16RS0<номер изъят>-85

Дело 2-5417/2025

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

П.Лумумбы ул., <адрес изъят>, 420081, тел. <номер изъят>, факс <***>

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань 27 августа 2025 года

Советский районный суд г. Казани в составе

председательствующего судьи Шадриной Е.В.

при секретаре судебного заседания Чопурян А.Н.

с участием прокурора Купкеновой З.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. к ФИО14 о признании утратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета и встречному иску ФИО14 к ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. о вселении и передаче дубликата ключей, определении порядка пользования жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

<дата изъята> ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. (далее - истцы) обратились в суд с иском к ФИО14 ФИО15, ФИО16 (далее ответчики) о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета по адресу: <адрес изъят>. В обоснование иска указано на то, что истцы являются нанимателями указанного жилого помещения. В указанной квартире зарегистрированы ответчики, которые в квартире более 15 лет не проживают, добровольно выехали из квартиры, личных вещей не имеют, коммунальные платежи не оплачивают, проживают в других жилых помещениях.

Заочным решением суда от <дата изъята> исковые требования Солодковых Андрея Ю. и Артема Ю. были удовлетворены частично, ответчики признаны утратившими право пользования жилым помещением.

<дата изъята> ФИО14 обратилась с заявлением об отмене заочного решения суда.

Определением суда от <дата изъята> заочное решение суда по делу было отменено, производство по делу возобновлено.

В ходе судебного разбирательства по делу ответчики ФИО14, ФИО15, ФИО16 предъявили встречный иск к ФИО15, ФИО15 о вселении и передаче ключей, в обоснование требований указав, что квартира по адресу: <адрес изъят> была предоставлена ФИО7 с составом семьи: ФИО1 (жена), ФИО2 (впоследствии ФИО17) (дочь), ФИО3 (дочь), ФИО18 (в настоящее время ФИО14) Л.В. (дочь) по ордеру о предоставлении жилого помещения. ФИО15 Ю. и Андрей Ю. являются сыновьями умершей ФИО9, ФИО16 – их сестра и дочь умершей ФИО2, ФИО15 – дочь ФИО16 ФИО14, ФИО15, ФИО16 вынуждены были выехать из спорного жилого помещения, поскольку между сторонами сложились неприязненные отношения, которые были вызваны спором по поводу пользования спорной жилой площадью после смерти ФИО1(в 2011 году) и смерти ФИО2 (в 2017 году), а также невозможностью совместного проживания ввиду большого количества проживающих на данной площади человек. Кроме того, в квартиру вселилась супруга ФИО15 Ю. - ФИО19 Указывали, что в квартиру их не пускают, заменили замки, ключи от квартиры не предоставляют, в квартире остались вещи ответчиков: кровати, тумбочка, посуда; ФИО23 препятствуют ответчикам в пользовании квартирой, что нарушает их жилищные права. От права владения и пользования квартирой они не отказывались, других жилых помещений не имеют. На основании изложенного ФИО14, ФИО15, ФИО16 просили вселить их в квартиру по адресу: <адрес изъят> обязать ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. передать им дубликат ключей от указанной квартиры.

Решением суда от <дата изъята> ФИО14, ФИО16 были признаны утратившими право пользования спорным жилым помещением, в удовлетворении их встречных исковых требований о вселении и передаче дубликата ключей отказано; в удовлетворении иска ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. к ФИО15 о признании утратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета было отказано, встречный иск ФИО15 о вселении и передаче дубликата ключей удовлетворен.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РТ от <дата изъята> решение суда было оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Шестого кассационного суда РФ от <дата изъята> решение суда в части разрешения требований ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. к ФИО14 о признании утратившей право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета и встречных исковых требований ФИО14 к Солодковым Андрею Ю. и Артему Ю. о вселении и передаче дубликата ключей было отменено, дело в этой части направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В ходе судебного разбирательства ФИО14 дополнила свои исковые требования, указывает, что иных жилых помещений ни на праве собственности, ни на праве пользования по договору социального найма не имеет, вынуждена снимать жилье. В спорной квартире имеется две изолированные жилые комнаты: маленькая комната площадью 12 кв.м и большая - площадью 17,4 кв.м. ФИО14 проживала в маленькой комнате. В настоящее время в квартире проживают ФИО15 Ю., ФИО15 Ю., его жена ФИО19, а также решением суда в квартиру вселена ФИО15 ФИО14 просит определить порядок пользования жилым помещением, передав комнату площадью 12 кв.м в пользование ей и ФИО15, а комнату площадью 17,4 кв.м – в пользование ФИО15 Ю. и ФИО15 Ю., остальные помещения - коридор, ванную, туалет, кухню оставить в общем пользовании.

К участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ИК МО г. Казани, ФИО19

В судебных заседаниях по делу ФИО14 и ее представители давали следующие пояснения. Ответчик выехала из спорного жилого помещения в 2017 году, вынужденно (в последнем судебном заседании поясняла, что выехала до 2017 года). На вопросы суда о причинах отъезда пояснила, что были разногласия, конфликты с Солодковыми, в квартире было «много народа», ФИО19 сказала, что она ей мешает. После этого бывала в квартире на поминках после смерти ФИО2 (сестры ответчика и матери истцов) и через год после этой даты. На этих поминках ФИО19 – супруга ФИО15 Ю. сказала при присутствовавших, что никого не пустит жить в квартиру, пока не отдадут деньги за ремонт квартиры и на оплату за ЖКУ. В письменной форме не обращалась к истцам, в полицию также не обращалась. В квартире имелась мебель ответчика – диван, шкаф, кровать, тумбочка, все это было выброшено при проведении ремонта квартиры; в последнем судебном заседании по делу сообщала, что ее личных вещей, одежды после 2017 года в квартире не оставалось. Деньги для оплаты за ЖКУ передавала матери ФИО1 при ее жизни (умерла в 2011 году), затем иногда – ФИО2 при ее жизни; о наличии впоследствии задолженности по оплате за жилое помещение ФИО14 знала, но о взыскании ее в судебном порядке не знала, истцы ей также об этом не сообщили. Истцы установили дополнительный замок в квартире к уже имевшемуся, поэтому ФИО14 свободного доступа в квартиру не имела. Пыталась вернуться в квартиру в 2017, 2018, 2019 годах, приходила несколько раз, пыталась звонить ФИО15 Ю., но он не брал трубку. Когда приезжала в квартиру – просто хотела поговорить с ФИО15 Ю., в том числе на тему задолженности по оплате за ЖКУ, по поводу квартиры, приезжала без вещей. О том, что она снята с регистрационного учета (на основании заочного решения суда по данному делу), ФИО14 узнала весной 2024 года, явившись на выборы, где ей сообщили, что в квартире по <адрес изъят> она зарегистрированной не значится. В настоящее время хочет проживать в квартире, не контактируя с Солодковыми.

ФИО15 Ю. и Андрей Ю., а также их представитель настаивали на удовлетворении своих исковых требований. Поясняли, что никаких личных вещей ФИО14 в квартире не было, в 2017 году она уже в квартире не проживала, до 2017 года проживала в квартире временами – то приезжала, то уезжала, она злоупотребляла алкоголем, могла по месяцам жить в других местах. Имелась большая задолженность по оплате жилищно-коммунальных услуг за квартиру, она взыскивалась в судебном порядке, после чего ФИО15 Ю. с управляющей компанией было заключено соглашение о реструктуризации задолженности, сейчас задолженность в разы меньше, чем в 2017 году, ее оплачивают истцы; ФИО14 в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги участия не принимала и не принимает, решение суда ею также не исполнялось. Представитель истцов поясняла также, что если ФИО14 и приезжала в квартиру после того, как сьехала, то в это время дома никого не было, так как в дневное время ФИО15 Ю. находится на работе, ФИО15 Ю. часто помогает в церкви. Замки в квартире не менялись, дополнительная замочная скважина не устанавливалась.

ФИО15 Ю. пояснял, что конфликтов между ними с братом и ФИО14 не было; почему ФИО14 уехала из квартиры – не знает; после 2017 года ФИО14 при нем не приезжала в квартиру.

