Решение по делу № 3А-373/2022 от 23.09.2022 - об оспаривании в части Положения о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденного постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п.

УИД 59OS0000-01-2022-000213-46

Дело № 3а-373/2022

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 сентября 2022 года г. Пермь

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Буланкова Р.В.,

при секретаре Кирьяковой С.В.,

с участием прокуроров прокуратуры Пермского края Исцелемовой А.И., ФИО1,

представителя административного ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению заместителя прокурора Пермского края, обратившегося в суд в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц, об оспаривании в части Положения о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденного постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п утверждено Положения о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты (далее – Положение о контроле № 1007-п).

Указанное постановление опубликовано в официальном печатном издании «Бюллетень законов Пермского края, правовых актов губернатора Пермского края, Правительства Пермского края, исполнительных органов государственной власти Пермского края», № 51, том 2, 20 декабря 2021 года, размещено на официальном Интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru 17 декабря 2021 года.

Постановлением правительства Пермского края от 23 августа 2022 года №714-п в Положение о контроле № 1007-п внесены изменения.

С учетом внесенных изменений заместителем прокурора Пермского края уточнены заявленные требования в окончательной редакции, которых просит признать недействующими:

- пункт 2 Перечня индикаторов риска нарушения обязательных требований Приложения № 2 к Положению о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденному постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п;

- пункт 4.16 Положения о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденного постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п, в той части, в которой предусматривает возможность проведения выездных проверок при отсутствии необходимости совершения контрольно-надзорных действий, которые могут осуществляться только в рамках выездных проверок.

В обоснование заявленных требований указано, что оспариваемые части Положения о контроле № 1007-п противоречат требованиям Федерального закона от 31 июля 2020 года № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации». Предусмотренный пунктом 2 Перечней индикаторов риска индикатор – непринятие контролируемым лицом мер по обеспечению соблюдения обязательных требований по результатам объявления предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований, является неопределенным и неисполнимым, поскольку законодательством (статья 49 Федерального закона № 248-ФЗ) не предусмотрена ни обязанность по направлению контролируемым лицом в контрольно-надзорный орган каких-либо документов об исполнении предостережения, ни механизма по контролю выполнения предостережения. То есть, оценка соблюдения обязательных требований, указанных в предостережении возможна только путем проведения внепланового контрольно-надзорного мероприятия, результаты которого (поступление новых сведений) являются самостоятельным основанием для проведения внепланового контрольного (надзорного) мероприятия и не могут относиться к индикаторам риска. Пункт4.16 Положения о контроле № 1007-п противоречит требованиям частей 3, 8 статьи 73 Федерального закона № 248-ФЗ, поскольку для выездной проверки (пункт 4.16) предусмотрены идентичные контрольно-надзорные действия (получение письменных объяснений и истребование документов), что и для документарной проверки. Такая идентичность контрольно-надзорных действий не позволяет соблюсти обязательное условие выбора контрольного мероприятия «выездная проверка» - необходимость совершения контрольно-надзорных действий, которые не предусмотрены в рамках иного вида контрольных (надзорных) мероприятий.

Прокуроры, принявшие участие в судебном заседании Исцелемова А.И., ФИО1, настаивали на удовлетворении требований в уточенной редакции, по доводам административного искового заявления.

Представитель административного ответчика ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно пункту 1 статьи 13.2 Закона Российской Федерации от 19 апреля 1991 года № 1032-1 «О занятости населения в Российской Федерации» работодателям, у которых численность работников составляет от 35 до 100 человек включительно, законодательством субъекта Российской Федерации может устанавливаться квота для приема на работу инвалидов в размере не более трех процентов от среднесписочной численности работников.

В Пермском крае правовые основы квотирования рабочих мест для граждан, испытывающих трудности в поиске работы, в целях обеспечения дополнительных гарантий их трудовой занятости установлены Законом Пермской области от 5 ноября 2004 года № 1689-344.

