Решение по делу № 2-111/2025 от 14.08.2025 - о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование.

Дело № 2-111/2025 (2-1451/2024;)

УИД 68RS0015-01-2024-002237-42

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 августа 2025 года г. Моршанск

Моршанский районный суд Тамбовской области в составе:

судьи Комаровой И.А.,

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес>, УМВД России по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес>, УМВД России по <адрес> о взыскании сумм компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование. В обоснование своих требований указал, что ДД.ММ.ГГГГ СО МО МВД России «Моршанский» уголовное дело № выделено в отдельное производство из уголовного дела № по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>

Проведенным расследованием установлено, что якобы в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, <данные изъяты>

В ходе расследования уголовного дела № ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление об отмене постановления о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 в части состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>, вынесенного по уголовному делу №.

ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 в части <данные изъяты>

Предварительное следствие по уголовному делу № неоднократно приостанавливалось и возобновлялось. В ходе дальнейшего расследования, по мнению следствия, была установлена причастность ФИО1 к совершению данного преступления, в связи с чем, ДД.ММ.ГГГГ он был допрошен в качестве подозреваемого по данному уголовному делу, и в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Начальником СО МОМВД России «Моршанский» в Моршанский районный суд было направлено ходатайство о разрешении отмены постановления от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в части по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>

Постановлением Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в удовлетворении вышеуказанного ходатайства было отказано. В ходе рассмотрения ходатайства, суд не усмотрел нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, влекущих признание постановления о прекращении уголовного дела незаконным и необоснованным.

В связи с этим он (ФИО1) имеет право на компенсацию морального вреда. Моральный вред ему был причинен в результате возбуждения уголовного дела в отношении него с указанием того, что в его действиях усматривались составы преступления, которые он не совершал; тяжкое преступление, связанное с <данные изъяты>; нахождение его в статусе подозреваемого в том преступлении, которое он не совершал; избрание в отношении него меры пресечения, накладывающей ограничения на его жизнедеятельность, а именно, не покидать постоянное или временное место жительства без разрешения дознавателя, следователя или суда, по подозрению в том преступлении, которое он не совершал; нахождение его в статусе обвиняемого в том преступлении, которое он не совершал. Незаконное и необоснованное обвинение привело к тому, что с ним перестали общаться знакомые, друзья и соседи, полагая, что он склонен к совершению преступлений, и он заслуживает наказание. Они перестали здороваться с ним и общаться. Он переживает и боится не только за себя, но и за свою семью, т.к. считается, что если уголовное дело возбудили против человека, то этот человек преступник, и его надо оградить от общества и посадить в тюрьму.

Кроме того, из-за привлечения его к уголовной ответственности у него прекратилось общение с деловыми партнерами по бизнесу, так как они также стали считать, что раз он привлечен к уголовной ответственности, и ему предъявлено обвинение, он является не надежным контрагентом, с ним опасно вести деловые связи и пользоваться его услугами. Что в результате привело к остановке осуществляемой им предпринимательской деятельности, к существенным материальным затруднениям, снизился материальный достаток его семьи, он и члены его семьи стали испытывать материальные затруднения, так как он один являлся источником дохода своей семьи. Также изъятие орудий труда сотрудниками полиции и их незаконное удержание только усугубило материальное положение его семьи, так как он не имел возможности реализовать данное имущество и получить за него денежные средства, которые бы облегчили их существование, а также изъятие и незаконное удержание инструмента сделало невозможным осуществлять какую-либо трудовую деятельность по договоренности. Данные обстоятельства вызывали у него сильные эмоциональные волнения, переживание.

Более 9 лет он находился в состоянии постоянного нервного напряжения, не понимал, почему его хотят привлечь к уголовной ответственности, и испытывал сильный стресс.

На фоне переживаний у него развилась депрессия, его постоянно сопровождает бессонница. Из-за переживаний и нервного перенапряжения у него появилось и обострилось с переходом в хроническую форму заболевание <данные изъяты>, при этом он неоднократно попадал в лечебные учреждения в связи с ее обострением, где проходил курс стационарного лечения, и в настоящее время нуждается в дорогостоящей операции на <данные изъяты> При этом заболевание, которое он получил, существенно ограничивает его жизнь в настоящее время, так как он испытывает трудности в своей жизни из-за ограничений, которые наложены на него по здоровью, он не имеет возможности вести обычную жизнь, заниматься спортом, осуществлять свою трудовую деятельность в семье, помогать родным по хозяйству.

