Решение по делу № 2-53(2)/2025 от 06.03.2025 - о признании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан и договора дарения недвижимости недействительными, признании права общей долевой собственности на жилое помещение.

№ 2-53(2)/2025

64RS0028-02-2025-000003-10

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 марта 2025 г. с. Ивантеевка

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Кривозубова М.И.,

при помощнике судьи Колеконовой Т.В.,

с участием ответчика ФИО1 и ее представителя Павликова П.М.,

представителя ответчика ФИО2 – адвоката Носкова В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 и ФИО4 к ФИО2 и ФИО1, администрации Бартеневского муниципального образования Ивантеевского муниципального района Саратовской области о признании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан и договора дарения недвижимости недействительными, признании права общей долевой собственности на жилое помещение,

установил:

ФИО3 и ФИО4 обратились с указанным иском, в обоснование которого указали, что они являются дочерями ФИО2 и ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ. В период ДД.ММ.ГГГГ гг. включительно они проживали вместе с родителями в доме по адресу: <Адрес>, <Адрес>. Данный жилой дом был предоставлен их семье Бартеневским совхозом <Адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году, в связи с работой родителей в совхозе. Поскольку они являлись членами одной семьи, то в ДД.ММ.ГГГГ году имели право участвовать в приватизации данного жилого помещения либо выражать свое мнение по данному вопросу. О том, что сельская администрация безвозмездно передала в собственность их семьи данный дом, им было известно со слов родителей. После их совершеннолетия, когда они уже не проживали в доме, отец подтвердил эту информацию и всегда говорил им, что дом общий и они такие же собственники, как и он. Исходя из этого, все это время они считали себя собственниками дома по адресу: <Адрес>. Вместе с тем, в ДД.ММ.ГГГГ года им стало известно, что передача жилого помещения в порядке приватизации произведена на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому Бартеневская сельская администрация передала указанный дом в собственность только ФИО2, без указания их участниками совместной собственности. Однако, в ДД.ММ.ГГГГ года они все имели право участвовать в приобретении указанного дома в общую собственность. Их мать ФИО5 и они не соглашались передавать дом в собственность только ФИО2 Считают, что указанный договор заключен в нарушение Закона РФ от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», поскольку отсутствовало их согласие на это. Вследствие этого договор недействителен в части, которой нарушает их права на приватизацию дома, и они вправе требовать признания за ними права собственности на указанный дом. Кроме того, в ДД.ММ.ГГГГ года они также узнали об иных обстоятельствах, которые нарушают их права на указанное жилое помещение. ФИО2 им сообщил о рассмотрении судом гражданского дела по иску ФИО1 к нему о его выселении из их дома. Сказал, что требования ФИО1 основаны на договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ, которым он дом по адресу: <Адрес>, <Адрес>, подарил в ее собственность. ФИО2 пояснил, что ничего не дарил, не понимает, откуда данный договор, считает его результатом обмана или подлога, предоставил им копию этого договора. Им не известно, как появился данный договор дарения, но он нарушает их права, поскольку никто не может дарить недвижимое имущество в той части, которая ему не принадлежит. Они имеют право на часть этого жилого дома вследствие приватизации, а поэтому заключение договора дарения не соответствует требованиям закона и нарушает их право собственности на дом. Таким образом, просят признать недействительным в части договор от ДД.ММ.ГГГГ на передачу в собственность ФИО2 жилого дома по адресу: <Адрес>, и признать за ними право общей долевой собственности на часть указанного жилого дома, определив долю каждого равной 1/3 доли в праве общей долевой собственности. Также просят признать недействительным договор дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО2 подарил ФИО1 часть указанного жилого дома.

