Дело № 2-501/2023

УИД 26RS0012-01-2023-000168-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 марта 2023 года <адрес>

Ессентукский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Новиковой В.В.,

при секретаре Шейрановой В.А.,

с участием:

представителя истца – адвоката Татарова П.М.,

представителя ответчика Комитета по управлению муниципальным имуществом <адрес> ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Комитету по муниципальной собственности <адрес> о взыскании денежных средств, потраченных на создание неотделимых улучшений в нежилых помещениях,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском о взыскании с Комитета по муниципальной собственности <адрес> в его пользу затраты за создание неотделимых улучшений в нежилых помещениях в литере «Б», расположенных по адресу: <адрес>, денежную сумму в размере 2 896 131 рубля.

В обоснование заявленных требований указано следующее.

<дата> между ним и ФИО2 был заключен договор купли-продажи нежилых помещений в литере «Б», расположенных по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв.м, кадастровый *****. Право собственности на указанные объекты недвижимости за ФИО3 зарегистрировано <дата>.

По акту приема передачи ФИО3 были переданы нежилые помещения *****,2,3,4,5,6,7 в литере «Б», площадью 101,3 кв.м расположенные на первом этаже нежилого здания по адресу <адрес>.

Согласно техническому паспорту от <дата> по состоянию на момент совершения сделки в указанном помещении: фундамент каменный, наружные стены кирпичные, перегородки кирпичные, перекрытия деревянные, кровля шифер, полы деревянные, оконные проемы, двойные створные, двери филенчатые, отделка стен МДВ, отделка потолков побелка.

После приобретения указанных объектов им были произведены их неотделимые улучшения. Согласно заключению эксперта от <дата> за *****, были произведены следующие неотделимые улучшения:

перепланировка (выделение функциональных зон путем возведения перегородок;

устройство входных групп (крыльца, козырька);

устройство входного тамбура;

замена оснований и конструкций пола;

облицовка и отделка стен, потолков и полов;

устройство внутренней системы инженерно-технического обеспечения (системы отопления/вентиляции/кондиционирования, индивидуальный тепловой пункт, системы водоснабжения, водоотведения, электроснабжения электрощитов, электрослаботочные сети пожарной и охранной сигнализации, системы оповещения, структурированной кабельной системы), на общую сумму 2 896 131 109 рублей.

Решением Ессентукского городского суда от <дата> нежилые помещения в литере «Б», расположенные по адресу <адрес>, общей площадью 101,3 кв.м, кадастровый ***** изъяты в пользу ответчика. Ответчик аннулировал записи о праве собственности истца и зарегистрировал право собственности за собой.

Добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества.

<дата> им в адрес ответчика было направлено требование о выплате затрат за создание неотделимых улучшений. Требование о компенсации расходов на неотделимые улучшения ответчиком до настоящего времени не исполнено.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца – адвокат Татаров П.М. в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям изложенным в иске, просил их удовлетворить. Также пояснил, что в настоящий момент нежилое помещение в литере «Б», расположенное по адресу: <адрес> у ФИО3 не изъято, ФИО3 продолжает им пользоваться. Заключал ли ФИО3 с ответчиком какой - либо договор, свидетельствующий о законном основании пользования им спорным имуществом ему не известно. Пояснил, что разрешение на реконструкция нежилого помещения ФИО3 не получал, т.к. будучи собственником ему этого не требовалось.

