Дело № 2-3153/2025
УИД № 23RS0047-01-2024-013662-19
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
г. Краснодар 03 марта 2025 года
Советский районный суд г. Краснодара в составе:
председательствующего - судьи Зуева М.А.,
при секретаре Антоновой А.А.,
с участием:
истца ФИО1,
представителя ответчика Союза «СРО «МАС» по доверенности ФИО2,
представителя третьего лица Государственной инспекции труда в Краснодарском крае – ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Союзу «Саморегулируемая организация «Межрегиональный Альянс Строителей» о признании незаконным бездействия ответчика по предоставлению отпуска на основании поданных заявлений, взыскании морального вреда, государственной пошлины, вынесении в адрес Государственной инспекции труда в Краснодарского края частного определения с постановкой вопроса о привлечении ответчика к установленной законом ответственности за нарушении трудового законодательства
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к Союз «Саморегулируемая организация «Межрегиональный Альянс Строителей», в котором просила признать незаконным бездействия ответчика по предоставлению отпуска на основании поданных заявлений, взыскании морального вреда, государственной пошлины, вынесении в адрес Государственной инспекции труда в Краснодарского края частного определения с постановкой вопроса о привлечении ответчика к установленной законом ответственности за нарушении трудового законодательства
В обоснование иска, истец указала с 01 февраля 2010 г. была принята на работу в НП «Саморегулируемая организацию «Межрегиональный альянс строителей» на должность Директора Представительства. В последующем истец и работодатель — Союз «СРО «МАС» в лице директора ФИО6 — подписали дополнительное соглашение №1 от 29 ноября 2011 г. к трудовому договору о переводе истца на должность заместителя директора по развитию
Графиком отпусков на 2024 год ежегодный оплачиваемый отпуск запланирован не был и предоставлен до момента подачи иска не был. Право на отдых на нарушено.
22 июля 2024 г. истец направила заявление в Союз «СРО «МАС» о предоставлении части трудового отпуска с 25 июля 2024 г., но согласно полученному ответу от Союза «СРО «МАС» исх. №1146 от 24 июля 2024 г., истцу было отказано в предоставлении ежегодного отпуска с 25 июля 2024 г.
С заявлением от 13 ноября 2024 г. истец обратилась к работодателю за предоставлением отпуска с 18 ноября 2024 г. в количестве 28 календарных дней. Заявление было отправлено 13 ноября 2024 г. в 20:06 мск с электронной почты 445012@mail.ru на официальную электронную почту ответчика info@mas-sro.ru, urist@mas-sro.ru с просьбой предоставить ответ до 15 ноября 2024 г. Также, заявление на отпуск было отправлено Почтой России 15.11.2024 г. (копия описи и квитанции Почты России от 15.11.2024г. об отправлении прилагается). Но ответ по заявлению от 13.11.2024г. до момента подачи иска ответчиком предоставлен не был. Отпуск также не был предоставлен.
19 ноября 2024 г. истец направила заявление в Союз «СРО «МАС» с просьбой включить ее в график отпусков на 2024 год и предоставить отпуск с 25 ноября 2024 г.. Заявление было отправлено 19 ноября 2024 г. в 13:14 мск с электронной почты 445012@mail.ru на официальную электронную почту ответчика info@mas-sro.ru, urist@mas-sro.ru. Также заявление на отпуск было направлено Почтой России 19.11.2024 г. (копия описи и квитанции Почта России от 19.11.2024г. об отправлении прилагается).
25 ноября 2024 г. истец получила телеграмму от Союза «СРО «МАС», в которой ей было отказано в предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 25 ноября 2024 г.
Руководствуясь статьями 114, 122 и 123 ТК РФ, истец указывает, что ей должен быть предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней с сохранением места работы в должности заместителя директора по развитию и среднего заработка. Однако ответчик не предоставил и не оплатил истцу указанный отпуск предоставлении отпуска и не указал причин отказа. Вопрос о переносе отпуска на другой срок также не был решён.
На заседании 16.01.2025, истцом было подано заявление об уточнении исковых требований, в котором истец просила суд: признать незаконным бездействие ответчика, связанное с неознакомлением истца с приказом и уведомлением о начале отпуска с 09 октября 2024 г. 28 календарных дней за 2 недели; признать незаконным бездействие директора ФИО6, по предоставлению истцу очередного оплачиваемого отпуска за 2024 год согласно заявлениям от 24 июля 2024г., 13 ноября 2024, 19 ноября 2024г., 26 ноября 2024г., 29 ноября 2024г.; признать незаконным бездействие ответчика по переносу на другой срок ежегодного оплачиваемого отпуска по заявлениям от 24 июля 2024г., 13 ноября 2024, 19 ноября 2024г., 26 ноября 2024г., 29 ноября 2024г.; взыскать с ответчика денежную компенсацию в размере 50 000 рублей – 50% потраченную истцом на использование ежегодного отпуска, период которого попал в предновогодние и новогодние праздничные дни, что повлекло за собой удорожание стоимости; взыскать с ответчика 100 000 рублей в счет компенсации причиненного истцу морального вреда; вынести в адрес Государственной инспекции труда в Краснодарского края частное определения с постановкой вопроса о привлечении ответчика к установленной законом ответственности за нарушении трудового законодательства.