Истцы ФИО3 и ФИО4 в суд не явились, о времени и месте судебного заседания извещены, о причинах неявки не сообщили. В своих письменных пояснениях указали, что брак между их родителями был расторгнут только в ДД.ММ.ГГГГ году и на дату приватизации жилое помещение по адресу: <Адрес>, являлось их домом и местом жительства. Незадолго до приватизации их мать ФИО5 устроилась на работу в пансионат «Пугачевский», в связи с чем, в период работы проживала в <Адрес> на съемных квартирах. Истцу ФИО6 тогда было 17 лет и она не была связана с отъездами матери на работу, проживала с отцом и находилась на его иждивении. Истец ФИО4 в тот момент обучалась в 8-м классе, в связи с чем перевелась в школу по месту работы матери. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ у них не имелось иного собственного жилого помещения. До середины лета ДД.ММ.ГГГГ года почти все вещи находились в спорном жилом помещении. Мать ФИО5 и сестра ФИО7 приезжали в <Адрес> в выходные дни, а ФИО7 также и на каникулы, что не свидетельствует об утрате ими права пользования жилым помещением. Их мать ФИО5 только в ДД.ММ.ГГГГ году поселилась в квартиру по адресу: <Адрес>, в которой до этого жила ФИО8, и только после ее смерти в указанном году освободилась данная квартира. Срок исковой давности ими не пропущен, поскольку о нарушении их права они узнали только в ДД.ММ.ГГГГ года. Заявление ФИО1 о пропуске срока исковой давности не является основанием для его применения судом, так как право ФИО1 на недвижимое имущество возникло на основании договора дарения и не связано с приватизацией жилого помещения. Поскольку она не сторона договора приватизации, то не может его оспаривать и отвечать по требованиям, заявленным в отношении него.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен, просил судебное заседание провести в его отсутствие. В своих письменных объяснениях указал, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ он и истцы являлись членами одной семьи, в связи с чем с заявленным иском согласен и подтверждает обстоятельства, изложенные в нем.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 - адвокат Носков В.А., представивший удостоверение <Номер> и ордер <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 186), в судебном заседании, со ссылкой на письменные объяснения и позицию ответчика ФИО2, просил заявленный иск удовлетворить. Указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ гг. включительно ФИО2 и истцы являлись членами одной семьи, проживали по адресу: <Адрес>. Указанный жилой дом был предоставлен их семье Бартеневским совхозом <Адрес> в ДД.ММ.ГГГГ году, поскольку супруги М-вы работали в совхозе. ДД.ММ.ГГГГ сельская администрация в порядке приватизации передала этот дом в собственность их семьи, при этом данный договор подписал ФИО2, однако, другие члены семьи не отказывались от приватизации. ФИО2 всегда считал, что дом приватизирован на всех членов семьи, о чем говорил детям, и на тот момент не знал, что они должны были быть отражены в договоре как члены семьи. Договор дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не заключал и не хотел этого, дарение с супругой ФИО1 не обсуждалось, и он не имел права распоряжаться всем домом. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО1 предлагала ФИО2 оформить завещание в ее пользу и готовила необходимые документы, в том числе ходила к нотариусу, где изготовили какой-то документ. ФИО2 предполагает, что под предлогом завещания ему возможно дали подписать договор дарения. При жизни ФИО2 никогда не имел намерения безвозмездно передавать свои права на жилое помещение, поскольку иного жилья у него нет. Договор дарения недвижимости является результатом обмана или подлога. После обращения в суд ФИО1, ответчик ФИО2 звонил дочерям, рассказал об иске и о договоре дарения, по их просьбе отправил им копии договора приватизации квартиры и договора дарения. В связи с этим срок исковой давности истцами не пропущен, а заявление ответчика ФИО1 не является основанием для применения судом срока исковой давности, поскольку истцы узнали о нарушении их права только в ДД.ММ.ГГГГ года. Право ФИО1 на недвижимое имущество возникло на основании договора дарения, не связано с приватизацией жилого помещения, она не сторона договора приватизации и поэтому не может его оспаривать и отвечать по требованиям, заявленным в отношении него. Доводы возражений о том, что истцы на дату приватизации не проживали в спорном жилом доме, поскольку вместе с матерью в июле-августе ДД.ММ.ГГГГ года переехали в <Адрес>, где в дальнейшем постоянно проживали на дату приватизации, не соответствуют действительности. Так, ФИО2 был женат на ФИО5 и их брак расторгнут только в ДД.ММ.ГГГГ году. Их семейные отношения прекратились за несколько лет до расторжения брака, расставание заняло продолжительный период, который закончился значительно позже даты заключения договора приватизации спорного жилого помещения. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ имелись семейные отношения с ФИО5, они совместно обсуждали заключение договора приватизации, что все становятся собственниками дома. Когда ФИО5 устраивалась на работу в других населенных пунктах, до ДД.ММ.ГГГГ года большинство ее вещей находилось в их доме. В выходные дни она приезжала домой, чтобы поддерживать их семейные отношения. ФИО2 никогда не оспаривал права супруги ФИО5 на их дом. На дату приватизации дети ФИО9 и Любовь проживали в спорном доме как члены семьи и были зарегистрированы в нем по месту жительства. При этом дочь ФИО9 никуда не выезжала и постоянно жила в спорном доме примерно до конца лета ДД.ММ.ГГГГ года, поскольку в ДД.ММ.ГГГГ года вступила в брак с ФИО10. Дочь Любовь приезжала и уезжала вместе с матерью, а летом ДД.ММ.ГГГГ и летом ДД.ММ.ГГГГ года постоянно проживала в доме. В квартире по адресу: <Адрес>, <Адрес>, истцы проживали значительно позже приватизации спорного жилого дома, о чем свидетельствуют сведения о их регистрации там с ДД.ММ.ГГГГ года. Они не участвовали в приватизации квартиры в <Адрес>, поскольку думали, что уже реализовали свое право на приватизацию спорного жилого помещения. Таким образом, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ несовершеннолетние дочери ФИО2 фактически проживали совместно с ним в спорном жилом помещении, были членами его семьи, имели равные права приватизировать дом и вследствие нарушения их права на приватизацию вправе оспаривать указанный договор (л.д. 187-190).