ФИО15 Ю. пояснял, что ФИО14 временами проживала в спорном жилом помещении до 2017 года, возможно выезжала, так как злоупотребляла спиртными напитками. Отношения были натянутые в период проживания ФИО14 в квартире из – за того, что последняя выпивала, как таковых конфликтов не было. После 2017 года ФИО15 Ю. с ФИО14 прекратили общение, ответчик ему не звонила, на контакт не выходила, он общался с сыном ФИО14 – ФИО5, он ничего о матери не сообщал. Квартирой занимался он с супругой – сделали ремонт в 2019 году, начали погашать задолженность по оплате за жилищно-коммунальные услуги Относительно мебели – шкафа, кровати, находившихся в большой комнате, пояснил, что они были старые, их выбросила еще ФИО9. при жизни. Своих личных вещей у ФИО14 в квартире не было. Замки в квартире в последний раз менялись в 2015 году, после того, как ФИО14 в последний раз уехала, замки не менялись. В настоящее время ФИО15 Ю. с супругой проживают водной комнате, ФИО15 Ю. – в другой комнате; они возражают, чтобы ответчик вновь вселилась в квартиру, поскольку она злоупотребляет алкоголем.

ФИО16 давала в суде следующие пояснения. В спорной квартире она то проживала, то не проживала, в 2017 году, начиная с марта, проживала в квартире, в этот период там также проживали ФИО9 (которая впоследствии умерла), ФИО15 Ю. и Артем Ю., жена последнего ФИО19, а также она, ее дочь ФИО15 и младший ребенок; в маленькой комнате жили ФИО15 Ю. и Д.А., остальные проживали в большой комнате. В 2017 году ФИО14 в квартире не проживала. До этого ФИО14 временами проживала в спорной квартире, временами уезжала и проживала в других квартирах. Когда ФИО14 и ФИО16 с детьми проживали в квартире, в двух комнатах проживали 6 человек. Условий для проживания в квартире для такого количества людей не имелось и не имеется в настоящее время. Поясняла на вопросы суда, что между ФИО15 Ю. и ФИО14 были неприязненные отношений, возможно по вопросу оплаты за жилищно-коммунальные услуги; конфликты у ФИО14 в основном были с ФИО2 при ее жизни, с ФИО15 Ю. конфликтов как таковых не было, но ему не нравилось, что ФИО14 злоупотребляла алкогольными напитками, он возмущался по этому поводу; из-за этого были неудобства у жильцов. При ней ФИО14 никто не выгонял, возможно ФИО14 уехала потому, что хотела улучшить жилищные условия, что ей не нравились условия проживания, было тесно, либо потому, что устраивала личную жизнь. Сообщала, что мебели, использовавшейся исключительно ФИО14, в квартире не было – шкафом, кроватью, диваном пользовалась не только она, эта мебель осталась после смерти ФИО1 (матери ФИО14 и ФИО2), одежды ФИО14 в 2017 году она не видела, предметы и вещи для общих нужд (домашний текстиль, предметы обихода, хозяйственные товары, гигиенические принадлежности) ФИО14 в квартиру не приобретала, когда там проживала. Полагает, что исковые требования ФИО14 должны быть удовлетворены.

ФИО15 сообщала суду, что время от времени ФИО14 проживала в спорной квартире одновременно с ней, но не всегда, по иным обстоятельствам пояснения дать не могла.

Третье лицо ФИО19 в суде давала следующие пояснения. Она фактически проживает в спорной квартире с супругом с 2015 году. Она и ФИО15 Ю. всегда проживали в маленькой комнате площадью 12 кв.м. В 2017 году в квартире проживали ФИО15 Ю. и Андрей Ю., ФИО10. и ФИО20 с детьми, ФИО14 в квартире не проживала в 2017 году. Пояснила также, что действительно обсуждались вопросы необходимости оплаты ЖКУ, такое требование выдвигалось всем, в том числе ФИО14, но она не говорила на поминках, что не пустит ответчика в квартиру. Одежды ФИО14 в квартире никогда не было, своей индивидуальной посуды, мебели – тоже. Скандалов между Солодковыми и ФИО14 не было, возможно претензии были связаны с тем, что ФИО14 злоупотребляла алкогольными напитками. После того, как уехала в последний раз из квартиры, ФИО14 не приходила, не звонила, не требовала ее пустить в квартиру жить; контакты с ней не поддерживались.

