УИД:48RS0002-01-2024-002087-32 Дело № 2-45/2024
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
19 мая 2025 года г. Липецк
Октябрьский районный суд г. Липецка в составе:
председательствующего, судьи Лазаревой О.В.,
при секретарях Сотник Е.В., Дыкиной Т.С., при ведении протоколов помощниками судьи Карловой В.М., Плугаревой Т.Ю.,
с участием: истца ФИО1,
представителя истца ФИО1 по ордеру ФИО2,
представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4,
третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,
установил:
ФИО1 обратилась в суд, с учетом изменения, с исковыми требованиями к ФИО3 о признании недействительным договора купли – продажи квартиры от 29.03.2021, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО1 и ФИО3, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность истца вышеуказанной квартиры, ссылаясь на то, что в 2021 году ее сыну ФИО5 срочно понадобились денежные средства в размере 2 000 000 руб. для приобретения строительной техники – автокрана. Истец отдала ему 1 000 000 руб., а еще 1 000 000 руб. он занял у ответчика ФИО3 под 5% в месяц. Письменного договора между ФИО5 и ФИО3 заключено не было, так как они ранее вели совместный бизнес и находились в дружеских отношениях. Сроки возврата денежных средств так же не оговаривались. Условием обеспечения возврата займа ответчик указал заключение договора залога вышеуказанной квартиры. Истец и ее сын были вынуждены согласиться на эти условия, так как сын заверил ее, что вернет долг ответчику в течение небольшого промежутка времени, а значит, и договор залога прекратится. Планировалось заключить между ней как заемщиком и ответчиком как займодавцем договор займа на 1 000 000 руб. под 5 % в месяц с залогом квартиры между истцом как залогодателем и ответчиком как залогодержателем. При этом истец, ее сын и ответчик понимали, что этот договор будет притворной сделкой, прикрывающей реальный договор займа на тех же условиях между третьим лицом как заемщиком и ответчиком как займодавцем, а так же то, что истцу никаких денежных средств ответчик в долг не передавал, значит, и залог квартиры истца в обеспечение его исполнения так же будет фиктивным. Ответчик на подачу документов в МФЦ 09.04.2021 не явился, его представитель по доверенности ФИО6 принесла вместо договора займа подписанный заранее ответчиком договор купли-продажи квартиры от 29.03.2021. Поскольку это было уже обманом со стороны ответчика, истец намеревалась отказаться от сделки, но, поддавшись на уговоры сына и его заверения о том, что, как только сын вернет ответчику сумму долга, квартира вновь будет передана истцу в собственность, она согласилась. Истцом была составлена расписка о том, что она, якобы, получила от ответчика денежную сумму за проданную квартиру в размере 1 000 000 руб.. Однако оказалось, что в договоре указана другая сумма – 1 950 000 руб.. Истец, понимая, что в действительности не получала от ответчика денежных средств, переписала расписку, указав в ней якобы полученную сумму в размере 1 950 000 руб.. С учетом изменения исковых требований просит применить последствия недействительности притворной сделки купли-продажи квартиры от 29.03.2021, расположенной по адресу: <адрес>, заключенной между сторонами и вернуть в собственность истца вышеуказанную квартиру.
Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования с учетом изменения поддержали по основаниям, изложенным в заявлении об изменении исковых требований от 14.02.2025. Изначально истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО7 Р.Э.О. поясняли, что истец и ее супруг решили в марте продавать квартиру за 6 000 000 руб., сын ФИО5 сказал, что ФИО3 хочет купить квартиру, все разговоры были только через сына истца - ФИО5. 09.04.2021 в 12.46 в МФЦ была запись на сделку. Недели за две до этого сын сказал, что ФИО3 просит указать в договоре стоимость квартиры не 6 000 000 руб., а 1 000 000 руб., а также попросил паспорт истца и свидетельство о праве собственности на квартиру. 09.04.2021 в МФЦ истец, просмотрев договор, подписала его и написала расписку, изначально указав в ней сумму 1 000 000 руб., затем по совету сотрудника МФЦ ФИО21 которая сказала, что сделка не пройдет и необходимо написать хотя бы 1 950 000 руб., переписала расписку, указав в ней сумму 1 950 000 руб.. Истец в момент сделки обращалась к представителю ФИО3 с тем, что так не договаривались, однако ФИО22. сказала: «Все вопросы к нему». После ФИО3 по телефону сказал сыну, что знает, что произошло в МФЦ, успокоил и сказал, что отдаст 6 000 000 руб. за квартиру. Сын успокаивал ее, они старались войти в положение, ФИО3 ничего не предпринимал по поводу квартиры, не переоформлял лицевые счета. Договоренности о проживании ФИО5 с разрешения ответчика не было, его проживание в квартире не оговаривалось никем. Денежных средств истец не получала, ответчик не смог пояснить, где и при каких обстоятельствах передавались денежные средства. После подписания договора и написания расписки сын истца ФИО5 продолжал проживать в спорной квартире, оплачивая коммунальные ресурсы, до настоящего времени лицевые счета оформлены на истца, ответчик квартиру не принимал. В полицию не обращались, истец лично к ответчику не обращалась, сообщения ему не писала, сын звонил ФИО3, все переговоры велись только устно по телефону, истец и ее сын ждали, когда ФИО3 передаст денежные средства за квартиру. ФИО3 сроки передачи денежных средств постоянно передвигал до тех пор, пока пришел риэлтор с целью сделать фотографии квартиры для продажи. Квартира была приобретена за 2 200 000 руб. 18 лет назад, то есть дороже, чем продана, кроме того, в квартире был выполнен дорогостоящий ремонт.