Представитель ответчика Комитета по управлению муниципальным имуществом <адрес> ФИО1 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований пояснила, что в основу исковых требований истца положено заключение эксперта. Как указано в заключении эксперта: «произведены действия, реконструкция, достройка, дооборудование и модернизация». Однако получал ли ФИО3 разрешение на выполнение указанных работ материалы дела не содержат. Также эксперт указывает, что отчуждение новых свойств приведет к эксплуатационной непригодности помещения. Помещение не может быть использовано по назначению. Вместе с тем, эксперт давая такое заключение вышел за рамки поставленного перед ним вопроса. Также, как указано в заключении эксперта, экспертом создана классификация улучшений нежилого помещения по адресу: МО, <адрес>, г.<адрес>, тер. «Ногинск-Технопарк», уч.7. Однако почему экспертом создана классификация улучшений именно по этому адресу непонятно, поскольку данный адрес не имеет отношения к рассматриваемому делу. В экспертном заключении экспертом приведена таблица характеристики помещения до улучшений и после улучшений. Однако в графе до улучшений значится «пусто». Таким образом, эксперт делает вывод, что аптека до произведенных улучшений не существовала. Тоже самое касается остального, что указано в таблице приведенной экспертом. Кроме того из приведенной таблицы следует, что покрытие площадки перед входом было асфальтовым, а стало «керамическая плитка, базальтовые плиты», и эксперт оценивает это как неотделимое улучшение помещения, которое приведет к нарушению конструкции пола. Т.е. эксперт вместе с вопросом по неотделимым улучшениям в помещении также произвел оценку земельного участка, прилегающего к территории помещения, что также выходит за рамки вопроса поставленного перед экспертом. Кроме того, земельный участок, прилегающий к территории помещения является муниципальной собственностью. Эксперт давая свою оценку сделал вывод, что все улучшения являются неотделимыми, в т.ч., двери, натяжной потолок, облицовка стен, система водоснабжения, унитаз, рукомойник счетчик и т.д. Также инженерно-технические работы, которые были произведены в помещении и указаны в заключении эксперта, должны были быть произведены только с получением специальных разрешений, однако материалы дела не содержат, что такие разрешения получались, что данные работы впоследствии были приняты соответствующими службами материалы дела также не содержат. Кроме того истцом не приведено доказательств, что им приобретались указанные материалы, и по оплате им выполненных работ. Не указано это и в экспертном заключении. Кроме того, в заключении указано, что неотделимые улучшения произведены собственником с <дата>, тогда как ФИО3 стал собственником с <дата> и утратил право собственности в 2018 году. Таким образом, полагает, что данное заключение является не допустим доказательством по делу. Также возникает вопрос каким образом вообще была проведена данная экспертиза без согласия и уведомления собственника помещения.

Кроме того пояснила, что несмотря на то, что решением суда от <дата> у ФИО3 суд истребовал из незаконного владения нежилое помещение, литера Б, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв. м, кадастровый *****, однако ФИО3 до настоящего времени никак не передал данные помещения собственнику, соответствующие акты не составлялись. Поскольку помещение не передано, Комитетом была проведена проверка данного помещения и выявлено, что оно используется ООО Аптека ***** «Гарантия», в связи с чем, Комитет обратился в суд с иском к ООО Аптека ***** «Гарантия» об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Данные требования были удовлетворены. Решение суда вступило в законную силу. Несмотря на это помещение до настоящего времени собственнику не передано, решение суда не исполнено.

Представитель третьего лица МУП <адрес> ***** «Гарантия» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд с учетом мнения сторон на основании ст. 167 ГПК РФ рассматривает дело в отсутствии неявившихся лиц.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено и следует из материалов дела, <дата> между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи нежилых помещений в литере «Б», расположенных по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв.м, кадастровый *****. Право собственности на указанные объекты недвижимости за ФИО3 зарегистрировано <дата>.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 61 данного кодекса обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Приведенные положения процессуального закона и разъяснения Верховного Суда Российской Федерации направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.

Вступившим в законную силу решением Ессентукского городского суда <адрес> от <дата> исковые требования прокурора <адрес> в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц, муниципального образования городского округа города-курорта Ессентуки к ФИО2, ФИО3, МУП «Аптека ***** «Гарантия» о признании ничтожными договоров купли-продажи, применении последствий недействительности ничтожной сделки, истребовании имущества – удовлетворены частично.

Судом договор купли-продажи от <дата>, заключенный между МУП «Аптека ***** «Гарантия» и ФИО2 признан ничтожным, у ФИО3 суд истребовал из незаконного владения нежилое помещение, литера Б, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв. м, кадастровый *****.

Как следует из постановления арбитражного суда <адрес> от <дата>, за муниципальным образованием городским округом город-курорт Ессентуки в ЕГРН зарегистрировано право собственности на нежилое помещение, площадью 101,3 кв. м, кадастровый ***** (ранее присвоенный кадастровый *****), расположенное по адресу: <адрес>, что подтверждается записью о регистрации от <дата> *****.

Таким образом, обстоятельства, установленные решением Ессентукского городского суда <адрес> от <дата>, и постановлением арбитражного суда <адрес> от <дата>, в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ при рассмотрении настоящего дела суд принимает, как обязательные и не подлежащие повторному оспариванию и доказыванию.