В судебном заседании ответчик ФИО1 и ее представитель адвокат Павликов П.М., представивший удостоверение <Номер> и ордер <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель адвокат Павликова М.В., представившая удостоверение <Номер> и ордер <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ, считали исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, заявили о пропуске истцами срока исковой давности. Так, с момента приватизации спорного жилого дома прошло почти 30 лет и за этот период истцы не предъявляли никаких требований. Они прекрасно знали, что в доме проживает их отец ФИО2 с супругой ФИО1, что ФИО2 оформил дом на себя в порядке приватизации, при этом они не интересовались, почему право собственности не было оформлено на них. Согласно положений ст. 181 и 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года, в том числе по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, при этом срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен. Кроме того, на дату приватизации ДД.ММ.ГГГГ истцы не проживали в спорном жилом доме, поскольку после очередного скандала супругов М-вых они вместе с матерью в ДД.ММ.ГГГГ года переехали в <Адрес>, где проживали по <Адрес>, и больше не вернулись к отцу. ФИО5 была зарегистрирована там по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ по день своей смерти ДД.ММ.ГГГГ. ФИО5 работала в ГАУ СО СОЦ «Пугачевский» с лета ДД.ММ.ГГГГ года, что объективно подтверждает ее переезд в <Адрес> совместно с детьми. Их отсутствие в спорном жилом помещении не носило временный характер, а следовательно договор социального найма жилого помещения считался расторгнутым со дня их выезда и они утратили право пользования жилым помещением, расторгли в добровольном порядке договор социального найма, как следствие утратили право на приватизацию спорного жилого дома. В настоящее время истцы не относятся к числу граждан, занимающих указанное жилое помещение, выехали из него, прописаны по месту жительства по другим адресам, в связи с чем, не являются надлежащими истцами по данному делу. Признание договора приватизации недействительным не повлечет для них юридических последствий, в том числе признание права собственности за ними на спорное жилое помещение в порядке приватизации. Выбытие истцов из состава семьи ответчика ФИО2 объективно подтверждается похозяйственной книгой <Номер> Бартеневского сельского совета и похозяйственной книгой <Адрес> за ДД.ММ.ГГГГ, где значится семья ФИО5 с дочерями. ФИО5 работала в пансионате «Пугачевский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом ее дочь Любовь обучалась в Преображенской средней школе <Адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и проживала в пансионате. Таким образом, собранные доказательства свидетельствуют о переезде ФИО5 совместно с дочерями на постоянное место жительства в <Адрес> с августа 1994 года, в связи с чем, на ДД.ММ.ГГГГ они не обладали правом приватизации спорного жилого помещения (л.д. 195).

Представитель ответчика администрации Бартеневского муниципального образования Ивантеевского муниципального района <Адрес> в суд не явился, о времени и месте судебного заседания извещен, глава муниципального образования ФИО11 просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя администрации.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетеля и исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к следующему выводу.

В силу положений ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или таковыми актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей, а также в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд путем признания права (ст. 11, 12 ГК РФ).

Согласно ст. 1 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 "О приватизации жилищного фонда в РФ" приватизация жилых помещений - бесплатная передача в собственность граждан РФ на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Граждане РФ, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет (ст. 2 Закона).

