Дело № 2-1180/2023
УИД 03RS0002-01-2022-009752-52
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Уфа 31 января 2023 года
Калининский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан
в составе председательствующего судьи Рахимовой Р.В.,
при секретаре Федоровой Е.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску государственного унитарного предприятия «Башавтотранс» Республики Башкортостан к ФИО1 о возмещении материального ущерба,
установил:
государственное унитарное предприятие «Башавтотранс» Республики Башкортостан (далее по тексту – ГУП «Башавтотранс» РБ) обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба в размере 177 253,85 руб., мотивируя свои требования тем, что 16 ноября 2020 года в 18:30 часов ФИО1, управляя автобусом <данные изъяты> принадлежащим ГУП «Башавтотранс» РБ, следуя по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, допустил падение пассажира ФИО2 в салоне автобуса в результате резкого торможения. В результате данного происшествия ФИО2 причинен вред здоровью средней тяжести. На основании решения Калининского районного суда <адрес> Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ с ГУП «Башавтотранс» РБ в пользу ФИО2 взыскана денежная сумма в размере 177 253,85 руб. в счет возмещения морального вреда, судебных расходов. На основании статей 1068, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 238, 243 Трудового кодекса Российской Федерации с ФИО1 подлежит взысканию денежная сумма, выплаченная в пользу потерпевшей.
В судебном заседании представитель истца ФИО3 иск поддержала.
Ответчик ФИО1 иск не признал.
Изучив материалы гражданского дела, выслушав явившихся лиц, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Пунктом 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
Исходя из приведенных норм работодатель несет обязанность по возмещению третьим лицам вреда, причиненного его работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей. В случае возмещения такого вреда работодатель имеет право регрессного требования к своему работнику в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом. Под вредом (ущербом), причиненным работником третьим лицам, понимаются все суммы, выплаченные работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба.
В соответствии со ст. 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.
Статьей 233 Трудового кодекса Российской Федерации определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора.
В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.
Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации "Материальная ответственность работника" урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.
В силу ч. 1 ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.
Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.
Как разъяснено в абзаце 2, 3 пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", работник может быть привлечен к полной материальной ответственности, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении судьей, органом, должностным лицом, уполномоченными рассматривать дела об административных правонарушениях, было вынесено постановление о назначении административного наказания (пункт 1 абзаца первого части 1 статьи 29.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), поскольку в указанном случае факт совершения лицом административного правонарушения установлен.
Из системного толкования приведенных нормативных положений гражданского законодательства следует, что для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда. При этом, если наличие вреда и его размер доказываются потерпевшим, то вина причинителя предполагается, то есть отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.
На основании изложенного, обязанность по регрессному требованию может быть возложена на лицо только при наличии противоправности его деяния и вины этого лица в причинении вреда.
Приказом №/к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 принят на работу водителем автобуса 1 класса городского регулярного маршрута в колонну № Уфимского пассажирского автотранспортного предприятия № – филиала ГУП «Башавтотранс» РБ.
ДД.ММ.ГГГГ между УПАТП № филиал ГУП «Башавтотранс» РБ и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работу в колону № водителем автобуса 1 класса.
В тот же день сторонами заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности.
Приказом №/кл от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника, пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Основанием для обращения с иском в суд о взыскании с работника материального ущерба в сумме 177 253,85 руб. послужило решение Калининского районного суда <адрес> Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого ГУП «Башавтотранс» РБ выплатило ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья 130 000 руб., в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя 20 000 руб., по оплате услуг нотариуса 2 000 руб., по производству экспертизы 24 224,57 руб., услуг ксерокопирования 620 руб., почтовых расходов 409,28 руб.
Названным судебным актом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 05 минут ФИО2 находилась в салоне автобуса марки «Нефаз», государственный регистрационный знак <***>, под управлением водителя ФИО1, принадлежащего ГУП «Башавтотранс» РБ.
Следуя по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, ФИО1 управляя транспортным средством в результате резкого торможения допустил падение пассажира ФИО2 в салоне автобуса, в результате чего истец получила телесные повреждения в виде ушиба мягких тканей головы, закрытый перелом основной фаланги 4 пальца правой кисти со смещением отломков, которые повлекли причинение вреда здоровью средней тяжести.
