Решение по делу № 2-1255/2023 от 09.03.2023 - о взыскании единовременной выплаты, компенсации морального вреда и судебных расходов, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации.

УИД 86RS0002-01-2022-011769-74

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 марта 2023 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Латынцева А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Колесниковой А.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1255/2023 по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим», обществу с ограниченной ответственностью «РН-Бурение», обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис», публичному акционерному обществу «Сургутнефтегаз», акционерному обществу «ИНКОМ-нефть» о взыскании единовременной выплаты, компенсации морального вреда и судебных расходов, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, мотивируя требования тем, что в период с 1995 года по 2021 год осуществлял трудовую деятельность на предприятиях ответчиков, в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных факторов. Впоследствии у него выявлено профессиональное заболевание, установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30 процентов. В связи с тем, что работодатели не обеспечили безопасность и надлежащие условия труда, что послужило возникновением профессионального заболевания, ему причинен моральный вред. Кроме того, АО «Самотлорнефтепромхим» не выплачена компенсационная выплата, предусмотренная Отраслевым соглашением по организациям нефтяной, газовой отраслей промышленности и строительства объектов нефтегазового комплекса Российской Федерации на 2020-2022 годы (далее - Отраслевое соглашение). В связи с чем, просит взыскать с АО «Самотлорнефтепромхим» единовременную выплату возмещения вреда, причиненного в результате профессионального заболевания в размере 609 060 рублей, взыскать солидарно с АО «Самотлорнефтепромхим», ООО «РН-Бурение», ООО«РН-Сервис», ПАО «Сургутнефтегаз», АО «ИНКОМнефть» компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, а также расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей.

Впоследствии ФИО1 уточнил исковые требования, окончательно просил взыскать: с АО «Самотлорнефтепромхим» единовременную выплату возмещения вреда, причиненного в результате профессионального заболевания, в размере 609 060 рублей и компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей; с ООО «РН-Бурение» компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей; с ООО «РН-Сервис» компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей; с ПАО «Сургутнефтегаз» компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей; с АО «ИНКОМнефть» компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца Салимов П.С. в судебном заседании на уточненных исковых требования настаивал в полном объеме.

Представитель ответчика АО «Самотлорнефтепромхим» ФИО2 в судебном заседании просила в иске отказать, указывая на незначительный период работы истца на предприятии ответчика, а также возникновение профессионального заболевания до трудоустройства в АО «Самотлорнефтепромхим». Также полагала, что отсутствуют основания для взыскания компенсационной выплаты по Отраслевому соглашению, в связи с отказом ответчика от присоединения к указанному соглашению.

Представитель ответчика ООО «РН-Бурение» ФИО3 в судебном заседании просила в иске отказать, требования о взыскании компенсации морального вреда считают завышенными, также истцом не доказаны моральные и нравственные страдания. В период работы истца на их предприятии не выявлено противопоказаний по медицинской части. Установленные у истца заболевания получены в период работы на других предприятиях.

Представитель ответчика ООО «РН-Сервис» ФИО4 в судебном заседании просила в удовлетворении иска отказать, полагает, что отсутствуют доказательства причинения истцу в период работы на их предприятии вреда здоровью, также просила учесть, что ООО «РН-Сервис» предпринимало меры по урегулированию спора мирным путем, но ответчик отказался, в случае удовлетворения исковых требований, просила взыскать размер компенсации морального вреда не более 100 000 рублей.

Представитель ответчика ПАО «Сургутнефтегаз» ФИО5 в судебном заседании возражала против исковых требований, ввиду отсутствия причинно следственной связи между действиями предприятия и причиненным истцу вредом.

Представитель ответчика АО «ИНКОМнефть» ФИО6 в судебном заседании возражал против заявленных требований, учитывая, что истец работал не значительный период, основания для компенсации морального вреда отсутствуют. Кроме того, сумма компенсации морального вреда чрезмерно завышена.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерства труда и социальной защиты РФ в судебное заседание не явился о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя Минтруда РФ.

В силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковое заявление подлежит удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, подтверждено материалами дела и не оспаривется сторонами, что ФИО1 работал в следующие периоды: с <дата> по <дата> (4 месяца 16 дней) в ОАО «ИНКОМнефть» машинистом подъемника на подземной и капительном ремонте нефтяных скважин цеха спецтехники и технологического транспорта; с <дата> по <дата> (10 лет) в ООО «Черногорнефтесервис» (после реорганизации ООО «РН-Сервис») машинистом подъемника 6 разряда в цехе технологического транспорта; с <дата> по <дата> (11 месяцев 17 дней) в ООО «Нижневартовское предприятие по ремонту скважин-1» (правопреемником которого является ООО «РН-Бурение») машинистом подъемника 6 разряда; с <дата> по <дата> (6 месяцев 15 дней) в ООО «РН-Бурение» машинистом подъемника 6 разряда; с <дата> по <дата> (1 год 10 месяцев) в ООО «РН-Сервис» машинистом подъемника 6 разряда в цехе; с <дата> по <дата> (1 год 2 месяца) в ПАО «Сургутнефтегаз» машинистом подъемника 6 разряда в автоколонне № основного производства базы производственного обслуживания по вахтовому методу организации работ; с <дата> по <дата> (1 месяц 29 дней) и с <дата> по <дата> (6 месяцев 19 дней) в АО «Самотлорнефтепромхим» машинистом подъемника 6 разряда.

В части требования о взыскании единовременной выплаты, предусмотренной Отраслевым соглашением, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Согласно п. 1.2 Отраслевого соглашения по организациям нефтяной, газовой отраслей промышленности и строительства объектов нефтегазового комплекса Российской Федерации на 2020 - 2022 годы, названное соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном отраслевом уровне социального партнерства в пределах их компетенции.

Соглашение действует в организациях, осуществляющих деятельность в газовой и нефтяной отраслях: добыче нефти и газа, нефтяном и газовом строительстве, нефтяной и газовой переработке, нефтепродуктообеспечении, нефтяной и газовой химии, нефтяном, нефтепродуктовом и газовом трубопроводном транспорте, газификации и эксплуатации газового хозяйства, транспортировке и реализации сжиженного газа, геологической разведке месторождений углеводородов, переработке продукции нефтегазохимии, нефтяном и газовом машиностроении, а также оказывающих им сервисные, транспортные, научные либо проектные услуги (далее - организации, работодатели). Соглашение распространяется на организации, в которых указанные виды деятельности являются основными.

Соглашение действует в отношении: всех работодателей, являющихся членами Объединения работодателей, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в Объединение работодателей; работодателей, не являющихся членами Объединения работодателей, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить Соглашение либо присоединились к Соглашению после его заключения; работодателей, осуществляющих деятельность в соответствующих отрасли, виде деятельности, не представивших в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к Соглашению в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, мотивированный письменный отказ присоединиться к нему; всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в настоящем пункте.

Работодатели, присоединяющиеся к Соглашению после его заключения, вправе до принятия такого решения обратиться к сторонам Соглашения с мотивированным предложением о временном приостановлении действия отдельных положений Соглашения в порядке, предусмотренном пунктом 17.5 Соглашения.

Пунктом 6.1.1. предусмотрена единовременная денежная выплата для возмещения вреда, причиненного работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, в зависимости от тяжести причиненного вреда (по одному из оснований), рассчитанную исходя из величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации на дату выплаты при получении профессионального заболевание, не повлекшего установление инвалидности – не менее 30 величин.

В соответствии со статьей 48 Трудового кодекса Российской Федерации если работодатели, осуществляющие деятельность в соответствующей отрасли, в течение 30 календарных дней со дня официального опубликования предложения о присоединении к соглашению не представили в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, мотивированный письменный отказ присоединиться к нему, то соглашение считается распространенным на этих работодателей со дня официального опубликования этого предложения. К указанному отказу должен быть приложен протокол консультаций работодателя с выборным органом первичной профсоюзной организации, объединяющей работников данного работодателя (часть 9).

В соответствии с ответом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от <дата> № отказ АО «Самотлорнефтепромхим» от присоединения к Отраслевому соглашению поступил в Минтруд письмом от <дата> № с приложением протокола № совместного заседания работодателя АО «Самотлорнефтепромхим» и представителей работников.

В соответствии со статьей 370 Трудового кодекса Российской Федерации профессиональные союзы имеют право на осуществление контроля за соблюдением работодателями и их представителями трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, выполнением ими условий коллективных договоров, соглашений.

Из материалов дела следует, что в АО «Самотлорнефтепромхим» отсутствует первичная профсоюзная организация. Данный факт не оспаривался лицами, участвующими в деле.

В соответствии со статьей 31 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, когда работники данного работодателя не объединены в какие-либо первичные профсоюзные организации или ни одна из имеющихся первичных профсоюзных организаций не объединяет более половины работников данного работодателя и не уполномочена в порядке, установленном настоящим Кодексом, представлять интересы всех работников в социальном партнерстве на локальном уровне, на общем собрании (конференции) работников для осуществления указанных полномочий <данные изъяты> голосованием может быть избран из числа работников иной представитель (представительный орган).