При проведении предварительного следствия он находился в постоянном напряжении, т.к. боялся очередного вызова на допрос, и проведения других следственных действий, при этом имели место случаи, когда его принудительно без предварительного вызова или уведомления доставляли для проведения следственного действия к следователю, при этом сотрудники полиции предоставляли ему на обозрение постановление о его приводе от следователя.

Поскольку, несмотря на все старания стороны защиты, следователь неоднократно отказывала в прекращении уголовного дела, что привело к тому, что он практически перестал верить в законность, правосудие и справедливость в жизни.

Сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности предполагает возникновение нравственных страданий у человека. Причиненный моральный вред он оценивает в 37 500 000 рублей.

На основании изложенного с учетом изменения исковых требований просит взыскать в свою пользу с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в порядке реабилитации, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 37 500 000 рублей, а также компенсацию суммы, выплаченной за оказание юридической помощи в размере 10 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 измененные исковые требования поддержал и пояснил, что доводы, изложенные в исковом заявлении, поддерживает. Компенсацию за принесенный моральный вред просит взыскать за период с ДД.ММ.ГГГГ, дата, когда уголовное дело было выделено в отдельное производство, по ДД.ММ.ГГГГ – дата рассмотрения <адрес> судом апелляционного представления помощника прокурора. При возбуждении в отношении него уголовного дела по <данные изъяты> его трудовая деятельность была прекращена, т.к. инструмент был изъят. Постановление о запрете на выезд он не обжаловал. Однако у него была необходимость выезда, т.к. <данные изъяты>. Во время уголовного преследования все рабочие взаимодействия с предприятиями были разорваны. У него не было оформлено статуса индивидуального предпринимателя, он занимался деятельностью на пилораме принадлежащей его матери. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его допрашивали в качестве свидетеля. Подтвержденного диагноза «<данные изъяты> у него не выявлено. Заявленная сумма морального вреда рассчитана им, как 1000 рублей за день незаконного уголовного преследования и сумма других затрат. Первые проблемы с <данные изъяты> у него возникли зимой ДД.ММ.ГГГГ. Он был за рулем, потерял сознание. Доехав до дома, вызвал скорую помощь. Был поставлен диагноз <данные изъяты>. Данный диагноз приобретенный. Через год у него произошел повторный приступ. Затем в ДД.ММ.ГГГГ повторился еще два раза. Ранее <данные изъяты> заболеваний у него не имелось. ДД.ММ.ГГГГ в отношении него было возбуждено уголовное дело по <данные изъяты> которое в настоящее время находится на рассмотрении в Тамбовском районном суде <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ он привлекался к административной ответственности по <данные изъяты>

Представитель истца адвокат ФИО4, действующий на основании ордера и устного заявления, измененные исковые требования ФИО1 поддержал, пояснив, что мера пресечения, избранная в отношении ФИО1, явилась не фактом ограничения в правах, а изменением статуса по уголовному делу. Уголовное дело было возбуждено по факту незаконной вырубки, изменение статуса, подписка о невыезде, повлияло на его права. Что касается меры ограничения в виде выезда за пределы области, то данное ограничение является нарушением Конституционных прав человека. Данные обстоятельства не должны подтверждаться прямой необходимостью.

Представитель ответчика – Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на иск, кроме того пояснила, что проведенная по делу экспертиза подтвердила отсутствие причинно-следственной связи между имеющимися заболеваниями истца и его уголовным преследованием. Размер судебных расходов, заявленный истцом, считала завышенным.