Судом также были допрошены свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО6

ФИО4 сообщила, что дружит с ФИО14, знает всех членов семьи. ФИО14 съезжала из квартиры, вернулась с детьми в 1999 году. Были конфликты между ФИО14 и ФИО2, она не хотела пускать жить в квартиру детей ФИО14, последняя осталась жить в квартире, помогала с детьми ФИО2 – Солодковыми Артемом Ю. и Андреем Ю. Далее на какое-то время общение между ФИО4 и ФИО14 прекратилось, увиделись в 2017 году на поминках после смерти ФИО2 На поминках ФИО10 при ней сказала, что в квартиру никого не пустит, пока ей не отдадут деньги (за ремонт). С 2017 по 2020 годы общались с ФИО14 по телефону, она говорила, что приходила на день рождения ФИО15 Ю., но ее не пустили в квартиру. Свидетель полагает, в том числе со слов самой ФИО14, что родственники давали ей понять, что в квартире ей не место, были конфликты на бытовом уровне. До 2020 года ФИО14 не говорила ей, что пытается вселиться обратно в спорную квартиру. С 2020 года ФИО4 вместе с ФИО14 звонили ФИО15 Ю., но он не отвечал на звонки, 4 – 5 раз они вместе ездили в квартиру по <адрес изъят> (поясняла, что ездили в дневное время в будние дни и в выходные), никто дверь не открывал. Полагает также, что фактически жить в квартире всем будет невозможно, как такового вселения ФИО14 не хотела, а хотела, чтобы был решен вопрос по приватизации квартиры на всех и помещение было разделено между сособственниками, каждый мог себе что-то свое приобрести. Она советовала ФИО14 обратиться в полицию, но последняя этого не делала, будучи неконфликтным человеком. Поясняла, что ФИО14 проживает на съёмной квартире, некоторое время жила у ФИО4

ФИО5 сообщил, что является сыном ФИО14, с матерью с 2000 по 2015 годы они не общались, с 2017 по 2020 год периодически общались. Ему известно, что ФИО14 жила то в квартире по <адрес изъят>, то на съемных квартирах, то у подруг. Со слов ФИО14 имелись конфликты с Солодковыми на период 2017 года на бытовой почве. ФИО14 злоупотребляла алкоголем, возможно это не нравилось другим жильцам квартиры, ФИО21 говорила, что жить с ней неудобно из за этого. Полагает, что ФИО14 в квартире жить было некомфортно из-за того, что в квартире проживало много людей, отношения были неприязненные. На вопрос суда пояснил, что мать не говорила ему, что ее выгоняют. На поминках после смерти ФИО2 ФИО10. – супруга ФИО15 Ю. сказала при присутствовавших, что никого не пустит жить в квартиру, пока не отдадут деньги за ремонт квартиры и на оплату за ЖКУ. ФИО14 не говорила ему, что хочет жить в квартире, ФИО5 предполагал, что речь идет только о регистрации в жилом помещении.

Свидетель ФИО6 давала суду пояснения о том, что она дружила с ФИО16, ФИО14 знает, она проживала в квартире по <адрес изъят> периодами, свидетель иногда видела ее в квартире. На поминках после смерти ФИО2 ФИО10. – супруга ФИО15 Ю. сказала при присутствовавших, что никого не пустит жить в квартиру, пока не отдадут деньги за ремонт квартиры и на оплату за ЖКУ. Пояснила также, что знает, что ФИО14 сейчас снимает квартиру, не слышала, что она хочет проживать в квартире по <адрес изъят>.

Выслушав пояснения лиц, присутствующих в судебном заседании, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагающего, что первоначальный иск подлежит отклонению, а встречные исковые требования о вселении – удовлетворению, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности и установив нормы права, подлежащие применению в данном деле, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно статье 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают вследствие действий (бездействия) участников жилищных отношений или наступления событий, с которыми федеральный закон или иной нормативный акт связывает возникновение жилищных прав и обязанностей.

В силу части 1 статьи 60 Жилищного кодекса Российской Федерации по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Пунктом 1 части 1 статьи 67 Кодекса предусмотрено право нанимателя жилого помещения по договору социального найма в установленном порядке вселять в занимаемое жилое помещение иных лиц.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьи 69 Кодекса к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные и ограниченные судом в дееспособности члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

В силу положений статьи 69 Кодекса к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя (часть1).

