Дело № 2-11/2023 14 апреля 2023 года
УИД 29RS0004-01-2022-000631-81
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Виноградовский районный суд Архангельской области в составе председательствующего Мой А.И., при секретаре Алекберовой В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференцсвязи в п. Березник гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ АО «Виноградовская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда,
установил:
истец ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ответчику, мотивируя тем, что она является дочерью Н.А.А., скоропостижно умершего ДД.ММ.ГГГГ в связи с ненадлежащим образом оказанной медицинской помощи сотрудниками ГБУЗ АО «Виноградовская центральная районная больница». С учетом тяжести заболевания Н.А.А. на фоне его ослабленного организма в связи с недавно проведенной операцией, неправильно проведенное лечение повлекло за собой скоропостижную смерть Н.А.А. Отец проживал в семье истца. 28.06.2021 (понедельник) отец вернулся из Архангельской областной больницы, где ему провели оперативное лечение: <данные изъяты>. 02.07.2021 (суббота) вечером он пожаловался на слабость, ломоту в мышцах, температуру 37°С. 06.07.2021 (вторник) вызвали врача на дом. В этот же день, после обеда, приехала врач К.И.С., в ходе осмотра отец предупредил ее о проведенной операции <данные изъяты> и, что он с субботы принимает противовирусные препараты. Врач назначила ему трехдневный курс антибиотика (из содержания амбулаторной карты от 06.07.2021: сатурация 94%). В этот же день старшему сыну истца тоже стало плохо: озноб, температура. 07.07.2021 (среда) истец вызвала скорую медицинскую помощь для сына, так как он покрылся сыпью. После сделанного фельдшером укола, сын упал в обморок, после чего его госпитализировали с подозрением на <данные изъяты>. Во время приема рекомендуемых препаратов состояние отца не улучшалось, а наоборот: температура повышалась, пропал аппетит, вставал он мало из-за отдышки. 08.07.2021 (четверг) истец принесла в ковид-кабинет поликлиники лечащему врачу К.И.С. выписку из городской больницы, попросила еще раз обратить внимание на то, что ее отец после операции (чтоб она хотя бы прочитала содержание выписки и вклеила ее в амбулаторную карту), так же сообщила врачу о температуре отца выше 39°С, ухудшении состояния его здоровья. На что врач ей ответила: "Что вы с этим Н.А.А. панику наводите, и температура у него какая-то странная, лечение продолжать то же (тот же антибиотик вторым курсом на три дня), температуру сбивайте жаропонижающими". В этот же день, после обеда, врач приехала к ним домой для осмотра ( из содержания амбулаторной карты от 08.08.2021: сатурация 90%). Осмотрев отца, врач рекомендовала пройти флюорографию, а лечение продолжать то же. Чуть позже на дому у отца взяли мазок на <данные изъяты> В районе 15-16 часов этого же дня подтвердился диагноз <данные изъяты> у ее сына. 09.07.2021 (пятница) отец с утра с температурой, которая не сбивалась ниже 38°С, прошел флюорографию. Она сообщила К.И.С., что у ее сына официально подтвержденный <данные изъяты> Но никто так и не вспомнил о Н.А.А., которому с каждым днем становилось все хуже. Вечером этого же дня по результатам анализа подтвердился диагноз <данные изъяты> у ее отца. 10.07.2021 (суббота) отец целый день лежал, ничего не ел. 11.07.2021 (воскресенье) утром, около 8 часов она вызвала скорую медицинскую помощь и сообщила, что отцу нужна госпитализация. Приехавший фельдшер, взглянув на отца, прослушав его, измерив сатурацию, сразу решила госпитализировать его в больницу, пояснив о возможном направлении его уже сегодня в городскую больницу. Отца увезли в терапевтическое отделение Виноградовской ЦРБ, где его подключили к аппарату подачи кислорода. В 11-12 часов дня отца увезли в город. 12.07.2021 лечащий врач городской больницы сообщил ей, что отец поступил в крайне тяжелом состоянии, поражение легких 75%, динамика отрицательная. 15.07.2021 отец был переведен в реанимацию, ДД.ММ.ГГГГ умер. Полагает, что, возможно, действия или бездействие лечащего врача К.И.С. стали следствием смерти ее отца, так как ситуация была затянута до критического состояния, которого можно было избежать За неделю отцу ни разу не назначили ни одного анализа, не попытались изменить препараты, которые не давали положительного эффекта. Ей было морально очень тяжело и она испытывала постоянное сильное нервное напряжение в связи со смертью отца. Ненадлежащее лечение ее отца стоила ей потраченных нервов и здоровья, ее самочувствие сильно ухудшилось в период описываемых событий, она страдала бессонницей и постоянно думала о том, как такое могло произойти и чем все закончится. Просит суд взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 50000 рублей.
Истец ФИО1, представитель ответчика ГБУЗ АО «Виноградовская центральная районная больница» о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.
