Апелляционное определение по делу № 33-14441/2023 от 13.09.2023

УИД: 66RS0005-01-2023-000385-51

Дело № 33-14441/2023 (2-1736/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 13.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе председательствующего Колесниковой О.Г.,

судей Кокшарова Е.В., Ершовой Т.Е.,

при ведении протокола помощником судьи Серебряковой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело по иску ФИО1, действующей в интересах ФИО2, к федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации о признании нуждающейся в предоставлении жилого помещении, права на предоставление во внеочередном порядке субсидии для приобретения или строительства жилого помещения, признании решения незаконным, возложении обязанности,

по апелляционной жалобе истца

на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 19.06.2023.

Заслушав доклад судьи Ершовой Т.Е., объяснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, судебная коллегия

установила:

27.01.2023 ФИО1, действуя в интересах несовершеннолетней ФИО2, обратилась с иском к федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации о признании ФИО2 нуждающейся в предоставлении жилого помещении, признании права на предоставление во внеочередном порядке субсидии для приобретения или строительства жилого помещения, признании решения незаконным, возложении обязанности.

В обоснование заявленных требований указано, что в период с 08.07.2017 по 29.01.2019 состояла в браке со ФИО5 От брака имеет дочь ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С 04.05.2022 ФИО5 проходил военную службу по контракту. 04.06.2022 ФИО5 погиб при исполнении обязанностей военной службы в ходе специальной военной операции. 04.08.2022 ФИО1 обратилась в территориальный отдел «Пермский» филиала «Центральный» ФГАУ «Росжилкомплекс» с заявлением о признании ФИО2 нуждающейся в жилом помещении и принятии ее на учет для обеспечения жилым помещением в форме предоставления субсидии для приобретения или строительства жилого помещения. Решением № 10/25 от 18.10.2022 ФГАУ «Росжилкомплекс» в принятии ФИО2 на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, отказано в связи с непредставлением документов, подтверждающих право состоять на таком учете, а именно ввиду непредставления доказательств совместного проживания ФИО5 с дочерью после расторжения брака. Вместе с тем положениями ст. 24 Федерального закона от 27.05.1998 № 76 «О статусе военнослужащих» предусмотрено право нуждающихся членов семьи военнослужащего, погибшего в период прохождения военной службы, независимо от общей продолжительности военной службы, имевших основания для признания нуждающимися в жилых помещениях, на предоставление жилого помещения либо субсидии в целях приобретения или строительства жилого помещения во внеочередном порядке на состав семьи на день гибели военнослужащего. По смыслу ст. 47, 60, 61, 80 Семейного кодекса Российской Федерации, ч. 5 ст. 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» несовершеннолетние дети признаются членами семьи военнослужащего, находящимися на его иждивении, независимо от факта совместного проживания с ним. Со ФИО5 в целях содержания дочери вступившим в законную силу решением мирового судьи судебного участка № 2 Игринского района Удмуртской Республики от 27.12.2018 взысканы алименты. В личном деле военнослужащего ФИО5 его дочь ФИО2 После гибели отца ФИО1 как законному представителю члена семьи погибшего военнослужащего ФИО2 произведены выплаты денежного довольствия, материальной помощи. ФИО5 жилым помещением по линии Министерства обороны Российской Федерации не обеспечивался, имел основания быть признанным нуждающимся в жилых помещениях. Равным образом ФИО2 на праве пользования либо в собственности жилых помещений не имеет, членом семьи собственника либо нанимателя жилого помещения не является. На основании изложенного просит признать ФИО2 нуждающейся в предоставлении жилого помещения на состав семьи с учетом погибшего ФИО5, признать за ФИО2 право на предоставление во внеочередном порядке субсидии для приобретения или строительства жилого помещения на состав семьи из двух человек. Признать незаконным решение ФГАУ «Росжилкомплекс» № 10/25 от 18.10.2022 об отказе ФИО2 в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания. Обязать ФГАУ «Росжилкомплекс» принять ФИО2 на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания.

