовательно, такое условие должно быть согласовано непосредственно при заключении договора, при этом потребителю должен быть предоставлен выбор - согласиться или запретить уступку прав по договору третьим лицам.

Со вступлением в силу Федерального закона от 03.07.2016 №360-Ф3 «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» у Банка также появилась возможность обращаться к нотариусу за взысканием задолженности по кредитным договорам, если данное условие было согласовано с клиентом Банка.

Действующим законодательством предусмотрена возможность заключения сделок в цифровом формате посредством использования дистанционных каналов обслуживания, при этом выбор формы договора в силу принципа диспозитивности гражданского права определяется по усмотрению сторон, возможность заключения кредитного договора как непосредственно в офисе Банка, так и через систему «Сбербанк Онлайн» не нарушает принцип свободы договора и не относится к условиям, ущемляющим права потребителей.

Судом первой инстанции при рассмотрении дела установлено и подтверждается материалами дела, что <дата> системы «Сбербанк Онлайн» истец заключил Договор потребительского кредита №, и Договор выпуска и обслуживания кредитной карты №, состоящие из Общих условий кредитования и ОУ и Общих условий выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России» и Индивидуальных условий договора потребительского кредита и индивидуальных условий выпуска и обслуживания кредитной карты ПАО «Сбербанк России» соответственно.

Во исполнение условий договора Банк предоставил заемщику потребительский кредит 245000 руб. и кредитную карту с возобновляемым лимитом 92000 руб.

Спустя год <дата> ФИО1 обратился в Банк с заявлением о заключении дополнительных соглашений к Договору потребительского кредита и к Договору карты, с внесением изменений в пункты 13 и 20 Индивидуальных условий (л.д. 35-37).

Банк в заключении дополненных соглашений истцу отказал, поскольку при получении кредита и кредитной карты ФИО1 был ознакомлен с кредитной документацией, добровольно подписал договора, предложенные Банком.

<дата> истец обратился в Банк с досудебной претензией, в которой снова просилвнестиизменения в пункты вышеуказанных договоров (л.д.103-104).

Банк в ответе на претензию указал, что при заключении договоров он был ознакомлен с условиями, принял на себя риски, связанные с исполнением договоров.

Не согласившись с данным отказом, истец обратился с жалобой в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Смоленской области о привлечении ответчика к административной ответственности, допустившего включение в кредитный договор условий ущемляющих его права, как потребителя. Из ответа государственного органа от <дата> № следует, что в действиях ПАО «Сбербанк»имеются признаки административного правонарушения, ответственность за которые предусмотрена ч.2 ст.14.8 КоАП РФ, постановление по делу об административном правонарушении за нарушение законодательства о защите прав потребителей не может быть вынесено, поскольку срок для привлечения ответчика к административной ответственности истек 07.12.2022 (л.д.26-27).

ФИО1 <дата> обратился к Банку с заявлением об отзыве своегосогласия о передаче его персональных данных третьим лицам, на что получил отказ в принятии в обработку данного заявления,так как по кредитам отсутствует просроченная задолженность.

Требуя признания ничтожными пункта 13 и 20 Индивидуальных условий Договоров, истец указывал, что они ущемляют его права заемщика как потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, так как у заемщика отсутствует возможность запрета уступки кредитором третьим лицам прав (требований) по Договору, поскольку включены соответствующие условия в Договоры присоединения в заранее разработанной типовой форме, внесение в них каких-то изменений заемщиком исключено, в связи с чем указанные пункты являются ничтожными.

Банк возражал против удовлетворения иска, поскольку вынужденный характер заключения Договоров материалами дела не подтвержден, Договоры подписаны истцом с использованием простой электронной подписи, что приравнивается к соблюдению простой письменной формы сделки, Общие условия, тарифы банка, памятка Держателя карты размещены на официальном сайте и до заключения договора истец должен был с ними ознакомится, в случае неясности каких-либо условий мог получить разъяснения до подписания Договоров, согласие на обработку и передачу персональных данных истец дал добровольно. Истец выбрал неверный способ защиты права в судебном порядке, так как в своих обращения требовал от Банка изменить условия Индивидуальных условий Договоров и последствием отказа Банка внести изменения считает недействительность ранее согласованных условий, однако в данном случае вправе требовать только изменения или расторжения Договоров в судебном порядке.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.382, 382, 420, абз.1 п.1 ст.421, п.2 ст.428,п.2 434, 160, п.1 ст. 166, п.1 и п.2 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.7, ст.12 Федерального закона от 21.12.2013 N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе), п.1 ст.16 Закона Российской Федерации от 7.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей), ст.1 и 91.1 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» исходил из того, что вынужденный характер заключения ФИО1 07.12.2021 Договора потребительского кредита №14324579 и Договора №40ТКПР21120700110824 от 07.12.2021 на выпуск и обслуживание кредитной СберКарты, невозможности отказа от предлагаемых условий кредитования, как это предусмотрено п.2 ст. 428 ГК РФ, не подтвержден, информация обеспечивающая возможность правильного выбора услуги в части права банка полностью или частично уступать свои права по договору любым третьим лицам, о возможности взыскания задолженности посредством исполнительной надписи нотариуса доведена до сведения истца в полном объеме, в случае несогласия с условиями предоставления кредита ФИО1 вправе был обратиться в другую кредитную организацию, согласование сторонами условий об уступке прав требования и права Банка на взыскание задолженности на основании исполнительной надписи нотариуса соответствует принципу свободы договора и не нарушает установленных действующим законодательством запретов, ипришел к выводу об отсутствии нарушений прав истца