Представитель истца ФИО2, участвующий в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи, обеспеченной Архангельским гарнизонным военным судом, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, пояснил, что в заключении эксперта прямая причинно-следственная связь не установлена, но при ответе на первый вопрос экспертом указан перечень недостатков в оказании медицинской помощи, в том числе, прямо указано, что эти недостатки повлекли ухудшение состояния здоровья пациента. Считает, что недостатки в оказании медицинской помощи Н.А.А. привели к ухудшению состояния его здоровья, хоть и не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью пациента, что является основанием для удовлетворения требования о компенсации морального вреда.
Истец была в очень теплых отношениях со своим умершим родственником. Она очень сожалела об его утрате, очень страдала из-за этого, у нее была бессонница. Смерть близкого родственника подразумевает личные нравственные страдания. ФИО1 очень волновалась из-за того, что Н.А.А. длительное время не госпитализировали при наличии симптомов заболевания.
В предварительном судебном заседании от 12.10.2022 представитель ответчика с исковыми требованиями не согласился, пояснил, что согласно ответу филиала СК «СОГАЗ-Мед», проводившего проверку по данному факту, по результатам экспертизы по специальности «скорая помощь» нарушений при оказании медицинской помощи не установлено. По случаям оказания медицинской помощи в амбулаторных условиях экспертом по специальности «терапия» были выявлены нарушения, не повлиявшие на состояние здоровья застрахованного лица. По случаям оказания медицинской помощи в стационарных условиях экспертом были выявлены нарушения, которые также не повлияли на состояние здоровья. Полагал, что причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и смертью Н.А.А. не имеется и отсутствует вина учреждения.
В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца, представителя ответчика.
Суд, заслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, пришел к следующему выводу.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.
Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
В ходе судебного разбирательства судом установлены следующие фактические обстоятельства по делу.
ФИО1 приходится дочерью Н.А.А. (л.д. 11,12).
28.06.2021 Н.А.А. вернулся из Архангельской областной больницы после проведенного оперативного лечения: <данные изъяты>
02.07.2021 у Н.А.А. появились клинические проявления <данные изъяты> - повышенная температура тела 37?С, а также слабость, мышечная ломота.
06.07.2021 прибывший по вызову врач К.И.С. назначила трехдневный курс антибиотика, противовирусные препараты.
В дальнейшем в период с 07.07.2021 по 10.07.2021 состояние Н.А.А. ухудшалось, повышалась температура тела до 39?С, при этом врач посетил пациента только один раз 08.07.2021, рекомендовав продолжить назначенное лечение, вопрос о его госпитализации не рассматривала. В этот же день у Н.А.А. отобран материал для проведения лабораторного исследования, 09.07.2021 был получен положительный результат лабораторного исследования отделяемого из зева на <данные изъяты> После этого госпитализация Н.А.А. в стационар также не была проведена.
11.07.2021 приехавшая по вызову фельдшер скорой медицинской помощи после осмотра больного приняла решение о его госпитализации в бокс для ковид-больных терапевтического отделения ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», в этот же день Н.А.А. направлен в Архангельскую областную клиническую больницу, где 15.07.2021 был переведен в реанимацию.
Смерть Н.А.А. наступила в 01 час 40 минут ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13,14).
В соответствии с протоколом патологоанатомического вскрытия от ДД.ММ.ГГГГ № смерть Н.А.А., страдавшего <данные изъяты> (л.д.91-92).
Согласно ответу Архангельского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» на обращение ФИО1 по вопросу качества медицинской помощи, оказанной ее отцу Н.А.А., филиалом проведена внеплановая экспертиза качества медицинской помощи, оказанной Н.А.А.
По результатам экспертизы, по представленной первичной медицинской документации нарушений при оказании медицинской помощи не установлено. По случаям оказания медицинской помощи в амбулаторных условиях экспертом по специальности «терапия» выявлены следующие нарушения оказании медицинской помощи:
невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основании клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица;
невыполнение, несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятии соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на оси клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состояние здоровья застрахованного лица; приведшее к ухудшению состояния здоровья застрахованного лица, либо создавшее риск прогрессирования имеющегося заболевания, либо создавшее риск возникновения нового заболевания;
отсутствие дневниковых записей, позволяющих оценить динамику состояния здоровья застрахованного лица, объём, характер, условия предоставления медицинской помощи и провести оценку качества оказания медицинской помощи.
По результатам экспертизы по случаю стационарного лечения экспертом по специальности «терапия» установлено нарушение: невыполнение несвоевременное или ненадлежащее выполнение необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий, в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи, не повлиявшее на состоя здоровья застрахованного лица (л.д. 18-19).
В связи с выявленными нарушениями 25 февраля 2022 года в отношении ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» вынесло решение об уплате штрафа (л.д.79).
В ходе рассмотрения дела определением суда от 12 октября 2022 года была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено ЧЭУ «Городское учреждение независимой судебной экспертизы» (л.д. 63-64).
