Докладчик Юркина И.В. Апел. дело № 33-3261/2021

Судья Филиппов О.А. Гр.дело № 2-5/2022

УИД 21RS0004-01-2019-000723-54

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

26 июля 2023 года г.Чебоксары

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в составе:

председательствующего Юркиной И.В.,

судей Лащеновой Е.В., Степановой Э.А.,

при секретаре судебного заседания Андреевой О.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании в помещении Верховного Суда Чувашской Республики гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании права собственности на земельный участок в порядке наследования, по встречному иску ФИО3 к ФИО2 о признании принявшей наследство, признании права собственности на земельный участок в порядке наследования, поступившее по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 3 февраля 2022 года.

Заслушав доклад председательствующего Юркиной И.В., судебная коллегия

установил а:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании в порядке наследования по завещанию права собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, указав в обоснование заявленных требований следующее.

21 сентября 2008 года после смерти ФИО (отец истца) открылось наследство, в том числе на земельный участок по адресу: <адрес>, принадлежащий наследодателю на основании государственного акта о праве собственности на землю, выданного по решению главы администрации Большеторханского сельского совета Вурнарского района Чувашской Республики от 7 августа 1992 года. При жизни ФИО 23 февраля 1995 года составил завещание, удостоверенное главой администрации Большеторханского сельского совета Вурнарского района Чувашской Республики, которым все свое имущество, в том числе домовладение, находящееся в <адрес>, завещал сыну, то есть истцу ФИО2, который в установленный законом шестимесячный срок со дня смерти наследодателя фактически принял наследство по завещанию, так как вступил во владение наследственным имуществом, произвел в жилом доме ремонт, собрал урожай в огороде, оплатил долги наследодателя. Несмотря на то, что ответчица ФИО3 состояла в браке с ФИО с 21 февраля 1994 года по день его смерти, однако истец полагает, что ФИО3 прав на наследственное имущество не имеет. Согласно выписке из похозяйственной книги спорный земельный участок был предоставлен наследодателю для ведения личного подсобного хозяйства и зарегистрирован за ним 7 августа 1992 года, а брак наследодателя с ФИО3 заключен 21 февраля 1994 года.

Ссылаясь на изложенные обстоятельства и на положения статей 1152, 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец ФИО2 просил признать за ним право собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ФИО2 о признании жилого дома <адрес> совместно нажитым имуществом супругов ФИО и ФИО3; о включении в состав наследства ФИО, умершего 21 сентября 2008 года, 1/2 доли в праве общей долевой собственности на названный жилой дом; о признании принявшей наследство после смерти ФИО, умершего 21 сентября 2008 года; о признании права на 1/2 супружескую долю в праве общей долевой собственности на названный жилой дом и права на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на названный жилой дом в порядке наследования по закону после смерти ФИО, умершего 21 сентября 2008 года, как принадлежавшую ему на праве общей долевой собственности в совместно нажитом имуществе; о признании права собственности на названный земельный участок с кадастровым номером № в порядке наследования по закону после смерти ФИО, умершего 21 сентября 2008 года. В обоснование встречного иска указано, что ФИО3 является наследником первой очереди по закону, поскольку с 21 февраля 1994 года состояла в браке с ФИО В 1994 году на спорном земельном участке за счет общих средств супругов был возведен жилой дом, в котором они в последующем совместно проживали. В шестимесячный срок после смерти мужа ФИО никто из наследников не обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства, наследственное дело нотариусом не заводилось. ФИО3 является единственным наследником по закону, фактически принявшим наследство, так как после смерти мужа она продолжала проживать в жилом доме в <адрес>, обрабатывать земельный участок, принимала меры по сохранению наследственного имущества. ФИО3 указала на несостоятельность доводов истца по первоначальному иску ФИО2 о его фактическом вступлении в наследственные права, поскольку с заявлением о принятии наследства к нотариусу ФИО2 не обращался, дом не ремонтировал, земельный участок не обрабатывал, приезжал в деревню только на похороны и поминки после смерти отца, стал интересоваться спорным домом лишь в 2019 году.

Определением Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 11 сентября 2020 года к производству суда принят встречный иск ФИО3 к ФИО2 в части исковых требований о признании ее принявшей наследство после смерти мужа ФИО, умершего 21 сентября 2008 года, и о признании за ней права собственности на земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> в порядке наследования по закону после смерти ФИО, умершего 21 сентября 2008 года. В принятии встречного иска ФИО3 в остальной части исковых требований отказано.