Если ни одна из первичных профсоюзных организаций или в совокупности первичные профсоюзные организации, пожелавшие создать единый представительный орган, не объединяют более половины работников данного работодателя, то общее собрание (конференция) работников <данные изъяты> голосованием может определить ту первичную профсоюзную организацию, которой при согласии ее выборного органа поручается направить работодателю (его представителю) предложение о начале коллективных переговоров от имени всех работников. В случаях, когда такая первичная профсоюзная организация не определена или работники данного работодателя не объединены в какие-либо первичные профсоюзные организации, общее собрание (конференция) работников <данные изъяты> голосованием может избрать из числа работников иного представителя (представительный орган) и наделить его соответствующими полномочиями (ч. 4 ст. 37 ТК РФ).

В связи с отсутствием первичной профсоюзной организации, к письму АО «Самотлорнефтепромхим» об отказе от присоединения к отраслевому соглашению приложен Протокол совместного заседания работодателя - АО «Самотлорнефтепромхим» и представителей работников от <дата> №.

Согласно указанному протоколу на заседании присутствовали представители работников АО «Самотлорнефтепромхим» ФИО7 и ФИО8, которые пояснили, что считают необходимым отказаться от присоединения к отраслевому соглашению.

По смыслу закона, решение общего собрания трудового коллектива об избрании представителя для участия в социальном партнерстве влияет на права работников.

Суд неоднократно предлагал ответчику АО «Самотлорнефтепромхим» предоставить надлежащим образом заверенные копии всех материалов об избрании ФИО7 и ФИО8 в качестве представителей работников АО «Самотлорнефтепромхим» по состоянию на <дата> (л.д.85-87,95, том 2).

Однако указанные материалы суду не представлены.

Следовательно, суд полагает, что в ходе судебного разбирательства, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком АО «Самотлорнефтепромхим» не представлены доказательства подтверждающие, что ФИО7 и ФИО8 были надлежащим образом наделены трудовым коллективом АО «Самотлорнефтепромхим» полномочиями по представлению его интересов.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в данном случае отказ АО «Самотлорнефтепромхим» от присоединения к отраслевому соглашению нельзя признать состоявшимся и согласованным с трудовым коллективом.

С учетом указанных обстоятельств, разрешая спор, суд приходит к выводу о том, что протокол от <дата> №, приложенный к отказу от присоединения к Отраслевому соглашению, не является надлежащим документом, подтверждающим соблюдение положений части 9 статьи 48 Трудового кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что ответчиком не соблюден порядок отказа от присоединения к Отраслевому соглашению, предусмотренный статьей 48 Трудового кодекса Российской Федерации, на него подлежит распространению Отраслевое соглашение, соответственно, имеются основания для взыскания с АО «Самотлорнефтепромхим» в пользу ФИО1 единовременной денежной выплаты в размере 609 060 рублей.

В части требований о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора. В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. При этом, положения отраслевых соглашений и коллективных договоров, предусматривающие выплату компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Согласно справке Бюро № филиала ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по ХМАО–Югре» серия <данные изъяты> №, истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 процентов, в связи с профессиональным заболеванием, установленным <дата>. Акт о случае профессионального заболевания №б/н от <дата>.

Из акта о случае профессионального заболевания от <дата> следует, что <дата> истцу установлено заболевание <данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые <дата>. Является профессиональным и возникло в результате несоответствия условий работы санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вибрации общей и локальной, в течение профессионального маршрута. Непосредственной причиной заболевания послужило: общая и локальная вибрация.

Учитывая стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов ФИО1 составляет 23 года 09 месяцев, из них в АО «Самотлорнефтепромхим» он проработал лишь с <дата> по <дата>, следовательно, профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия неблагоприятных фактором на протяжении всего профессионального маршрута.

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 18.06.2021 №, условия труда ФИО1, согласно профессиональному маршруту (не соответствовали санитарно-эпидемиологическим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов: шума, вибрации общей, вибрации локальной (отмечается повышение гигиенических нормативов).

Таким образом, исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, учитывая возраст и состояние здоровья истца, его материальное и семейное положение, степень вины работодателей, периодов работы истца на предприятиях ответчиков, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в следующем размере: с АО «Самотлорнефтепромхим», где общий период работы истца составил 1 месяц 29 дней, в размере 10 000 рублей; с ООО «РН-Бурение», где общий период работы истца составил 1,5 года, в размере 70 000 рублей; с ООО «РН-Сервис», где общий период работы истца составил 11 лет 10 месяцев, в размере 400 000 рублей; с ПАО «Сургутнефтегаз», где общий период работы истца составил 1 год 2 месяца, в размере 70 000 рублей; с АО «ИНКОМ-нефть», где общий период работы истца составил 4 месяца 16 дней, в размере 20 000 рублей.