В обосновании уточненных исковых требований, истец указал следующее.
В связи с изменившимися обстоятельствами по делу №, а именно в связи с тем, что 16 декабря 2024г. истцу был предоставлен работодателем отпуск с нарушением трудового законодательства, заявленные истцом исковые требования подлежат уточнению.
Между истцом и Союзом «СРО «МАС» было заключено дополнительное соглашение №4 от 04.07.2024 г. к трудовому договору от 01.02.2010 г. №2, подписанное 10 декабря 2024 г., в котором определено место работы истца по адресу: 350059, <адрес>, помещение 23.
Союзом «СРО «МАС» были приняты заявления о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска 24 июля 2024 г., 13 ноября 2024 г., 19 ноября 2024 г., 26 ноября 2024 г., 29 ноября 2024 г. Однако при предоставлении ответов по всем вышеуказанным заявлениям истцу не сообщили дату начала отпуска в 2024 году.
10 декабря 2024 г. за вх. №0380 истец подала заявление в Союз «СРО «МАС» о допущенных нарушениях трудового законодательства.
11 декабря 2024 г. (исх. №1615) истец получила ответ Союза «СРО «МАС» на мое заявление от 10.12.2024 г. с приложением следующих документов: выписка из графика отпусков на 2023 год (копия); выписка из графика отпусков за 2024 год от 28.12.2023 г. (копия); приказ от 22.11.2024 г. №41 (копия); выписка из графика отпусков от 22.11.2024 г. (копия).
13 декабря 2024 г. (исх. №1635) Союз «СРО «МАС» за подписью ВРИО директора ФИО7 сообщил истцу, что предоставление оплачиваемого отпуска с 09 октября 2024 г. было невозможным в связи с временной нетрудоспособностью истца в указанный период времени и за 2 недели до его начала.
По словам истца, данное утверждение не соответствовало действительности, так как истец не была надлежащим образом уведомлена за 2 недели о предоставлении отпуска с 09 октября 2024 г. (28 календарных дней), не была ознакомлена с приказом и уведомлением о начале отпуска под подпись, а также не была надлежащим образом уведомлена о графике отпусков на 2024 год от 28.12.2023г. Доказательства получения и подписания истцом вышеуказанных документов Союзом «СРО «МАС» представлены не были.
Истцу сообщили, что требования о внесении изменений в график отпусков на 2024 год были удовлетворены, что истец была уведомлена путем направления по почте приказа о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска (исх. №1544 от 25.11.2024 г. и №44 от 25.11.2024 г.) и указывает что в ноябре 2024 года также находилась на больничном, но в этом случае Союз «СРО «МАС» сообщил ей о дате начала отпуска, который истец не планировала.
По словам истца, с приказом о предоставлении отпуска и уведомлением о дате начала отпуска с 16 декабря 2024 г. истец была ознакомлена и подписала эти документы в присутствии начальника юридического отдела Сало В.И. только 10 декабря 2024 г., когда вышла на работу после окончания больничного.
Также, истец просит обратить внимание, что при формировании графика отпусков на 2024 год не было учтено ее право (как женщины с двумя несовершеннолетними детьми) на отпуск в любое удобное для меня время.
Ранее, в период с 2011 по 2023 годы, Союз «СРО «МАС» предоставлял истцу отпуск в удобное время, преимущественно в летний период, так как у истца на иждивении находятся двое несовершеннолетних детей ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ р., ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ р., а также муж-пенсионер.
26 ноября 2024 г. истец лично подала заявление в Союз «СРО «МАС» о включении ее в график отпусков и предоставлении отпуска с 03 декабря 2024 г. Заявление было принято сотрудником ФИО13 (вх. № от 26.11.2024 г.).
29 ноября 2024 г. истец лично подала заявление о предоставлении отпуска с 03 декабря 2024 г. Заявление было принято сотрудником ФИО14 (вх. № от 29.11.2024 г.) в присутствии начальника юридического отдела Сало В.И., который проверил заявление истца, но не сообщил ей, что отпуск предоставлен с 16 декабря 2024 г. В доводах истец задается вопросом о том, что если изменения в график отпусков были внесены 22.11.2024 г., то почему начальник юридического отдела Сало В.И. не уведомил истца об этом под роспись 29 ноября 2024 г. когда истец лично приезжала в офис Союза «СРО «МАС» и, в последующем, делает вывод, что начальник юридического отдела ФИО15, принимал заявления истца, не сообщил о дате ее отпуска согласно утвержденного графика отпусков на 2024 год от 28.12.2023 и о графике отпусков с изменениями и дополнение от 22.11.2024r., не сообщил, что у нее должен быть отпуск 09 октября 2024r., который не был ей предоставлен и что запланирован отпуск на дату 16 декабря 2024r.
