Дело № (2-4225/2022)

УИД:55RS0№-73

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> 19 января 2023 года

Кировский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Крутиковой А.А., при секретаре судебного заседания ФИО3, с участием старшего помощника прокурора Кировского АО <адрес> ФИО12, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился к ФИО2 с исковым заявлением о компенсации морального вреда. В обоснование указал, что его мать ФИО20 работала в ФИО2 в должности управляющей столовой. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 выехала на работу вахтовым методом в <адрес>, расположенный на расстоянии 1200 километров от <адрес>. На данном объекте в штате нет врача и инженера по охране труда. Перед началом вахты ФИО20 находилась на обсервации 14 дней, где у нее взяли ПЦР-тест на COVID-19, который оказался отрицательным. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 позвонила ему и сообщила о том, что она заболела, у нее поднялась температура до 39 градусов и ей тяжело дышать. С ее слов она неоднократно обращалась к старшей по столовым на участке ФИО14, а также к непосредственному начальнику и говорила им о плохом состоянии своего здоровья, просила вызвать ей скорую помощь. Заведующая отказалась вызывать скорую помощь, объясняя, что объект могут закрыть, если у нее обнаружат инфекционное заболевание и попросила ФИО20 не выходить на работу. Со слов старшей управляющей столовых на участке ФИО14 у ФИО20 была обычная простуда. ДД.ММ.ГГГГ в ходе общения с директором ФИО4, ему стало известно о том, что ФИО20 лечат и есть все необходимые лекарства. ДД.ММ.ГГГГ ему снова позвонила ФИО11, которая сообщила, что состояние ухудшилось и ее на автомобиле довезут до железнодорожного вокзала <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ он приехал в <адрес>, где забрал ФИО20 и привез ее в <адрес>. Во время поездки ФИО20 рассказала, что руководство объекта отказалось реагировать на ее беспомощность. Сотрудники столовой видели состояние ФИО20 и обращались к ФИО14 с просьбой вызвать врача, однако ФИО14 никак не реагировала на требования рабочих. ДД.ММ.ГГГГ по приезду в <адрес>, он лично доставил ФИО20 в <адрес>, где ее положили в реанимацию. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 умерла, не приходя в сознание. С целью привлечения виновных лиц к ответственности, неоднократно обращался в <адрес>. Согласно ответа заместителя прокурора <адрес> младшего советника юстиции ФИО7 № ДД.ММ.ГГГГ, представление, направленное в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, удовлетворено, ответственное лицо привлечено к дисциплинарной ответственности. На основании изложенного, просил взыскать с ФИО2 в свою пользу в счет компенсации морального вреда 600000 рублей.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле привлечен ФИО16

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО8

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, причина неявки неизвестна. В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. По существу пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 уехала на вахту. ДД.ММ.ГГГГ ему позвонила сестра ФИО20., которая сообщила о том, что ФИО20 заболела. Он созвонился с ФИО20 на что последняя пояснила, что у нее температура и врачи после осмотра дали ей таблетки. После чего ФИО20 перестала выходить на связь. ДД.ММ.ГГГГ он снова созвонился с ФИО20 которая сообщила, что не может выйти на улицу, не может стоять, падает. Он решил приехать к ФИО20, для того, чтобы забрать ее. Когда подъезжал к <адрес>, то ему позвонила ФИО14 и сообщила, что ФИО20 будет отправлена в больницу в <адрес> через 2 дня, на что он сказал, что приедет за ней сам. Тогда ФИО14 сказала ему, что ФИО20 отвезут в <адрес>. Он приехал в <адрес>, забрал ФИО20 привез ее в <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ ее положили в <адрес>. После проведения компьютерной томографии у ФИО20 было установлено поражение легких около 80 %. ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 умерла.

Представитель истца по доверенности ФИО10 исковые требования поддержал, просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что причинение смерти ФИО20 произошло по вине ФИО2 ФИО20 не был открыт больничный лист, ей не была вызвана скорая помощь. ФИО20 держали в отдельном боксе. ФИО20 была доставлена в <адрес> работодателем, откуда ФИО1 самостоятельно доставил ее в <адрес>. В тот момент, когда ФИО1 забрал ФИО20, последняя не могла ходить самостоятельно. ФИО20 заразилась инфекцией ориентировочно ДД.ММ.ГГГГ. Считал, что в данном случае ответчик мог осуществить допуск медицинского вмешательства без согласия ФИО20 Полагал, что имеет место нарушение трудового законодательства со стороны ФИО2