При этом суд, при определении указанного размера компенсации морального вреда, полагает возможным не учитывать период работы истца в АО «Самотлорнефтепромхим» с 24.11.2021 по 12.06.2022, поскольку из материалов дела не следует, что в указанный период условия работы истца также не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям.

Ссылки в обоснование возражений на исковое заявление относительно прохождения истцом периодических медицинских осмотров, по итогам которых он признавался годным к работе, являются несостоятельными, поскольку законом предусмотрен специальный порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, который как установлено в данном случае, соблюден.

Указание ответчиками на предпринимаемые меры к охране труда, отсутствие вредных условий труда, суд считает необоснованными, так как согласно материалам дела заболевание возникло вследствие длительного воздействия неблагоприятных факторов на протяжении всего профессионального маршрута.

В данном случае, материалами дела подтверждается причинно-следственная связь между возникшим у истца профессиональным заболеванием и условиями труда именно у ответчиков.

Также не могут быть приняты доводы АО «Самотлорнефтепромхим» о наличии и установлении у ФИО1 профессионального заболевания до приема на работу на данное предприятие, поскольку согласно акту о случае профессионального заболевания от 15.06.2022 заключительный диагноз и профессиональное заболевание истцу установлены 04.05.2022, тогда как периоды работы истца в АО «Самотлорнефтепромхим» составляют с 28.04.2020 по 26.06.2020.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего в кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Кроме того, в соответствии с п. 22 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 18.06.2021 №11, ранее у ФИО1 профессиональное заболевание не установлено.

Доводы представителей ответчиков о недоказанности причинения нравственных и физических страданий также подлежат отклонению, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Иные доводы ответчиков суд также отклоняет как необоснованные и несостоятельные.

В части требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд приходит к следующему.

В соответствии с квитанцией серии <данные изъяты> № от <дата> ФИО1 оплатил, а адвокат Салимов П.С., действующий также по доверенности, получил за оказание юридической помощи денежные средства в размере 50 000 рублей, из которых 5 000 рублей за составление искового заявления и 45 000 рублей за представление инетерсов в суде.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Общий принцип распределения судебных расходов установлен частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса.

Судебные расходы присуждаются, если они понесены фактически, являлись необходимыми и разумными в количественном отношении. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, при этом разумность пределов при взыскании судебных расходов суд определяет в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств дела.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не допускаются. Размер подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Принимая во внимание категорию рассматриваемого дела, время нахождения дела в производстве суда, количество проведенных по делу судебных заседаний, общее количество страниц материалов дела, объем и сложность выполненной представителем работы, суд считает обоснованным требование заявителя о взыскании судебных расходов в заявленном размере.

Взыскание расходов в вышеуказанном размере обеспечивает соблюдение разумного баланса между правами сторон.

Определяя размер судебных издержек на оплату услуг представителя истца, суд учитывает требования статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и приведенные выше разъяснения по её применению, с учетом по существу баланс интересов всех сторон спорного правоотношения, принимая во внимание все предусмотренные законом критерии установления размера судебных издержек.

Доказательств чрезмерности и необоснованности понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, в соответствии с требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не предоставлено.

С учетом указанных обстоятельств, с АО «Самотлорнефтепромхим», с ООО «РН-Бурение», с ООО «РН-Сервис», с ПАО «Сургутнефтегаз», с АО «ИНКОМнефть» подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, то есть по 10 000 рублей с каждого из ответчиков.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска подлежит взысканию государственная пошлина с АО «Самотлорнефтепромхим» в размере 9 590 рублей 60 копеек, с ООО «РН-Бурение» в размере 300 рублей, с ООО «РН-Сервис» ООО «РН-Сервис», с ПАО «Сургутнефтегаз» в размере 300 рублей, с АО «ИНКОМнефть» в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) единовременную денежную выплату, предусмотренную Отраслевым соглашение по организациям нефтяной, газовой отраслей промышленности и строительства объектов нефтегазового комплекса Российской Федерации, в размере 609 060 рублей, компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 10 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 629 060 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 70 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 80 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 400 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 410 000 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 70 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 80 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «ИНКОМ-нефть» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 20 000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, а всего взыскать 30 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 9 590 рублей 60 копеек.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Бурение» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с публичного акционерного общества «Сургутнефтегаз» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Взыскать с акционерного общества «ИНКОМ-нефть» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Судья А.В. Латынцев