В данном решении суда указано, что нарушение водителем ФИО1 при управлении транспортным средством (автобусом) состоят в прямой причинно-следственной связи с полученными пассажиром ФИО2 телесных повреждений. При этом, какое именно нарушение допустил ФИО1 не указано, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО2 о компенсации морального вреда со ссылкой на ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающую ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.
Из объяснений ФИО1, содержащихся в материалах дела об административном правонарушении, следует, что ДД.ММ.ГГГГ, управляя технически исправным автобусом <данные изъяты> по <адрес> по маршруту 74 в сторону ДОКа, на пересечении <адрес> и <адрес>, перед ним внезапно повернула встречный легковой автомобиль и он немного притормозил, в это время женщина шла на свободное место, при торможении упала и повредила палец, после чего он остановился и вызвал скорую помощь.
Согласно объяснениям ФИО2 по факту полученных телесных повреждений ДД.ММ.ГГГГ, в результате дорожно-транспортного происшествия после обращения в ГКБ № амбулаторным лечением не пользовалась, от прохождения судебно-медицинской экспертизы отказалась.
Постановлением старшего инспектора по ИАЗ Полка ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Уфе от 23 ноября 2020 года в соответствии с п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП Российской Федерации административное производство в отношении ФИО1 и ФИО2 прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
В описательно-мотивировочной части данного постановления указано, что ФИО1, управляя автобусом марки «<данные изъяты>, следуя по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, в результате резкого торможения допустил падение пассажира ФИО2 в салоне автобуса.
Согласно пояснениям представителя истца в судебном заседании служебная проверки по факту произошедшего ДД.ММ.ГГГГ случая в отношении ФИО1 не проводилась, работник не был привлечен к дисциплинарной ответственности, за период работы в ГУП «Башавтотранс» РБ с января 2009 года по октябрь 2022 года характеризуется положительно, дисциплинарных взысканий не имел, уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию.
Наличие у ГУП «Башавтотранс» РБ регрессного права на взыскание материального ущерба, предусмотренное п. 1 ст. 1081 ГК РФ, не порождает обязанность работника данной организации возместить такой ущерб при отсутствии вины работника.
Установление наличия вины ответчика в совершенном дорожно-транспортном происшествии, оснований и размера ответственности относится к юридически значимым обстоятельствам, однако эти обстоятельства в нарушение ч. 2 ст. 56 ГПК РФ истец в суде не доказал.
В решении Калининского районного суда <адрес> Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ выводы о нарушении ФИО1 Правил дорожного движения РФ, приведших к падению пассажира автобуса, наличии вины ФИО1 в произошедшем событии не сделаны.
Довод представителя истца о том, что ответственность по возмещению ущерба возлагается на работника ФИО1, поскольку на период работы с ним был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, подлежит отклонению по следующим основаниям.
Частью 1 ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.
Согласно ч. 2 ст. 244 Трудового кодекса Российской Федерации перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.
В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерством труда и социального развития Российской Федерации принято постановление от ДД.ММ.ГГГГ №, которым утвержден в том числе Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества.
В указанном Перечне должностей и работ предусмотрены должности экспедитора по перевозке и других работников, осуществляющих получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей, а также работы по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза, багажа, почтовых отправлений и других материальных ценностей, их доставке (сопровождению), выдаче (сдаче).
С учетом того, что работы по управлению транспортным средством и профессия водителя не включены в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, то оснований для применения материальной ответственности на основании заключенного договора при указанных обстоятельствах не имеется.
Учитывая изложенное, принимая во внимание отсутствие доказательств вины ФИО1 в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ событии, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с него в пользу истца материального ущерба в порядке регресса.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
в удовлетворении исковых требований государственного унитарного предприятия «Башавтотранс» Республики Башкортостан к ФИО1 о возмещении материального ущерба отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца с даты принятия судом решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Калининский районный суд <адрес>.
Председательствующий: Р.В. Рахимова