Представитель ответчика ФИО2 по доверенности ФИО22 возражала против удовлетворения исковых требований, поддержала доводы, изложенные в возражениях и отзывах на исковое заявление. Дополнительно пояснила, что строчный трудовой договор с ФИО20 был заключен ДД.ММ.ГГГГ. Последняя находилась 2 недели на обсервации, ей было сделано 2 ПЦР теста, результаты которых были отрицательными. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 обратилась к фельдшеру с признаками ОРВИ. ФИО20 не захотела ехать в больницу <адрес>, а решила дождаться сына для того, чтобы доехать с ним до <адрес> и уже там лечь в больницу. Отметила, что без согласия человека, невозможно было бы осуществить медицинское вмешательство. Аудиозаписи подтверждают факт того, что ФИО20 перед поездкой в <адрес> чувствовала себя нормально и не хотела обращаться к врачу в <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 была освобождена от работы и доставлена на вокзал <адрес>. Утверждение истца о том, что ФИО20 заболела ДД.ММ.ГГГГ, считала голословным. В их организации проводились проверки правоохранительными органами, по итогам которых нарушений установлено не было. ФИО20 обладала самостоятельным правом на выдачу <данные изъяты> ФИО20 была доставлена в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, в медицинское учреждение поступила только через 4 дня, в больнице находилась до ДД.ММ.ГГГГ. Отметила, что ФИО20 поступила в медицинское учреждение в <адрес> в сознании, был собран анамнез. Имеющееся у ФИО20 ожирение способствовало усугублению течения заболевания, приведшего к смерти. ДД.ММ.ГГГГ договор с ФИО20 был расторгнут. По своей инициативе произвели выплату материальной помощи сыну-ФИО1 в размере 50000 рублей. Смерть была констатирована в медицинском учреждении, а не на рабочем месте, в данном случае имеется вина медицинских работников. К показаниям свидетеля ФИО19 просила отнестись критически, поскольку данное доказательство является недопустимым в связи с нарушением процедуры его обеспечения, а также учесть личные качества данного свидетеля.

Представители третьих лиц ФИО8, ФИО9 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, причины неявки суду не сообщили.

Старший помощник прокурора КАО <адрес> ФИО12 в своем заключении полагала, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, моральный вред надлежит взыскать с учетом принципа разумности и справедливости.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, изучив материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят ДД.ММ.ГГГГ Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с ДД.ММ.ГГГГ; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).

Частью 1 статьи 212 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 ТК РФ).

В силу части 1 и 2 статьи 220 ТК РФ государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда; условия труда, предусмотренные трудовым договором, должны соответствовать требованиям охраны труда.

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. Причинение вреда здоровью, смерти работнику в результате несчастного случая при исполнении трудовых обязанностей влечет за собой обязанность возмещения причиненного вреда работодателем.

При причинении вреда жизни и здоровью работника ответственность за такой вред наступает по общим принципам, предусмотренным гражданским законодательством, с особенностями предусмотренными нормами Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Законодатель, закрепив в статье 151 ГК РФ общие правила компенсации морального вреда, не установил ограничений в отношении случаев, когда допускается такая компенсация. При этом согласно пункту 2 статьи 150 ГК РФ нематериальные блага защищаются в соответствии с этим кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Таким образом, в случае смерти работника, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Пунктом 24 настоящего пленума установлено, что причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего). Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (пункт 47).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО2 является действующим юридическим лицом, основным видом деятельности является торговля оптовая неспециализированная (том 1, л.д. 32-57).

Из материалов дела следует, чтоФИО1 является сыном ФИО20,которая состояла в трудовых отношениях с ФИО2, работала на должности управляющего объектом по проекту «<адрес> на основании заключенного между ними трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1, л.д.110-115).

Из заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 просила принять ее в ФИО2 на должность управляющей в <адрес>том 1, л.д.109).

Согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО2 в лице генерального директора ФИО13 (работодатель) и ФИО20.(работник), ФИО20 приняла на себя выполнение трудовых обязанностей по месту нахождения Работодателя по адресу: <адрес>, офис 615, а также на территории иных населенных пунктов, указанных в настоящем трудовом договоре для работы <адрес>

Пунктом 1.4 договора установлено, что рабочее место Работника определяется в помещениях пунктов питания на территориях временного жилого поселка строительного объекта, размещенного <адрес> (том 1, л.д.110-115). Работник выполняет работу в помещениях пунктов питания на территории временного жилого городска вахтовым методом( п. 1.8 договора).

