Судья Бурова Е.В. Дело № 2-19/2023
Докладчик Давыдова И.В Дело № 33-7164/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Новосибирского областного суда в составе:
Председательствующего АЛЕКСАНДРОВОЙ Л.А.
Судей ДАВЫДОВОЙ И.В., ВАСИЛЬЕВОЙ Н.В.
При секретаре ПАВЛОВОЙ А.Ю.
Рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Новосибирске 13 июля 2023 года гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда города Новосибирска от 02 марта 2023 года, которым ему отказано в иске к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения.
Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Давыдовой И.В., объяснения ФИО2 /ФИО3/ А.В., ее представителя ФИО4, ФИО5, судебная коллегия
УСТАНОВИЛ
А:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 350 000 рублей.
В обоснование своих требований истец ссылался на то, что 05.02.20. между ФИО5 и ФИО2 был заключен предварительный договор купли-продажи 1/3 доли в праве общей долевой собственности на жилое помещение, согласно которому стороны обязаны были в срок до 05.02.21. заключить основной договор купли-продажи 1/3 доли в праве общей долевой собственности на <адрес>.
Как указывал истец, 05.02.20. ФИО2 получила от ФИО5 аванс в размере 350 000 рублей, что подтверждено предварительным договором купли-продажи.
В срок до 05.02.21. ни одна из сторон не предложила другой стороне заключить основной договор, в связи с чем действие предварительного договора прекращено 05.02.21.
Ссылаясь на то, что на основании договора уступки права требования от 05.02.22. право требования от ФИО2 возврата денежных средств перешли к истцу, ФИО1 просил взыскать с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 350 000 рублей, полученную по предварительному договору, действие которого истекло.
Судом постановлено указанное выше решение, обжалуемое ФИО1, который просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска.
В апелляционной жалобе ее автор ссылается на неправильное определение судом имеющих значение для дела обстоятельств, неверную оценку доказательств, нарушение норм материального и процессуального права.
По мнению апеллянта, получение ответчицей денежных средств подтверждено подписанием ею договора.
Апеллянт обращает внимание на заключение судебного эксперта, из которого следует, что не представляется возможным решить вопрос о заключении предварительного договора купли-продажи от 05.02.22., заключенного между ФИО2 и ФИО5, в каком-либо необычном состоянии /принуждение, угрозы, шантаж, физическое или психологическое насилие/ по причинам отсутствия диагностических признаков, что позволило эксперту сделать вывод о высоком пороге «сбиваемости» в почерке ФИО2
Апеллянт полагает, что в данном случае судебный эксперт вышел за пределы своей компетенции, т.к. определение порога «сбиваемости» не относится к области исследования почерковедческой экспертизы, поскольку порог «сбиваемости» зависит от эмоциональной устойчивости исполнителя рукописного текста, т.е. о его психического состояния.
Кроме того, апеллянт указывает на то, что эксперт в заключении необоснованно воспринимает утверждения ФИО2 о применении к ней воздействия со стороны ФИО5 как установленный факт.
Автор жалобы отмечает, что факт применения какого-либо воздействия со стороны ФИО5 ничем не объективно не подтвержден, при том, что в правоохранительные органы ФИО2 не обращалась.
Проверив материалы дела в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно п.1 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
На основании п.4 ст.421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами /ст. 422/.
Как установлено п. 1 ст. 429 ГК РФ, по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг /основной договор/ на условиях, предусмотренных предварительным договором.
В соответствии с п.2 указанной статьи предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.
Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора.
На основании п. 4 ст.429 ГК РФ в предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор. Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора.
В силу разъяснений, изложенных в п.28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.18. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», не совершение ни одной из сторон действий, направленных на заключение основного договора, в течение срока, установленного для его заключения, свидетельствует об утрате интереса сторон в заключении основного договора, в силу чего по истечении указанного срока обязательство по заключению основного договора прекращается.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество /приобретатель/ за счет другого лица /потерпевшего/, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное иди сбереженное имущество /неосновательное обогащение/, за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.