Пунктом 3 части 2 статьи 3 Федерального закона от 31 июля 2020 года № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 248-ФЗ) предусмотрено, что порядок организации и осуществления государственного контроля (надзора), для вида регионального государственного контроля устанавливается положением о виде регионального государственного контроля (надзора), утверждаемым высшим исполнительным органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Положения о видах регионального государственного контроля (надзора), осуществляемых в рамках полномочий субъекта Российской Федерации по предметам совместного ведения Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, положения о видах муниципального контроля утверждаются с учетом общих требований к организации и осуществлению отдельных видов регионального государственного контроля (часть 3 статьи 3 Федерального закона от 31 июля 2020 года № 248-ФЗ).

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств следует, что Положение № 1007-п утверждено уполномоченным органом в соответствующей форме и с соблюдением установленной процедуры, введено в действие в установленном порядке – опубликовано, вступило в силу, и в указанной части не оспаривается.

Приложением № 2 к Положению № 1007-п предусмотрен Перечень индикаторов риска нарушения обязательных требований. Согласно пункту 2 одним из индикаторов является: «Непринятие контролируемым лицом мер по обеспечению соблюдения обязательных требований по результатам объявления предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований».

В обоснование заявленных требований при оспаривании индикатора риска предусмотренного пунктом 2 приложения 2 к Положению № 1007-п прокурором указано, что индикатор является неопределенным и неисполнимым, поскольку законодательством (статья 49 Федерального закона № 248-ФЗ) не предусмотрена ни обязанность по направлению контролируемым лицом в контрольно-надзорный орган каких-либо документов об исполнении предостережения, ни механизма по контролю выполнения предостережения. Полагает, что оценка соблюдения обязательных требований, указанных в предостережении возможна только путем проведения внепланового контрольно-надзорного мероприятия, результаты которого (поступление новых сведений) являются самостоятельным основанием для проведения внепланового контрольного (надзорного) мероприятия и не могут относиться к индикаторам риска.

Суд не соглашается с указанной позицией стороны административного истца в виду следующего.

В соответствии с частью 9 статьи 23 Федерального закона № 248-ФЗ индикатором риска нарушения обязательных требований является соответствие или отклонение от параметров объекта контроля, которые сами по себе не являются нарушениями обязательных требований, но с высокой степенью вероятности свидетельствуют о наличии таких нарушений и риска причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям.

Статьей 49 Федерального закона № 248-ФЗ предусмотрены основания и порядок объявления предостережения.

Действительно такое профилактическое мероприятие как «объявление предостережения» не предполагает осуществление в обязательном порядке контроля его исполнения.

Однако частью 4 статьи 49 Федерального закона № 248-ФЗ установлено, что контролируемое лицо вправе после получения предостережения о недопустимости нарушения обязательных требований подать в контрольный (надзорный) орган возражение в отношении указанного предостережения.

То есть, действующим законодательством предусмотрен добровольный механизм реагирования контролируемого лица на объявленное предостережение.

Таким образом, полученная контрольным (надзорным) органом информация при реализации контролируемым лицом названного механизма подачи возражений в отношении предостережения в полной мере соответствует понятию индикатора риска, а именно контрольный (надзорный) орган из такого возражения контролируемого лица может располагать информацией о соответствии или отклонении от параметров объекта контроля, которые сами по себе не являются нарушениями обязательных требований, но с высокой степенью вероятности свидетельствуют о наличии таких нарушений и риска причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям.

Относительно позиции административного истца о том, что информация о непринятии контролируемым лицом мер по обеспечению соблюдения обязательных требований (поступление новых сведений) является самостоятельным основанием для проведения внепланового контрольного (надзорного) мероприятия и не может относиться к индикаторам риска, суд приходит к следующему.

Положениями пункта 1 части 1 статьи 57 и статьи 66 Федерального закона № 248-ФЗ предусмотрено, что основанием для проведения внеплановых контрольных (надзорных) мероприятий являются в том числе и наличие у контрольного (надзорного) органа сведений о причинении вреда (ущерба) или об угрозе причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям, и выявление соответствия объекта контроля параметрам, утвержденным индикаторами риска нарушения обязательных требований, или отклонения объекта контроля от таких параметров. Оба указанных основания приведены в одном пункте 1 части 1 статьи 57 названного Федерального закона. Последствия применения названных оснований также единые – возможность проведения внепланового контрольного (надзорного) мероприятия.

То есть, в спорном случае использование информации (поступление новых сведений) в качестве элемента индикатора риска не свидетельствует о несоответствии оспариваемых положений требованиям Федерального закона № 248-ФЗ, вопреки доводам административного истца.