Суд первой инстанции, не принял как доказательство обоснованности требований истца заключение Управления Федеральной службы по надзору в сфере защите прав потребителей и благополучия человека по Смоленской области, согласно которому ПАО «Сбербанк» при кредитовании не представил ФИО1 возможность отказаться от предоставления Банку права на уступку прав требования, на взыскание задолженности по договорам по исполнительной надписи нотариуса, он был вынужден принять все условия договора в целом, отдельного поля для выражения согласия с каждым конкретным пунктом бланки Договоров не содержат; не имел реальной возможности влиять на содержание договора потребительского кредита, в целях получения кредита был вынужден принимать предложенные ему условия, указав, что в случае неясности какого-либо условия в предложенных Банком договорах истец ФИО1 не был лишен возможности получить соответствующие разъяснения до подписания договоров, однако своим правом не воспользовался, ему была предоставлена возможность изучить предоставленные кредитной организацией условия, и в случае несогласия с предложенными условиями он не был лишен возможности отказаться от заключения договоров на указанных в них условиях; обратиться к ответчику с заявлением о предоставлении иного продукта либо обратиться к иному кредитору с целью получения займа на иных, приемлемых для себя условиях.

Отказывая в признании ничтожным п.20 Индивидуальных условий суд также исходил из того, что порядок обращения Банка за совершением исполнительной надписи предусмотрен ст. 91.1 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1), при обращении к нотариусу за совершением исполнительной надписи кредитная организация должна будет представить документы, которые не только подтверждают бесспорность требований взыскателя к должнику, но и факт предварительного (не менее чем за 14 дней до обращения к нотариусу) соответствующего обращения кредитора к заемщику в форме уведомления о наличии задолженности, соответственно предусмотренный порядок позволяет заблаговременно известить заемщика о действиях кредитной организации.

Суд обратил внимание на то, что в течение года истец исполнял кредитныйдоговор, Банк свои права (требования) по кредитным договорам не уступал, к нотариусу не обращался, поэтому положения пунктов 13 и 20 Индивидуальных условий Договора потребительского кредита № от <дата> и Договора № от <дата> на выпуск и обслуживание кредитной СберКарты не нарушают права ФИО1 как потребителя.

Между тем, суждение суда первой инстанции о том, что из текста Индивидуальных условий усматривается предоставление истцу возможности выбора согласия либо запрета уступки прав по договору третьим лицам, отказе от включения условия о взыскании задолженности по исполнительной надписи нотариуса, основано на неполном исследовании обстоятельств дела, поскольку суд не принял во внимание способ заключения договора посредством программы Сбербанк онлайн.

С целью устранить неполноту установления судом обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, суд апелляционной инстанции предложил Банку представить дополнительные доказательства, подтверждающие, что на момент заключения Договоров от <дата> с включением п.13 и 20 в Индивидуальные условия, программа Сбербанк – Онлайн предусматривала возможность активировать опцию о запрете передавать право требования третьим лицам и отказе от включения условия о взыскании задолженности по исполнительной надписи нотариуса, таких доказательств Банк не представил.

Вместе с тем, пунктом 19 Информации об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита, размещенной на сайте www.sberbank.ru, выбор между согласием на уступку прав (требований) и ее запретом осуществляется заемщиком путем своего волеизъявления при заключении договора потребительского кредита. Необходимые консультации по вопросу реализации указанного права заемщик может получить в офисах Банка.

Пункты п.21.1, 21.2 Информации об условиях предоставления, использования и возврата потребительского кредита, заемщик имеет право отказаться от включения условия о взыскании задолженности по Договору по исполнительной надписи нотариуса в текст Договора до его заключения путем подачи в Банк заявления об отказе от включения такого условия в текст Договора в любом подразделении Банка.