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 была принята на работу на должность управляющей объектом в группу основного производства / <адрес> (том 1, л.д.171).

В соответствии с должностной инструкцией управляющего объектом ФИО2 одной из обязанностью управляющего объектом является ведение карточек выдачи средств индивидуальной защиты (том 1, л.д.126-129).

Из протоколов 2Ж3086 – определения РНК коронавируса ТОРС (SaRS-CoV-2) следует, что ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО20 выявлен отрицательный результат коронавируса SARC-CoV-2 (том 1, л.д.124-125).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 умерла, что следует из свидетельства о смерти № № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Кировским отделом управления ЗАГС ГГПУ <адрес> (том 1, л.д.10).

Из справки о смерти № № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что причиной смерти ФИО20 явилась легочная эмболия без упоминания об остром легочном сердце, COVID-19 (том 1, л.д.14).

Согласно приказа генерального директора № от ДД.ММ.ГГГГ, трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ пор причине смерти работника ФИО20 (том 2, л.д.116).

Из справок ФИО2 следует, что задолженность по заработной плате у ФИО2 перед ФИО20. отсутствует, согласно расчетного листка за ДД.ММ.ГГГГ начислена материальная помощь в сумме 50000 руб. (том 1, л.д.117-118, 173).

Согласно табелей учета рабочего времени следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 находилась в простое по причине, не зависящим от работника и работодателя, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 отработано 30 дней, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 предоставлены дополнительные оплачиваемые выходные дни (том 1, л.д. 121-123).

Согласно ответа территориального отдела <адрес> в ответ на обращение ФИО1 по вопросу несоблюдения ООО «Стройгазсервис» санитарно-противоэпидемиологических мероприятий, отсутствие защитных мер в период сохранения рисков распространения COVID-19 в вахтовом поселке, столовой на <адрес>, экстренные извещения на заболевание COVID-19 за период ДД.ММ.ГГГГ на работников ФИО2 и ФИО6, в том числе на ФИО20 не поступало в филиал ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в <адрес>» в УОБО. По данным ОГБУЗ «<адрес> больница» медицинское обслуживание» медицинское обслуживание работников ООО «Стройгазсервис» и работников временного жилого городка ФИО6 не осуществляется. Зарегистрированных случаев COVID-19 среди работников ФИО2 и ФИО6 нет. Обращений за медицинской помощью по причине ОРВИ или подозрений на COVID-19 в программных комплексах «Поликлиника», «АДИС» не зафиксировано. ФИО20 в <адрес> за медицинской помощью не обращалась ( том 1, л.д. 98)

Вместе с тем, согласно ответа ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ заместителю руководителя <адрес> между ФИО2 и ФИО6 заключен договор на оказание услуг по организации питания, в рамках которого ФИО2 оказывал услуги организации питания в столовой ФИО6 по адресу: <адрес> Обязанность по размещению и тестированию работников ФИО2 возложена на ФИО6 в соответствии с указанным договором ( том 1, л.д. 162-164).

<адрес> проводилась проверка по факту обращения ФИО1 По итогам рассмотрения были выявлены нарушения трудового законодательства со стороны ФИО2 при обеспечении ФИО20 средствами индивидуальной защиты, в связи с чем в адрес генерального директора ФИО2 внесено представление от ДД.ММ.ГГГГ № об устранении нарушений законодательства, а именно ненадлежащее исполнение работодателем возложенных на него обязанностей по организации надлежащего учета и контроля за выдачей работнику СИЗ. Относительно доводов обращения о халатности руководства ФИО2 оставлении ФИО20 в опасности, повлекших ее смерть, то материалы обращения направлены для проведения проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ в <адрес> (том 1, л.д.84-104, 130-132).

ФИО2 рассмотрев представление <адрес>, приняло меры по устранению выявленных нарушений законодательства, ответственное лицо привлечено к дисциплинарной ответственности, а именно приказом №л/с от ДД.ММ.ГГГГ заместителю начальника Управления проектами по организации питания ФИО7 объявлен выговор (том 1, л.д.133-134).