Если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма (часть 4).

В силу части 3 статьи 83 Кодекса в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Разъяснения о применении судами части 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ содержатся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2009 № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», в соответствии с пунктом 32 которого при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации). Если отсутствие в жилом помещении нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с выездом в другое место жительства и расторжением тем самым договора социального найма.

Юридически значимым по спорам о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него является установление того обстоятельства, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер или добровольный, временный или постоянный, не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Отсутствие же у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Согласно подпункту «е» пункта 31 Правил регистрации граждан и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации и перечня должностных лиц, ответственных за регистрацию, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 17.07.1995 № 713, в случае выселения из занимаемого жилого помещения или признания утратившим право пользования жилым помещением – на основании вступившего в силу решения суда органами регистрационного учета производится снятие гражданина с регистрационного учета.

Из материалов дела следует, что стороны являются нанимателями жилого помещения – двухкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>.

Данное жилое помещение площадью 43,4 кв.м состоит из двух жилых комнат площадью 17,4 кв.м и площадью 12 кв.м, кухни площадью 7,1 кв.м, туалета площадью 0,9 кв.м и ванной площадью 2 кв.м.

Квартира была предоставлена ФИО7 с составом семьи: ФИО1 (жена), ФИО2 (последствии ФИО17) (дочь), ФИО3 (дочь), ФИО18 (в настоящее время ФИО14) Л.В. (дочь) по ордеру о предоставлении жилого помещения от <дата изъята> <номер изъят>, выданному на основании решения исполкома Лен. рай. совета депутатов трудящихся от <дата изъята> <номер изъят>.

В последующем <дата изъята> с ФИО1 был заключен договор на содержание и техническое обслуживание жилого помещения, занимаемого по договору найма по адресу: <адрес изъят>.

ФИО7, ФИО1, ФИО9. умерли, ФИО3 выехала из жилого помещения.

Истцы ФИО15 Ю., Артем Ю., ФИО16 являются родными братьями и сестрой - детьми ФИО2, ФИО14 приходится тетей истцам, ФИО15 – дочь ФИО16

Согласно выписке из домовой книги в спорной квартире зарегистрированы: несовершеннолетний ФИО8 (согласно пояснениям сторон – сын ФИО14, в отношении которого она была лишена родительских прав), несовершеннолетние ФИО11., ФИО12. (согласно пояснениям сторон дети ФИО16, в отношении которых она лишена родительских прав), ФИО14, ФИО13, ФИО15 Ю., ФИО15 Ю., ФИО16 (право пользования прекращено на основании судебных актов по данному гражданскому делу).

Из пояснений сторон следует, что фактически в квартире проживают в настоящее время ФИО15 Ю. и Артем Ю. с супругой ФИО10.

Как установлено судом на основании пояснений лиц, участвующих в деле, и свидетелей по делу, ответчик ФИО14 не проживает в спорном жилом помещении длительное время. Согласно пояснениям всех опрошенных лиц в 2017 году ответчик уже не проживала, не ночевала в жилом помещении. Когда ответчик в последний раз проживала и выехала в последний раз из квартиры суду установить не удалось, поскольку ни одно из опрошенных судом лиц, в том числе сама ФИО14, период последнего проживания в квартире и выезда из нее суду назвать не смогли, представленные в дело письменные доказательства также таких сведений не содержат. До 2017 года ответчик, согласно ее пояснениям суду, временами проживала в спорной квартире, временами в других жилых помещениях (в том числе на съемном жилье), то есть на постоянной основе, без периодических выездов на другие жилые площади, начиная с 2000х годов в квартире ответчик не проживала. При этом из пояснений ответчика в судебном заседании <дата изъята> следует, что она постоянно не проживала в квартире уже с 2011 года, но предпринимала попытки вселяться туда и проживала некоторое время.

В соответствии с представленными в материалы дела жилищно-бытовой характеристикой участкового уполномоченного Отдела полиции №14 «Дербышки» УМВД России по г. Казани, актом от <дата изъята> ООО УК «ЖКХ Дербышки» ФИО14 не проживает в <адрес изъят> с 2017 года.