В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО4 иск поддержали по изложенным в нем основаниям, в удовлетворении встречного иска ФИО3 просили отказать. Истец ФИО2 суду дополнил, что с ФИО3 его отец начал жить с 1994 года, в 1994 году они зарегистрировали брак; на день смерти 21 сентября 2008 года его отец ФИО в доме <адрес> был зарегистрирован один; ФИО3 в данном доме никогда не была зарегистрирована, проживала у своей дочери в пос.Вурнары; после смерти отца осенью он в огороде выкопал морковь, убрал капусту; в конце 2008 года он вместе с сестрой и ФИО89 приезжали в дом отца, где взяли телевизор и подарили другой сестре, а также он забрал из дома принадлежащие наследодателю одежду, документы (пенсионное удостоверение, страховой полис), медаль; впоследствии в течение шести месяцев после смерти отца он с соседями отремонтировал крышу дома, в бане поменял стекло на окне, колодец закрыл на зиму, а в 2010 году поменял стену террасы на металлогофру.

Представитель истца ФИО2 - ФИО4, поддерживая иск и возражая против удовлетворения встречного иска, суду пояснил, что спорный земельный участок не является совместной собственностью супругов И-вых, так как наследодатель ФИО получил земельный участок в 1992 году. Надлежащих доказательств того, что в течение установленного законом шестимесячного срока ФИО3 произвела действия, которые свидетельствуют о принятии наследства, не имеется. Истец ФИО2, напротив, фактически принял наследство, открывшееся после смерти его отца: ФИО2 распорядился документами своего отца, свидетели подтвердили, что в течение шестимесячного срока ФИО2 ремонтировал жилой дом. В части встречного иска просили применить пропуск срока исковой давности.

Ответчица ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

В судебном заседании представитель ответчицы ФИО3 - ФИО5 иск ФИО2 не признала, встречный иск ФИО3 поддержала и суду пояснила, что ФИО3 и ФИО вместе стали проживать с 1989 года, в браке состояли с 21 февраля 1994 года; с момента заключения брака они на спорном земельном участке построили дом, в обустройство которого вкладывали совместные денежные средства. С момента смерти ФИО до 2019 года никто не оспаривал права ФИО3 на спорный земельный участок и жилой дом. После смерти ФИО истец ФИО2 в доме не появлялся, не оплачивал ни одного платежа, дом не ремонтировал, не обрабатывал земельный участок, никакое имущество своего отца не забирал, поскольку ФИО3 постоянно проживала в жилом доме, обрабатывала земельный участок и несла расходы по их содержанию. Лишь в 2014 году, когда стало тяжело проживать одной в доме, ФИО3 переехала жить к дочери.

Третьи лица ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Ранее в судебном заседании 14 августа 2020 года третье лицо ФИО7 иск ФИО2 поддержала и суду пояснила, что после смерти отца брат ФИО2 отремонтировал стену крыльца, которую разобрали, чтобы вынести гроб из дома; 25 сентября 2008 года из дома отца своей сестре ФИО1 они отдали телевизор; в декабре 2008 года брат ФИО2 и ФИО79 обшили террасу дома гофралистами.

Третьи лица администрация Большеторханского сельского поселения Вурнарского района Чувашской Республики, администрация Вурнарского района Чувашской Республики в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Решением Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 3 февраля 2022 года иск ФИО2 удовлетворен. За ФИО2 в порядке наследования по завещанию признано право собственности на земельный участок с кадастровым номером № по адресу: Чувашская Республика, Вурнарский район, <адрес>. В удовлетворении встречного иска ФИО3 отказано. С ФИО3 в пользу ФИО2 в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины взыскано 3807 руб.

Не согласившись с решением суда, ответчица ФИО3 подала апелляционную жалобу на предмет его отмены по мотиву незаконности и необоснованности и принятия нового решения об отказе в удовлетворении иска ФИО2 и удовлетворении встречного иска ФИО3 Доводы апелляционной жалобы, в основном, повторяют доводы встречного искового заявления. Кроме того, в апелляционной жалобе указано, что судом не было учтено, что на спорном земельном участке расположен жилой дом, построенный в период брака с наследодателем ФИО, в связи с чем определение суда от 11 сентября 2020 года об отказе в принятии части встречных исковых требований является незаконным. Судом первой инстанции необоснованно не приняты во внимание доводы ФИО3 о том, что она в установленный законом шестимесячный срок после открытия наследства фактически приняла наследство мужа в виде 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и расположенный на нем жилой дом, тогда как представленные истцом доказательства не подтверждают фактическое принятие им наследства после смерти ФИО