Из материала проверки №пр-22 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО9 из прокуратуры <адрес> поступил материал проверки по факту смерти ФИО20., являвшейся работником ФИО2 Из обращения ФИО1 следует, что ДД.ММ.ГГГГ у ФИО20 на рабочем месте поднялась температура до 39 градусов и ей было тяжело дышать, но ее непосредственное начальство не дало возможности получить медицинскую помощь, в связи с чем ФИО20 длительное время находилась без медицинской помощи. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 поступила в <адрес> где ДД.ММ.ГГГГ скончалась от Ковид-19. Согласно ответу ФИО2, ФИО20. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на обсервации, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 работала вахтовым методом в соответствии с условиями трудового договора. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 обратилась в медицинский пункт на территории временного жилого городка Нючакан-<адрес>, по результатам осмотра был выставлен диагноз ОРВИ и выдано направление на консультацию. ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 выбыла с <адрес> Согласно рапортов от ДД.ММ.ГГГГ в ходе телефонных звонков работник ФИО5 пояснил, что когда ФИО20 заболела, то сначала она отлеживалась у себя в кабинете, а затем ей был предоставлен больничный. ФИО21 пояснила, что в период с ДД.ММ.ГГГГ г. на вышеуказанном объекте болели все работники. По итогам рассмотрения данного материала проверки ДД.ММ.ГГГГ было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО13 по основанию, предусмотренному п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии составов преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 143 УК РФ (том 3, л.д.88-90).

В соответствии с картой вызова скорой медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО20 прибыла в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на одышку, слабость, кашель. Из анамнеза было установлено, что ФИО20 болеет в течении 20 дней, сухой кашель, слабость, недомогание, температура под 38. Был выставлен диагноз – пневмония, новая короновирусная инфекция неподтвержденная (том 1, л.д.12-13).

Из смс-сообщений приложения «Whatsapp» следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 писала о своем плохом самочувствии сыну ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ сообщила о своем нахождении на железнодорожном вокзале (том 2, л.д. 79-80).

Согласно стенограмм аудиозаписей от ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ следует, что в ходе телефонных звонков между ФИО15 и ФИО20, а также между ФИО1 и ФИО20 последняя жаловалась на плохое самочувствие, а также на обращение к работодателю сразу после заболевания (том 2, л.д.182-184).

Из медицинской карты ФИО20, ДД.ММ.ГГГГ г.р. следует, что последняя поступила в <адрес> через ДД.ММ.ГГГГ от начала заболевания. Диагноз направившего учреждения – внебольничная двусторонняя полисегментарная вирусная пневмония. Установлен диагноз при поступлении – короновирусная инфекция подтвержденная. Диагноз заключительный – короновирусная инфекция, подтвержденная лабораторно. ИФа от ДД.ММ.ГГГГ (Igm положительно КП 8,0), тяжелое течение. ИБС Атеросклеротическая болезнь сердца ХСН 2 А ФК 2. Осложнения – внебольничная двусторонняя полисегментарная вирусная пневмония критическая (КТ-4), общий процент вовлечения легочной паренхимы 80 %. Пневмомедиастинум. Эмифзема мягких тканей правой надключительной области. ДН 3 ст. ОДН. ОССН. Тэла. Согласно протоколу патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ, основным заболеванием ФИО20 следует считать новую короновирусную инфекцию COVID-19, при отсутствии идентификации возбудителя на фоне артериальной гипертензии и ожирения алиментарно-конституционального генеза. Основное заболевание осложнилось двусторонней субтотальной полисегментарной пневмонией с двусторонним плевритом, множественными острыми абцессами легких, пневмомедиастинумом, эмфиземой мягких тканей в надключичной области справа, диффузным альвеолярным повреждением легких; дистрофическими изменениями паренхиматохных органов, тромбозом сегментарных ветвей легочной артерии, легочно-сердечной недостаточностью, которая и послужила причиной смерти больной.

Кроме того, факт наличия у ФИО20 заболевания, ранее ДД.ММ.ГГГГ также подтверждается показаниями свидетелей ФИО17, ФИО15, допрошенными в судебных заседаниях и показаниями свидетеля ФИО19

Допрошенный в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО17 пояснил, что работает врачом анестазиологом-реаниматологом в <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. Он проводил лечение ФИО20 Последняя поступила в медицинское учреждение в тяжелом состоянии, с поражением легких 80 %. Исходя из состояния пациента при поступлении было очевидно, что коронавирус у ФИО20 развился намного раньше ДД.ММ.ГГГГ ( том2, л.д. 19-25).

