04RS0018-01-2025-001604-03
Мотивированное решение изготовлено 21.07.2025г.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
18 июня 2025 года г. Улан-Удэ
Октябрьский районный суд г. Улан–Удэ в составе судьи Кузубовой Н.А., при секретаре судебного заседания Тангатовой Б.Ц., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-2016/2025 по исковому заявлению БРОО Общество по защите прав потребителей «Лигал Гард», действующего в интересах ФИО1, ФИО1, ФИО2 к ООО "Лизинг Сибири Солюшен", ООО «Урал Финанс» о защите прав потребителя,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд, БРОО «ОЗПП «Лигал Гард»», действуя в интересах ФИО1, ФИО1 и ФИО2, просят взыскать в пользу материального истца ФИО1 108826,70 руб., штраф по Закону РФ «О защите прав потребителей» в сумме 54413,35 руб., в пользу ФИО2 – 46639,80 руб., и штраф по Закону РФ «О защите прав потребителей» в сумме 23319,90 руб. Исковые требования мотивированы тем, что 03.11.2023г. между ФИО1 и ООО «Лизинг Сибири Солюшн» был заключен договор финансовой аренды (лизинга) автомобиля, принадлежащего истцу на праве собственности, на основании которого ФИО1 были перечислены денежные средства в сумме 110000 руб., а истец ФИО1 произвела ответчику платежи на общую сумму 155466,72 руб. Договор был исполнен сторонами, автомобиль был возвращен в собственность материального истца. Поскольку деятельность ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» по предоставлению гражданам потребительских займов признана в судебном порядке незаконной, ссылаясь на ничтожность договора лизинга в соответствии со ст. 179, истцы просят применить двустороннюю реституцию и взыскать с ответчика в пользу истцов с учетом заключенного между ними договора цессии оплаченную по договору сумму за вычетом предоставленного ФИО1 при заключении договора лизинга финансирования.
В ходе рассмотрения дела истец ФИО2 уточнил исковые требования, в качестве правового обоснования иска дополнительно указал на ст. 170 ГК РФ.
Определением суда от 30.04.2025г. к рассмотрению дела в качестве соответчика привлечено ООО «Урал Финанс».
В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал, суду пояснил, что оформленные ответчиком договоры купли-продажи с последующим оформлением договора финансовой аренды (лизинга) автомобиля фактически являются договором займа, обеспеченный залогом транспортного средства, что с учетом положений ст. 170 ГК РФ свидетельствует о притворном и мнимом характере сделки, а также о факте заключения сделки под влиянием обмана потребителя (ст. 179 ГК РФ). При этом обратил внимание на содержание Правил лизинга и договора лизинга, фактическое намерение и поведение сторон, не соответствующих требованиям ФЗ «О финансовой аренде (лизинге) №164-ФЗ, ФЗ «О безопасности дорожного движения», ФЗ «Об ОСАГО», и характерных для заемных правоотношений.
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования также поддержала, суду пояснила, что обратилась к ответчику ООО «Лизинг Сибири Солюшн» с целью получения займа.
Представитель ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, указав на факт исполнения сторонами условий договора, отсутствие при заключении оспариваемых договоров какого-либо заблуждения со стороны ФИО1 относительно характера сделок и условий их исполнения, а также на отсутствие оснований для признания условий договора лизинга несоответствующими требованиям закона. Обратила внимание на факт ликвидации БРОО Общество по защите прав потребителей «Лигал Гард» и исключения сведений о нем из ЕГРЮЛ. В связи с чем просила в иске отказать.
Выслушав сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 46 ГПК РФ в случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе либо в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц.
Для осуществления уставных целей общественное объединение, являющееся юридическим лицом, имеет право, в том числе представлять и защищать свои права, законные интересы своих членов и участников, а также других граждан в органах государственной власти, органах местного самоуправления и общественных объединениях.
В силу пункта 3 статьи 49 ГК РФ правоспособность юридического лица, т.е. способность иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и нести связанные с этой деятельностью обязанности, возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.
Ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (часть 1 статьи 61 ГК РФ).
В соответствии с абзацем 7 статьи 220 ГПК РФ, суд прекращает производство по делу в случае, если ликвидация организации, являвшейся одной из сторон по делу, завершена.
Судом установлено, что вступившим в законную силу решением Верховного Суда РБ от 21.11.2024г. БРОО "ОЗПП "Лигал Гард" ликвидировано и сведения о нем исключены из ЕГРЮЛ. Поскольку в спорном правоотношении не допускается правопреемство, на основании ст. 220 ГПК РФ производство по делу подлежит прекращению в части исковых требований БРОО "ОЗПП "Лигал Гард", заявленных в интересах ФИО1
Разрешая исковые требования материальных истцов по существу, суд не усматривает оснований для их удовлетворения ввиду следующих обстоятельств.
В соответствии со ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Согласно ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Судом установлено, что 11.03.2024г. между ФИО1 (продавец) и ООО «Лизинг Сибири Солюшн» (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки Тойота Королла, <данные изъяты>
Договор сторонами исполнен, что подтверждается Актом приема-передачи от 11.03.2024 г.
В этот же день, 11.03.2024г. между ООО «Лизинг Сибири Солюшн» (лизингодатель) и ФИО1 (Лизингополучатель) был заключен договор финансовой аренды (лизинга) № №, согласно которому ООО «Лизинг Сибири Солюшн» обязалось предоставить ФИО1 во временное владение и пользование вышеуказанное транспортное средство на срок лизинга 36 месяцев с условиями внесения лизингополучателем ежемесячных лизинговых и выкупных платежей в соответствии с графиком лизинговых платежей.
Транспортное средство было передано ФИО1 11.03.2024 г., что подтверждается актом приема-передачи.
В связи с досрочным исполнением лизингополучателем обязательств по договору лизинга, 11.12.2024г. между ООО «Урал Лизинг 66» (в настоящее время ООО «Урал Финанс») и ФИО1 было заключено соглашение о расторжении договора финансовой аренды от 11.03.2024г., во исполнение которого между сторонами 11.12.2024г. был заключен договор купли-продажи транспортного средства по цене 110000 руб. и автомобиль передан ФИО1 по акту приема-передачи ТС от <данные изъяты>
Ссылаясь на ст.ст. 170,179 ГК РФ и указывая на нарушения со стороны ООО «Лизинг Сибири Солюшн» при заключении указанных договоров требований закона, истцы просят взыскать с ответчиков в солидарном порядке оплаченные истцом ФИО1 по договору лизинга денежные средства за вычетом предоставленных последней денежных средств.
В соответствии с положениями статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Пунктом 1 статьи 384 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.
11 марта 2025г. между ФИО1 и ФИО2 заключен договор уступки прав требования (цессии), в соответствии с которым ФИО1 передала ФИО2 в полном объеме права требования к лизингополучателю по договору лизинга от 11.03.2024г., а также право на взыскание долга в размере 70%. Поскольку указанный договор не оспорен и не расторгнут, у ФИО2 имеется право на предъявление настоящих исковых требований. Между тем, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявленных исковых требований по следующим основаниям.
Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (ст. 167 ГК РФ).
Согласно ст.170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
Согласно ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
В соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона от 29.10.1998 г. N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", права и обязанности сторон договора лизинга регулируются гражданским законодательством Российской Федерации, настоящим Федеральным законом и договором лизинга.
В силу ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.
Предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя (ст. 11 ФЗ N 164).
Согласно ст. 4 ФЗ «О финансовой аренде» продавец может одновременно выступать в качестве лизингополучателя в пределах одного лизингового правоотношения.
На основании статьи 15 Федерального закона N 164-ФЗ договор лизинга независимо от срока заключается в письменной форме. Для выполнения своих обязательств по договору лизинга субъекты лизинга заключают обязательные и сопутствующие договоры. К обязательным договорам относится договор купли-продажи.
В договоре лизинга должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче лизингополучателю в качестве предмета лизинга. При отсутствии этих данных в договоре лизинга условие о предмете, подлежащем передаче в лизинг, считается не согласованным сторонами, а договор лизинга не считается заключенным.
По договору лизинга лизингополучатель обязуется, в том числе, выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга; по окончании срока действия договора лизинга возвратить предмет лизинга, если иное не предусмотрено указанным договором лизинга, или приобрести предмет лизинга в собственность на основании договора купли-продажи.
В соответствии с п. 2 ст. 28 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)" Размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей определяются договором лизинга с учетом настоящего Федерального закона.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 N 20-П, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности. Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, поскольку лизинговая деятельность является видом инвестиционной деятельности и материальный интерес от сделки считается полученным только при возврате с прибылью денежных средств.
По смыслу положений статей 665 и 624 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона "О финансовой аренде (лизинге)" применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе.
В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.
По смыслу данной нормы, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. При этом, обе стороны должны преследовать общую цель на достижение последствий иной сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.
Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно, о чем указано в п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»
Как разъяснено в п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», судам необходимо учитывать, что по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.
Судом установлено, что при заключении договора лизинга с ФИО1, воля ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» была направлена именно на достижение правовых последствий возвратного лизинга и на получение прибыли по договору лизинга, что соответствует цели деятельности Общества (извлечение прибыли, удовлетворение общих потребностей физических лиц в услугах (п. 2.2 Устава Общества) и его основному виду деятельности (финансовый лизинг).
Все фактические действия ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» свидетельствуют о том, что оно преследовало цель заключить и исполнить договор лизинга, для чего заключало договора купли-продажи ТС. Данные обстоятельства подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами: заявкой истца на участие в лизинговой сделке, памяткой клиента, договорами купли-продажи, лизинга, соглашением о расторжении договора лизинга, соответствующими актами приема-передачи ТС.
В «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12 июля 2017 года (пункт 19) указано, что продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием. При этом право собственности выступает в качестве гарантии возврата финансирования, что соответствует законодательству (ст. 421 ГК РФ, п. 1 ст. 4 Федерального закона от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге")).
Доказательств того, что при заключении договора возвратного лизинга с ФИО1 ООО «Лизинг Сибири Солюшн» подразумевал заключение договора займа под залог ТС, суду не представлено. При этом намерение самой ФИО1 заключить договор займа об указанных обстоятельствах не свидетельствуют. Заключая и подписывая договор купли-продажи, договор финансовой аренды, исполняя условия указанных договоров и осуществляя лизинговые платежи, ФИО1 каких-либо возражений относительно содержания и наименования договоров не заявляла, от их заключения не отказалась.
В абз. 4 ст.4 Федерального закона о лизинге предусмотрено, что продавец может одновременно выступать и в качестве лизингополучателя в пределах одного лизингового правоотношения. При этом таким лицом может выступать физическое лицо.
Следовательно, юридическому лицу, не являющемуся микрофинансовой организацией, разрешено законодательством Российской Федерации заключать договор возвратного лизинга с физическим лицом (гражданином), выступающим на стороне лизингополучателя и продавца одновременно, в связи с чем доводы истца о том, что транспортное средство фактически не являлось объектом лизинговых отношений, суд не принимает во внимание.
Кроме того, законодательство Российской Федерации не запрещает заключать договоры возвратного лизинга с гражданами и в отношении транспортных средств, которые не используются гражданами в предпринимательской деятельности.
Постановка на государственный учет транспортных средств, приобретенных в собственность физическим или юридическим лицом и переданных физическому или юридическому лицу на основании договора лизинга или договора сублизинга во временное владение и (или) пользование, осуществляется при наличии письменного соглашения сторон за лизингодателем или лизингополучателем (п.31 Постановления Правительства РФ от 21.12.2019 N 1764 "О государственной регистрации транспортных средств в регистрационных подразделениях Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации").
Согласно п.3.6 Правил лизинга, ТС подлежит регистрации в ГИБДД в качестве предмета лизинга на имя лизингополучателя.
Пунктом 4.3 договора финансовой аренды (лизинга) стороны предусмотрели, что лизингополучатель обязуется своими силами и за свой счет зарегистрировать транспортное средство в ГИБДД в течение 10 дней с момента подписания договора.
Из указанных правовых норм и условий договора лизинга следует, что лизингополучатель должен был зарегистрировать предмет лизинга на свое имя, для чего в соответствии с актом приема-передачи транспортного средства по договору лизинга от 11.03.2024г. ФИО1 было передано транспортное средство со всеми принадлежностями и относящимися к нему документами, включая свидетельство о регистрации тс в оригинале, комплект ключей и установленное Лизингодателем на ТС оборудование, предназначенное для определения места нахождения и/или контроля за использованием ТС.
Вопреки доводам истца ФИО2, передача транспортного средства в качестве предмета лизинга без ПТС не является нарушением требований закона и о притворности сделки не свидетельствует.
При таких обстоятельствах суд признает несостоятельными доводы истца о ненадлежащей передаче ответчиком транспортного средства, несоответствии предмета лизинга целям договора, отсутствии регистрации перехода права собственности на автомобиль, которые о притворности сделки не свидетельствуют.
Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 постановления от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.
В данном же случае имело место реальное исполнение договора купли-продажи и договора лизинга, т.к. действуя свободно, истец реализовала свой интерес по данным договорам, получила в счет продажи ТС денежные средства, передала автомобиль в собственность ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн», по договору лизинга владела и пользовалась данным транспортным средством, а затем выкупила его, исполнив обязательства по договору лизинга, а ответчик оплатил стоимость автомобиля по договору купли-продажи, принял в собственность автомобиль, после чего передал его во владение и пользование продавцу предмет лизинга с последующим переходом права собственности и получил платежи, предусмотренные договором лизинга, состоящие из суммы предоставленного им финансирования и вознаграждения за указанное финансирование.
Ссылки истца на несоответствие п.п. 4.9, 4.10 договора признакам лизинговых правоотношений не могут быть приняты в качестве основания для признания оспариваемого договора ничтожным, поскольку в соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). При этом при включении в договор элементов различных договоров наступают иные правовые последствия, чем заявлены истцом.
Факт признания в судебном порядке деятельности ООО «Лизинг Сибири Солюшн» по предоставлению потребительских кредитов незаконной не может свидетельствовать о притворности сделки, заключенной с ФИО1, поскольку в качестве признания деятельности указанного юридического лица незаконной судом приняты во внимание иные правовые основания и наличие указанного судебного акта, касающегося деятельности общества в целом, не влечет ничтожность всех сделок, совершенных ответчиком.
Обстоятельств, свидетельствующих о том, что при заключении договора лизинга и сопутствующих договоров истец ФИО1 находилась под влиянием обмана либо заблуждения относительно характера заключаемой сделки, судом при рассмотрении дела не установлено, и истцы на наличие таковых не ссылались.
Таким образом, поскольку в ходе рассмотрения дела признаков недействительности оспариваемой сделки судом не установлено, равно как и не установлено нарушение прав ФИО1 как потребителя, исковые требования о взыскании денежных средств, оплаченных по договору, равно как и о взыскании штрафа, удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198, 220 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ООО "Лизинг Сибири Солюшн", ООО «Урал Финанс» о защите прав потребителя оставить без удовлетворения.
Производство по иску БРОО Общество по защите прав потребителей «Лигал Гард», действующего в интересах ФИО1, прекратить.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в месячный срок со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Н.А. Кузубова