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 30 мая 2022 года решение Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 3 февраля 2022 года отменено и по делу принято новое решение. Иск ФИО2 и встречный иск ФИО3 удовлетворены частично. За ФИО2 и ФИО3 признано право собственности за каждым по 1/2 доле в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № по адресу: Чувашская Республика, Вурнарский район, <адрес> в порядке наследования по закону. В удовлетворении остальной части иска ФИО2 и ФИО3 отказано. С ФИО2 в пользу ФИО3 взысканы расходы по проведению экспертизы в размере 6000 руб. В остальной части апелляционная жалоба ФИО3 оставлена без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27 октября 2022 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 30 мая 2022 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2 – без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30 мая 2023 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 30 мая 2022 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27 октября 2022 года отменены; дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 – ФИО4 в удовлетворении апелляционной жалобы просил отказать.

Истец ФИО2, ответчица ФИО3 и ее представитель ФИО5, третьи лица ФИО6 и ФИО7 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Протокольным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 26 июля 2023 года произведено процессуальное правопреемство, третьи лица администрация Большеторханского сельского поселения Вурнарского района Чувашской Республики и администрация Вурнарского района Чувашской Республики заменены правопреемником администрацией Вурнарского муниципального округа Чувашской Республики.

Представитель третьего лица администрации Вурнарского муниципального округа Чувашской Республики в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в письменном заявлении изложена просьба о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является преградой для рассмотрения судом дела по существу.

При таком положении судебная коллегия на основании статьи 167, части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных о месте и времени рассмотрения дела.

Проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы, выслушав объяснения явившегося в судебное заседание представителя истца ФИО4, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО и ФИО3 состояли в браке с 21 февраля 1994 года.

Решением главы Большеторханского сельского Совета Вурнарского района Чувашской Республики от 7 августа 1992 года № ФИО предоставлен в собственность земельный участок площадью 0,37 га для ведения личного подсобного хозяйства.

Из государственного акта на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей следует, что данный государственный акт выдан ФИО, проживающему в <адрес>, в том, что ему решением главы Большеторханского сельского Совета Вурнарского района Чувашской Республики от 7 августа 1992 года № предоставлен в собственность земельный участок площадью 0,37 га для ведения личного подсобного хозяйства.

Согласно выписке администрации Большеторханского сельского поселения Вурнарского района Чувашской Республики из похозяйственной книги от 31 октября 2019 года ФИО на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером № площадью 3700 кв.м по адресу: <адрес>.

На указанном земельном участке расположены жилой бревенчатый дом с пристроем и иные хозяйственные постройки.

23 февраля 1995 года ФИО составил завещание, согласно которому все свое имущество, которое ко дню смерти окажется ему принадлежащим, в том числе домовладение, находящееся в д<адрес>, завещал своему сыну ФИО2

Указанное завещание ФИО, удостоверенное главой администрации Большеторханского сельского совета Вурнарского района Чувашской Республики и зарегистрированное в реестре за № от 23 февраля 1995 года, при жизни завещателя не изменено и не отменено.

21 сентября 2008 года ФИО умер.

Из материалов дела усматривается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, что наследниками первой очереди по закону после смерти ФИО являются его сын ФИО2, дочери ФИО6, ФИО7 и жена ФИО3 Указанные наследники в установленный статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации шестимесячный срок со дня открытия наследства к нотариусу с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО не обращались, наследственное дело нотариусом не заводилось.

Разрешая спор по существу и удовлетворяя заявленные ФИО2 требования о признании за ним в порядке наследования по завещанию права собственности на спорный земельный участок, суд первой инстанции исходил из доказанности обстоятельств фактического принятия наследства наследником по завещанию в установленный законом шестимесячный срок со дня открытия наследства, поскольку ФИО2 обрабатывал земельный участок, за свой счет произвел расходы на содержание наследственного имущества, оплатил долги наследодателя, обратил в свою собственность личные вещи и документы наследодателя. Ссылаясь на фактическое принятие наследства наследником по завещанию ФИО2, суд первой инстанции отказал в удовлетворении встречного иска супруге наследодателя ФИО3, являющейся наследником первой очереди по закону, поскольку в данном случае имеет место наследование по завещанию, а ФИО3 не могла фактически принять наследство ФИО по закону.