Определением суда от 21.03.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6, ФИО7

Решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 19.06.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить. Полагает, что судом сделаны выводы, не соответствующие обстоятельствам дела, а также неправильно применены нормы материального права. В силу несовершеннолетнего возраста ФИО2 не имеет правового значения с кем она проживала после расторжения брака ее родителей, поскольку несовершеннолетние дети, безусловно, находятся на иждивении обоих родителей. Таким образом, утверждение суда о необходимости совместного проживания дочери с погибшим для признания ее нуждающейся в жилом помещении не следует из положений ст. 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих". Полагает, что члены семьи погибшего военнослужащего имеют самостоятельное право на обеспечение жилыми помещениями и факт совестного проживания не имеет правового значения.

В судебном заседании судебной коллегии представитель истца ФИО3 поддержал доводы жалобы истца полностью.

Представитель ответчика ФИО4 в заседании судебной коллегии возражал против удовлетворения апелляционной жалобы истца.

Истец ФИО1, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО2, представитель третьего лица Министерства обороны Российской Федерации, третьи лиц ФИО6, ФИО7 в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания стороны извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте Свердловского областного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в срок, достаточный для подготовки к делу и своевременной явки в суд. От представителя третьего лица Министерства обороны Российской Федерации поступила ходатайство с просьбой рассмотреть дело без их участия.

Руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу об обоснованности постановленного судом решения.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО2 является дочерью ФИО5 и ФИО1, о чем представлена копия свидетельства о рождении <№> <№> от 27.02.2018, выданного отделом ЗАГС Администрации МО «Игринский район» Удмуртской Республики.

Брак между ФИО5 и ФИО1 прекращен 29.01.2019 на основании решения мирового судьи судебного участка № 2 Игринского района Удмуртской Республики от 27.12.2018, что следует из копии свидетельства о расторжении брака <№> <№> от 11.02.2019.

04.05.2022 ФИО5 заключен контракт о прохождении военной службы в Вооруженных Силах Российской Федерации.

ФИО5 в период военной службы нуждающимся в жилых помещениях по линии Министерства обороны Российской Федерации не признавался.

04.06.2022 ФИО5 погиб при выполнении задач в ходе специальной операции, о чем представлена копия повторного свидетельства о смерти <№> <№> от 09.06.2022, выданного отделом ЗАГС МО «Муниципальный округ Игринский район Удмуртской Республики», копия справки военного комиссариата Игринского и Якшур-Бодьинского районов Удмуртской Республики от 28.07.2022 № 126.

Приказом командира войсковой части 89547 от 20.06.2022 № 251 ФИО5 исключен из списков личного состава войсковой части. Выслуга лет – 1 год 1 месяц 3 дня.

04.08.2022 ФИО1, действуя в интересах несовершеннолетней ФИО2, обратилась в территориальный отдел «Пермский» филиала «Центральный» ФГАУ «Росжилкомплекс» с заявлением о признании ФИО2 нуждающейся в жилом помещении и принятии ее на учет для обеспечения жилым помещением в форме предоставления субсидии для приобретения или строительства жилого помещения.

Решением № 10/25 от 18.10.2022 ФГАУ «Росжилкомплекс» в принятии ФИО2 на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, отказано по основанию ч. 4 ст. 52 Жилищного кодекса Российской Федерации, в связи с непредставлением документов, подтверждающих право состоять на таком учете, а именно ввиду непредставления доказательств совместного проживания ФИО5 с дочерью после расторжения брака.

Согласно сведениям из ЕГРН от 21.03.2023 ФИО5 собственником каких-либо жилых помещений не является.

Из ответа Администрации МО «Муниципальный округ Игринский район Удмуртской Республики» от 24.04.2023, справки БУ УР «ЦКО БТИ» Игринское отделение от 03.04.2023 следует, что ФИО5 прав на жилые помещения, возникшие до 1999 года, на территории Удмуртской Республики не имеет. Нуждающимся в обеспечении жилыми помещениями не признавался.

Решением Игринского районного Совета депутатов от 27.12.2005 № 10 «О норме предоставления и учетной норме площади жилого помещения в муниципальном образовании «Игринский район» учетная норма площади жилого помещения на одного человека составляет 12 кв.м общей площади жилого помещения.

ФИО5 был зарегистрирован и проживал в качестве члена семьи по адресу: Удмуртская Республика, <адрес> <дата> по <дата>, общей площадью 30 кв.м, принадлежащем на праве собственности на основании договора купли-продажи от <дата> его матери.

Количество зарегистрированных лиц по адресу: Удмуртская Республика, <адрес> по состоянию на день смерти 04.06.2022 составляло 6 человек, что следует из ответа на судебный запрос ОВМ ММО МВД России «Игринский» от 06.06.2023, как следствие, обеспеченность ФИО5 составляла менее учетной нормы, он имел основания для признания нуждающимся в жилых помещениях.

В свою очередь, несовершеннолетняя ФИО2, а также ее мать ФИО1 согласно сведениям из ЕГРН от <дата> собственниками каких-либо жилых помещений не являются.

Несовершеннолетняя ФИО2 с <дата> зарегистрирована и фактически проживает совместно с матерью ФИО1 по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, общей площадью 34 кв.м. Иные лица, зарегистрированные в том же жилом помещении, отсутствуют, что следует из ответа на судебный запрос ОВМ ММО МВД России «Игринский» от <дата>, копии поквартирной карточки, представленной истцом.

Факт определения соглашением ФИО5 и ФИО1 после расторжения между ними брака места жительства несовершеннолетней ФИО2 с матерью ФИО1, в том числе с <дата> по вышеуказанному адресу, стороной истца в ходе судебного разбирательства не оспаривался.

Согласно выписке из ЕГРН от <дата> жилое помещение, расположенное по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО6, приходящейся ФИО1 матерью, несовершеннолетней ФИО2 – бабушкой.

Разрешая заявленные требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции руководствовался положениями Жилищного кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих", разъяснениями п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», пришел к выводу, что поскольку ФИО5 не состоял на учете в качестве нуждающегося в обеспечении жилым помещением, несовершеннолетняя ФИО2 на момент смерти военнослужащего не являлась совместно проживающим с ним членом его семьи, а также обеспечена жилыми помещениями свыше учетной нормы, суд не нашел правовых оснований для удовлетворения исковых требований о признании ФИО2 нуждающейся в предоставлении жилого помещения на состав семьи с учетом погибшего ФИО5, признании за несовершеннолетней ФИО2 права на предоставление во внеочередном порядке субсидии для приобретения или строительства жилого помещения на состав семьи из двух человек.

Придя к выводу об отсутствии у несовершеннолетней ФИО2 права на обеспечение жилым помещением, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для признания решения ФГАУ «Росжилкомплекс» № 10/25 от 18.10.2022 об отказе ФИО2 в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания, не соответствующим закону не имеется, равно как и для возложения на ФГАУ «Росжилкомплекс» обязанности принять ФИО2 на учет нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых для постоянного проживания.

С данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, полагая их основанными на верном установлении юридически значимых обстоятельств по делу, подтвержденных совокупностью представленных доказательств, отвечающих критериям относимости, допустимости и достаточности.

Согласно п. 1 ст. 15 Федерального закона № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных данным Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» разъяснено, что при рассмотрении заявлений военнослужащих, связанных с осуществлением ими права на жилище, необходимо иметь в виду, что основания и порядок обеспечения военнослужащих жильем регулируются как Федеральным законом «О статусе военнослужащих», так и нормами жилищного законодательства Российской Федерации.

В связи с изложенным судам следует исходить из того, что гарантированное статьей 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих" право военнослужащих и совместно проживающих с ними членов их семей на обеспечение жилыми помещениями в форме предоставления денежных средств за счет средств федерального бюджета на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления жилых помещений должно реализовываться в порядке и на условиях, установленных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

К членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке (ч. 1 ст. 69 Жилищного кодекса Российской Федерации)

Согласно абз. 3 п. 3.1 ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих» денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений либо жилые помещения в порядке и на условиях, которые предусмотрены пунктами 1, 16, 18 и 19 статьи 15 и статьей 15.1 настоящего Федерального закона, с учетом права военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, на дополнительную общую площадь жилого помещения на дату его гибели (смерти) предоставляются:

членам семей военнослужащих (за исключением военнослужащих, участвовавших в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих), погибших (умерших) в период прохождения военной службы, независимо от общей продолжительности военной службы, имевших основания для признания нуждающимися в жилых помещениях, установленные статьей 51 Жилищного кодекса Российской Федерации.