Также из пояснений опрошенных лиц следует, что в те периоды, когда ФИО14 проживала в квартире, в ней также проживали: ФИО1 (до смерти в 2011 году), ФИО9 (до смерти в 2017 году), ФИО15 Ю. и Артем Ю. с супругой ФИО10., ФИО16 с ФИО15 и младшей дочерью, в двухкомнатной квартире одновременно могли проживать до 8 человек.

В периоды проживания в квартире ФИО14, как следует из ее пояснений суду, передавала деньги на оплату за жилое помещение и коммунальные услуги своей матери ФИО1 (умерла в 2011 году), бывало, что передавала деньги сестре ФИО2 (умерла в 2017 году), при этом судом был сделан вывод о том, что в полном объеме свою долю по оплате расходов на ЖКУ ответчик в период проживания в квартире не оплачивала, а после выезда из квартире не участвовала в оплате за жилое помещение и коммунальные услуги вовсе, при этом о наличии задолженности ей было известно.

При этом заочным решением суда от <дата изъята> с Солодковых Артема Ю., Андрея Ю., ФИО16, ФИО14 взыскана задолженность по оплате за жилищно-коммунальные услуги в сумме 167 543,99 рублей.

<дата изъята> между ФИО15 Ю. и ООО «УК ЖКХ «Дербышки» было заключено соглашение о реструктуризации задолженности по жилищно-коммунальным платежам, которую истец частично погашает. В настоящее время задолженность составляет 74 676,72 рубля.

Из пояснений опрошенных лиц судом также сделаны выводы о том, что в период проживания в квартире ФИО14 пользовалась мебелью, оставшейся после смерти матери ФИО1, в том числе диваном, кроватью, шкафом, тумбочкой, при этом данной мебелью пользовались и другие жильцы квартиры. Какой-либо мебели, хозяйственных товаров, домашнего текстиля, посуды, иных предметов обихода ответчик в квартиру не покупала и не имела в ней, личные вещи, в том числе одежду, приносила и уносила с собой, с 2017 года личных вещей, в том числе одежды, в квартире не имела, что следует и из пояснений самой ФИО14

Относительно причин выезда ФИО14 из квартиры суд из совокупности пояснений опрошенных в судебных заседаниях лиц делает выводы о том, что из жилого помещения ответчика никто не выгонял, выселиться не принуждал, между жильцами квартиры действительно складывались натянутые отношения, что было связано как с условиями проживания в квартире (для количества зарегистрированных в квартире лиц условия проживания отсутствовали, было тесно), так и с образом жизни ответчика, которая временами злоупотребляла алкогольными напитками, а также с наличием задолженности по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги в крупном размере и с конфликтами по бытовым вопросам. При этом как таковые конфликты, в ходе которых ФИО14 вынуждали выехать из квартиры, в период ее проживания в квартире места не имели. С учетом этого, исходя из пояснений свидетелей и третьих лиц, суд полагает, что причинами для выезда ответчика на другое место жительства могли быть стесненные, некомфортные условия проживания в спорной квартире, отсутствие хороших, доброжелательных отношений с родственниками, проживающими в квартире, претензии с их стороны по поводу ее образа жизни, желание проживать самостоятельно, в более комфортных условиях.

Выясняя вопрос о том, предпринимались ли ответчиком попытки вселения в квартиру после выезда из нее, суд принимает во внимание показания свидетелей и третьих лиц, не заинтересованных в исходе дела, которые сообщали суду: сведений о том, что ФИО14 пыталась вернуться и проживать в квартире в период с 2017 по 2020 годы, у них не имеется, в том числе об этом им не сообщала сама ответчик; после 2020 года ФИО14 пыталась выйти на контакт с ФИО15 Ю. путем телефонных звонков, а также приезжая в квартиру (что истцом оспаривалось), однако следует из существа пояснений, целью ответчика было не вселение в квартиру и проживание в ней, а обсуждение вопросов погашения задолженности за жилое помещение и коммунальные услуги и обсуждение судьбы квартиры в будущем, вещей для проживания она с собой не брала.