Из смысла вышеприведенной нормы закона следует, что для возникновения обязательства, по возврату неосновательно приобретенного или сбереженного имущества /неосновательное обогащение/, необходимо одновременное наличие трех условий: наличие обогащения; обогащение за счет другого лица; отсутствие правового основания для такого обогащения, выражающееся в извлечении выгоды за чужой счет.
Основное содержание обязательства из неосновательного обогащения - обязанность приобретателя возвратить неосновательное обогащение и право потерпевшего требовать от приобретателя исполнения этой обязанности.
Бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 1102 ГК РФ, возлагается на истца.
В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.
Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.
Кроме того, в силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Таким образом, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения возникшего спора, является наличие недобросовестности получателя неосновательного обогащения, при этом исходя из положений п. 3 ст. 10 ГК РФ добросовестность гражданина в данном случае предполагается и на лице, требующем возврата неосновательного обогащения, в силу положений ст. 56 ГПК РФ, лежит обязанность доказать факт недобросовестности ответчика.
Для установления факта неосновательного обогащения необходимо отсутствие у ответчика оснований /юридических фактов/, дающих ему право на получение денежных средств, а значимыми для дела являются обстоятельства: в связи с чем, и на каком основании истец вносил денежные средства на счет ответчика, в счет какого обязательства перед ответчиком. При этом для состава неосновательного обогащения необходимо доказать наличие возмездных отношений между ответчиком и истцом, так как не всякое обогащение одного лица за счет другого порождает у потерпевшего лица право требовать его возврата - такое право может возникнуть лишь при наличии особых условий, квалифицирующих обогащение как неправомерное. Недоказанность одного из этих обстоятельств является основанием для отказа в удовлетворении иска.
Исходя из принципа добросовестности участников гражданских правоотношений, установленного статьей 10 ГК РФ, приобретатель выгоды не может изначально считаться недобросовестным, то есть знающим о наличии на его стороне неосновательного обогащения, в связи с чем, неосновательность обогащения должна быть доказана.
В силу п.1 ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.
Как установлено п.1ст.1107 ГК РФ, лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.
Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 1, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.12.14., в целях определения лица, с которого подлежит взысканию необоснованно полученное имущество, суду необходимо установить наличие самого факта неосновательного обогащения /то есть приобретения или сбережения имущества без установленных законом оснований/, а также то обстоятельство, что именно это лицо, к которому предъявлен иск, является неосновательно обогатившимся лицом за счет лица, обратившегося с требованием о взыскании неосновательного обогащения.
Таким образом, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату /Обзор судебной практики Верховного Суда РФ № 2 /2019/, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.19/.
В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право /требование/, принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке /уступка требования/ или может перейти к другому лицу на основании закона.
Отказывая ФИО1 в иске, суд первой инстанции исходил из отсутствия в деле достаточных доказательств, свидетельствующих о получении ответчицей от ФИО5 денежных средств, заявленных истцом к взысканию.
Судебная коллегия выводы суда находит правильными, поскольку они мотивированы, соответствуют обстоятельствам дела, требованиям закона, представленным в деле доказательствам, которые судом оценены верно.
Так, из материалов дела следует, что 05.02.20. ФИО5 и ФИО2 подписан предварительный договор купли-продажи 1/3 доли в праве общей долевой собственности на <адрес> за цену в размере 650 000 рублей в срок до 05.02.21.
В данном документе стороны согласовали сумму аванса в размере 350 000 рублей. В следующем предложении указано на то, что покупатель передает продавцу на руки в момент подписания договора.
Судом первой инстанции достоверно установлено, что в срок до 05.02.21. основной договор купли-продажи не заключен.
Каких-либо дополнительных соглашений к предварительному договору об изменении срока заключения основного договора в письменном виде между сторонами в порядке, предусмотренном п. 1 ст. 452 ГК РФ, не заключалось.
Поскольку в период действия предварительного договора купли-продажи до 05.02.21. предложения о заключении основного договора сторонами не заявлено, основной договор заключен не был, с требованием о понуждении к заключению такого договора в установленный законом срок никто не обратился, а потому предварительный договор прекращен.