Из имеющихся в материалах дела письменных возражений представителя ответчика ФИО6 следует, что возникновение права на компенсацию морального вреда ФИО1 связывает с вынесением в отношении него постановления старшего следователя МОМВД России «Моршанский» ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного дела по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, предусмотренного ч. <данные изъяты>, которое оставлено без изменения постановлением Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу №. ФИО1 в исковом заявлении указывает, что в результате незаконного уголовного преследования по <данные изъяты> ему был причинен моральный вред. По мнению Минфина России, истец не представил необходимых доказательств причинения ему глубоких нравственных страданий, существенного морального вреда именно в связи с уголовным преследованием. Из содержания иска следует, что уголовное преследование привело к тому, что с ФИО1 «перестали общаться знакомые, друзья, и соседи», прекратилось общение с деловыми партнерами», сформировалось отрицательное отношение со стороны окружающих не только к нему, но и ко всей его семье. Кроме того, незаконное обвинение негативно повлияло на его предпринимательскую деятельность, оказало неблагоприятное воздействие на материальный достаток семьи». По мнению истца, «данные обстоятельства вызвали у него сильные эмоциональные волнения и переживания» и «состояние постоянного нервного напряжения». Однако ФИО1 не представлено ни одного фактического доказательства в обоснование данных доводов. Заявляя требования о взыскании компенсации морального вреда, ФИО1 также ссылается на то, что избрание в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении повлекло для него причинение морального вреда, поскольку «накладывало ограничения на его жизнь». Однако является недоказанным факт того, что избранная мера пресечения повлекла для истца наступление каких-либо реальных тяжких последствий, находящихся в прямой причинной связи с возбуждением уголовного дела. Данная мера способствовала надлежащему расследованию дела, а своевременная явка ФИО1 на различные процессуальные действия была в его интересах. Кроме того, ФИО1 в исковом заявление ссылается на то, что в результате незаконного уголовного преследования произошло ухудшение его здоровья. На фоне «постоянного нервного напряжения» «развилась депрессия, постоянно сопровождающаяся бессонницей», «проявилось и обострилось с переходом в хроническую форму заболевание <данные изъяты>». Проблемы со здоровьем «ограничивали жизнь» истца, так как он «не имел возможности вести обычную жизнь, заниматься спортом, осуществлять трудовую деятельность в семье, помогать родным по хозяйству». Однако, каких-либо фактических доказательств в обоснование данных доводов, в том числе в части подтверждения причинно-следственной связи ухудшения его здоровья именно в связи с уголовным преследованием, не представлено. Сам по себе факт развития каких-либо заболеваний в период уголовного преследования не свидетельствует о том, что они возникли у истца из-за производства по уголовному делу. При этом, степень и глубина психических реакций на негативные внешние факторы крайне индивидуальны, их достоверное подтверждение возможно лишь заключением специалистов в области медицины, в том числе психиатрии. Достаточных доказательств возникновения неблагоприятных последствий для физического или психического здоровья ФИО1 в результате преследования не представлено. Таким образом, истцом не представлено ни одного фактического доказательства в обоснование указанных доводов, в том числе в части подтверждения причинно-следственной связи наступления каких-либо реальных тяжких последствий для морального и физического состояния именно в связи с незаконным уголовным преследованием. Само по себе признание права на реабилитацию не влечет безусловной компенсации морального вреда, тем более в настолько завышенном размере. Учитывая фактические обстоятельства дела, судебную практику по делам, связанным с компенсацией морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, Минфин России считает, что заявленная сумма компенсации не соответствует требованиям разумности и справедливости. Обязанность по соблюдению, предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам на реализацию прав льготных категорий граждан, тем более в период проведения СВО и формирования дефицита бюджета. На основании изложенного, просят в удовлетворении исковых требований в заявленном размере отказать.

Представитель ответчика УМВД России по <адрес> – ФИО8, действующая на основании доверенности, исковые требования ФИО1 не признала и возражала против их удовлетворения, доводы, изложенные в письменных возражениях поддержала, размер судебных расходов, заявленный истцом, считала завышенным.