При этом лицам, указанным в абзацах втором - шестом настоящего пункта, денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений либо жилые помещения предоставляются в соответствии с настоящим Федеральным законом во внеочередном порядке.

Исходя из смысла вышеприведенных норм, суд, установив, что несовершеннолетняя ФИО2 проживала с матерью, совместно с отцом ФИО5 не проживала, общего хозяйства с ним не вела и не находилась на его иждивении, правомерно отказал в удовлетворении заявленных истцом требований.

В силу п. 1 ст. 61 Семейного кодекса Российской Федерации родители имеют равные права и несут равные обязанности в отношении своих детей (родительские права).

Согласно п. 2 ст. 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Положения п. 3 ст. 65 Семейного кодекса Российской Федерации предусматривает, что место жительства детей при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением родителей.

Как усматривается из материалов дела, ФИО2 в жилые помещения, где проживал военнослужащий, не вселялась и не проживала совместно с ним. Факт родства с умершим ФИО5 со ссылкой на семейное законодательство правового значения для признания ФИО2 членом семьи военнослужащего не имеет, поскольку Семейный кодекс Российской Федерации имеет иной предмет правового регулирования, к рассматриваемым правоотношениям не применим.

По смыслу действующего жилищного законодательства, в частности, ст. ст. 31 и 69 Жилищного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи с п. 3.1 ст. 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ оснований для вывода о том, что дочь ФИО2 являлась членом семьи ФИО5 и могла претендовать на получение жилья в рамках указанного Федерального закона, в том числе и после его смерти, не имелось.

Необеспеченность гражданина жилым помещением по договору социального найма или отсутствие у него жилого помещения в собственности, в силу п. 1 ч. 1 ст. 51 Жилищного кодекса Российской Федерации, является основанием для признания его нуждающимся в жилом помещении.

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 52 Жилищного кодекса Российской Федерации жилые помещения по договорам социального найма предоставляются гражданам, которые приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, за исключением установленных данным Кодексом случаев. Состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях имеют право указанные в ст. 49 настоящего Кодекса категории граждан, которые могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях.

В силу п. 2 ч. 1 ст. 54 Жилищного кодекса Российской Федерации отказ в принятии граждан на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях допускается в случае, если, в частности, представлены документы, которые не подтверждают право соответствующих граждан состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

При решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание взаимосвязанное содержание п. 5 ст. 2, ст. 15, ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих», судебная коллегия полагает, что члены семьи военнослужащего не обладают самостоятельным правом на обеспечение жилым помещением за счет федерального органа исполнительной власти, в котором предусмотрена военная служба, условиями обеспечения военнослужащего жилым помещением с учетом членов его семьи является их совместное проживание, а также нуждаемость как самого военнослужащего, так и членов его семьи в жилых помещениях.

Следовательно, в случае гибели военнослужащего, государство принимает на себя обязательство по обеспечению жилым помещением также не всех членов семьи военнослужащего, а только тех членов его семьи, которые проживали совместно с ним и в том случае, если военнослужащий и члены его семьи имели основание быть признанными нуждающимися в жилых помещениях до гибели военнослужащего.

Судом первой инстанции правильно учтено, что право на обеспечение членов семьи военнослужащего является дополнительной социальной гарантией и такое право членов семьи военнослужащего является производным от основного права, которое имеется у самого военнослужащего.

При этом суд первой инстанции обоснованно отклонил довод истца о наличии у члена семьи погибшего военнослужащего права на обеспечение жилым помещением независимо от факта совместного проживания, поскольку указанные доводы противоречат положениям ч. 3.1 ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих», в которой указано, что такое право член семьи приобретает на условиях, предусмотренных ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», то есть в случае совместного проживания с военнослужащим.