16 декабря 2024 г. истец не планировала свой отпуск, так как ей требовалось санаторно-курортное лечение. Однако из-за резкого подорожания цен в предновогодний период она была вынуждена оплатить проживание с наценкой 50% и не смогла пройти полный курс лечения.
Оплата санаторно-курортного лечения с 31.12.2024 по 02.01.2025 в ГУ санаторий Белая Русь в г. Tyaпce составила 42 000 руб., проживание в гостинице Лазурная Hotel & Spa в период с 02.01.2025 по 06.01.2025 - 61 200 руб. Поэтому истец считает, что ответчик должен компенсировать 50% от стоимости проживания - 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, потраченные истцом на использование ежегодного отпуска, период которого выпал в предновогодние и новогодние праздничные дни, что существенно повлекло за собой удорожание стоимости.
В соответствии со статьей 237 ТК РФ, истец также требует взыскания 100 000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя.
Истец просила отменить приказ о направлении в отпуск с 16 декабря 2024г. в связи с допущенными нарушениями трудового законодательства Союзом «CPO «МАС» в лице директора ФИО6
13 декабря 2024r. вх. №0З99 истец подала заявление в Союз «CPO «МАС» где просила работодателя в связи с нарушением предоставления ежегодного отпуска за 2024г. удержать за декабрь 2024 года денежные средства в счет будущей заработной платы в paзмepe 47 492 руб. 52 коп. (сорок семь тысяч четыреста девяносто два рубля пятьдесят две копейки) в качестве оплаты отпускных за 28 календарных дней с 16.12.2024 г. по 20.01.2025r. Отпускные в размере 47 492 руб. 52 коп. поступили на зарплатный счет 12 декабря 2024г. в 17:13 платежное поручение №.923 от 12.12.2024г.
Истец просила указанное удержание произвести в связи с отсутствием ежегодного отпуска.
ВРИО Директора ФИО7 сообщила истцу, что с 16 декабря 2024г. истец не должна выходить на работу в связи с тем, чтo должна находиться в отпуске, который был предоставлен работодателем.
В качестве третьего лица в дело привлечен представитель Государственной инспекции труда в Краснодарском крае, который исковые требования истца поддержал, считал их обоснованными. С учетом позиции, полагал, что работодатель мог принять меры, направленные на уведомление работника о начале отпуска путем направления почтовой корреспонденции.
Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не поддержал, просил суд отказать в их удовлетворении в полном объеме, в обосновании своей позиции заявлял возражения в устном и письменном виде. Позиция ответчика заключалась в следующем.
Истцом неоднократно совершены попытки подведения работодателя под нарушение норм Трудового кодекса РФ в связи с конфликтным отношением.
22.11.2024 от ФИО1 поступило заявление о предоставлении ей ежегодного оплачиваемого отпуска от 19.11.2024 продолжительностью 28 календарных дней. В указанном заявлении ФИО1 просила предоставить ей ежегодный оплачиваемый отпуск с 25.11.2024 г.
Ответным письмом от 22.11.2024 ФИО1 отказано в предоставлении отпуска. Данное решение обусловлено тем, что заявление ФИО1 от 19 ноября 2024 года было получено Союзом «СРО «МАС» только 22 ноября 2024 года.
В силу данного обстоятельства, невозможно обеспечить соблюдение требований статьи 136 Трудового кодекса Российской Федерации, которая предписывает производить начисление оплаты за ежегодный оплачиваемый отпуск не позднее чем за три дня до его начала, а также обеспечить уведомление о начале ежегодного оплачиваемого отпуска не позднее чем за 2 недели до его начала (ст. 123 ТК РФ).
Таким образом, Союз «СРО «МАС» не мог предоставить ФИО1 отпуск в указанную ей дату, поскольку это привело бы к нарушению требований трудового законодательства Российской Федерации.
На основании вышеизложенного, ФИО1 сообщено об отказе в предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 25 ноября 2024 года.
Также, от ФИО1 в адрес Союза «СРО «МАС» поступило обращение о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 03 декабря 2024, полученное Союзом «СРО «МАС» (далее – Союз) 26 ноября 2024.
Согласно ч. 3. ст. 123 Трудового кодекса РФ о времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала. Данная норма, по своему буквальному толкованию является императивной и не содержит особых оговорок или исключений.