Как следует из искового заявления истец в период с <дата> до момента вынесения решения Ессентукского городского суда <адрес> от <дата> произвел неотделимые улучшения в приобретённом им объекте недвижимости - нежилое помещение, литера Б, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв. м, кадастровый *****.

Таким образом, требования истца к ответчику основаны на положениях статьи 303 ГК РФ, согласно которым добросовестный владелец вправе оставить за собой произведенные им улучшения, если они могут быть отделены без повреждения имущества. Если такое отделение улучшений невозможно, добросовестный владелец имеет право требовать возмещения произведенных на улучшение затрат, но не свыше размера увеличения стоимости имущества.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии с п. 2 ст. 303 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец, независимо от добросовестности владения имуществом, вправе требовать от собственника имущества возмещения только тех затрат, осуществление которых было необходимо. Требовать возмещения произведенных на улучшение имущества затрат вправе только добросовестный владелец.

По смыслу данной статьи, под необходимыми затратами понимаются те издержки владельца, которые вызываются необходимостью поддерживать имущество в исправном состоянии, в частности, расходы на содержание имущества, производство его текущего и капитального ремонта и т.п.

К необходимым затратам должны быть отнесены затраты по сохранению вещи и по поддержанию ее в нормальном состоянии. Это такие затраты, без которых вещь погибнет или претерпит существенное ухудшение или не может быть использована соответственно по своему хозяйственному назначению.

Для правильного разрешения заявленных требований в таком случае существенное значение имеет именно обстоятельство необходимости понесенных истцом затрат на имущество за период времени с момента начала владения имуществом до момента, когда истцу стало известно о неправомерности владения.

То есть единственным смыслом закрепления в законе института возмещения добросовестному владельцу понесенных им расходов является обеспечение рачительного отношения такого владельца к истребованному у него имуществу. Соответственно, в ст. 303 ГК РФ законодатель гарантирует ему возмещение тех необходимых расходов, которые он должен понести для обеспечения нормального состояния имущества, но не более того.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Истцом в качестве доказательств своих требований представлено заключение эксперта от <дата> *****, согласно которому стоимость произведенных с момента приобретения <дата> улучшений по адресу: <адрес> составляет 2 896 131 рубль.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2).

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Как следует из заключения эксперта, перед экспертом поставлен вопрос: определить наличие и стоимость неотделимых улучшений нежилого помещения Аптека *****, расположенного по адресу: <адрес>, произведенных с момента приобретения, <дата>.

Вместе с тем, делая свой вывод о произведенных собственником неотделимых улучшений нежилого помещения расположенного по адресу: <адрес>, эксперт определил, что данные улучшения произведены с момента приобретения <дата>, тогда как вопрос перед экспертом ставился с момента приобретения, <дата>.

Далее, эксперт в своем заключении определяя стоимость произведенных неотделимых улучшений ссылается на ведомость объемов работ (л.д. 17-20 заключения) и произведенный им локальный сметный расчет (л.д. 21-27 заключения). Однако доказательств, что истцом были приобретены материалы и оплачены работы указанные в заключении эксперта, материалы дела не содержат.

На л.д. 9 заключения указано, что отчуждение новых свойств приведет к эксплуатационной непригодности помещения. Помещение не может быть использовано по назначению. Вместе с тем, суд полагает, что эксперт делая такой вывод вышел за рамки поставленного перед ним вопроса, поскольку перед экспертом ставился лишь вопрос об определении стоимости таких улучшений.

На л.д. 10-17 заключения экспертом указано, что им создана классификация улучшений нежилого помещения по адресу: МО, <адрес>, г.<адрес>, тер. «Ногинск-Технопарк», уч.7. Однако поскольку предметом экспертизы являлось определение стоимости неотделимых улучшений нежилого помещения расположенного по адресу: <адрес>, экспертом не указано, каким образом, классификация улучшений по адресу: МО, <адрес>, г.<адрес>, тер. «Ногинск-Технопарк», уч.7, относится к предмету экспертизы.