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО15 пояснила, что работает в <адрес> сестрой хозяйкой с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО20 являлась ее родной сестрой. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 уехала на вахту. За 2 недели до вахты находилась в обсервации. В ДД.ММ.ГГГГ она позвонила и сказала, что у нее кашель. Также, сказала, что на объекте есть фельдшер, но он не компетентен и нужно вызывать доктора. В ДД.ММ.ГГГГ сестра перестала выходить на связь. Она забеспокоились и связалась сначала с ФИО7, а затем с ФИО14. Последняя сообщила им о том, что ФИО20 приболела, лежит в вагончике и ее ото всех отстранили. Спустя время, ФИО20 позвонила ей и сообщила о том, что ей плохо и она не может разговаривать. Через 2-3 часа ФИО20 снова позвонила ей и сообщила о том, что находится в автобусе и едет в <адрес>. Вновь, она созвонилась с ней уже на вокзале. ФИО20 забрал ее сын и доставил ее в <адрес>, где ее положили в больницу. Ей известно о том, что в месторождении не хотели везти ФИО20 в больницу, так как боялись закрытия месторождения.

Допрошенная ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Бородинского нотариального <адрес> ФИО18 в качестве свидетеля ФИО19 пояснила, что работала в <адрес> операционным работником зала, вахтовым методом в помещениях пункта питания на территории временного жилого городка <адрес>а <адрес>. С ФИО20 познакомилась в тот момент, когда находилась на обсервации и они жили в одной комнате. Через полторы недели после приезда на участок, ФИО20 заболела. У нее было незначительное повышение температуры, насморк и кашель. ФИО20 проводила лечение самостоятельно. В один из дней ФИО20 сделалось хуже, она не могла встать, находилась в лежачем положении у себя в кабинете на стульях. Руководство было в курсе заболевания ФИО20 Это все продолжалось в течение пяти дней, при этом ФИО20 не доставили в больницу в <адрес> Руководство никаких мер не предпринимало (том 2, л.д.210-211).

Также, в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО14, ФИО7

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля ФИО14 пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ работала в <адрес> в должности управляющей объектом в отделе управления персоналом по организации питания, ДД.ММ.ГГГГ переведена в управляющей объектом в <адрес> для выполнения работы вахтовым методом в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях до ДД.ММ.ГГГГ. Сейчас является руководителем объекта по питанию в дочернем предприятии ответчика <адрес> ФИО20 ей была знакома, неприязненных отношений не имела. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 заступила на должность управляющей столовой на <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 сообщила ей о том, что заболела и хочет вернуться домой. В этот же день позвонила фельдшеру и попросила прийти медиков. Спустя время, прибыли медики, осмотрели ее, дали ей таблетку. Был поставлен диагноз «ОРЗ» или «ОРВИ». Ей было выдано направление в больницу в <адрес>, куда она и поехала, но в этот же день написала смс-сообщение о том, что за ней приедет ее сын. Затем, когда ФИО20. находилась уже в <адрес>, то отправила ей смс о том, что ждет сына и они вместе поедут в <адрес>. Сын ФИО20 звонил ей один раз и просил отправить ФИО20 домой. Иные сотрудники относительно состояния здоровья ФИО20 к ней не обращались. Предоставить переписку с ФИО20 а также информацию о поступавших ей звонках от родственников ФИО20 она не может, поскольку разбила свой телефон.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 пояснил, что работает руководителем проекта в <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО20 работала в направлении, которое он курировал, в столовой №. Последний раз он ее видел ДД.ММ.ГГГГ, когда приехал на объект с проверкой. ФИО20 чувствовала себя нормально. Примерно ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил сын ФИО20 и сообщил о том, что ФИО20 заболела. ДД.ММ.ГГГГ он лично общался с ФИО20, при этом она никаких жалоб по здоровью не высказывала. Сам объект, где работала ФИО20 является тяжелым в плане погодных условий. Работники на этом объекте часто болеют. Медицинский пункт находится в <адрес> на котором работала ФИО20 В случае заболевания все работники на этом объекте направляются в Жигалово. ДД.ММ.ГГГГ предлагал вызвать ФИО20 скорую помощь из <адрес>, но она сказала, что за ней приедет ее сын. На следующий день после сообщения ФИО20 последняя была направлена в <адрес>. По представлению прокуратуры он был привлечен к ответственности за не выдачу средств индивидуальной защиты, данное представление не обжаловалось.

Таким образом, по итогам рассмотрения настоящего гражданского дела, суд приходит к выводу о том, что факт заболевания ФИО20 новой коронавирусной инфекцией ранее ДД.ММ.ГГГГ, в период нахождения ее на рабочем месте по указанию работодателя – ФИО2 при исполнении ею своих трудовых обязанностей нашел свое подтверждение.