В апелляционной жалобе ответчица ФИО3 указала, что она в установленный законом шестимесячный срок с момента открытия наследства фактически приняла наследственное имущество, оставшееся после смерти мужа, в виде 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок и расположенный на нем жилой дом, тогда как представленные истцом доказательства не подтверждают фактическое принятие им наследства после смерти ФИО

Проверяя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора.

Пунктом 1 статьи 1124 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. Удостоверение завещания другими лицами допускается в случаях, предусмотренных пунктом 7 статьи 1125, статьей 1127 и пунктом 2 статьи 1128 настоящего Кодекса.

В соответствии с частью 4 статьи 1, статьей 37 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года № 4462-1 (в редакции, действовавшей на период удостоверения завещания 23 февраля 1995 года) в случае отсутствия в населенном пункте нотариуса отдельные виды нотариальных действий (в том числе удостоверение завещаний) вправе совершать глава местной администрации поселения и специально уполномоченное должностное лицо местного самоуправления.

Права должностных лиц органов местного самоуправления на совершение нотариальных действий были прямо закреплены в пункте 10 статьи 54 Федерального закона «О местном самоуправлении в Российской Федерации», действовавшего на период удостоверения завещания 23 февраля 1995 года, где устанавливались полномочия поселковой, сельской администрации на совершение в соответствии с законодательством нотариальных действий.

Из материалов дела усматривается, что завещание ФИО от 23 февраля 1995 года удостоверено главой Большеторханского сельского совета Вурнарского района Чувашской Республики в соответствии со статьей 37 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 года № 4462-1 и зарегистрировано в реестре за № 5 от 23 февраля 1995 года. Сведений о том, что данное завещание изменено, отменено при жизни завещателя и оспорено заинтересованными лицами в судебном порядке, в деле не имеется. При таком положении завещание ФИО от 23 февраля 1995 года порождает правовые последствия после открытия наследства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации при призвании наследника к наследованию одновременно по нескольким основаниям, в частности по завещанию и по закону, наследник может принять наследство, причитающееся ему по одному из этих оснований, по нескольким из них или по всем основаниям.

В рассматриваемом случае истец ФИО2 является одновременно наследником по закону и по завещанию, соответственно, ему принадлежит право на определение основания принятия им наследства по закону либо по завещанию. Из содержания искового заявления следует, что ФИО2 заявлено о фактическом принятии наследства и о признании за ним права собственности на спорный земельный участок в порядке наследования по завещанию.

На момент открытия наследства 21 сентября 2008 года супруга наследодателя ФИО - ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являлась нетрудоспособной в силу возраста и имела право на получение обязательной доли в наследстве независимо от содержания завещания.

Согласно статье 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве.

В силу пункта 1 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 данного кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля).

В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» правила о размере обязательной доли в наследстве, установленные частью третьей Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются к завещаниям, совершенным после 1 марта 2002 года.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», к завещаниям, совершенным до 1 марта 2002 года, применяются правила об обязательной доле, установленные статьей 535 Гражданского кодекса РСФСР.

Учитывая, что завещание составлено ФИО в 1995 году, то при определении размера обязательной доли наследников его имущества следует руководствоваться статьей 535 Гражданского кодекса РСФСР, которой установлено, что несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя (в том числе усыновленные), а также нетрудоспособные супруг, родители (усыновители) и иждивенцы умершего наследуют, независимо от содержания завещания, не менее двух третей доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля).

Таким образом, при определении размера обязательной доли в наследстве учету подлежат все наследники по закону, которые могли быть призваны к наследованию. С учетом того, что у наследодателя ФИО, умершего 21 сентября 2008 года, имелось четыре наследника первой очереди по закону (трое детей и супруга), соответственно, размер обязательной доли в наследственном имуществе составляет не менее двух третей доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону и в рассматриваемом случае составляет 1/6 долю от наследственного имущества.

Отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики от 30 мая 2022 года и определение судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 27 октября 2022 года, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации указала, что поскольку истец ФИО2 является наследником по завещанию, а ответчица ФИО3 является нетрудоспособной супругой наследодателя, имеющей право на обязательную долю в наследстве, то в рассматриваемой ситуации юридически значимым являлось установление обстоятельств по фактическому принятию наследства в отношении каждого из указанных наследников в соответствии с пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации в шестимесячный срок со дня открытия наследства.