Из письменного возражения на исковое заявление представителя ответчика ФИО9 следует, что истцом не доказан факт причинения морального вреда и не обоснован размер компенсации морального вреда. Истцом не подтвержден факт причинения ему нравственных или физических страданий, не установлено какими действиями сотрудников ОВД они причинены. Так, используемые истцом формулировки в части подтверждения нравственных страданий такие как «со мной перестали общаться знакомые и друзья, и соседи, полагая, что я склонен к совершению преступлений, и я заслуживаю наказание. Они перестали здороваться со мной и общаться <...>», «прекратилось общение с деловыми партнерами», «находился в состоянии постоянного нервного напряжения» сами по себе не могут рассматриваться в качестве безусловного подтверждения причинения морального вреда. Вред здоровью истца, причиненный незаконным уголовным преследованием, не подтвержден в соответствии требованиями положения ст.60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежащими доказательствами по делу. Судом при вынесении решения должны быть учтены следующие обстоятельства как основания для снижения размера компенсации морального вреда в порядке реабилитации: ДД.ММ.ГГГГ в отношении Истца было возбуждено уголовное дело по <данные изъяты> с передачей обвинительного заключения в суд, производство по нему было прекращено на основании ст. 25 УПК РФ (т.е. в связи с примирением сторон); ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 возбуждены уголовные дела по <данные изъяты> которые сейчас с обвинительным заключением находятся в суде; ДД.ММ.ГГГГ Истец привлечён к административной ответственности по <данные изъяты> - штраф до настоящего времени не оплачен; ДД.ММ.ГГГГ Истец привлечен к административной ответственности по <данные изъяты> (<данные изъяты>) - штраф до настоящего времени не оплачен. По уголовному делу № по <данные изъяты> в отношении Истца применена мера пресечения: подписка о невыезде и надлежащем поведении (ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). При этом, ДД.ММ.ГГГГ в отношении СУ СК России по <адрес> отношении истца возбуждены уголовные дела по <данные изъяты> которые в настоящее время с обвинительным заключением переданы в суд. Избрание данной меры пресечения в отношении Истца – подписка о невыезде и надлежащем поведении - Истцом не обжаловалась. В материалах отсутствуют доказательства, свидетельствующие о необходимости выезда истца пределы места жительства (в материалах дела отсутствуют ходатайства Истца). Указанные обстоятельства, во-первых, отрицательно характеризуют личность Истца, во-вторых, исключают доводы Истца о том, что моральный вред был причинен Истцу именно в связи с уголовным преследованием по обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> которое в последующем прекращено в связи с отсутствием состава преступления, а не с уголовным преследованием по обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, по которому уголовное дело прекращено по не реабилитирующим основаниям, и иными составами уголовных преступлений и правонарушений. Таким образом, Истцом не представлено ни одного доказательства в обоснование заявленных исковых требований о причинении морального вреда, связи его психологического и физического состояния здоровья с фактом прекращения ДД.ММ.ГГГГ уголовного дела. В случае установления доказанности факта причинения морального вреда и возможности взыскания его компенсации, при определении размера компенсации суду следует исходить не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допустить неосновательного обогащения потерпевшего. На основании изложенного просят в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица <адрес> - ФИО10, действующая на основании доверенности, считала, что иск не подлежит удовлетворению в заявленном размере, доводы изложенные в письменном отзыве поддержала.

Из письменного отзыва представителя третьего лица ФИО11 на исковое заявление следует, что основания для компенсации истцу морального вреда в заявленном размере отсутствуют в силу следующего. ФИО1 в период привлечения к уголовной ответственности от общества не изолировался, проживал на территории <адрес>, продолжал свою трудовую деятельность и привычный образ жизни с учётом вмешательства в личную жизнь в рамках уголовного преследования. При этом ФИО1 не избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу. Он был ограничен в свободе передвижения подпиской о невыезде и надлежащем поведении на срок 10 дней. Доказательств причинения вреда жизни и здоровью в связи с уголовным преследованием ФИО1 также не представлено. Истцом не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих о причинении ему нравственных и физических страданий действиями сотрудников органов внутренних дел в заявленном размере. На основании изложенного, полагают, что заявленный размер компенсации необоснованно завышен, не отвечает принципу разумности и справедливости.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статьёй 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Под реабилитацией в уголовном производстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причинённого ему вреда (пункт 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (пункт 35 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причинённый гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объёме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Как следует из пункта 3 части второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в частности, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 этого кодекса (в частности, в связи с отсутствием в деянии состава преступления (пункт 2 части первой статьи 24).

В силу части первой статьи 134 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

Иски о компенсации за причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства (часть вторая статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причинённый юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом (пункт 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда вред причинён гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» разъяснено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33) даны разъяснения о том, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда. Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый, второй и четвёртый пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Моральный вред, причинённый в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приёме на работу, сопряжённых с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац первый пункта 42 названного постановления).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определённой меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац второй пункта 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33).

Из приведённых норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающим в том числе, что иски за причинённый реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причинённый незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ МО МВД России «Моршанский» возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>

В ходе расследования уголовного дела № ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного отдела МО МВД России «Моршанский» ФИО12 вынесено постановление об отмене постановления старшего следователя ФИО7 по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 по <данные изъяты> как необоснованно предъявленное.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело №, выделено в отдельное производство из уголовного дела № по признакам состава преступления, предусмотренного <данные изъяты>

В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ, старшим следователем ФИО7 вынесено постановление о прекращении уголовного преследования по <данные изъяты> в части <данные изъяты> в отношении ФИО1 по <данные изъяты> в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением мирового судьи судебного участка №<адрес> уголовное дело в отношении ФИО1 обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. <данные изъяты> прекращено в связи с примирением сторон в соответствии со ст. 25 УПК РФ. Указанным постановлением бензопилы <данные изъяты> переданные под сохранную расписку ФИО13 постановлено считать возвращенными по принадлежности.