Судом верно не принято во внимание то обстоятельство, что при раздельном проживании ребенок не перестает быть членом семьи отца со ссылкой на то, что указанное не является достаточным для признания за ФИО2 права на обеспечение жилым помещением, предусмотренного ст. 24 Федерального закона «О статусе военнослужащих», обусловленного совместным проживанием военнослужащего и члена его семьи, а также нуждаемостью каждого из них в жилых помещениях.

Суд первой инстанции обоснованно не принял во внимание указание ФИО2 о том, что в личном деле военнослужащего в качестве члена семьи указана несовершеннолетняя дочь, что говорит о наличии у нее права на получение иных социальных гарантий и компенсаций, предусмотренных Федеральным законом «О статусе военнослужащих» для членов их семей.

Действующее законодательство, устанавливающее право членов семьи военнослужащего на обеспечение жильем, не предусматривает возможности обеспечения членов семьи военнослужащего отдельными жилыми помещениями (жилищной субсидией) в том случае, если такие члены семьи проживают отдельно.

К членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются указанные социальные гарантии, компенсации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся: супруга (супруг); несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; лица, находящиеся на иждивении военнослужащих (пункт 5 статьи 2 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ).

Порядок предоставления субсидии для приобретения или строительства жилого помещения военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, и гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, утвержденный приказом Министра обороны Российской Федерации от 21 июля 2014 года N 510 (далее - Порядок предоставления субсидии), регулирующий вопросы предоставления субсидии для приобретения или строительства жилого помещения военнослужащим - гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, указанным в абзацах третьем и двенадцатом пункта 1 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ, гражданам Российской Федерации, уволенным с военной службы, и совместно проживающим с ними членам их семей, признанным нуждающимися в жилых помещениях в Министерстве обороны Российской Федерации (пункт 1 Порядка предоставления субсидии), предусматривает, что решение о предоставлении жилищной субсидии военнослужащим, гражданам, уволенным с военной службы, и членам их семей принимается в порядке очередности уполномоченным органом (структурным подразделением уполномоченного органа) при отсутствии оснований для снятия их с учета признанных нуждающимися в жилых помещениях (пункт 5 Порядка предоставления субсидии).

В целях реализации права на жилищное обеспечение в форме получения жилищной субсидии военнослужащие, граждане, уволенные с военной службы, члены их семей представляют в уполномоченный орган уполномоченный орган либо специализированную организацию (структурное подразделение специализированной организации) договор об открытии банковского счета и заявление о перечислении жилищной субсидии с указанием реквизитов банковского счета, подписанное ими и всеми членами их семей; за несовершеннолетних и (или) недееспособных членов семьи заявление подписывается их законным представителем (пункт 4 Порядка предоставления субсидии).

Приведенные стороной истца доводы о том, что со ФИО5 были взысканы алименты на содержание несовершеннолетней дочери не имеют правового значения, поскольку свидетельствуют только о выполнении ФИО5 своих родительских обязанностей по отношению к ребенку, наличие детско-родительских отношений также не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора сами по себе.

Приведенные истцом в качестве основания настоящего иска доводы о том, что ФИО2 на момент смерти ФИО5 являлась членом его семьи, судебной коллегией отклоняются, поскольку, как указано выше, это обстоятельство, само по себе, не является достаточным для признания за ФИО2 права на обеспечение жилым помещением.

Судебная коллегия, соглашаясь с решением суда первой инстанции, приходит к выводу, что факт родства с умершим ФИО5 со ссылкой на семейное законодательство правового значения для признания ФИО2 членом семьи военнослужащего не имеет, поскольку Семейный кодекс Российской Федерации имеет иной предмет правового регулирования, к рассматриваемым правоотношениям не применим. Ссылки на то, что ФИО5 не утратил близких отношений с дочерью, не свидетельствуют о возможности иного толкования норм права, регулирующих указанные правоотношения.

Согласно свидетельству о расторжении брака <№> от <дата> брак между ФИО5 и ФИО1 прекращен 29.01.2019 на основании решения мирового судьи от 27.12.2018.