В качестве основания при оспаривании пункта 4.16 Положения о контроле № 1007-п, прокурором указано на противоречие положений названного пункта требованиям частей 3, 8 статьи 73 Федерального закона №248-ФЗ, поскольку для выездной проверки (пункт 4.16) предусмотрены идентичные контрольно-надзорные действия (получение письменных объяснений и истребование документов), что и для документарной проверки.

Пунктом 4.16 Положения № 1007-п предусмотрено, что в ходе выездной проверки уполномоченными должностными лицами Министерства могут совершаться следующие контрольные (надзорные) действия: - получение письменных объяснений; - истребование документов.

Аналогичные контрольные (надзорные) действия предусмотрены для документарной проверки (пункт 4.10 Положения № 1007-п).

Частью 3 статьи 73 Федерального закона № 248-ФЗ предусмотрены условия, при которых возможно проводить выездную проверку.

К одному из таких условий относиться невозможность совершения необходимых контрольных (надзорных) действий, предусмотренных в рамках иного вида контрольных (надзорных) мероприятий.

Между тем, суд не усматривает несоответствие оспариваемого пункта положениям Федерального закона № 248-ФЗ.

Частью 8 статьи 73 Федерального закона № 248-ФЗ предусмотрен перечень контрольных (надзорных) действий, которые могут совершаться в ходе выездной проверки.

Из пояснений представителя административного ответчика следует, что выбор лишь двух видов действий из десяти возможных обусловлен характером надзорной деятельности.

Прокурором также не исключалась возможность указания в Положении лишь части предусмотренных в Федеральном законе контрольных (надзорных) действий, что зависит от характера той или иной надзорной деятельности.

Прокурором указано, что оспариваемые положения пункта 4.16 при поступлении в контрольный (надзорный) орган информации о нарушениях действующего законодательства ни при каких обстоятельствах не позволят провести выездную проверку, поскольку перечень действий в рамках документарной проверки является идентичным, что всегда будет свидетельствовать о возможности проведения документарной проверки.

Действительно при наличии основания для проведения проверки, которое предусмотрено пунктом 1 части 1 статьи 57 Федерального закона №248-ФЗ при действующей редакции Положения № 1007-п условия для проведения выездной проверки соблюдены не будут.

Однако, частью 1 статьи 57 Федерального закона №248-ФЗ приведены и иные основания для проведения надзорных проверок, в том числе поручения Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации, требование прокурора, которые могут содержать указание на конкретный вид проведения контрольных (надзорных) мероприятий.

Таким образом, предусмотренная в Положении № 1007-п возможность в принципе проведения такого контрольного мероприятия как «выездная проверка» с указанием идентичного перечня контрольных (надзорных) действий, предусмотренных и для иного вида контрольного (надзорного) мероприятия не свидетельствует о несоответствии оспариваемого пункта требованиям Федерального закона № 248-ФЗ.

Также отсутствуют признаки правовой неопределенности оспариваемого положения, поскольку выбор конкретного вида контрольного (надзорного) мероприятия в данном случае будет зависеть не от усмотрения контрольного (надзорного) органа, а от оснований его проведения (часть 1 статьи 57 Федерального закона № 248-ФЗ).

Поскольку в ходе судебного разбирательства не были установлены обстоятельства несоответствия оспариваемых положений требованиям действующего законодательства, имеющего большую юридическую силу, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь статьями 175-180, 215 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований заместителя прокурора Пермского края о признании недействующими:

- пункта 2 Перечня индикаторов риска нарушения обязательных требований Приложения № 2 к Положению о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденному постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п;

- пункта 4.16 Положения о региональном государственном контроле (надзоре) за приемом на работу инвалидов в пределах установленной квоты, утвержденного постановлением Правительства Пермского края от 14 декабря 2021 года № 1007-п, в той части, в которой предусматривает возможность проведения выездных проверок при отсутствии необходимости совершения контрольно-надзорных действий, которые могут осуществляться только в рамках выездных проверок – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый апелляционный суд общей юрисдикции через Пермский краевой суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья -подпись

Мотивированное решение составлено 7 октября 2022 года.

Решение суда не вступило в законную силу.