Кроме того, Интернет-сайт банка содержат типовую форму Индивидуальных условий, в редакции от 09.07.2020, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений, в пункте 13 которой имеется альтернатива:

«Банк вправе полностью или частично уступить свои права требования задолженности по Договору любым третьим лицам (текст в квадратных скобках печатается при отсутствии запрета Клиента на уступку прав требования Банка)»;

«Банк не вправе полностью или частично уступить свои права требования задолженности по Договору любым третьим лицам (текст в квадратных скобках печатается при наличии запрета Клиента на уступку прав требования Банка)».

В пункте 14 Индивидуальных условий по карте ФИО1 подтверждает, что ознакомлен с содержанием указанных документов, согласен с ними и обязуется их выполнять, в нем же указано, что Общие условия выпуска и обслуживания кредитных карт, Памятка держателя карт ПАО «Сбербанк России», Памятка по безопасности при использовании карт размещены на официальном сайте банка, в подразделениях банка и выдаются банком по требованию клиента.

Следовательно, при заключении договора, в том числе при формировании и распечатке Индивидуальных условий на основе типовой формы, по согласованию с заемщиком в пункте 13 указанных условий фиксируется условие по уступке прав требования в зависимости от выбора (наличие/отсутствие запрета) самого клиента.

Истец на свой риск выбрал способ заключения договора не в офисе Банка, где мог подать заявление о запрете передавать право требования третьим лицам и об отказе от включения условия о взыскании задолженности по Договору по исполнительной надписи нотариус, а через дистанционные каналы обслуживания.

Утверждение истца в апелляционной жалобе о нарушении судом норм материального права ст.16 Закона «О защите прав потребителей»не принимаются во внимание ввиду правовой несостоятельности, поскольку судом первой инстанции правомерно применена редакция п.3 ст.16 Закона «О защите прав потребителей», действовавшая на момент заключения с истцом Договоров от 07.12.2021, и недопустимость условий п.13 и 20 Индивидуальных условий, как ущемляющих права потребителя, не установлена.

В обоснование жалобы истец также указал, что суд не дал оценки его доводам об отзыве им у Банка согласия на передачу персональных данных третьим лицам, в связи с чем применение п.13 и п.20 Индивидуальных условий нарушит его права, предусмотренные Законом «О персональных данных», соответственно данные условия ничтожны, проверяя приведенные доводы, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В развитие названных конституционных положений в целях обеспечения защиты прав и свобод человека и гражданина при обработке его персональных данных, в том числе защиты прав на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, принят Федеральный закон «О персональных данных» от 27.07.2006 N 152-ФЗ, который определяет принципы и условия обработки персональных данных, права субъекта персональных данных, права и обязанности иных участников правоотношений, регулируемых этим законом.

Согласно статье 3 Закона «О персональных данных» персональными данными является любая информация, относящаяся к определенному или определяемому на основании такой информации физическому лицу (субъекту персональных данных), в том числе его фамилия, имя, отчество, год, месяц, дата и место рождения, адрес, семейное, социальное, имущественное положение, образование, профессия, доходы, другая информация.

В соответствии с п.4 ст.9 Закона «О персональных данных» в случаях, предусмотренных федеральным законом, обработка персональных данных осуществляется только с согласия в письменной форме субъекта персональных данных. Равнозначным содержащему собственноручную подпись субъекта персональных данных согласию в письменной форме на бумажном носителе признается согласие в форме электронного документа, подписанного в соответствии с федеральным законом электронной подписью.

В силу части 1 статьи 9 Закона «О персональных данных» субъект персональных данных принимает решение о предоставлении своих персональных данных и дает согласие на их обработку своей волей и в своем интересе, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 указанной статьи. Согласие на обработку персональных данных может быть отозвано субъектом персональных данных.

В случае отзыва субъектом персональных данных согласия на обработку персональных данных оператор вправе продолжить обработку персональных данных без согласия субъекта персональных данных при наличии оснований, указанных в пунктах 2 - 11 части 1 статьи 6, части 2 статьи 10 и части 2 статьи 11 настоящего Федерального закона.

Согласно ч.1 ст.6 Закона «О персональных данных» обработка персональных данных может осуществляться оператором с согласия субъектов персональных данных, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 этой статьи. Согласие субъекта персональных данных, предусмотренное частью 1 этой статьи, не требуется, в частности, в случае, если обработка персональных данных осуществляется на основании федерального закона, устанавливающего ее цель, условия получения персональных данных и круг субъектов, персональные данные которых подлежат обработке, а также определяющего полномочия оператора.