Как усматривается из материалов дела, ФИО5 с 15.04.2005 г. был зарегистрирован по адресу: Удмуртская Республика <адрес>, проживал с матерью, его дочь ФИО2, в качестве члена его семьи в жилое помещение, где проживал военнослужащий, не вселялась и никогда не проживала совместно с ним. После рождения несовершеннолетняя ФИО2 16.03.2018 была зарегистрирована по адресу: Удмуртская Республика <адрес>.

Согласно заявлению от 15.05.2019 о регистрации ФИО2 (л.д. 167) матерью несовершеннолетней подана декларация, в которой указано, что брак с отцом дочери расторгнут в 2019 году, в воспитании дочери бывший супруг ФИО5 участия не принимает, его местонахождение ей неизвестно, в связи с чем предоставить необходимые документы не представляется возможным. Просит рассмотреть вопрос о регистрации несовершеннолетней без согласия отца положительно в интересах ребенка.

Согласно свидетельству о регистрации по месту жительства № 954 от 22.05.2019 несовершеннолетняя ФИО2 с 22.05.2019 зарегистрирована по адресу: Удмуртская Республика <адрес>.

Квартира площадью 34 кв.м., расположенная по адресу: Удмуртская Республика <адрес> принадлежит на праве собственности ФИО6 на основании договора купли-продажи от 17.04.2019.

Таким образом, вопреки доводам жалобы несовершеннолетняя ФИО2 на дату гибели ФИО5 нуждающейся в обеспечении жилым помещением не являлась, поскольку обеспечена жилым помещением по учетной норме по месту регистрации.

Право на жилищное обеспечение возникает у членов семьи военнослужащего, совместно проживающих с ним. Вместе с тем, на момент обращения по вопросу принятия на учет нуждающихся отсутствовали основания полагать о совместном проживании ФИО2 с отцом ФИО5, совместное проживание было прекращено еще при жизни ФИО5

С учетом установленных обстоятельств, по смыслу действующего жилищного законодательства, в частности, ст. ст. 31 и 69 ЖК РФ в их взаимосвязи с п. 3.1 ст. 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ оснований для вывода о том, что дочь ФИО2 являлась членом семьи ФИО5 и могла претендовать на получение жилья в рамках указанного Федерального закона, в том числе и после его смерти, не имелось.

Доводы жалобы о том, что предоставление указанной льготы не зависит от совместного проживания военнослужащего с членами его семьи, что дочь в любом случае является членом семьи своего отца, основаны на субъективном толковании указанных норм права, были предметом правовой оценки суда первой инстанции.

Таким образом, право иных лиц на получение жилищной субсидии производно от прав самого военнослужащего и оно не может быть реализовано ими самостоятельно. Лица, которые совместно не проживали с военнослужащим, не являлись членами его семьи, исходя из положений Порядка предоставления субсидии, не могут претендовать на получение жилищной субсидии.

Верно оценив установленные по делу фактические обстоятельства, анализ и оценка которым приведены в оспариваемом решении, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Мотивы, по которым суд пришел к изложенным выводам, подробно со ссылкой на нормы законодательства и конкретные обстоятельства дела изложены в решении.

Приведенное в апелляционной жалобе толкование закона, судебной коллегией не может быть принято во внимание, поскольку является неверным.

Все доводы апелляционной жалобы о несогласии с выводами суда первой инстанции, по мотивам их несоответствия обстоятельствам дела и неправильного применения судом норм материального права, не могут повлечь отмену обжалуемого судебного акта, так как не содержат указаний на юридически значимые обстоятельства, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела, указывали бы на незаконность или необоснованность принятого по делу решения, либо опровергали бы изложенные в обжалуемом судебном акте выводы.

В целом доводы апелляционной жалобы фактически повторяют правовую позицию истца, изложенную в суде первой инстанции, им судом дана аргументированная правовая оценка, оснований не согласиться с которой судебной коллегией не усматривается.

Безусловных оснований для отмены решения суда первой инстанции, предусмотренных ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по делу не усматривается.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 19.06.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.

Председательствующий

Колесникова О.Г.

Судьи

Кокшаров Е.В.

Ершова Т.Е.