В связи с предоставлением ФИО1 заявления, которое датируется «26 декабря 2024» в адрес Союза 26 ноября 2024 – Союзом «СРО «МАС невозможно обеспечение ФИО1 уведомлением о начале ежегодного отпуска с 03 декабря 2024 за две недели.
В случае удовлетворения просьбы работницы о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 03 декабря 2024, Союзом «СРО «МАС» было бы допущено нарушение обязательных требований трудового законодательства РФ, а именно ч.3 ст. 123 ТК РФ, в связи с несвоевременным ознакомлением работника с датой начала отпуска.
Таким образом, в предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска с 03 декабря ФИО1 отказано.
От вышеуказанной работницы поступало обращение от 13 ноября 2024 года (принятое почтой России 15 ноября 2024), которое было получено Союзом «СРО «МАС» 27 ноября 2024 года. В ответ на указанное обращение Союз «СРО «МАС» сообщил, что предоставление ежегодного оплачиваемого отпуска с 18 ноября 2024 невозможно, в том числе в связи с тем, что указанная дата уже прошла.
В действующей системе нормативно-правового регулирования РФ отсутствует обязанность работодателя предоставлять отпуск работникам по их письменным заявлениям.
25.11.2024 ФИО1 направлено уведомление о начале ежегодного оплачиваемого отпуска с 16 декабря 2024 года продолжительностью 28 календарных дней. В силу невозможности ознакомить работника с приказом о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска, последней, вместе с уведомлением, направлен приказ о предоставлении ежегодного оплачиваемого отпуска.
Согласно буквальному толкованию диспозиций статей 123 и 124 Трудового кодекса Российской Федерации, ежегодный оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику в установленном порядке, который определяется работодателем. При этом, работодатель не обязан согласовывать с работником дату начала и окончания отпуска. Однако, несмотря на это, работодатель вправе учесть мнение работника по своему усмотрению.
В силу наличия уведомления ФИО1 о начале отпуска в установленные законом сроки, а также в силу предоставления последней ежегодного отпуска в текущем календарном году, а также в рабочем году ФИО1 – со стороны Союз «СРО «МАС» отсутствуют нарушения трудового законодательства РФ.
Ответчик, в возражениях, также указывал, что не уточнял исковые заявления у Истца в рамках п.1 ч.1 ст. 149 ГПК РФ, в связи с чем поданное заявление со стороны истца от 16 января 2025 года считает попыткой изменить предмет и основание иска, в нарушение ст. 39 ГПК РФ.
В обосновании данного тезиса указал, что содержащиеся в части первой статьи 39 ГПК РФ положения, предоставляя истцу право изменить основание или предмет иска, не предполагают возможности одновременного изменения и предмета, и основания иска, поскольку это, по существу, означало бы подачу нового иска, что противоречит правилам его предъявления, установленным в статьях 131 и 132 данного Кодекса. Кроме того, из содержания названных норм главы 12 ГПК РФ во взаимосвязи с его статьями 135 и 136, среди прочего, прямо вытекает требование о соответствии исковых требований, в том числе уточненных, приведенным истцом фактическим обстоятельствам и представленным в их подтверждение доказательствам.
Таким образом, истец не вправе одновременно изменять предмет и основание иска, в связи с чем исковые требования, изложенные в так называемом «заявлении об уточнении искового заявления» не могут подлежать рассмотрению и удовлетворению.
О том факте, что данное заявление является попыткой изменить предмет и основание иска свидетельствуют, в частности: новые доводы и сведения, не заявленные при подаче иска, абсолютно новые и не заявленные ранее материальные требования.
Таким образом, ответчиком озвучен вывод, что заявление об уточнении искового заявления является ненадлежащим процессуальным документом, а его содержание свидетельствует о попытке истца изменить предмет и основание иска, а также полностью изменить содержание спора.
Жалобы истца на отсутствие ознакомление с графиком отпусков не состоятельны, поскольку работодатель не обязан знакомить работников с графиком отпусков под роспись.
График отпусков не является локальным нормативным актом, поскольку не содержит правовых норм, то есть правил поведения, обязательных для неопределенного круга лиц и рассчитанных на неоднократное применение. Тот факт, что работодатель при утверждении графика отпусков должен соблюсти порядок учета мнения профсоюза, установленный для принятия локальных нормативных актов, график отпусков локальным нормативным актом не делает.
Поэтому часть вторая ст. 22 ТК РФ, в соответствии с которой работодатель обязан знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью, в данном случае не применяется. Соответственно, обязанность работодателя по ознакомлению работников с очередностью предоставления отпусков в организации исчерпывается извещением конкретного работника о времени начала его отпуска не позднее чем за две недели до его начала (часть третья ст. 123 ТК РФ).
Ответчик, также, считал, что подача исковых заявлений в суд по данным вопросам не является формой надлежащей защиты прав, так как суд является органом, рассматривающим индивидуальные трудовые споры, а не органом осуществляющем контрольно-надзорную деятельность.
Ответчик, также, подчеркнул, что приобретение работником путевки в санаторий или наличие желания поехать в санаторий в определенную дату не порождает обязанности работодателя по внесению изменений в график отпусков.
То обстоятельство, что истец заблаговременно приобрела или планировала приобрести санаторную путевку, не интересуясь при этом у работодателя о дате предоставления ей отпуска и не согласовывая дату своего отъезда в санаторий с возможностью работодателя предоставить ей отпуск на период ее лечения в санатории, не является для работодателя обязанностью вносить изменения в утвержденный график отпусков сотрудников учреждения.
В равной степени, трудовое законодательство РФ не обязывает работодателя всецело полагаться на желание работника в части предоставления отпуска. Первостепенными в определении очередности отпусков работников являются производственные интересы работодателя.
На основании подп. 3 п. 1 ст. 8 ФЗ от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Закон N 125-ФЗ), подп. "г" п. 2 Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденного постановлением Правительства РФ от 15.05.2006 N 286, обеспечение по страхованию осуществляется в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного, при наличии прямых последствий страхового случая, включающих в себя в том числе оплату отпуска застрахованного (сверх ежегодно оплачиваемого отпуска, установленного законодательством Российской Федерации) на весь период санаторно-курортного лечения и проезда к месту санаторно-курортного лечения и обратно.
Согласно п. 4 Положения оплата дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица производится страховщиком за счет средств, предусмотренных на осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В частности, решение об оплате отпуска застрахованного лица принимается страховщиком в течение пяти рабочих дней с даты получения от страхователя необходимых сведений (п. 6.1 Положения). Оплата отпуска застрахованного лица осуществляется страховщиком в течение двух рабочих дней с даты принятия решения об оплате отпуска, в размере среднего заработка, исчисленного в порядке, установленном ст. 139 ТК РФ для оплаты отпусков (п. 32, п. 32.3 Положения).
Как следует из подп. 10 п. 2 ст. 17 Закона N 125-ФЗ, работодатель обязан предоставить своему работнику, нуждающемуся в санаторно-курортном лечении по причинам, связанным с наступлением страхового случая, оплачиваемый отпуск для санаторно-курортного лечения (сверх ежегодного оплачиваемого отпуска, установленного законодательством Российской Федерации) на весь период санаторно-курортного лечения и проезда к месту санаторно-курортного лечения и обратно. Указанный отпуск имеет целевое назначение (для санаторно-курортного лечения) и предоставляется работнику, как указано в подп. 10 п. 2 ст. 17 Закона N 125-ФЗ, "сверх ежегодного оплачиваемого отпуска, установленного законодательством РФ", следовательно, такой отпуск не относится к ежегодным. Напомним, что в силу ст. 120 ТК РФ ежегодный оплачиваемый отпуск включает в себя как основной отпуск (ст. 115 ТК РФ), в том числе и удлиненный, так и дополнительные отпуска (статьи 116-119 ТК РФ), когда такие отпуска предоставляются работнику. Термин "ежегодный оплачиваемый отпуск" является обобщающим понятием. По смыслу ст. 123 ТК РФ в графике отпусков отражаются только ежегодные оплачиваемые отпуска работников. Таким образом, отпуск на период санаторно-курортного лечения предоставляется помимо ежегодного оплачиваемого отпуска, и не должен предоставляться ни в период ежегодного основного оплачиваемого отпуска, ни в период ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска. При этом обязанность работодателя по предоставлению указанного отпуска возникает в случае, когда работник нуждается в санаторно-курортном лечении по причинам, связанным с наступлением страхового случая на производстве или профессионального заболевания.
Подводя итог своего тезиса, ответчик отметил, что ссылки истца на необходимость в санаторно-курортном лечении не обоснованы, так как каких-либо несчастных случаев на производстве с истцом не происходили, равно как и не приобретались профессиональные заболевания.
Относительно поданного со стороны истца ответа от Государственной инспекции труда, ответчик выразил мнение, что данный ответ не является допустимым доказательством, так как носит оценочный характер и дается со стороны конкретного должностного лица, а не выражает правовую позицию всего органа. В равной степени не соответствует критериям относимости и допустимости и другие документы, которые истец хочет приобщить к материалам дела в ходатайстве от 20.01.2025: копия протокола консультации (CDA) Редакция 4 от 25.10.2024 врача-невролога ФИО8., копия приема врача-терапевта ФИО16 от 30.07.2024 и от 22.11.2024. В обосновании позиции, также, ответчик указал, что поданные документы со стороны истца не являются допустимыми доказательствами по гражданскому делу, так как не имеют отношения к предмету рассмотрения индивидуальных трудовых споров и не имеют отношению к предмету и основания искового заявления от 26.11.2024.
Исходя из информации, содержащейся в ответе Государственной инспекции труда, исполнителем является заместитель начальника отдела – главный государственный инспектор труда ФИО17
На дату рассмотрения дела, Союз «СРО «МАС» не привлекался к административной ответственности за описанные в ответе обстоятельства. В случае привлечения – Союз «СРО «МАС» в любом случае обладает правом несогласия и обжалования с Постановлением.
Таким образом, ответ от Государственной инспекции труда, а именно от ФИО17 является субъективным и отражает мнение отдельно взятого сотрудника
Также, относительно вышеназванного ответа ответчик просил учесть следующие доводы.
Государственный инспектор труда ФИО17 рассмотрел несколько обращений от гражданки ФИО1 в одностороннем порядке, без взаимодействия с Союзом «СРО «МАС». Не запрашивая и не пытаясь запросить и уточнить какую-либо информацию, государственный инспектор труда сделал самостоятельные выводы, содержащиеся в ответе на обращение гражданки ФИО1, которые носят односторонний и необъективный характер.
Более того, в рамках рассмотрения обращения граждан в порядке 59-ФЗ не предусмотрено выявление нарушений обязательных требований законодательства, входящих в предмет государственного надзора соответствующего ведомства.
В отношении сведений, касающихся ежегодного оплачиваемого отпуска, изложенных в ответе на обращения гражданке ФИО1, Союзом «СРО «МАС» были даны мотивированные ответы непосредственно самой работнице.
Также по данным вопросам ранее со стороны другого сотрудника Государственной инспекции труда в Краснодарском крае в лице государственного инспектора труда ФИО18 поступал запрос о предоставлении пояснений (что свидетельствует о том, что ФИО1 ранее также направляла жалобу по данным доводам). На указанный запрос Союз «СРО «МАС» направил мотивированный ответ с приложениями.
Как следует из характера заявлений о предоставлении отпуска со стороны ФИО1, с её стороны неоднократно и планомерно совершались попытки подвести работодателя в лице Союза «СРО «МАС» под нарушение обязательных требований трудового законодательства. О причинах и невозможности предоставить отпуска в желаемые ею даты Союзом «СРО «МАС» давались ответы с законодательным обоснованием, которые ею игнорировались. На это указывает неоднократный характер заявлений с игнорированием сроков уведомления, указанных в статье 123 Трудового кодекса Российской Федерации, а также сроков выплаты отпускных, установленных статьёй 136 Трудового кодекса Российской Федерации.
Таким образом, жалобы со стороны гражданки ФИО1 направлены не на защиту своих прав, а на причинение вреда Союзу, выражающемуся в попытке навлечь проверки от контролирующих органов.
Аргументы государственного инспектора труда ФИО17 относительно отсутствия информации об уведомлении ФИО1 о начале ежегодного оплачиваемого отпуска с 09.10.2024 не являются объективными и убедительными. В обосновании сказанного ответчик пояснил, что ФИО1 практически непрерывно находилась на больничном в период с июля 2024 по декабрь 2024 года, в связи с этим озвучил вопрос: каким образом и кого можно было бы известить по роспись о начале отпуска за две недели (ч.3 ст. 123 ТК РФ), если человек отсутствует на рабочем месте. Также, ответчик пояснил, что если бы государственный инспектор труда задал эти вопросы Союзу в письменном запросе и получил ответ с информацией об отсутствии работника, то, возможно, он не стал бы рассматривать это как нарушение.
Более того, в ответе гражданке ФИО1, сотрудник государственной инспекции труда сообщает, что «работодателем не представлены какие-либо документы, подтверждающие факт направления в Ваш адрес письменного уведомления», хотя диспозиция статьи 123 ТК РФ буквально предусматривает лишь извещение работника под роспись, в связи с чем констатация нарушения со стороны государственного инспектора труда носит оценочный характер, так как им применен подход к расширительному толкованию нормы, которая по своему буквальному содержанию не предусматривает необходимости направлять «письменное уведомление о дате начала ежегодного оплачиваемого отпуска» в адрес работника. Таким образом, выводы государственного инспектора труда основаны на субъективном толковании правовых норм и игнорируют позицию второй стороны.
Изучив доводы сторон и материалы гражданского дела, суд пришел к следующему выводу.
В соответствии со статьей 362 Трудового кодекса РФ индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами.
В силу статьи 391 Трудового кодекса РФ индивидуальные трудовые споры по заявлениям работника о восстановлении на работе независимо от оснований прекращения трудового договора, об изменении даты и формулировки причины увольнения, о переводе на другую работу, об оплате за время вынужденного прогула либо о выплате разницы в заработной плате за время выполнения нижеоплачиваемой работы рассматриваются непосредственно в судах.
Главой 19 Трудового кодекса РФ регулируются вопросы предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков.