Согласно заключению эксперта ЧЭУ «Городское учреждение независимой судебной экспертизы» от 28 декабря 2022 года № № анализируемый клинический случай должен был рассматриваться как <данные изъяты>». В период с 06.07.2021 по 10.07.2021 имелись дефекты оказания Н.А.А. в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» медицинской помощи на амбулаторном этапе, которые привели к несвоевременному диагностированию <данные изъяты>, несвоевременной госпитализации в стационар, прогрессированию заболевания <данные изъяты> и развитию осложнения в виде <данные изъяты>. Между выявленными дефектами оказания Н.А.А. в ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» медицинской помощи на амбулаторном этапе в период с 06.07.2021 по 11.07.2021 и наступлением его смерти ДД.ММ.ГГГГ прямая причинно-следственная связь отсутствует (л.д. 100-157).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").
Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.
Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.
Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Из норм Конвенции о защите прав человека и основных свобод и их толкования в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относятся жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.
Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").
В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина").
По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.
Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Из содержания искового заявления ФИО1 усматривается, что основанием для ее обращения в суд с требованием о компенсации причиненного морального вреда послужило, по мнению истца, ненадлежащее оказание медицинской помощи ее отцу Н.А.А. врачом ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ», приведшее к его смерти.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» должно доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью отца, медицинская помощь которому была оказана ненадлежащим образом.
Позиция ответчика по данному делу сводится к отсутствию причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и смертью Н.А.А.
Вместе с тем, приведенным правовым регулированием спорных отношений возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.
В данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ГБУЗ АО «Виноградовская ЦРБ» медицинской помощи Н.А.А. могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть к смерти. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
В судебном заседании установлено, что в соответствии с Приложением № 4 Приказа Минздрава России от 19.03.2020 № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», с учетом имеющихся у Н.А.А. клинических данных: его возраста, сопутствующих заболеваний <данные изъяты>, жалоб пациента насыщение крови кислородом по данным пульсоксиметрии 90%, данный клинический случай с первого же дня - с 06.07.2021, должен был рассматриваться как «<данные изъяты> случай. В связи с чем, с первого же дня оказания медицинской помощи Н.А.А. имелись дефекты: не собран эпидемиологический анамнез, не проведена перкуссия легких, не проведено измерение артериального давления и частоты дыхательных движений, не назначено исследование диагностического материала с примененим метода амплификации нуклеиновых кислот. 08.07.2021 Н.А.А. уже была показана госпитализация, но вплоть до 11.07.2021 госпитализация не была проведена.
Имевшиеся в период с 06.07.2021 по 11.07.2021 дефекты оказанной Н.А.А. медицинской помощи привели к несвоевременному диагностированию <данные изъяты>, несвоевременной госпитализации в стационар, прогрессированию заболевания и развитию осложнения в виде <данные изъяты>.
Согласно частям 2, 5 статьи 70 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации" лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного Федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.
Таким образом, в судебном заседании нашел подтверждение факт оказания Н.А.А. медицинской помощи ненадлежащего качества. Согласно выводам эксперта имеющиеся дефекты оказания медицинсколй помощи Н.А.А. не состоят в причинно-следственной связи со смертью последнего. Вместе с тем смерть Н.А.А., страдавшего <данные изъяты>, вызванной <данные изъяты>, <данные изъяты>, то есть в том числе с наличием заболеваний дефекты лечения которых были установлены судебной экспертизой.
При указанных обстоятельствах, учитывая, что утрата близкого человека само по себе влечет нравственные страдания, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства его причинения: несвоевременное диагностирование заболевания, несвоевременное госпитализирование Н.А.А., характер семейных связей между истцом ФИО1 и ее отцом Н.А.А., характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством. Истец испытывала нравственные страдания от осознания того, что ее отцу оказывается медицинская помощь ненадлежащего качества, в настоящее время – это переживание от осознания, можно было бы избежать развития неблагоприятного исхода (смерти) в случае оказании квалифицированной, специализированной медицинской помощи, включая тактические, диагностические, лечебные мероприятия. Принимая во внимание степень вины ответчика, возраст Набухотного, отсутствие прямой причинной следственной связи, суд считает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей.
Истцом заявлено требование о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 50000 рублей.
Вместе с тем, в нарушение ст. 56 ГПУ РФ истцом не представлено доказательств фактического несения указанных расходов, в связи с чем требование о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 50 000 рублей удовлетворению не подлежит.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Поэтому с ответчика подлежит взысканию в пользу истца государственная пошлина, уплаченная при подаче искового заявления.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 к ГБУЗ АО «Виноградовская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.
Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Виноградовская центральная районная больница» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина РФ серия № №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, всего 100300 (Сто тысяч триста) рублей.
В удовлетворении требований о взыскании судебных расходов по оплате юридических услуг в размере 50000 рублей отказать.
Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде в течение месяца с момента вынесения решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Виноградовский районный суд.
Мотивированное решение изготовлено 19 апреля 2023 года.
Судья А.И. Мой