Предварительное следствие по уголовному делу № неоднократно приостанавливалось в связи с неустановлением лиц, совершивших преступление, и возобновлялось, в том числе: ДД.ММ.ГГГГ приостановлено предварительное следствие на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ постановлением следователя, которое отменено ДД.ММ.ГГГГ прокуратурой <адрес>; ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о приостановлении предварительного следствия по аналогичному основанию, которое ДД.ММ.ГГГГ отменено прокуратурой <адрес>; ДД.ММ.ГГГГ вновь принято решение о приостановлении предварительного следствия по тем же основаниям.

ДД.ММ.ГГГГ заместителем прокурора <адрес> ФИО14 усмотревшим в материалах уголовного дела сведения о лице, совершившем преступление, а именно о ФИО1, вышеуказанное постановление следователя от ДД.ММ.ГГГГ о приостановлении предварительного следствия отменено.

В ходе расследования уголовного дела после отмены ДД.ММ.ГГГГ указанного постановления следователя от ДД.ММ.ГГГГ в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК Р Ф следственными органами в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведены следственные процессуальные действия: дополнительно допрошены свидетели ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО24 ФИО25 собран характеризующий материал на ФИО1

Собранным доказательствам следователем дана соответствующая оценка по правилам ст. 87-88 УПК РФ и ДД.ММ.ГГГГ вновь вынесено постановление о приостановлении предварительного следствия на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ - в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ начальником СО МО МВД России «Моршанский» вышеуказанное постановление от ДД.ММ.ГГГГ отменено, в тот же день ФИО1 был допрошен в качестве подозреваемого, в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежавшем поведении.

Обвинение ФИО1 предъявлено не было, и ДД.ММ.ГГГГ избранная в отношении него мера пресечения была отменена.

ДД.ММ.ГГГГ руководителем следственного отдела МО МВД России «Моршанский» ФИО18 указанное постановление о приостановлении предварительного следствия отменено, предварительное следствие возобновлено на 1 месяц, до ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ начальник следственного отдела МО МВД России «Моршанский» ФИО19 обратился в Моршанский районный суд с ходатайством о разрешении отмены постановления старшего следователя МО МВД России «Моршанский» ФИО7 по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в части в отношении ФИО1.

Вышеуказанные обстоятельства следуют из материалов уголовного дела № и установлены постановлением Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым отказано в удовлетворении ходатайства начальника СО МО МВД России «Моршанский» ФИО19 о разрешении отмены постановления старшего следователя МО МВД России «Моршанский» ФИО7 по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в части в отношении ФИО1

Апелляционным постановлением Тамбовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ вышеуказанное постановление Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставлено без изменения, апелляционное представление, без удовлетворения.Таким образом, уголовное преследование в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> осуществлялось с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - 2 месяца 22 дня, в отношении истца подозреваемого в совершении вышеуказанного преступления с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. - 10 дней. В связи с чем, доводы истца о том, что более 9 лет он находился в состоянии постоянного нервного напряжения, не понимал, почему его хотят привлечь к уголовной ответственности, суд признает необоснованными.

В ходе производства по данному уголовному дела с участием ФИО1 в период, заявленный истцом, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ осуществлялись следующие процессуальные действия: ДД.ММ.ГГГГ допрос в качестве свидетеля, ДД.ММ.ГГГГ допрос в качестве подозреваемого, ДД.ММ.ГГГГ в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая ДД.ММ.ГГГГ была отменена.

Кроме того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Моршанским районным судом рассматривалось ходатайство начальника следственного отдела МО МВД России «Моршанский» о разрешении отмены постановления старшего следователя МО МВД России «Моршанский» ФИО7 по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении уголовного преследования в части в отношении ФИО1; в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. <адрес> судом рассматривалось апелляционное представление помощника прокурора <адрес> на постановление Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в течение указанного в иске времени в отношении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ Следственным управлением Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>, по которому ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 на основании постановления судьи Ленинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ избрана мера пресечения в виде <данные изъяты> <данные изъяты> (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). Постановлениями Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ. срок <данные изъяты> ФИО1 был продлен до ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ мера пресечения в виде <данные изъяты> в отношении обвиняемого ФИО1 на основании постановления Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> была изменена на <данные изъяты>

Постановлением и.о. мирового судьи судебного участка №<адрес> мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты>, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере <данные изъяты> и <данные изъяты>

Постановлением мирового судьи судебного участка № по <адрес> и <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> и ему назначено наказание в виде штрафа в размере <данные изъяты> и <данные изъяты>

Обращаясь с заявленными требованиями, истец просит возместить компенсацию морального вреда за период уголовного преследования с ДД.ММ.ГГГГ, дата, когда уголовное дело было выделено в отдельное производство, по ДД.ММ.ГГГГ – дата рассмотрения <адрес> судом апелляционного представления помощника прокурора. В обоснование заявленной суммы ссылается на то, что в его действиях усматривался состав тяжкого преступления, он находился в статусе подозреваемого в том преступлении, которое не совершал; избрание в отношении него меры пресечения, накладывающей ограничения на его жизнедеятельность. Незаконное и необоснованное обвинение привело к тому, что с ним перестали общаться знакомые, друзья и соседи, прекратилось общение с деловыми партнерами по бизнесу, что привело к остановке осуществляемой им предпринимательской деятельности. Также изъятие орудий труда сотрудниками полиции и их незаконное удержание только усугубило материальное положение его семьи. Данные обстоятельства вызывали у него сильные эмоциональные волнения, переживание. Из-за переживаний и нервного перенапряжения у него появилось и обострилось с переходом в хроническую форму заболевание сердечно-сосудистой системы, при этом он неоднократно попадал в лечебные учреждения в связи с ее обострением, где проходил курс стационарного лечения, и в настоящее время нуждается в дорогостоящей операции на сердце.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По ходатайству стороны истца в ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели, Свидетель №1 и Свидетель №2

Так, свидетель Свидетель №1 пояснила, что является матерью истца – ФИО1 Ее индивидуальной предпринимательской деятельностью с ДД.ММ.ГГГГ фактически занимался ее сын. На нее была оформлена пилорама, но всю предпринимательскую деятельность осуществлял ФИО1 В тот момент, когда забрали пилы, доход семьи уменьшился, общее состояние ФИО2 ухудшилось. В детском возрасте у ФИО1 хронических <данные изъяты> заболеваний не имелось.

Свидетель Свидетель №2 пояснила, что ФИО1 – ее бывший супруг. Брак у них был зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ. У свекрови был бизнес, фактически руководил которым ФИО2. В связи с возбуждением в отношении истца уголовного преследования, у него возникли проблемы со здоровьем: поднималось давление, сбивался сердечный ритм. На момент уголовного преследований финансовое состояние семьи ухудшилось, т.к. ФИО2 являлся единственным рабочим членом семьи. С момента уголовного преследования ФИО2 приходилось обращаться за медицинской помощью, лежал в реанимации. Выйти на улицу им было стыдно, имелись насмешки в их сторону. ФИО2 не показывал своих эмоций.

Из пояснений истца, данных в судебном заседании, также следует, что у него не был оформлен статус индивидуального предпринимателя, он занимался деятельностью на пилораме принадлежащей его матери.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание, что истец в спорный период официально не занимался предпринимательской деятельностью, что также было подтверждено допрошенными в судебном заседании свидетелями, суд приходит к выводу о необоснованности его доводов о том, что из-за привлечения его к уголовной ответственности у него прекратилось общение с деловыми партнерами по бизнесу и остановке осуществляемой им предпринимательской деятельности.

Утверждение стороны истца о том, что изъятие орудий труда сотрудниками полиции и их незаконное удержание только усугубило материальное положение его семьи, что также вызвало у истца сильные эмоциональные волнения и переживания, суд признает несостоятельным, поскольку, как следует из материалов дела бензопилы «<данные изъяты>» были изъяты ДД.ММ.ГГГГ в ходе расследования уголовного дела в отношении ФИО1 обвиняемого, в том числе и по <данные изъяты>, производство по которому было прекращено в связи с примирением сторон. На основании постановления мирового судьи судебного участка №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, данные бензопилы, переданные под сохранную расписку ФИО1, возвращены по принадлежности.

Кроме того, по ходатайству стороны истца судом были запрошены медицинские карты ФИО1

Из предоставленных медицинских документов на имя ФИО1 <данные изъяты> следует что:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В силу ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Для проверки доводов истца о наличии причинно-следственной связи между его незаконным уголовным преследованием и обострением у него заболеваний <данные изъяты>, судом в установленном законом порядке на основании определения Моршанского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам <адрес> государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению <адрес> государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании изучения предоставленного гражданского дела №, уголовного дела №, медицинских документов на имя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и в соответствии с поставленными вопросами комиссия экспертов приходит к выводам:

У гр. ФИО1 за рассматриваемый период установлено наличие следующих <данные изъяты> заболеваний:

- <данные изъяты>

<данные изъяты>

В связи с имеющимися <данные изъяты> заболеваниями, у ФИО1, за рассматриваемый период, отмечалось периодическое ухудшение состояния здоровья.