Согласно доводам ответчика, на телефонные звонки истец не отвечал, дверь в квартиру никто не открыл. Между тем, достоверных доказательств того, что в квартире в период приездов ФИО14 (она приезжала в дневное время, в том числе в будни) кто-то действительно находился и умышленно не открыл дверь, суду представлено не было. Также суду не представлено и доказательств того, что во входной двери в квартиру был установлен дополнительный замок, ввиду чего ответчик не могла зайти в квартиру самостоятельно, при этом представленные в материалы дела фотоматериалы указывают на наличие в двери лишь одного замка. Свидетель ФИО4, приезжавшая в квартиру вместе с ФИО14, не сообщала суду, что ответчик пыталась открыть дверь самостоятельно, своим ключом, таковые пояснения не давала и сама ФИО14, а в судебном заседании <дата изъята> она поясняла, что ключей от квартиры у нее не имелось и до этого.

В полицию по вопросу недопуска в жилое помещение ФИО14 не обращалась, письменно к истцам с требованием впустить ее в квартиру также не обращалась, в суд с иском о вселении также не обращалась до предъявления рассматриваемого встречного иска в 2024 году. Следует учесть и то, что свидетели ФИО5 и ФИО4 поясняли суду, что они не слышали от ФИО14, что она желает вселиться и проживать в спорной квартире, полагали, что для нее важен именно вопрос регистрации в жилом помещении.

Судебную корреспонденцию ответчик по месту регистрации не получала, почтовым ящиком не пользовалась, что следует и из того, что о вынесенном заочном решении по данному делу ей известно в 2022 году не было, и из ее пояснений об отсутствии у нее информации о вынесении заочного решения в 2017 году на предмет взыскания задолженности по оплате за жилое помещение и коммунальные услуги.

Исходя из анализа исследованных доказательств в совокупности, суд приходит к выводам о том, что ответчик, периодами проживавшая в спорной квартире, где зарегистрирована по месту жительства, выехала из нее до 2017 года, то есть более, чем за 7 лет до обращения в суд с иском о вселении в жилое помещение, обстоятельства недобровольности выезда из жилого помещения судом не установлены, как не установлено достоверно и реальных попыток вселения в квартиру ответчика после выезда из нее, желания и намерения с ее стороны использовать квартиру для проживания, а также того, что истцами чинились ей в этом препятствия, личных вещей ФИО14 в квартире на момент выезда не имелось, не имелось в квартире и приобретенных ответчиком вещей для общего пользования, жилищно-коммунальные услуги ответчик длительное время не оплачивает.

Совокупность указанных обстоятельств дает основание для вывода о том, что отсутствие ответчика в спорной квартире не носит временного и вынужденного характера, она реализовала свое право выбора места жительства и, тем самым, добровольно отказались от права пользования спорной квартирой, а значит, утратила право пользования даннымжилым помещением.

Отсутствие у ФИО14 жилых помещений в собственности, а также права пользования иным жилым помещением по договору социального найма не может являться основанием для признания ее отсутствия в спорном жилом помещении временным и сохранения за ней права пользования жилым помещением, поскольку в силу части 2 статьи 1 Жилищного кодекса РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими.

При таком положении, суд считает заявленные истцами требования о признании ответчика ФИО14 утратившей право пользования жилым помещением обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Удовлетворение первоначального иска полностью исключает удовлетворение встречного иска ФИО14 о вселении, передаче дубликата ключей и определении порядка пользования жилым помещением.

Согласно статье 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Поскольку от уплаты государственной пошлины при подаче иска в суд истцы были освобождены, с ФИО14 в пользу бюджета следует взыскать государственную пошлину в размере 150 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО22 Ю., ФИО15 Ю. к ФИО14 о признании утратившей право пользования жилым помещением удовлетворить.

Признать ФИО14 утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <адрес изъят>.

Решение является основанием для снятия ФИО14 с регистрационного учета по адресу: <адрес изъят>.

В удовлетворении встречного иска ФИО14, к ФИО15 Ю., ФИО15 Ю. о вселении и передаче дубликата ключей, определении порядка пользования жилым помещением отказать.

Взыскать с ФИО14 (ИНН <номер изъят>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 150 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд РТ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд.

Судья Шадрина Е.В.

Мотивированное решение составлено 08.09.2025