Решение по делу № 2-4724/2023 от 04.09.2023 - о признании незаконными приказов, о компенсации морального вреда.

Дело № 2-4724/2023 <***>

66RS0003-01-2023-003656-44

Мотивированное решение изготовлено 04.09.2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 28.08.2023

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Самойловой Е.В.,

при секретаре Копыловой Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» о признании незаконными приказов, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд к ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» с требованием о признании незаконными приказов, о компенсации морального вреда.

В обосновании иска указано, что ФИО2 29.08.2022 работает в ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» в должности администратора на основании трудового договора № 02-ТД-57 от 29.08.2022, приказа о приеме на работу № 178-ЛС от 29.08.2022.

22.03.2023 приказом № 11-КО истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, указано на необходимость своевременного прихода на работу в целях полной выработки 40 часов в неделю при установленной для него пятидневной рабочей недели, за совершение следующих дисциплинарных проступков - за систематическое опоздание на работу без уважительных причин 21.02.2023, 22.02.2023, 27.02.2023, 28.02.2023, 01.03.2023, 02.03.2023

22.03.2023 приказом № 23 в целях организации персонального контроля рабочего времени истца, установлены меры контроля.

Истец считает, что вышеуказанные приказы вынесены в отсутствие правовых оснований, в связи с чем, обратившись в суд, просит признать незаконными приказ от 22.03.2023 года № 11-КО, приказ от 22.03.2023 года № 23. Взыскать ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 рублей.

Истец ФИО1, его представитель ФИО3 в судебном заседании требования и доводы иска поддержали, указав, что причиной состоявшихся приказов является конфликт с ФИО4 По сути, истца вынуждают уволиться. При этом, указав, что в организации нет четкого режима дня, поскольку существует общая практика не приходить во время на работу, уходить ранее предусмотренного времени. Указанное связано с характером работы, привязанным к спектаклям.

Представитель ответчика ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» ФИО5 в судебном заседании поддержал отзыв (л.д. 77-78), просил в иске отказать, сославшись на то, что при применении к истцу выговора на основании приказа от 22.03.2023 № 11-КО ответчиком как работодателем учтено предшествующее поведение работника, его отношение к труду, а именно в течение всего периода работы у ответчика, начиная с 29.08.2022, истец многократно допускал опоздания на работу и несвоевременный (ранее установленного времени) уход с работы, не полностью отработанное ежедневное рабочее время. Так, за период с 01.01.2023 по 28.02.2023 включительно истец допустил 24 случая опоздания на работу и несвоевременного ухода с работы. Объявление выговора является предупреждением на недопустимость такого поведения впредь. Поведение истца изменилось после применения дисциплинарного взыскания. Приказ от 22.03.2023 № 23 «Об установлении мер контроля» не ставит истца в неравное положение с другими работниками, и не носит дискриминационный характер, напротив направлен на приведение в соответствие дисциплину труда. Также указал на чрезмерность заявленных ко взысканию размера компенсации морального вреда и судебных расходов.

Свидетель ФИО4 суду пояснил, что является заместителем директора ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония». По существу заданных вопросов указал, что с истцом в рабочих вопросах не сошлись, конфликта как такового нет. В отношении истца выявлены факты опоздания и несвоевременный уход. На совещании доводились сведения о том, что необходимо придерживаться дисциплины труда. В организации действительно факт опоздания на 5-10 минут не влияет на работу, однако, в случае с истцом – это систематическое нарушение.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основным принципом правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности (абзацы первый и второй статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Согласно ст. ст. 21, 22 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, а работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу положений ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

По смыслу содержания нормы названной статьи дисциплинарная ответственность работника наступает только за виновное неисполнение им возложенных на него трудовых обязанностей. Аналогичное разъяснение приведено в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации".

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2).

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка и трудовую дисциплину. В соответствии со ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Трудовым кодексом.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Так, судом установлено, что 29.08.2022 между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 02-ТД-57 (л.д. 48-49).

Согласно данному трудовому договору и приказу 3 № 178-ЛС от 29.08.2022 (л.д. 47) истец принят на должность администратора.

По условиям трудового договора в обязанности истца входит: участие в разработке идеологии и концепции развития слушательской среды (гарантированный покупатель и гарантированный благотворитель); участие в сегментировании ЦА по степени лояльности, ценностям, поведенческому признаку; сбор данных для проведения анализа ЦА потенциальных партнёров и конкурентов; проведение опросов, интервью, акции в социальных сетях с целью выявление потребностей слушателей; инициирование и разработка партнёрских проектов: поиск партнёров, посещение мероприятий с участием потенциальных партнёров, переговоры, получение договорённостей о взаимодействии; разработка, подготовка и проведение вовлекающих мероприятий для разных групп ЦА (онлайн и оффлайн): промо-акций, PR-мероприятий, творческих встреч и автограф-сессий; коммуникация со смежными отделами; подготовка отчётной документации; выполнение других поручений непосредственного руководителя в рамках своей компетенции.

Согласно п. 2 оговора, сторонами определено место работы истца: ***.

Проверяя требования иска в части признания незаконным приказа № 11-ОК от 22.03.2023, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе, условия о режиме рабочего времени и времени отдыха (если для данного работника он отличается от общих правил, действующих у данного работодателя).

Согласно ст. 100 Трудового кодекса Российской Федерации режим рабочего времени должен предусматривать продолжительность рабочей недели (пятидневная с двумя выходными днями, шестидневная с одним выходным днем, рабочая неделя с предоставлением выходных дней по скользящему графику, неполная рабочая неделя), работу с ненормированным рабочим днем для отдельных категорий работников, продолжительность ежедневной работы (смены), в том числе неполного рабочего дня (смены), время начала и окончания работы, время перерывов в работе, число смен в сутки, чередование рабочих и нерабочих дней, которые устанавливаются правилами внутреннего трудового распорядка в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, а для работников, режим рабочего времени которых отличается от общих правил, установленных у данного работодателя, - трудовым договором.

П. 17 трудового договора предусмотрено, что режим рабочего времени установлен с 09-30 до 18-00, обед 30 минут, выходные – суббота, воскресенье.

Между тем, судом из пояснений сторон установлено, что по устной договоренности время начала работы истца согласовано в 10-30 ч.

Судом установлено, что 22.03.2023 приказом № 11-КО истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, указано на необходимость своевременного прихода на работу в целях полной выработки 40 часов в неделю при установленной для него пятидневной рабочей недели, за совершение следующих дисциплинарных проступков - за систематическое опоздание на работу без уважительных причин 21.02.2023, 22.02.2023, 27.02.2023, 28.02.2023, 01.03.2023, 02.03.2023 (л.д. 51).

Из материалов дела следует, что 06.03.2023 комиссией в составе ФИО6, ФИО4 составлен акт, которым проведена проверка явки и ухода с работы ФИО1 (л.д.52).

07.03.2023 по устной просьбе ФИО4, истцом предоставлено объяснение на имя директора Свердловской филармонии ФИО7 о том, что имеется устное согласие на время начала дня – 10-30 (л.д. 84).

10.03.2023 на электронную почту ФИО8 истцом направлено письмо о принятии информации относительно режима рабочего времени к сведению, обязательство не допускать подобные проступки в будущем (л.д. 55).

Дополнительным соглашением № 1 от 10.03.2023, в режим рабочего времени внесены изменения, начало рабочего дня определено в 10-30, окончание рабочего дня – 19-00 (л.д. 50).

13.03.2023 истцом по устному запросу вновь предоставлено объяснение на имя директора Свердловской филармонии ФИО7, из которого следует, что его должностные обязанности выходят за пределы как рабочего кабинета, так и рабочего времени (л.д. 56).

15.03.2023 непосредственным руководителем истца, начальником отдела по формированию слушательской среды ФИО9 на имя директора Свердловской филармонии ФИО7, дано объяснение по факту того, что истец в силу своих должностных обязанностей может осуществлять взаимодействие со слушателями (проводить анализ аудитории конкурентов) за пределами рабочего кабинета (л.д. 57).

16.03.2023 у истца запрошено объяснение причин ежедневного время нахождения на рабочем месте менее 8 часов 30 минут (л.д. 58).

16.03.2023 в ответ на данное требование, истцом на имя директора Свердловской филармонии ФИО7 направлено уведомление о том, что объяснения по указанным фактам предоставлено 13.03.2023 по устному требованию (л.д. 59).

Согласно выписке контроля входа-выхода зафиксировано отсутствие истца 21.02.2023 в период с 10-30 по 10-45, с 18-55 по 19-00, 22.02.2023 с 10-30 по 10-34, с 18-11 по 19-00, 27.02.2023 с 10-30 по 10-39, с 18-45 по 19-00, 28.02.2023 с 10-30 по 11-17, с 18-04 по 19-00, 01.03.2023 с 10-30 по 10-35, с 18-12 по 19-00, 02.03.2023 с 10-30 по 10-36 (л.д. 53).

Истец данное обстоятельство не опроверг, подтвердив факт отсутствия на рабочем месте.

Таким образом, факт отсутствия на рабочем месте ФИО1 без уважительных причин 21.02.2023 в период с 10-30 по 10-45, с 18-55 по 19-00, 22.02.2023 с 10-30 по 10-34, с 18-11 по 19-00, 27.02.2023 с 10-30 по 10-39, с 18-45 по 19-00, 28.02.2023 с 10-30 по 11-17, с 18-04 по 19-00, 01.03.2023 с 10-30 по 10-35, с 18-12 по 19-00, 02.03.2023 с 10-30 по 10-36 в ходе рассмотрения дела нашел свое подтверждение, то есть факт дисциплинарного проступка, в ходе рассмотрения дела подтвержден.

То обстоятельство, что фактически трудовые обязанности истец выполнял в другое время не исключает факта нарушения трудовой дисциплины.

В тоже время, как разъяснено в пункте 53 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

По сути, право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В тоже время, в данном случае, суд не может не принять во внимание то обстоятельство, что в организации в отсутствии регламентации дисциплины труда, не только ФИО1, но и иные сотрудники фактически самостоятельно определяли график работы. Доказательств того, что руководитель организации получал отчет в ежедневном режиме от ФИО1, ответчик не представил, напротив, из пояснений свидетеля ФИО4 следует, отсутствие на незначительное время сотрудника не является критичным для организации. Таким образом, с учетом отсутствия доказательства привлечения истца к дисциплинарной ответственности за периоды, предшествующие февралю 2023 года, суд полагает, что свободное посещение рабочего места являлось для ФИО1 нормальным поведением работника у данного работодателя.

Кроме того, суд не может не принять во внимание, что между ФИО1 и ФИО4 ранее обсуждался вопрос об увольнении истца, указанное явилось причиной фиксации только в отношении истца время ухода и прихода на работу, тогда как иные сотрудники такому актированию не подвергались.

В связи с чем, анализируя изложенное, суд приходит к выводу, что актирование последовательно 6 дней подряд отсутствия истца на рабочем месте в совокупности с наличием конфликта между руководством и ФИО1, расценивается как намерение ответчика привлечь к дисциплинарной ответственности истца по любому основанию.

Более того, в настоящем случае, помимо указания на совершение работником дисциплинарного проступка, работодатель не привел документальных ссылок на ненадлежащее отношение работника к исполнению трудовых обязанностей или низкое качество его работы, не представил доказательств того, что допущенные им нарушения характеризуют его отношение к работе в целом. Работодателем при решении вопроса о применении мер дисциплинарного взыскания в виде увольнения не была дана объективная оценка соразмерности применяемой к нему меры дисциплинарной ответственности тяжести совершенного проступка и не были всесторонне и объективно оценены предшествующее поведение работника и его отношение к труду. Оснований для вывода о значительной тяжести допущенного нарушения не имеется, так как существенного влияния на рабочий процесс оно не оказало. Доказательств обратного, суду не представлено. Представленные расшифровки ухода-прихода истца на работу не свидетельствуют о низком качестве работы истца, его отношении к труду.

Поскольку ответчиком не представлено доказательств того, что тяжесть вменяемого истцу проступка соответствует примененному дисциплинарному взысканию, в то время как согласно абз. 3 п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, суд приходит к выводу о несоответствии наложенного дисциплинарного взыскания в виде выговора тяжести проступка, а требования о признании его незаконным подлежащими удовлетворению.

Сто касается требования и признании незаконным приказом № 23 от 22.03.2023, которым в целях организации персонального контроля рабочего времени истца, установлены меры контроля (л.д. 60), суд приходит к следующего.

Согласно доводам ответчика, установление контроля режима рабочего времени в отношении ФИО1 связано с фактом нереагирования истца на замечания по поводу опозданий и раннего ухода с рабочего места.

Как указано ранее, регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права, иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, указами Президента Российской Федерации, постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с абзацем седьмым части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель вправе принимать локальные нормативные акты (за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями).

Частью 1 статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

При этом, согласно п. 2.1 Определения Конституционного Суда РФ от 24.12.2013 N 2063-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб гражданина ФИО10 на нарушение его конституционных прав абзацами вторым и четвертым части второй статьи 21 и пунктом 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что требования добросовестно выполнять свои трудовые обязанности и соблюдать трудовую дисциплину (абзацы второй и четвертый статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации) предъявляются ко всем работникам. Данные требования могут конкретизироваться в локальных нормативных актах, принимаемых работодателем. При этом трудовое законодательство устанавливает требования к содержанию локальных нормативных актов, в частности правило о недопустимости ухудшения ими положения работников по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями (часть четвертая статьи 8 Трудового кодекса Российской Федерации).

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации. В числе основных прав работодателя - его право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени (часть первая статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником (часть четвертая статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд приходит к выводу, что при условии установления факта нарушения дисциплины труда, работодатель в целях учета рабочего времени вправе принимать акты, способствующие установлению контроля рабочего времени.

Также, уд не может признать оспариваемый приказ в отношении истца дискриминационным в силу следующего.

Согласно ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе: запрещение дискриминации в сфере труда; обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда.

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (ч. 2 ст. 3 Трудового кодекса РФ).

Истец, полагая, что действия ответчика по отношению к нему носят дискриминационный характер, поскольку приказ составлен только в отношении одного сотрудника.

Между тем, в ходе рассмотрения дела доводы ФИО1 о том, что со стороны ответчика имели место действия являющиеся дискриминацией ввиду составления приказа контроля рабочего времени не нашли своего подтверждения, поскольку сам факт составления данного приказа относится к обязанности работодателя в целях учета рабочего времени, а данное право работодателя само по себе не может быть отнесено судом к дискриминационным действиям в смысле ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации. Ответчик в ходе судебного заседания пояснил, что составление приказов, по сути понуждает истца к исполнению трудовой дисциплины, цель которого достигнута – в настоящее время режим дня истцом соблюдается.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что дискриминации в сфере труда со стороны ответчика в отношении истца, равно как и нарушений либо ограничений трудовых прав истца допущено не было, и, соответственно, требования в этой части подлежат отклонению.

Оценивая требования иска в части взыскания компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями либо бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не предусматривает необходимости доказывания работником факта несения нравственных и физических страданий в связи с нарушением его трудовых прав.

Установив факт нарушения трудовых прав истца в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, чем истцу, безусловно причинен моральный вред, суд в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в его пользу компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень нравственных переживаний истца в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности, требования разумности и справедливости, и считает необходимым удовлетворить требования в сумме 5 000 рублей в качестве компенсации за незаконное привлечение к дисциплинарной ответственности в виде выговора, полагая эту сумму способствующей восстановлению прав истца с соблюдением баланса интересов сторон. В частности, суд при снижении размера требований компенсации морального вреда учитывает то обстоятельство, что истец допустил дисциплинарный проступок, однако несоблюдение условия оценки его тяжести привело к признанию незаконным приказа о дисциплинарном взыскании, степень причиненных истцу нравственных страданий с учетом конкретных обстоятельств и характера допущенных нарушений его прав, значимости нарушенного права.

Оценивая требования истца о взыскании расходов на оплату юридических услуг, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации относятся, в числе прочих, суммы, подлежащие выплате экспертам, расходы на представителя, другие признанные судом необходимыми расходы.

В п. 1, п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери). Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В соответствии со ст. 98 Гражданского кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Реализация процессуальных прав посредством участия в судебных заседаниях представителя является правом участника процесса (ч. 1 ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Правоотношения, возникающие в связи с договорным юридическим представительством, по общему правилу являются возмездными. При этом, определение (выбор) таких условий юридического представительства как стоимость и объем оказываемых услуг является правом доверителя (ст. ст. 1, 421, 432, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом, истец реализовала свое право на получение юридических услуг, заключив договор от 01.06.2023 (л.д. 39-40). Предметом договора стороны определили подготовка и подача искового заявления, подпись документов, ознакомление с материалами дела, сбор доказательств, информирование заказчика о датах судебного заседания, осуществление представительства интересов истца на всех стадиях процесса.

Оплата по договору произведена в полном объеме в размере 40 000 рублей, что следует из акта (л.д. 41).

Согласно разъяснениям, данным в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (ст. ст. 98, 102, 103 ГПК РФ, ст. 111 КАС РФ, ст. 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении неимущественных требований.

Из материалов дела следует, что истцом заявлены и судом удовлетворены требования о признании незаконным приказа о применении дисциплинарного взыскания, компенсации морального вреда.

В связи с чем, суд оценивает понесенные истцом расходы на оплату юридических услуг на предмет их разумности.

Согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Давая оценку разумности понесенных сторонами расходов на оплату юридических услуг истцом в размере 40 000 рублей суд, исходя из объема защищаемого права, характера спора, учитывая время, которое мог бы затратить квалифицированный специалист на подготовку искового заявления (включая время и работу необходимые на формирование искового материала, подготовки позиции по делу, оценку документов ответчика, которые по сути не отличались от документов, представленных истцом, обеспечения доказательств), составление искового заявления, участие в 1 предварительном судебном заседании и 1 судебном заседании, а также результат правовой помощи (удовлетворение требований в части), с учетом обеспечения справедливого баланса интересов каждой из сторон, суд с учетом заявления стороны ответчика о чрезмерности заявленных ко взысканию сумм, определяет размер судебных расходов, подлежащих отнесению за счет ответчика в размере 20000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подп. 1, 3, 9 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход местного бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а также с учетом удовлетворения неимущественных требований подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей, от уплаты которой истец была освобождена в силу закона (ст. 393 Трудового кодекса РФ, подп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1, - удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» от 22.03.2023 № 11-КО о применении в отношении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Взыскать с ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» (ОГРН <***> ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<***>) компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, - отказать.

Взыскать с ГАУК СО «Свердловская государственная академическая филармония» (ОГРН <***> ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня изготовления решения в окончательном виде.

Судья <***> Е.В. Самойлова