При этом, имеющиеся у ФИО1 <данные изъяты> заболевания носили хронический характер на момент их выявления.

Прогрессирования указанных заболеваний (<данные изъяты>) за рассматриваемый период не отмечено.

Учитывая мультифакторность заболеваний, отсутствие ухудшение их течения, достоверно установить причинно-следственную связь между стрессовой ситуацией и периодическим ухудшением состояния здоровья ФИО1, в рассматриваемый период, не представляется возможным.

Указанная экспертиза проведена квалифицированным и компетентными специалистами, на поставленные судом вопросы экспертами даны подробные мотивированные ответы. Сомнений в правильности выводов экспертного заключения у суда не имеется.

У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности указанного доказательства, поскольку эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, доводы истца об ухудшении состояния здоровья в связи с незаконным уголовным преследованием не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, причинно-следственная связь между обострением ранее имевшихся у истца хронических заболеваний и уголовным преследованием судом не установлена.

Вместе с тем, оценив представленные суду доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что в ходе рассмотрения дела доказан факта незаконного уголовного преследования истца в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 Уголовного кодекса Российской Федерации (незаконная рубка лесных насаждений), в связи с чем имеются правовые основания для компенсации истцу морального вреда.

Моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага.

Компенсация морального вреда, являясь одним из способов возмещения вреда лицу, которое незаконно или необоснованно было подвергнуто уголовному преследованию, направлена на возмещение такому лицу тех нравственных и (или) физических страданий, которые оно претерпевало в результате незаконного уголовного преследования.

Компенсация морального вреда подлежит взысканию в пользу реабилитированного гражданина за счёт казны Российской Федерации и независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Реабилитированный гражданин (истец по делу о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием) должен доказать характер и степень нравственных и (или) физических страданий, причинённых ему в результате незаконного уголовного преследования.

Поскольку закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы определения размера компенсации морального вреда, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда и конкретные обстоятельства, связанные с незаконным уголовным преследованием гражданина, соотнести их с тяжестью причинённых гражданину физических и нравственных страданий и индивидуальные особенности его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определён судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесённым именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учётом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряжённых с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счёт налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причинённого государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Определяя размер подлежащей взысканию в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, суд учитывает продолжительность незаконного уголовного преследования истца (в общей сложности около трех месяцев, в заявленный истцом период десять дней), его процессуальный статус в уголовном деле - обвиняемый и подозреваемый, тяжесть инкриминируемого истцу преступления (преступление относится к категории тяжких преступлений, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы), основания прекращения уголовного преследования по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления), избранную ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на срок 10 дней, а также то, что ФИО1 испытывал эмоциональные переживания, связанные с его уголовным преследованием.

При этом суд отмечает, что в период уголовного производства по уголовному делу № в отношении ФИО1 не избиралась мера пресечения, связанная с лишением свободы в виде содержания под стражей, в период следствия по данному делу истец в учреждениях содержания подозреваемых и обвиняемых не пребывал. Избранная ФИО1 в период незаконного уголовного преследования мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении не повлекла для истца наступление каких-либо реальных ограничений. Данная мера способствовала надлежащему расследованию дела и не ограничивала конституционных прав истца на свободное передвижение по территории страны, а лишь ставила это право в зависимость от разрешения дознавателя, следователя, суда. Более того, в период избрания в отношении истца в рамках уголовного дела № меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в отношении него в рамках другого уголовного дела, по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты>, с ДД.ММ.ГГГГ была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком <данные изъяты>

Рассматривая заявленные истцом требования, суд также учитывает, что ФИО1 не представлено доказательств того, что в связи с его уголовным преследованием за совершение преступления предусмотренного ч. <данные изъяты> с ним перестали общаться знакомые, друзья и соседи, полагая, что он склонен к совершению преступлений, и он заслуживает наказание.