05.02.22. между ФИО5 и ФИО1 заключен договор уступки прав требования, согласно п. 1.1 которого ФИО5 как цедент передал цессионарию ФИО1 право требования к ФИО2 в сумме 350 000 рублей на основании предварительного договора купли-продажи от 05.02.20., заключенный между ФИО5 и ФИО2, в том числе, право требования взыскания с ФИО2 суммы неосновательного обогащения в размере 350 000 рублей, возникшее в связи с истечением срока действия предварительного договора.
Заключением судебной почерковедческой экспертизы, проведение которой судом было поручено ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России, установлено, что рукописный текст предварительного договора купли-продажи от 05.02.20., подписанного ФИО2 и ФИО5, выполнен ФИО2 /ФИО3/ А.В.
При этом судебный эксперт указал на отсутствие возможности ответить на вопрос о том, не выполнен ли рукописный текст предварительного договора купли-продажи от 05.02.20. ФИО2 /ФИО3/ А.В. в каком-либо необычном состоянии /принуждение, угрозы, шантаж, физическое или психологическое насилие/.
Заключение эксперта соответствует требованиям законодательства, составлено на основании действующих нормативно-правовых актов, методических рекомендаций, специалистом, имеющим необходимые специальные знания для дачи такого заключения, что подтверждено письменными документами, полномочия и квалификация специалиста подтверждены документально.
Нельзя согласиться с позицией апеллянта о неверных выводах судебной экспертизы, поскольку проводивший судебную экспертизу эксперт, предупрежденный судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, имеет высшее химико-технологическое образование, дополнительное профессиональное образование и аттестацию на право самостоятельного производства судебной почерковедческой экспертизы по специальности 1.1 «Исследование почерка и подписей», стаж экспертной работы по указанной специальности с 1983 года, судебной технической экспертизы документов по специальности 3.1 «Исследование реквизитов документов», стаж экспертной работы по указанной специальности с 1993 года.
Судебная коллегия не находит оснований для сомнений в выводах судебного эксперта, приходя к убеждению о том, что представленные в деле и принятые судом в качестве допустимых, достоверных и достаточных доказательств экспертное заключение имеет подробное описание проведенных исследований, материалов, использованных при проведении экспертизы, методов исследования, содержит полные, мотивированные, научно обоснованные ответы на поставленные перед экспертами вопросы, выводы эксперта согласуются с иными представленными в деле доказательствами.
Каких-либо доказательств, позволяющих усомниться в выводах судебного эксперта и, как следствие, суда, в деле не представлено. Отсутствует ссылка на такие доказательства и в апелляционной жалобе, доводы которой сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не опровергают их.
Само по себе несогласие истца с выводами экспертизы и оценкой суда исследованных доказательств на правильность принятого судом решения не влияет.
В то же время, в ходе рассмотрения спора необходимо было установить, получала ли ответчица от ФИО5 денежные средства в сумме, заявленной ФИО1 к взысканию.
Как верно отметил суд, таких доказательств в деле не представлено.
Анализируя оригинал договора купли-продажи от 05.02.20., исходя из его буквальных слов и выражений, исходя из положений ст.431 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, безусловных доказательств, свидетельствующих о получении ответчицей денежных средств от ФИО5, суду не представлено, а предварительный договор от 05.02.20. данный факт не подтверждает.
Представленный в деле договор содержит указание на то, что стороны согласовали сумму аванса в размере 350 000 рублей. Также буквально указано, что «Покупатель передает продавцу на руки в момент подписания настоящего договора».
Однако ФИО2 получение данной суммы отрицает, настаивая на то, что договор ею составлен под давлением со стороны ФИО5
Поскольку какой-либо документ о получении ответчицей денежных средств в деле не представлено, оснований для удовлетворения иска суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.
Не находит таких оснований и судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции и отклоняя доводы апеллянта как несостоятельные.
Каких-либо правовых доводов, влекущих безусловную отмену оспариваемого судебного акта, апелляционные жалобы не содержат.
Разрешая спор, суд первой инстанции полно и правильно установил имеющие значение для дела обстоятельства, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, с учетом подлежащих применению норм материального и процессуального права принято законное и обоснованное решение, которое не подлежит отмене по изложенным в апелляционных жалобах доводам.
Руководствуясь ст.ст.328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А :
Решение Ленинского районного суда города Новосибирска от 02 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи