УИД 74RS0005-01-2024-005359-77
Дело № 2-115/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
06 июня 2025 г. г. Челябинск
Металлургический районный суд г. Челябинска в составе
председательствующего судьи Поляковой Г.В.,
при ведении протокола помощником судьи Абашиной Т.А.,
с участием ответчика ФИО1, его представителя Казыева В.В.,
представителя третьих лиц ФИО2,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску АО «ГСК «Югория» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации,
УСТАНОВИЛ:
представитель акционерного общества «Группа страховых компаний «Югория» (далее – АО «ГСК «Югория») обратился в суд с иском к ФИО1 и просит взыскать с него в порядке суброгации сумму ущерба в размере 752 550 руб., госпошлину в размере 10 726 руб.
В обоснование исковых требований ссылается на то, что 08 февраля 2024 г. по адресу: <...>, произошло ДТП с участием автомобиля GEELY ATLAS госномер № под управлением ФИО1, и автомобиля BMW X5 госномер № под управлением ФИО3 Гражданская ответственность обоих участников ДТП была застрахована в АО «ГСК «Югория». Административным материалом вина участников ДТП не установлена и является обоюдной.
В результате ДТП собственнику автомобиля BMW X5 госномер № ООО «Интерсервис ЛТД» причинен ущерб, страховая компания выплатила потерпевшему 6 470 100 руб., поврежденное транспортное средство было реализовано за 4 175 000 руб. (годные остатки). Просит взыскать с ответчика ущерб, равный 752 550 руб., который складывается из следующего расчета: 6 470 100 (страховое возмещение) – 4 175 000 руб. (стоимость реализованного ТС) / 2 (обоюдная вина участников ДТП) – 400 000 руб. (лимит ответственности страховой компании по ОСАГО) + 5 000 руб. (эвакуация ТС с места ДТП) (т. 1 л.д. 3-4)
В судебном заседании ответчик ФИО1 и его представитель адвокат Казыев В.В., действующий на основании ордера (т. 1 л.д. 108), исковые требования не признали, указав на то, что вины ответчика в произошедшем ДТП не имеется, и экспертным заключением подтверждена вина третьего лица ФИО3, осуществлявшего обгон в запрещенном месте.
В судебном заседании представитель третьих лиц ФИО3, ООО «Интерсервис ЛТД» – ФИО2, действующий на основании доверенностей (т. 1 л.д. 191-194), исковые требования поддержал, указав на то, что в действиях ответчика имеется нарушение п. 8.1 ПДД РФ. С выводами судебной экспертизы не согласился, представил рецензию на экспертное заключение.
Представитель истца АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явился, о дате и времени извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие (т. 1 л.д. 4, т. 2 л.д. 71).
Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате и времени извещен надлежащим образом (т. 2 л.д. 73, 77).
Кроме того, сведения о дате, времени и месте судебного разбирательства доведены до всеобщего сведения путем размещения на официальном сайте Металлургического районного суда г. Челябинска.
На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание, извещенных надлежащим образом о времени и месте его рассмотрения.
Суд, исследовав письменные материалы дела, заслушав пояснения ответчика, его представителя, а также представителя третьих лиц, приходит к следующим выводам.
В силу п. п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст. 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.
Статьей 4 Федерального Закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предусмотрено обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
В соответствии с п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Однако условие договора, исключающее переход к страховщику права требования к лицу, умышленно причинившему убытки, ничтожно.
В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждено, что в результате произошедшего 08 февраля 2024 г. ДТП с участием автомобиля GEELY ATLAS госномер № под управлением ФИО1, и автомобиля BMW X5 госномер № под управлением ФИО3, транспортным средствам причинены механические повреждения (т. 1 л.д. 118-119).
Согласно административному материалу в действиях обоих водителей установлено нарушение п. 8.1 Правил дорожного движения.
В материалах административного дела имеются определения от 09 февраля 2025 г., согласно которым в возбуждении дел об административном правонарушении в отношении водителей ФИО3, ФИО1 отказано в связи с отсутствием состава административного правонарушения в их действиях (т. 1 л.д. 122-123).
Согласно карточкам учета транспортных средств собственником автомобиля GEELY ATLAS госномер № является ФИО1, автомобиля BMW X5 госномер № – ООО «Интерсервис ЛТД» (т. 1 л.д. 93).
На момент совершения ДТП транспортное средство BMW X5 госномер № застраховано в АО «ГСК «Югория» по договору добровольного страхования ТС (КАСКО) №, и по полису ОСАГО ТТТ №, а автогражданская ответственность водителя ФИО1 застрахована в АО «ГСК «Югория» по полису ОСАГО ХХХ № (т. 1 л.д. 16).
24 апреля 2024 г. представитель ООО «Интерсервис ЛТД» обратился в страховую компанию с заявлением о страховом возмещении по ОСАГО, а также о страховом событии и страховой выплате по полису КАСКО, где просил об организации ремонта ТС на СТОА (т. 1 л.д. 14-15).
Транспортное средство BMW X5 госномер № было осмотрено, о чем составлены акты ООО «Навигатор», по результатам установлено, что ТС получило существенные повреждения и его восстановление экономически нецелесообразно (т. 1 л.д. 47-53).
Так, согласно абз. 8-10 п. 1.5 Правил добровольного комплексного страхования автотранспортных средств АО «ГСК «Югория», утвержденных Приказом № 538 от 21 декабря 2021 г., «тотальное повреждение» - повреждение ТС, при котором, если иное не определено условиями договора страхования, Страховщик на основании документов СТОА о стоимости восстановительного ремонта (заказ-наряд, счет, смета) может принять решение об экономической нецелесообразности его ремонта. То есть в тех случаях, когда стоимость восстановительного ремонта превышает разницу между страховой суммой застрахованного ТС и его стоимостью. (т. 1 л.д. 17-46).
Как следует из п. 16.2.2 Указанных Правил страхования при тотальном повреждении застрахованного ТС при условии передачи поврежденного ТС Страховщику сумма страхового возмещения определяется в размере страховой суммы, установленной в договоре страхования по риску «Ущерб» или «Полное КАСКО», за вычетом произведенных ранее выплат страхового возмещения (при агрегатном страховании), франшиз, установленных в договоре страхования.
Согласно полису КАСКО №, срок действия договора – с 24 декабря 2023 г. по 23 декабря 2024 г., страховая сумма – 6 500 000 руб., страховая премия – 169 600 руб., форма выплаты – ремонт на СТО по направлению Страховщика, за исключением случаев тотального повреждения ТС, без учета износа (т. 1 л.д. 16).
12 апреля 2024 г. между АО «ГСК «Югория» в лице директора Челябинского филиала ФИО4, и ООО «Интерсервис ЛТД» в лице директора ФИО3 заключено соглашение №, по которому стороны пришли к согласию, что стоимость поврежденного ТС BMW X5 госномер №, застрахованного по договору страхования (полис № от 20 января 2023 г.) определена на основании п. 1.5 Правил страхования и составила 4 492 400 руб. Размер страхового возмещения на основании п. 16.2.1 Правил страхования составляет 1 977 700 руб. при условии оставления поврежденного ТС в собственности Страхователя. Размер страхового возмещения на основании п. 16.2.2 Правил страхования составляет 6 470 100 руб. при условии отказа от прав на поврежденное ТС и передачи его Страховщику (т. 1 л.д. 57).
12 апреля 2024 г. между теми же сторонами заключено соглашение о передаче транспортного средства Страховщику АО «ГСК «Югория», 19 апреля 2024 г. подписан акт приема-передачи ТС BMW X5 госномер № (т. 1 л.д. 58-61).
10 июня 2024 г. между АО «ГСК «Югория» и ООО «Легион74» заключен договор купли-продажи указанного автомобиля, стоимость которого (годные остатки) составила 4 175 000 руб., договор исполнен путем внесения предоплаты и последующей оплаты, что подтверждается договором, актом приема-передачи, счетом на оплату, платежными поручениями (т. 1 л.д. 61-64, 71-75об.).
Денежные средства в размере 1 977 700 руб. были выплачены АО «ГСК «Югория» в ООО «Интерсервис ЛТД» 08 апреля 2024 г., и в размере 4 492 400 руб. 02 мая 2024 г., то есть в общей сумме 6 470 100 руб., о чем свидетельствуют распоряжения на выплату, платежные поручения № № 161505, 170015 (т. 1 л.д. 65-66, 68, 70).
Также в пользу ООО «Интерсервис ЛТД» страховой компанией на основании акта о страховом случае было перечислено 5 000 руб. в счет оплаты услуг эвакуатора, расходы по которому подтверждены имеющимися в материалах дела договором на оказание услуг от 13 марта 2024 г., счетом на оплату ИП ФИО5, платежным поручением, актом № 1 от 14 марта 2024 г. (т. 1 л.д. 54-56об., 67, 69).
Поскольку в материале ГИБДД указано на нарушение ПДД РФ обоими водителями, а в п. 2 ст. 1081 Гражданского кодекса предусмотрено, что при невозможности определить степень вины доли признаются равными, АО «ГСК «Югория» просит взыскать с ответчика ФИО1 сумму, равную 752 550 руб., которая складывается исходя из следующего расчета: 6 470 100 руб. (выплаченная сумма страхового возмещения) – 4 175 000 руб. (стоимость реализованного поврежденного ТС, то есть годные остатки) / 2 (обоюдная вина водителей участников ДТП) – 400 00 руб. (лимит ответственности по ОСАГО) = 747 550 руб. + 5 000 руб. (эвакуация ТС с места ДТП – 10 000 руб. / 2).
В процессе рассмотрения дела ответчиком ФИО1 и его представителем адвокатом Казыевым В.В. размер страхового возмещения, стоимость годных остатков и иные суммы, рассчитанные страховой компанией и выплаченные в пользу ООО «Интерсервис ЛТД» по полису КАСКО не оспаривались.
Однако сторона ответчика не соглашалась с наличием вины ФИО1 в ДТП. С наличием вины в действиях ФИО3 также не соглашалась третья сторона – сам ФИО3, его представитель ФИО2, представлявший одновременно и интересы собственника транспортного средства – ООО «Интерсервис ЛТД».
Как следует из административного материала по факту ДТП в действиях водителя ФИО3, управлявшего транспортным средством BMW X5, и в действиях водителя ФИО1, управлявшего транспортным средством GEELY ATLAS, усматривается нарушение п. 8.1 ПДД РФ (т. 1 л.д. 118).
Так, из объяснений ФИО1, данных инспектору ДПС 09 февраля 2024 г., содержащихся в административном материале по факту ДТП, усматривается, что 08 февраля 2024 г. в 09:52 ч. он управлял технически исправным личным автомобилем GEELY ATLAS госномер №, застрахованным по ОСАГО, в салоне находился пассажир – ЗНС, они были пристегнуты ремнями безопасности. Он двигался по ул. П. Калмыкова от шоссе Металлургов в первой полосе со скоростью 40 км/ч. Дорожные условия – снежный накат, светлое время суток, ясно.
При приближении к <...> включив левый поворот при совершении маневра, почувствовал удар в левую часть автомобиля. Выйдя из автомобиля, он увидел, что на него произвел наезд автомобиль BMW X5 госномер №. Водитель ФИО3 совершал обгон перед пешеходным переходом (т. 1 л.д. 120-120об.).
В судебном заседании 13 ноября 2024 г. ответчик ФИО1 пояснил, что он выполнял левый поворот с левой полосы. Он, приближаясь к пешеходному переходу, включил сигнал поворота за 30-40 метров перед тем, как повернуть. После пешеходного перехода начал поворачивать налево. Перед началом маневра он оценил обстановку, посмотрел в зеркало заднего вида (какие-то машины на дороге были, но на достаточном расстоянии для его маневра), заблаговременно включил сигнал поворота (до пешеходного перехода), снизил скорость, убедился, что повернуть безопасно. На момент начала маневра обгоняющих транспортных средств не было. Столкновение произошло сразу после того как он начал осуществлять маневр поворота (т. 1 л.д. 208-210).
Как следует из объяснений ФИО3, полученных инспектором ДПС, 08 февраля 2024 г. около 09:45 ч. он управлял технически исправным служебным автомобилем BMW X5 госномер №, застрахованным по ОСАГО, в салоне находился один, пристегнут ремнем безопасности. Двигался по ул. Калмыкова в направлении Свердловского тракта в первой полосе со скоростью 60 км/ч. Дорожные условия – асфальт, состояние проезжей части – снежный накат, освещение – светлое время суток, состояние погоды ясное, солнце.
При приближении к дому 7 по ул. Калмыкова, проехав пешеходный переход, убедившись, что можно идти на обгон, включил поворотник и начал маневр. Когда выехал на встречную полосу, чтобы завершить обгон, автомобиль неожиданно включил поворотный сигнал и начал поворот в переулок. Чтобы уйти от столкновения, он (ФИО3) попытался уйти влево, но ударил автомобиль и на полном ходу въехал в большой сугроб, из-за чего открылись все подушки безопасности. Свой автомобиль с места ДТП убирал эвакуатором (т. 1 л.д. 121-121об.).
В судебном заседании 13 ноября 2024 г. третье лицо ФИО3 пояснил, что при движении он оценил обстановку, понял, что может обогнать впереди идущий автомобиль, включил сигнал поворота и начал обгонять по встречной полосе. Когда он стал приближаться к движущемуся впереди автомобилю, то он резко включил сигнал поворота и начал поворачивать. Чтобы предотвратить столкновение, он инстинктивно повернул налево, потом начал тормозить. Утверждал, что обгон был им начат после пешеходного перехода (т. 1 л.д. 208-210).
В возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО3 и ФИО1 было отказано в связи с отсутствием в их действиях состава административного правонарушения (т. 1 л.д. 122-123).
Так, определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 09 февраля 2024 г. было обжаловано адвокатом Казыевым В.В., действующим в интересах ФИО1, полагавшего невозможным признать обоюдную вину водителей в ДТП от 08 февраля 2024 г. ввиду наличия в действиях водителя ФИО3 нарушения требования п. 11.4, 11.2 ПД РФ, состоявших в причинно-следственной связи с ДТП (л.д. 95-97).
Решением Ленинского районного суда г. Челябинска от 17 июля 2024 г., оставленным без изменения решением Челябинского областного суда от 20 ноября 2024 г., определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 09 февраля 2024 г., вынесенное инспектором группы по ИАЗ полка ДПС Госавтоинспекции УМВД России по г. Челябинску ФИО6 оставлено без изменения, жалоба защитника – адвоката Казыева В.В. в интересах ФИО1 без удовлетворения (т. 1 л.д. 98, т. 2 л.д. 6-8).
Определением Металлургического районного суда г. Челябинска от 14 ноября 2024 г. по ходатайству представителя третьих лиц ФИО3, ООО «Интерсервис ЛТД» – ФИО2, действующего на основании доверенностей, была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО АКЦ «Практика ФИО7 (т. 1 л.д. 213-215).
Как следует из заключения эксперта № 272-12-24, проведенного экспертом ООО АКЦ «Практика» АДС, автомобиль BMW X5 госномер № перед перестроением для выполнения маневра «обгон» располагался на расстоянии 48,5 м. от места столкновения транспортных средств. В исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель GEELY ATLAS госномер № пользовался приоритетом.
Минимальная продолжительность времени выполнения маневра «поворот налево» автомобиля GEELY ATLAS с минимальным радиусом без потери контроля водителем над управляемостью транспортного средства с момента начала маневра до момента столкновения находилась в пределах примерно 0,28 сек.
Автомобиль BMW X5 в момент начала выполнения маневра «поворот налево» относительно автомобиля GEELY ATLAS находился на расстоянии примерно 4,7 м от места столкновения.
У водителя автомобиля BMW X5 отсутствовало приоритетное право движения в месте расположения пешеходного перехода, следовательно, для него не возникал момент опасности в связи с необходимостью в соответствии с ПДД постоянного наблюдения за дорожной обстановкой во избежание столкновения. В сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля BMW должен был руководствоваться п. 11. 4 ПДД РФ. Водитель автомобиля GEELY должен был руководствоваться п. 8.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля BMW не соответствовали п. 11. 4 ПДД РФ, действия водителя автомобиля GEELY не соответствовали п. 8.1 ПДД РФ.
Автомобилю BMW для смены полосы (перестроения) при движении со скоростью 60 км/ч без возникновения бокового скольжения в месте ДТП необходимо 48,5 м. С учетом установленного характера сближения водитель автомобиля GEELY ATLAS имел преимущество. С учетом установленного характера сближения в причинно-следственной связи с ДТП находятся действия водителя BMW Х5 (т. 2 л.д. 17-43).
Указанное экспертное заключение по ходатайству представителя истца АО «ГСК «Югория» после возобновления производства по делу было направлено для ознакомления по указанному в ходатайстве адресу электронной почты (т. 2 л.д. 54).
Допрошенный в судебном заседании эксперт АДС полностью поддержал выводы судебной экспертизы, пояснив, что в ходе проведения экспертизы им были исследованы материалы дела, в том числе административный материал по факту ДТП, объяснения участников ДТП, выезд на место ДТП не производился, исследование проведено на основании фотоснимков проезжей части «Гугл карты», при этом не имеет значения сезон, когда были сделаны фотографии со спутника.
Также эксперт пояснил, что 0,28 сек. это недостаточное время для избежания столкновения. Установить время включения поворотника водителем автомобиля GEELY с технической точки зрения не представляется возможным. С технической точки зрения право начинать маневр в первую очередь предоставлено автомобилю GEELY, поскольку предполагается, что иными участниками дорожного движения на пешеходном переходе будут соблюдаться Правила. Техническая возможность автомобиля BMW избежать столкновения связана с приоритетом движения, которого у него не было, поскольку обгон им осуществлялся на нерегулируемом перекрестке.
Суд полагает, что заключение судебной экспертизы в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ.
Оснований сомневаться в выводах эксперта не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, заключение составлено полно, а его выводы - обоснованны, противоречий не содержат. Эксперт имеет соответствующее образование, опыт в проведении экспертиз, заключение дано экспертом в пределах их специальных познаний, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ
Заключение содержит необходимые исследования, ссылки на нормативно-техническую документацию, использованную при производстве экспертизы.
Сторонами истца, ответчика, третьими лицами каких-либо надлежащих доказательств, опровергающих выводы данной судебной экспертизы, представлено не было.
Сам по себе факт не согласия третьих лиц с результатом проведенной судебной экспертизы не свидетельствует о его недостоверности и не влечет необходимости в проведении повторной (дополнительной) экспертизы.
При этом суд полагает, что представленная представителем третьих лиц рецензия № ТЭ-106-06/2024 ООО «Кэтра и Ко» на данное экспертное заключение (т. 2 л.д. 55-67) не может быть принята в качестве доказательства по делу, поскольку является мнением специалиста. Рецензия выполнена в порядке одностороннего заказа со стороны ФИО3, в связи с чем имеются основания сомневаться в объективности представленной рецензии.
Поскольку юридическая квалификация действий участников дорожно-транспортного происшествия, их соответствие требованиям Правил дорожного движения Российской Федерации и, как следствие, установление лица, виновного в совершении дорожно-транспортного происшествия, относится к исключительной компетенции суда, то разрешая требования об определении степени вины сторон в дорожно-транспортном происшествии, суд приходит к следующему.
Согласно п. 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правила дорожного движения, ПДД РФ), Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда
В силу п. 11.4 Правил дорожного движения обгон запрещен: на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной; на пешеходных переходах; на железнодорожных переездах и ближе чем за 100 метров перед ними; на мостах, путепроводах, эстакадах и под ними, а также в тоннелях; в конце подъема, на опасных поворотах и на других участках с ограниченной видимостью.
Материалами дела, в том числе фотографиями, схемой с места ДТП, составленной сотрудниками ГИБДД, масштабными схемами расположения автомобилей, имеющимися в заключении эксперта, и непосредственно самим экспертным заключением подтвержден факт того, что водитель ФИО3, управлявший транспортным средством BMW, в начале маневра смены полосы движения находился в крайней левой полосе движения, маневр обгона им начат на пешеходном переходе, на нерегулируемом перекрестке.
Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
Из материалов дела также следует, что водитель ФИО1, управлявший автомобилем GEELY, заблаговременно подал сигнал поворота, о чем указано в его объяснениях, данных сотрудникам ГИБДД и в ходе рассмотрения дела судом. При этом третье лицо ФИО3 не оспаривал факт включения ответчиком поворотника, и пояснял, что водителем ФИО1 действительно включался левый поворотник, однако он его увидел слишком поздно.
Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. ст. 56, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, в том числе объяснения водителей об обстоятельствах ДТП, заключение эксперта в части определения механизма ДТП, суд приходит к выводу о том, что наступление дорожно-транспортного происшествия находится в прямой причинно-следственной связи с нарушением ПДД РФ водителем ФИО3, действия которого ввиду нарушения правил обгона, который был совершен им на нерегулируемом перекрестке, на пешеходном переходе, способствовали опасному сближению транспортных средств и, как следствие – опасности для движения и привели к настоящему ДТП.
Обстоятельств, по которым можно считать причиной ДТП нарушение водителем ФИО1 Правил дорожного движения при условии грубого нарушения этих правил водителем ФИО3, судом не установлено.
Имеющимися в материалах дела доказательствами опровергнуты доводы третьего лица ФИО3 о том, что он начал маневр обгона, проехав пешеходный переход.
Так, вину водителя ФИО3 в описанном ДТП суд определяет в размере 100 %, вины водителя ФИО1 суд не усматривает.
При таких обстоятельствах, учитывая, что виновником ДТП является водитель ФИО3, являющийся третьим лицом по настоящему делу, исковые требования АО «ГСК «Югория» к нему не предъявлены, в том числе путем уточнения иска, оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании с ответчика ФИО1 ущерба, причиненного в результате ДТП в порядке суброгации, расходов по оплате госпошлины суд не находит.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,
РЕШИЛ:
в удовлетворении исковых требований АО «ГСК «Югория» к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Металлургический районный суд г. Челябинска.
Председательствующий Г.В. Полякова
Мотивированное решение изготовлено 19 июня 2025 г.