В соответствии со ст. 122 Трудового кодекса РФ, оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно. Право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. По соглашению сторон оплачиваемый отпуск работнику может быть предоставлен и до истечения шести месяцев.
Согласно ст. 123 Трудового кодекса РФ, очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов. График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника. О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее чем за две недели до его начала.
Отдельным категориям работников в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, ежегодный оплачиваемый отпуск предоставляется по их желанию в удобное для них время.
Действующим законодательством РФ право на предоставление ежегодного оплачиваемого отпуска в удобное для них время гарантировано лишь работникам, имеющим трех и более детей в возрасте до восемнадцати лет, что закреплено ст. 262.2 Трудового кодекса РФ
Таким образом, тезисы у истца о наличии у него права на предоставление отпуска в удобное для него время на основании наличия двух несовершеннолетних детей является необоснованным. Информация о наличии у истца прав и льгот на предоставление отпуска в удобное время в материалах дела отсутствует.
Также, суд находит справедливым позицию ответчика, относительно невозможности предоставления отпусков в заявленные истцом даты по следующим причинам.
Установленная диспозицией ч.3 ст. 123 Трудового кодекса РФ обязанность работодателя уведомить работника под роспись о начале ежегодного отпуска свидетельствовала об отсутствии у ответчика законной возможности предоставить отпуск по заявлениям истца от 24 июля 2024г., 13 ноября 2024, 19 ноября 2024г., 26 ноября 2024г., 29 ноября 2024г., о чем ответчик представлял мотивированные отказы, в которых неоднократно делал оговорку о данных обстоятельствах. Не смотря на указания на данные обстоятельства, истец продолжал игнорировать содержание ст. 123 Трудового кодекса РФ.
На вопросы суда о том, как работодатель мог предоставить отпуск, не обеспечив уведомление работника под роспись не позднее чем за 2 недели, представителем Государственной инспекции труда в Краснодарском крае не были даны содержательные ответы.
Справедливыми суд полагает, также, тезисы ответчика о несоответствии исковых требований, изложенных в заявлении истца об уточнении искового заявления от 16 января 2024 года.
Согласно ч.1 ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.
Основания иска - это доказательства, содержащие в себе сведения о наличии определенного рода обстоятельств причинения истцу вреда, который возможно возместить в денежном выражении, и о факте его причинения путем нарушения прав и законных интересов лица.
Предмет иска - это содержание требований истца, обычно подлежащая возмещению денежная сумма.
Поскольку в контексте комментируемой части статьи, союз "или" носит разделительный характер, то по смыслу истец вправе изменить либо основание, либо предмет иска, одновременное изменение того и другого недопустимо. Недопустимо это еще и потому, что в случае изменения предмета и основания иска это уже будет совсем другой, новый иск, поскольку предмет и основание иска являются основными характеризующими особенностями того или иного искового заявления.
С учетом процессуальной конструкции ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, исковые требования о признании незаконным бездействие ответчика, связанного с неознакомлением истца с приказом и уведомлением о начале отпуска с 09 октября 2024 г. 28 календарных дней за 2 недели; признании незаконным бездействие директора ФИО6, по предоставлению истцу очередного оплачиваемого отпуска за 2024 год согласно заявлениям от 24 июля 2024г., 13 ноября 2024, 19 ноября 2024г., 26 ноября 2024г., 29 ноября 2024г.; признании незаконным бездействий ответчика по переносу на другой срок ежегодного оплачиваемого отпуска по заявлениям от 24 июля 2024г., 13 ноября 2024, 19 ноября 2024г., 26 ноября 2024г., 29 ноября 2024г.; взыскании с ответчика денежной компенсации в размере 50 000 рублей – 50% потраченной истцом на использование ежегодного отпуска, период которого попал в предновогодние и новогодние праздничные дни, что повлекло за собой удорожание стоимости – не могут быть рассмотрены, а также удовлетворены в рамках настоящего индивидуального трудового спора.
Более того, исходя из содержания Трудового кодекса РФ и нормативно-правовых актов РФ, содержащих нормы трудового права, приобретение работником путевки в санаторий или наличие желания поехать в санаторий в определенную дату вовсе не порождают обязанности работодателя по внесению изменений в график отпусков, в связи с чем суд, также, считает сомнительным рассмотрение данных вопросов в рамках индивидуального трудового спора.
Выводы государственной инспекции труда, озвученные в процессе состояли из оценочных суждений, выходящих за пределы предмета государственного надзора, а также выходили за рамки доводов, заявленных самим истцом. Также, представителем Государственной инспекции труда указано, что ответ Государственного инспектора труда ФИО17 заявителю ФИО1 был дан после взаимодействия с контролируемым лицом, однако, как уже было указано ответчиком, никакого взаимодействия с Союзом «СРО» МАС» со стороны названного должностного лица не было, а доказательств обратного представителем органа не представлены.
Согласно ст. 356 Трудового кодекса РФ, в основные полномочия федеральной инспекции труда входят в том числе: осуществление федерального государственного контроля за соблюдением трудового законодательства.
В соответствии с ч.1 ст. 1 Федерального закона от 31.07.2020 N 248-ФЗ (ред. от 28.12.2024) "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации" Под государственным контролем (надзором), муниципальным контролем в Российской Федерации (далее - государственный контроль (надзор), муниципальный контроль) в целях настоящего Федерального закона понимается деятельность контрольных (надзорных) органов, направленная на предупреждение, выявление и пресечение нарушений обязательных требований, осуществляемая в пределах полномочий указанных органов посредством профилактики нарушений обязательных требований, оценки соблюдения гражданами и организациями обязательных требований, выявления их нарушений, принятия предусмотренных законодательством Российской Федерации мер по пресечению выявленных нарушений обязательных требований, устранению их последствий и (или) восстановлению правового положения, существовавшего до возникновения таких нарушений.
В соответствии с абз. 15 ч.1 ст. 357 Трудового кодекса РФ, государственный инспектор труда имеет право выступать в качестве эксперта в суде по искам о нарушении трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, о возмещении вреда, причиненного здоровью работников на производстве.
Применяя системный подход к толкованию вышеизложенных норм права, следует, что в рамках осуществления федерального государственного контроля за соблюдением трудового законодательства, Федеральная инспекция труда правомочна выявлять нарушения норм трудового законодательства в пределах своих полномочий.
Согласно ст. 5 Трудового кодекса РФ, регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется в том числе: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права.
Таким образом, Федеральная инспекция труда, в рамках осуществления федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства, не правомочна выходить за пределы содержания правовых норм, содержащихся в Трудовом кодексе РФ и нормативно-правовых актов, содержащих нормы трудового права.
Выводы Государственного инспектора труда, озвученные в ходе судебного заседания от 17.02.2025 носили внутренний и субъективный характер, так как допускали расширительное толкование ст. 123 и 124 Трудового кодекса РФ, которые не предусматривают такой порядок уведомления работника о начале отпуска, как направление уведомления почтовой корреспонденцией (что вовсе регулируется нормами Гражданского кодекса РФ).
Более того, на тезисы ответчика о невозможности уведомить работника под роспись о начале отпуска, как это предписывает диспозиция статьи 123 Трудового кодекса РФ, обусловленной пребыванием ФИО1 на больничном, Государственным инспектором труда не были даны какие-либо заключения и выводы, равно как и не был дан разумный комментарий о том, как можно предоставить работнику отпуск в предпочитаемую им дату, если между соответствующим заявлением работника и предпочитаемой датой есть разрыв по времени меньший, чем предусмотрено ст. 123 Трудового кодекса РФ в части уведомления работника о начале отпуска.
Таким образом, позиция Государственного инспектора труда выходит за рамки содержания норм Трудового кодекса РФ и основана на расширительном толковании норм Трудового кодекса РФ, что полномочиями Федеральной инспекции труда не предусмотрено.
В равной степени, государственным инспектором труда не даны разъяснения о том, на каком основании работодатель вовсе должен предоставлять работнику отпуск по его письменному заявлению.
Таким образом, тезисы Государственного инспектора труда суд считает недопустимым доказательством.
Исковое требование истца об обязывании ответчика предоставить ей ежегодный оплачиваемый отпуск 28 календарных дней с 03 декабря 2024 г. не может подлежать рассмотрению в связи с прошествием указанной даты.
Относительно вопроса о вынесении в адрес Государственной инспекции труда в Краснодарского края частного определения с постановкой вопроса о привлечении ответчика к установленной законом ответственности за нарушении трудового законодательства суд полагает данное требование не подлежащим удовлетворению в силу отсутствия в материалах гражданского дела безусловных нарушений трудового законодательства РФ.
Представленный истцом ответ Государственной инспекции труда в Краснодарском крае суд считает недопустимым доказательством, так как содержащиеся в нем выводы выходят за рамки предмета государственного надзора за соблюдением трудового законодательства, а выводы государственного инспектора труда оценочными и субъективными.
Относительно требований истца о взыскании государственной пошлины с ответчика, суд считает данное требование неразумным в силу отсутствия несения такого рода расходов со стороны истца на момент подачи искового заявления, так как в силу ст. 393 Трудового кодекса РФ, при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.
На основании всего вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199, 233-237 ГПК РФ, ст. 394 ТК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Союзу «Саморегулируемая организация «Межрегиональный Альянс Строителей» - отказать полностью.
Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Советский районный суд г. Краснодара в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.
Решение суда в окончательной форме изготовлено 03 марта 2025 года.
Судья Советского
районного суда г. Краснодара М.А. Зуев