Из медицинской карты <данные изъяты> следует, что на момент поступления ФИО20 в указанное медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ, заболевание протекало не менее 14 дней. Из показаний свидетеля ФИО17 также следует, что заболевание у ФИО20 развилось раньше ДД.ММ.ГГГГ. Факт заболевания ФИО20 именно в период нахождения ее на территории временного жилого поселка строительного объекта, размещенного <адрес> подтверждается показаниями свидетелей ФИО15, ФИО19 У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку указанные лица были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Стенограммами аудиозаписей также установлен факт возникновения болезни у ФИО20 в период нахождения ее на рабочем месте по указанию работодателя – ФИО2 Также установлены факты длительного бездействия работодателя выразившегося в непринятии мер по обеспечению безопасности жизни работника, проведения работником самостоятельного лечения с целью избежать ситуации закрытия объекта, ненаправления ФИО20 в медицинское учреждение. Кроме того, материалами дела установлены нарушения ФИО2 правил охраны труда, а именно прокуратурой <адрес> были выявлены нарушения трудового законодательства со стороны ФИО2 при обеспечении ФИО20. средствами индивидуальной защиты. По итогам проведения проверки в адрес ФИО2 было вынесено представление об устранении нарушений законодательства, работник ФИО2 привлечен к дисциплинарной ответственности.

Довод представителя ответчика о заинтересованности свидетеля ФИО19 подлежит отклонению, ввиду его необоснованности. В судебном заседании доказательств, подтверждающих заинтересованность указанного свидетеля, стороной ответчика не представлено, документы характеризующие отношение работника к труду такими доказательствами являться не могут.

Материалами настоящего гражданского дела достоверно установлен факт длительного неоказания медицинской помощи ФИО20 со стороны работодателя – ФИО2 вследствие чего сын ФИО20 -ФИО1, потеряв всякую надежду на помощь работодателя в сложившейся критической ситуации, принял решение самостоятельно доставить ФИО11 в специализированное медицинское учреждение в <адрес>, поскольку там работали знакомые специалисты.

Все указанные в совокупности обстоятельства о ненадлежащем исполнении ФИО2 своих обязательств по трудовому договору, что является достаточным основанием для компенсации ФИО1 причиненного морального вреда.

При установленных судом обстоятельствах именно работодатель – ФИО2 должен возместитьФИО1моральный вред, причиненный смертью ФИО20

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу установленного правового регулирования определение суммы, подлежащей взысканию в качестве компенсации морального вреда, принадлежит суду, который, учитывая обстоятельства дела, характер причиненных физических и нравственных страданий и другие заслуживающие внимания обстоятельства в каждом конкретном случае, принимает решение о возможности взыскания конкретной денежной суммы с учетом принципа разумности и справедливости (пункт 2 статьи 151, пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, пункт 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего (близких родственников умершего), денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения за перенесенные страдания.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и или нравственных страданий.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда в рассматриваемом случае должны быть учтены обстоятельства, при которых произошла смерть работника: в результате несчастного случая на производстве, вызванного в том числе невыполнением работодателем обязанностей, возложенных на него трудовым законодательством, по обеспечению требований охраны труда.

Очевидно, что потеря матери дляФИО1является для него большим потрясением и горем, поскольку смерть матери является для детей невосполнимой потерей, что стало серьезным психотравмирующим фактором, последствиями которого явились глубокие нравственные страдания и переживания, вызванные скорбью утраты близкого человека, разрушением привычного семейного уклада, что следует из пояснений истца и его представителя.

Таким образом, суд, с учетом всех обстоятельств дела, считает возможным определить ко взысканию компенсацию морального вреда в размере 150 000 рублей, который согласуется с принципом конституционной ценности здоровья, и основными принципами правового регулирования трудовых отношений, такими как обеспечение права каждого работника на условия труда, отвечающие требованиям безопасности, и обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также с общегражданскими принципами разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Поскольку истец обратилась в суд с требованием неимущественного характера, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов не подлежат применению.

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 ИНН № в пользу ФИО1 паспорт серии <...> в счет компенсации морального вреда 150000 рублей.

Взыскать с ФИО2 ИНН № в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Омский областной суд через Кировский районный суд <адрес> в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий : А.А. Крутикова

Мотивированное решение суда составлено ДД.ММ.ГГГГ