Выполняя указания судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, проверяя доводы апелляционной жалобы ФИО3 о фактическом принятии ею наследства после смерти супруга и об отсутствии в деле доказательств фактического принятия ФИО2 наследства, судебная коллегия приходит к следующему.

В статье 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что для приобретения наследства наследник должен его принять (пункт 1). Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось (пункт 2). Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации (пункт 4).

В соответствии со статьей 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (пункт 1). Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства (пункт 2).

В пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу. В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 Гражданского кодекса Российской Федерации, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие совместного с наследодателем права общей собственности на имущество, доля в праве на которое входит в состав наследства, само по себе не свидетельствует о фактическом принятии наследства. В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы. При отсутствии у наследника возможности представить документы, содержащие сведения об обстоятельствах, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, судом может быть установлен факт принятия наследства, а при наличии спора соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Согласно пункту 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Обращаясь в суд с иском, ФИО2 указал на фактическое принятие им наследства, открывшегося в связи со смертью ФИО

Проанализировав представленные истцом ФИО2 доказательства (пенсионное удостоверение, страховой полис ОМС, удостоверение ударника коммунистического труда, аттестаты, удостоверение проводника груза, выданные на имя наследодателя), пояснения третьего лица ФИО7, показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО84., которые подтвердили, что в 2008 году после смерти наследодателя истец работал по хозяйству и производил текущий ремонт дома, строений, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец ФИО2 фактически принял наследство после смерти своего отца ФИО, поскольку совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства: вступил во владение наследственным имуществом и пользовался им, ремонтировал дом и надворные постройки в хозяйстве наследодателя, принял меры по сохранению наследственного имущества, оплатил долги наследодателя, вернув ФИО85 взятые наследодателем при жизни денежные средства, взял на хранение личные документы наследодателя.

Судебная коллегия соглашается с приведенным выводом суда первой инстанции, поскольку он соответствует установленным по делу обстоятельствам и требованиям действующего законодательства.

Ссылка в апелляционной жалобе ФИО3 на несостоятельность доводов истца ФИО2 о фактическом принятии наследства судебной коллегией отклоняется, поскольку доказательств обратного ответчицей ФИО3 не представлено.

Вместе с тем судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы ФИО3 о том, что она фактически приняла наследство после смерти супруга ФИО, заслуживают внимания.

Ответчицей ФИО3 представлены квитанции об оплате ею расходов по электроэнергии, за газ, налогов на недвижимость в шестимесячный срок после смерти наследодателя ФИО в период с 21 сентября 2008 года по 21 марта 2009 года, а именно квитанция от имени наследодателя ФИО от 28 января 2009 года об оплате расходов за электроэнергию дома в размере 107 руб. 44 коп. и квитанция от имени наследодателя ФИО от 17 марта 2009 года об оплате расходов за электроэнергию дома в размере 43 руб. 52 коп. (л.д. 214 том № 1); квитанция от 4 октября 2008 года об оплате от имени наследодателя налога в размере 70 руб. 04 коп. (л.д. 216 том № 1, л.д. 115-117 том № 2), квитанция от 28 ноября 2008 года об оплате от имени наследодателя расходов за электроэнергию в размере 110 руб. (л.д. 217 том № 1).

Кроме того, допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции свидетели ФИО86. подтвердили, что после смерти супруга ФИО ответчица ФИО3 продолжала жить в жилом доме наследодателя.

Принимая во внимание, что представленные в дело доказательства подтверждают, что ФИО3 в установленный законом шестимесячный срок приняла наследство после смерти наследодателя ФИО путем фактического вступления во владение и пользование наследственным имуществом, при этом истец ФИО2 в опровержение данного обстоятельства каких-либо доказательств не представил, судебная коллегия полагает, что у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении встречного иска ФИО3

Заявленный в суде апелляционной инстанции представителем истца ФИО4 довод о пропуске срока исковой давности по встречному иску ФИО3 судебная коллегия отклоняет, поскольку с учетом доказанности фактического принятия ФИО3 наследства, оставшегося после смерти ФИО, в установленный законом шестимесячный срок и принадлежности в связи с этим ФИО3 наследственного имущества со дня открытия наследства, то есть с 21 сентября 2008 года, обращение со встречным иском о признании права собственности лишь в 2020 году не свидетельствует о пропуске срока исковой давности ввиду направленности такого обращения лишь для реализации ее прав как наследника по регистрации права собственности на спорное имущество.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 о том, что суд первой инстанции неправомерно отказал в принятии встречного иска в части требований, касающихся жилого дома, судебная коллегия во внимание не принимает, поскольку ФИО3 не лишена права обратиться в суд с самостоятельными исковыми требования, в принятии которых было отказано, в целях защиты нарушенного своего права.