Кроме того, как следует из заключения эксперта, (л.д. 10-17) экспертом не определено по многим параметрам состояние нежилого помещения расположенного по адресу: <адрес> до произведенных улучшений. Также экспертом в качестве неотделимых улучшений определены такие улучшения, как в т.ч. входные двери, оконные решетки, крыльцо, козырек, входная группа витражных конструкций, деревянные и металлопластиковые двери внутри помещения, натяжной потолок и его окраска, отделка стен из ламинированного МДФ, унитаз, рукомойник, щитовое оборудование, счетчик. Экспертом указано, что при отчуждении указанных элементов приведет к невозможности дальнейшей эксплуатации помещения. Однако в связи с чем экспертом сделан такой вывод, экспертом не приведено и не мотивировано.

Как следует из пояснений представителя истца и ответчика в судебном заседании, когда истец приобретал спорное нежилое помещение <дата>, то в силу положений закона им и приобретался земельный участок расположенный под ним, однако земельный участок прилегающий к территории нежилого помещения истцу не принадлежит. Он находится в собственности муниципалитета. Вместе с тем, из заключения эксперта следует, что истцом произведена замена покрытия площадки перед входом с асфальтового на керамическую плитку. Однако доказательств, что истец имел право производить работы на участке, который ему не принадлежит материалы дела не содержат. Более того, экспертом не указано, каким образом отчуждение покрытия площадки перед входом в помещение приведет к нарушению целостности конструкции пола, в связи с чем, оно является неотделимым улучшением.

Кроме того, с учетом того, что эксперт указал, что улучшения произведены с момента приобретения <дата>, эксперт должен был указать кем именно были произведены данные улучшения, ФИО2, которая являлась собственником с <дата> по <дата> или ФИО3, который являлся собственником с <дата> по <дата>, однако экспертом не определено, кем именно были произведены указанные в заключении работы.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что заключение экспертизы от <дата> ***** не может являться допустимым доказательством по настоящему делу, а вышеуказанные недостатки экспертного исследования безусловно указывают на его неполноту, вызывая у суда сомнения в правильности и обоснованности данного заключения.

Как следует из пояснений представителя истца – адвоката Татарова П.М., ФИО3 до настоящего времени пользуется указанным нежилым помещением.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что в настоящий момент спорное помещение используется ООО Аптека ***** «Гарантия», однако несмотря на наличие вступившего в законную силу решения Ессентукского городского суда <адрес> от <дата>, которым у ФИО3 суд истребовал из незаконного владения нежилое помещение, литера Б, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 101,3 кв. м, кадастровый ***** и постановления арбитражного суда <адрес> от <дата>, которым решение Арбитражного суда <адрес> от <дата> и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда <адрес> от <дата> об удовлетворении требований Комитета по муниципальной собственности <адрес> к ООО Аптека ***** «Гарантия» об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворены, решение суда не исполнено, указанное имущество фактически в собственность муниципалитета не передано.

Указанные обстоятельства стороной истца не оспаривались.

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Поскольку доказательств несения истцом расходов реконструкции нежилого помещения расположенного по адресу: <адрес> в период с <дата> по <дата>, т.е. с момента возникновения права собственности на него и до истребования у него указанного имущества решением суда, не представлено, суд полагает, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется.

Ссылка истца на положения ст. 210 ГК РФ суд полагает несостоятельна поскольку истец не является собственником помещения.

Ссылка на положения ст. 303 ГК РФ также не состоятельна, поскольку добросовестности владения указанным имуществом, с учетом установленных судом обстоятельств, истцом не доказана.

Положения ст. 1102 ГК РФ на которые ссылается истец, суд также полагает не применимы, поскольку как установлено судом, спорное имущество фактически в собственность администрации <адрес> не передано и находится во владении ФИО3

Кроме того, поскольку судом установлено, что право собственности на нежилое помещение, площадью 101,3 кв. м, кадастровый ***** (ранее присвоенный кадастровый *****), расположенное по адресу: <адрес>, что подтверждается записью о регистрации от <дата> *****, суд приходит к выводу, что иск заявлен к ненадлежащему ответчику, поскольку Комитет по управлению муниципальным имуществом <адрес> являясь управлением в составе администрации <адрес> самостоятельным юридическим лицом не является, что исключает предъявление к нему самостоятельно искового требования. Указанные обстоятельства в силу положений ст. 40,41, ч.3 ст. 196 ГПК РФ являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, судья,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Комитету по муниципальной собственности <адрес> о взыскании денежных средств, потраченных на создание неотделимых улучшений в нежилых помещениях – отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда через Ессентукский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме <дата>.

Судья В.В. Новикова