В силу ст. 7 Закона «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, из толкования указанных правовых норм в их системной взаимосвязи следует, что обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных, а без его согласия - в случаях, регламентированных названным законом, истец не может быть ограничен в праве отзыва согласия на обработку его персональных данных любым удобным способом в любой момент, но право на отзыв субъектом персональных данных согласия на обработку персональных данных не является безусловным, особенности обработки персональных без его согласия могут устанавливаться федеральным законом, определяющим цель обработки персональных данных.

Довод банка о том, что право на передачу персональных данных без согласия их субъекта вытекает из положений п.5 ч. 1 ст. 6 Закона о персональных данных, поскольку относиться к исполнению условий договора, суд апелляционной инстанции признает необоснованными.

Согласно указанной норме в редакции Федерального закона от 21.12.2013 N 363-ФЗ, действовавшей до заключения Договоров от 07.12.2021 с ФИО1, обработка персональных данных допускалась в случае, когда она необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект, а также для заключения договора по инициативе субъекта или договора, по которому субъект будет выгодоприобретателем или поручителем.

Возможность заключения договора уступки прав требований и обращение к нотариусу о совершении исполнительной надписи нотариуса не являются действиями сторон по исполнению кредитного договора, по которому ФИО1 является заемщиком, а относятся к совершению действий, направленных на возврат просроченной задолженности, и с очевидностью не могут считаться совершенными по инициативе З.С.НБ.

Кроме того, впоследствии п.5 ч.1 ст.6 Закона о персональных данных был изложен в новой редакции Федерального закона от 03.07.2016 N 231-ФЗ, которая действовала на момент заключения Договоров от 07.12.2021 с ФИО1, из него исключены слова «в том числе в случае реализации оператором своего права на уступку прав (требований) по такому договору».

В соответствии с ч.3 ст.6 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» если иное не предусмотрено федеральным законом, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, не вправе без согласия должника передавать (сообщать) третьим лицам или делать доступными для них сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника.

Между тем, согласно ч.5 ст.6 Федерального закона от 03.07.2016 N 230-ФЗ вне зависимости от наличия согласия должника кредитор вправе передавать сведения, указанные в части 3 настоящей статьи, вне зависимости от наличия согласия должника, при заключении договора и в ходе переговоров о заключении договора, предусматривающего уступку права требования, передачу права требования в залог, осуществление действий, направленных на возврат просроченной задолженности, или наделении соответствующими полномочиями путем выдачи доверенности только в случае, если сведения передаются Центральному банку Российской Федерации (Банку России), государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», единому институту развития в жилищной сфере и его организациям, предусмотренным статьей 3 Федерального закона от 13.07.2015 N 225-ФЗ «О содействии развитию и повышению эффективности управления в жилищной сфере и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», управляющим компаниям инвестиционных фондов, паевых инвестиционных фондов и негосударственных пенсионных фондов, кредитным организациям, специализированным обществам, ипотечным агентам и лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

Не смотря на то, что истец отозвал свое согласие на передачу Банком его персональных данных третьим лицам,Банкв силу вышеуказанного Закона вправе будет при заключении договора и в ходе переговоров о заключении договора, предусматривающего уступку права требования передавать сведения о должнике, просроченной задолженности и ее взыскании и любые другие персональные данные должника, вне зависимости от наличия согласия должника, кредитным организациям, специализированным обществам, ипотечным агентам и лицам, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

Утверждения истца в апелляционной жалобе о том, что условие п.20 нарушает его право на судебную защиту не состоятельно, поскольку исполнительную надпись нотариуса, в случае ее совершения,он вправе будет в силу ст.49 Основ законодательства о нотариате, утвержденных Верховным Советом РФ 11.02.1993 г № 4462-1 оспорить посредством обращения в районный суд по месту нахождения государственной нотариальной конторы (нотариуса, занимающегося частной практикой) с заявлением в порядке особого производства, предусмотренного Главой 37 ГПК РФ.

Ссылки истца в жалобе на то обстоятельство, что суд проигнорировал решение Управления Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций о нарушении банком норм Федерального закона от 27.07.2006 г. N 152-ФЗ «О персональных данных», основанием к отмене решения суда не являются, поскольку акта уполномоченного органа о привлечения Банка к административной ответственности не имеется, а документ, на который ссылается истец, является только письмом по результатам проверки его обращения.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что решение суда первой инстанции по существу является правильным и подоводам апелляционной жалобы отмене либо изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определил а:

решение Ярцевского городского суда Смоленской области от 10.05.2023оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Второй кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного постановления.

Председательствующий

Судьи