Таким образом, по смыслу указанной нормы правом на приватизацию наделены только те граждане, которые имеют право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, при этом согласие требуется только имеющих право на приватизацию данного жилого помещения.

Из положений ст. 7 Закона РФ от 04.07.1991 № 1541-1 следует, что передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается. В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 № 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации" разъяснено, что в случае возникновения спора по поводу правомерности договора передачи жилого помещения, в том числе и в собственность одного из его пользователей, этот договор, а также свидетельство о праве собственности по требованию заинтересованных лиц могут быть признаны судом недействительными по основаниям, установленным гражданским законодательством для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии со ст. 69 Жилищного кодекса РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности. Дееспособные члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма несут солидарную с нанимателем ответственность по обязательствам, вытекающим из договора социального найма.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 24.08.1993 "О некоторых вопросах применения судами Закона Российской Федерации "О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации", поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно ст. 69 Жилищного кодекса РФ имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

В силу положений ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

В ходе судебного разбирательства установлено, что истцы ФИО3 и ФИО4 являются дочерями ответчика ФИО2 и ФИО5, умершей ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ г. Медведев ФИО12 и ФИО5 состояли в браке с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 9-12, 44-48).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и Бартеневской сельской администрацией <Адрес> заключен договор на передачу в собственность ФИО2 квартиры, расположенной по адресу: <Адрес>. Как следует из договора приватизации, истцы ФИО3 и ФИО4 (М-вы), а также их мать ФИО5 не указаны в качестве членов семьи ФИО2, отражено количество членов семьи - 1. Договор зарегистрирован в Бартеневской сельской администрации ДД.ММ.ГГГГ, в Ивантеевском БТИ ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13-14, 34-35).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО13 зарегистрирован брак с присвоением последней фамилии «Медведева», что подтверждается сведениями отдела ЗАГС (л.д. 45).

Постановлением администрации Ивантеевского муниципального района <Адрес> <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ «О передаче в собственность ФИО2 земельного участка для ведения ЛПХ в <Адрес>», в собственность ФИО2 передан бесплатно земельный участок для ведения личного подсобного хозяйства площадью – 632 кв. м., кадастровый <Номер>, из категории земель «земли населенных пунктов», расположенный по адресу: <Адрес>, <Адрес> (л.д. 97).

Постановлением администрации Бартеневского муниципального образования Ивантеевского муниципального района <Адрес> от ДД.ММ.ГГГГ «О присвоении почтового адреса частям жилого дома по <Адрес>» признано считать жилой дом, расположенный по адресу: <Адрес>, состоящим из двух частей, каждая из которых представляет собой изолированное жилое помещение. Части дома, принадлежащей ФИО2, присвоен почтовый адрес: <Адрес> (л.д. 102).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 зарегистрировано право собственности на указанную часть жилого дома и земельный участок (л.д.57-62, 97).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО1 заключен договор дарения недвижимости, по условиям которого ФИО2 подарил и передал супруге безвозмездно в собственность, без каких-либо встречных обязательств, а ФИО1 приняла в дар от супруга часть жилого дома и земельный участок, расположенные по адресу: <Адрес>, принадлежащие дарителю на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ и постановления администрации Ивантеевского муниципального района <Адрес> <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 15-16, 53).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости № <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ было зарегистрировано право собственности на недвижимое имущество жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <Адрес>, дата государственной регистрации прекращения права ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 57-62).

В настоящее время с ДД.ММ.ГГГГ собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <Адрес>, <Адрес>, является ФИО1 на основании договора дарения недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости № <Номер> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 53).

ДД.ММ.ГГГГ брак между супругами М-выми прекращен на основании решения мирового судьи судебного участка № <Адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Как указывают истцы, в период с ДД.ММ.ГГГГ гг. включительно они проживали вместе с родителями в спорном жилом помещении по адресу: <Адрес>, которое им было предоставлено Бартеневским совхозом в 1990 году. Они являлись членами семьи, в связи с временным проживанием ФИО14 в <Адрес> она не утратила право пользования жилым помещением отца, таким образом имели право на приватизацию данного жилого помещения, однако, родителями не были поставлены в известность, что договор приватизации заключен только с ФИО2

Из копий похозяйственных книг Бартеневского сельского совета следует, что согласно похозяйственной книги <Номер> за ДД.ММ.ГГГГ гг. лицевой счет <Номер> заведен на имя ФИО2, который записан первым и главой хозяйства, в списках членов которого в указанный период значатся супруга ФИО5, дочь ФИО15 и дочь ФИО7 Из похозяйственной книги № ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ гг. следует, что лицевой счет <Номер> заведен на имя ФИО2, который записан первым и главой хозяйства, в списках членов которого в указанный период значатся супруга ФИО5, дочь ФИО15 и дочь ФИО7, при этом в отношении жены и дочерей стоит отметка о выбытии, дата не указана. Далее, с ДД.ММ.ГГГГ года по адресу: <Адрес>, значатся проживающими сожительница ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, дочь ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и дочь ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 36-43).

В жилом помещении по адресу: <Адрес>, <Адрес>, ФИО2 зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 51).

На момент заключения договора приватизации - ДД.ММ.ГГГГ истцу ФИО6 исполнилось 17 лет, истцу ФИО14 - 13 лет, поэтому требовалось согласие ФИО15 на приватизацию жилого помещения и разрешение органа опеки и попечительства на отказ от участия ФИО7 в договоре приватизации квартиры, однако, данные сведения в администрациях Бартеневского муниципального образования Ивантеевского муниципального района и Ивантеевского муниципального района <Адрес> отсутствуют (л.д. 50).

В настоящем деле не представлены доказательства получения согласия ФИО15 на приватизацию жилого помещения и разрешение органа опеки и попечительства на отказ от участия ФИО7 в договоре приватизации квартиры, а равно доказательства их участия в приватизации спорного жилого помещения или иного жилого помещения до момента заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, исходя из позиции истцов и ответчика ФИО2 о их проживании в спорном жилом помещении, усматривается, что указанный договор приватизации был заключен с нарушением действующего законодательства.

Из сообщений ГАУ СО СОЦ «Пугачевский» от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> и от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> следует, что ФИО5 работала оператором по стирке белья в пансионате с лечением «Пугачевский» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом учреждение не располагает сведениями о проживании ФИО5 совместно с детьми М-выми Надежной и Любовью (л.д. 176).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 была зарегистрирована по месту жительства по адресу: <Адрес>. По данному адресу истец ФИО3 была зарегистрирована по месту жительства в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истец ФИО4 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 172, 184).

До ДД.ММ.ГГГГ года сведения о регистрации истцов, в том числе по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют и в ходе судебного разбирательства по запросам суда получены не были.

Из ответа на запрос МОУ «СОШ <Адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> следует, что ФИО7 обучалась в Преображенской средней школе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом в период обучения проживала в пансионате «Пугачевский» <Адрес> (л.д. 174).

Согласно ответа архивного отдела администрации Пугачевского муниципального района <Адрес> от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> и представленных копий похозяйственных книг <Адрес> за ДД.ММ.ГГГГ гг. и ДД.ММ.ГГГГ гг. в них значится семья ФИО5 – дочь ФИО15 и дочь ФИО7 (л.д. 151-146).

В выписке из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ отражено, что ФИО5 приватизировала жилое помещение, расположенное по адресу: <Адрес>, <Адрес>, дата государственной регистрации ДД.ММ.ГГГГ на основании договора о передачи жилой площади в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 147).

Из сообщения администрации Давыдовского муниципального образования Пугачевского муниципального района <Адрес> от ДД.ММ.ГГГГ <Номер> следует, что администрация затрудняется предоставить сведения о проживающих по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <Адрес>, <Адрес>.

Свидетель ФИО19 в судебном заседании показала, что до ДД.ММ.ГГГГ года ФИО15 проживала в <Адрес> совместно с отцом и они периодически на выходных встречались в <Адрес>.

Свидетель не заинтересован в исходе дела и не верить показаниям свидетеля у суда нет оснований.

Таким образом, вопреки позиции ответчика ФИО1, которая не являлась свидетелем данных событий, сделать объективный и однозначный вывод о том, что истцы ФИО3 и ФИО4 на дату приватизации утратили право пользования спорным жилым помещением, не представляется возможным, поскольку брак между супругами М-выми был расторгнут только ДД.ММ.ГГГГ, в похозяйственных книгах точные даты либо период проживания истцов в спорном или ином жилом помещении не отражены, сведения о их регистрации по месту жительства по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, а сам факт возможного временного проживания по состоянию на указанную дату с одним из родителей однозначно не свидетельствует об утрате права пользования жилым помещением.

Вместе с тем, заявляя требование о признании недействительным договора дарения недвижимости, основанием для признания его недействительным указывают нарушение собственных прав при приватизации квартиры и необходимостью восстановления нарушенных прав.

Иных самостоятельных оснований, по которым договор дарения является недействительным, истцы не называют.

Таким образом, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, вопрос о недействительности договора дарения напрямую зависит от того, будет ли признан недействительным договор приватизации квартиры.

Как указывалось выше, суд пришел к выводу о том, что при заключении договора приватизации квартиры были нарушены права истцов на участие в приватизации, при условии не утраты ими права пользования жилым помещением. Восстановление таких прав возможно путем включения указанных лиц в число собственников жилого помещения, получивших его в собственность в порядке приватизации.

В то же время суд полагает обоснованными доводы ответчика ФИО1 о пропуске истцами установленного законом срока исковой давности для предъявления требований о признании недействительным договора приватизации квартиры.

Так, согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

С 01 января 1995 г. вступил в силу Гражданский кодекс РФ, ст. 181 которого (в редакции от 30.11.1994) предусматривала, что иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлен в течение десяти лет со дня, когда началось ее исполнение.

Согласно ст. 181 ГК РФ, в настоящей редакции, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 2 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

В исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев – в течение срока давности (ст. 205 ГК РФ).

Как указывается в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства.

Истцы оспаривают договор, заключенный ДД.ММ.ГГГГ, при этом исковое заявление поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ. Тем самым истцами пропущен срок исковой давности для судебной защиты нарушенного права.

Истцы знали о приватизации квартиры со слов родителей, что отражено в исковом заявлении. Истцу ФИО3 на момент приватизации исполнилось 17 лет и она являлась практически совершеннолетней, истцу ФИО4 на тот момент исполнилось 13 лет и она понимала происходящие события, по достижению совершеннолетия либо после этого могла самостоятельно проверить обстоятельства приватизации и потребовать восстановления нарушенного права.

Предполагается, что по достижению совершеннолетнего возраста, зная о заключении договора в отношении квартиры, при обычной степени внимательности, у истцов отсутствовали какие-либо препятствия для выяснения обстоятельств и существа заключенной сделки, а следовательно и для обращения с заявлением о защите своих прав. Доказательств обратного истцами не представлено.

Поэтому суд полагает несостоятельными доводы истцов о своем заблуждении относительно природы заключенного договора, что они все время считали себя собственниками жилого дома и о нарушении своих прав узнали только в ДД.ММ.ГГГГ года.

Тот факт, что истцы после предъявления к ФИО2 иска о выселении в ДД.ММ.ГГГГ году узнали, что собственником спорного жилого помещения в настоящее является ФИО1, не свидетельствует о том, что им ничего не было известно о содержании договора приватизации.

Однако, в течение почти тридцати лет после подписания договора со стороны ФИО3 и ФИО4 не было обращений в суд с требованием о признании договора недействительным. При этом, наличия каких-либо уважительных причин пропуска срока исковой давности, которые имели бы место в последние шесть месяцев срока исковой давности не выявлено.

Доводы о том, что заявление ФИО1 о пропуске срока исковой давности не является основанием для его применения судом, поскольку она не сторона договора приватизации, не являются обоснованными, так как вопрос о недействительности договора дарения напрямую зависит от того, будет ли признан недействительным договор приватизации квартиры.

Учитывая изложенное, суд полагает необходимым применить срок исковой давности и отказать истцам в иске о признании договора приватизации недействительным, в связи с пропуском срока исковой давности.

Соответственно, не подлежат удовлетворению и требования истцов о признании недействительным договора дарения недвижимости, применении последствий недействительности сделки.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт серии <Номер> <Номер>) и ФИО4 (паспорт серии <Номер> <Номер>) к ФИО2 (паспорт серии <Номер> <Номер>) и ФИО1 (паспорт серии <Номер> <Номер>), администрации Бартеневского муниципального образования Ивантеевского муниципального района <Адрес> (ИНН <Номер> о признании договора на передачу жилого помещения в собственность граждан и договора дарения недвижимости недействительными, признании права общей долевой собственности на жилое помещение, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ

Судья