Установив, что истец ФИО2 и ответчица ФИО3 фактически приняли наследство, открывшееся после смерти ФИО, при этом истец ФИО2 является наследником по завещанию, а ответчица ФИО3 является нетрудоспособной супругой наследодателя, имеющей право на обязательную долю в наследстве, судебная коллегия полагает, что доли сторон в наследственном имуществе в виде спорного земельного участка должны быть определены с учетом положений статьи 8 Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» и статьи 535 Гражданского кодекса РСФСР.

Определяя доли сторон в наследственном имуществе, судебная коллегия исходит из того, что спорный земельный участок является личной собственностью наследодателя в связи с его предоставлением до регистрации брака между ФИО и ФИО3, поэтому ФИО3 при отсутствии завещания полагалась бы 1/4 доля спорного земельного участка (при наличии четырех наследников), следовательно, предусмотренные статьей 535 Гражданского кодекса Российской Федерации 2/3 доли должны определяться из 1/4 доли, что составляет 1/6 доли.

Таким образом, доля ФИО3 в спорном земельном участке составляет 1/6, а доля ФИО2 составляет 5/6.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции нельзя признать законным и обоснованным, оно подлежит отмене с вынесением нового решения о признании за ФИО2 права собственности на 5/6 доли в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок в порядке наследования по завещанию и о признании за ФИО3 права собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок в порядке наследования по закону, отказав в удовлетворении исковых требований ФИО2 и ФИО3 о признании права собственности на земельный участок в большем размере.

Из материалов дела следует, что ответчицей ФИО3 понесены расходы в размере 12000 руб. в связи с проведением судебной экспертизы (л.д. 38 том № 2), которая подтвердила доводы ФИО3 о необоснованности письменного доказательства, представленного истцом ФИО2, в связи с чем в порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом пропорционального размера удовлетворенных исковых требований с ФИО2 в пользу ФИО3 подлежат взысканию расходы за проведение судебной экспертизы в размере 2000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО3 также заявлено требование об отмене определения Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 11 сентября 2020 года в части отказа в принятии встречного иска.

В соответствии с частью 1 статьи 331 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определения суда первой инстанции могут быть обжалованы в суд апелляционной инстанции отдельно от решения суда сторонами и другими лицами, участвующими в деле (частная жалоба), а прокурором может быть принесено представление в случае, если: 1) это предусмотрено настоящим Кодексом; 2) определение суда исключает возможность дальнейшего движения дела.

Определение суда об отказе в принятии части встречных исковых требований не подлежит обжалованию, поскольку оно не исключает возможность дальнейшего движения дела, в связи с чем такое определение не подлежит проверке в апелляционном порядке.

В абзаце третьем пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при подаче апелляционных жалобы, представления на судебное постановление, не подлежащее обжалованию в порядке апелляционного производства, суд апелляционной инстанции на основании части 4 статьи 1, пункта 1 части 1 статьи 134 и абзаца второго статьи 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прекращает производство по апелляционным жалобе, представлению.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что апелляционное производство по изложенному в апелляционной жалобе ФИО3 требованию об отмене определения суда в части отказа в принятии встречного иска подлежит прекращению.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представителем истца ФИО4 представлено письменное заявление о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО2 расходов на оплату услуг представителя в размере 80000 руб. и расходов по оплате проездных документов в размере 11491 руб. 60 коп., понесенных в связи с рассмотрением Верховным Судом Российской Федерации кассационной жалобы истца ФИО2

В обоснование понесенных ФИО2 расходов представлены: 1) договор от 10 февраля 2023 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2, по подготовке кассационной жалобы в Верховный Суд Российской Федерации и участию в связи с этим в Верховном Суде Российской Федерации, за что ФИО2 уплатил ФИО4 вознаграждение в размере 80000 руб.; 2) проездные билеты в направлении «<адрес>» и «<адрес>» на сумму 11271 руб. 60 коп.

Представленные в обоснование транспортных расходов копии четырех проездных билетов «Единый, 1 поездка» судебная коллегия во внимание не принимает в связи с непредставлением сведений об их стоимости.

Из положений статей 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела; к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на проезд сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу изложенной правовой нормы разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела.

При этом обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, основным критерием размера оплаты труда представителя согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является разумность суммы оплаты, которая предполагает, что размер возмещения стороне расходов должен быть соотносим с объемом защищаемого права.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Применительно к вопросу о возмещении стороне, в пользу которой состоялось решение суда, расходов на оплату услуг представителя с противной стороны, вышеназванная норма означает, что, обращаясь с заявлением о взыскании судебных расходов, указанное лицо должно представить доказательства, подтверждающие факт несения данных расходов в заявленной к возмещению сумме, то есть осуществления этих платежей своему представителю. Данный вывод основан также на положении статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой возмещению подлежат только фактически понесенные судебные расходы.

Другая сторона обладает правом заявить о чрезмерности требуемой суммы, разумности размера понесенных заявителем расходов применительно к соответствующей категории дел с учетом оценки, в частности, объема и сложности выполненной представителем работы, времени, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, продолжительности рассмотрения дела, стоимости оплаты услуг адвокатов по аналогичным делам.

При этом процессуальное законодательство не ограничивает право суда на оценку представленных сторонами доказательств в рамках требований о возмещении судебных издержек в соответствии с частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», на судебные расходы на оплату услуг представителя распространяется принцип пропорциональности возмещения судебных расходов.

Так, в соответствии с указанным пунктом при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов.

Следовательно, присуждая стороне расходы на оплату услуг представителя, суд сначала определяет размер расходов с учетом требований разумности и справедливости, а затем взыскивает их с учетом принципа пропорциональности.

Принимая во внимание характер спора, который не относится к категории сложных, и объем оказанных ФИО2 юридических услуг (составление кассационной жалобы в Верховный Суд Российской Федерации, участие представителя в Верховном Суде Российской Федерации), судебная коллегия признает соответствующей принципам разумности и справедливости сумму расходов на оплату юридических услуг в размере 20000 руб.

Поскольку иск ФИО2 удовлетворен частично, с ФИО3 в пользу ФИО2 подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя в размере 16666 руб. 66 коп. (20000 руб. : 6 х 5) и расходы по оплате проездных документов в размере 9393 руб. (11271 руб. 60 коп. : 6 х 5).

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определил а:

решение Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 3 февраля 2022 года отменить и принять по делу новое решение.

Признать за ФИО2 (паспорт № выдан <данные изъяты> 28 мая 2014 года) право собственности на 5/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 3700 кв.м с кадастровым номером № с установленным местоположением относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <адрес>, в порядке наследования по завещанию, отказав в удовлетворении требования о признании права собственности на данный земельный участок в большем размере.

Признать за ФИО3 (паспорт № выдан <данные изъяты> 30 октября 2002 года) право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 3700 кв.м с кадастровым номером № с установленным местоположением относительно ориентира, расположенного в границах участка, почтовый адрес ориентира: <адрес>, в порядке наследования по закону, отказав в удовлетворении встречного требования о признании права собственности на данный земельный участок в большем размере.

Взыскать с ФИО2 (паспорт № выдан <данные изъяты> 28 мая 2014 года) в пользу ФИО3 (паспорт № выдан <данные изъяты> 30 октября 2002 года) расходы за проведение судебной экспертизы в размере 2000 руб. (две тысячи руб.).

Взыскать с ФИО3 (паспорт № выдан <данные изъяты> 30 октября 2002 года) в пользу ФИО2 (паспорт № выдан <данные изъяты> 28 мая 2014 года) расходы на оплату услуг представителя за участие в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации в размере 16666 руб. 66 коп. (шестнадцать тысяч шестьсот шестьдесят шесть руб. 66 коп.) и расходы по оплате проездных документов в размере 9393 руб. (девять тысяч триста девяносто три руб.), отказав во взыскании остальной части расходов.

Апелляционное производство по изложенному в апелляционной жалобе ФИО3 требованию об отмене определения Вурнарского районного суда Чувашской Республики от 11 сентября 2020 года в части отказа в принятии встречного иска прекратить.

В остальной части апелляционную жалобу ФИО3 оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г.Самара) через суд первой инстанции в течение трех месяцев.

Председательствующий И.В. Юркина

Судьи Е.В. Лащенова

Э.А. Степанова

Мотивированное апелляционное определение составлено 4 августа 2023 г.