Принимая во внимание установленные в ходе рассмотрения дела обстоятельства, данные о личности ФИО1, проживающего в небольшом городе, наличие заболеваний, индивидуальные особенности и характер причиненного морального вреда, степень и глубину нравственных переживаний, объем негативных последствий для истца в связи с незаконным уголовным преследованием, а также требования разумности и справедливости, баланс частных и публичных интересов, суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>

Доводы стороны ответчика о недоказанности причинения истцу нравственных страданий в связи с уголовным преследованием, суд не принимает во внимание, поскольку сам факт незаконного уголовного преследования и применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде за совершение тяжкого преступления нарушает личные неимущественные права истца, принадлежащие ему от рождения, достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которые он не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации).

Неправильное определение в исковом заявлении государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения, оставления без движения. Суд при подготовке дела к судебному разбирательству определяет в судебном акте ответчиком Российскую Федерацию в лице надлежащего федерального органа государственной власти, наделенного полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде.

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Субъектом же, обязанным возместить вред по правилам статьи 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Минфин России, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (статья 1071 ГК РФ).

Соответственно, при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном статьей 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Минфина России за счет казны Российской Федерации.

Из вышеприведенных положений гражданского законодательства и разъяснений вышестоящей судебной инстанции следует, что возмещение вреда гражданину в результате, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, а также незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста осуществляется за счет казны Российской Федерации в соответствии с частью 1 статьи 1070 ГК РФ. При этом от имени казны Российской Федерации в данном случае выступает Минфин России, а не главный распорядитель бюджетных средств.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст.67 ГПК РФ, доводы и возражения сторон, имеющиеся в материалах дела доказательства на предмет их относимости, допустимости, достоверности, а также достаточности по отдельности и взаимной связи в их совокупности, учитывая вышеприведенные нормы материального права и разъяснения Верховного суда Российской Федерации, суд считает необходимым иск ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, удовлетворить в части. Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, а также в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда следует, отказать.

В силу статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец понес расходы на оплату услуг представителя за оказание юридической помощи в размере 10 000 рублей (расходы за оказание устной консультации юриста и составление искового заявления).

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задач судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 указанного Постановления).

Таким образом, при взыскании судебных расходов следует принять во внимание обстоятельства, свидетельствующие о том, что расходы стороны вызваны объективной необходимостью по защите нарушенного права, при этом для решения вопроса о размере взыскиваемых расходов на представителя необходимо исследовать представленные документы, подтверждающие как факт оказания услуг, так и размер понесенных стороной затрат.

Право на возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя возникает при условии фактического несения стороной (доверителем) затрат, получателем которых является лицо (организация), оказывающее юридические услуги.

Суду в качестве подтверждения понесенных расходов истцом представлен договор об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между адвокатом ФИО4 и ФИО1, предметом которого является оказание юридической помощи, представление интересов ФИО1 в Моршанском районном суде в ходе рассмотрения искового заявления о взыскании сумм компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование. В соответствии с п. 2.2. договора, размер вознаграждения за составление искового заявления определен <данные изъяты>, за оказание устной консультации в рамках правовой помощи <данные изъяты>

Согласно акту выполненных работ по вышеуказанному соглашению адвокатом ДД.ММ.ГГГГ исполнены следующие работы: юр. консультация, составление искового заявления.

Кроме того, стороной истца представлена квитанция № от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с которой ФИО1 произвел оплату НК «Тамбовская областная коллегия адвокатов» 10 000 рублей за оказание юридической помощи.

Поскольку представитель истца имеет статуса адвоката, то в данном случае при определении размера расходов, подлежащих взысканию с истца, суд учитывает также решение Совета адвокатской палаты <адрес> «О минимальных ставках вознаграждения за оказываемую юридическую помощь», утвержденное Советом адвокатской палаты <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, а также обстоятельства дела.

При данных обстоятельствах, оценив представленные в материалах дела доказательства, возражение ответчиков относительно заявленной суммы судебных расходов, учитывая объем оказанных юридических услуг, а также то, что настоящее дело не представляло особой сложности, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд считает разумной и подлежащей взысканию с Российской Федерации в лице Министерства Финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 судебные расходы за составление искового заявления и устную консультацию в размере 8000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1, суд считает необходимым отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес>, УМВД России по <адрес> о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Финансов России (ОГРН №) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, судебные расходы в размере 8000 (восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства Российской Федерации по <адрес>, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к УМВД России по <адрес> (ОГРН №) о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование и взыскании судебных расходов, отказать.

Решение может быть обжаловано в Тамбовский областной суд через Моршанский районный суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: И.А. Комарова

Решение принято в окончательной форме: ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: И.А. Комарова