Однако в последующем истец и ее представитель по ордеру ФИО2 в судебном заседании утверждали, что у истца не было намерения продавать квартиру, подписание договора купли-продажи квартиры было условием со стороны ответчика передачи им денежных средств в размере 1 000 000 руб. ФИО5 под 5% в месяц, то есть договора займа. Однако вместо договора займа с залогом квартиры был заключен договор купли-продажи квартиры, то есть притворная сделка. У ФИО1 не было умысла и намерения продавать квартиру, стоимость квартиры в договоре не соответствует рыночной стоимости данной квартиры, ФИО3 данная квартира была выставлена на продажу за 7 000 000 руб.. Истец намерена обратиться в правоохранительные органы с заявлением о наличии в действиях ответчика мошенничества, совершенного группой лиц. ФИО5 и ФИО8 (директор ООО СК «Эталон») собирались купить автокран для работы в ООО СК «Эталон», нужно было срочно внести деньги в сумме 2 000 000 руб., 1 000 000 руб., из которых ему дала истец и ее супруг, деньги хранились дома. Со слов сына, ФИО3 был готов дать ФИО5 1 000 000 руб. под 5 % в месяц под обеспечение займа квартирой. Истец согласилась. Под залог переоформили квартиру, сын истца получил от ФИО3 1 000 000 руб. в марте 2021 года наличными. Письменный договор займа и расписка ни с кем не заключались. Истец доверилась сыну, который сказал, что все выплатим, и залог снимется. Договор займа был на 1 000 000 руб., в связи с этим истец и писала изначально расписку на 1 000 000 руб., перед тем как писать расписку истец не читала договор. Истец денежных средств ни от кого не получала. ФИО6 ей сказала: «У Вас не займ, а купля-продажа». Когда сын поехал забирать автокран, у него оставалось 300 000 руб., из которых ФИО5 перевел ответчику 99 000 руб. и 200 000 руб. отдал наличными в качестве возврата долга по займу. ФИО5 не брал расписок по возврату долга, ссылаясь на то, что неудобно. После этого ФИО5 оставался должен ФИО3 700 000 руб.. В сентябре – октябре 2021 года ФИО5 сказал, что ФИО3 попросил технику для выполнения подряда на территории Боринского пивзавода. ФИО5 сказал, что оказал ФИО3 услугу на 800 000 руб., согласно документам, в связи с чем больше не должен ничего ФИО3. Сын также сказал, что отдал ответчику документы и наряды, который не вернул их, стал говорить, что ФИО5 не докажет, что не должен ничего ответчику.
Представитель ответчика по доверенности ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска, поддержал представленные письменные возражения на иск, в которых просил в удовлетворении иска отказать, указав, что договор займа на сумму 1 000 000 руб. под 5 % в месяц ответчиком ни с кем ни в устной, ни в письменной форме не заключался, в материалах дела отсутствуют доказательства передачи указанных денежных средств от ответчика ФИО5. Учитывая близкие дружеские отношения между ФИО3 и ФИО5 на протяжении длительного времени, ответчик предоставил квартиру во временное пользование последнему, который принял на себя обязательства по оплате эксплуатационных и коммунальных услуг в отношении данного жилого помещения. Ответчиком представлены доказательства несения им бремени содержания спорной квартиры (уплата коммунальных услуг, оплаты налога, заявление о выселении ФИО5 от 05.06.2024). Стороны исполнили договор купли-продажи. Начиная с момента подписания договора до обращения в суд, у истца и ее сына отсутствовали какие-либо требования и претензии к ФИО3, в том числе в части требования к ответчику по осуществлению расчета (оплаты) договора.
Дополнительно представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании пояснил, что в платежном поручении о переводе денежных средств в размере 99 000 руб. отсутствует назначение платежа, сумма перевода не соответствует сумме займа. Вместе с тем между ФИО3 и ФИО1 были дружеские и деловые отношения. У ответчика не было намерения заключать договор займа, он имел намерение купить квартиру, 29.03.2021 договор купли-продажи и был заключен между ФИО1 и ФИО3. Реально исполненная сделка не может быть признана притворной, для признания сделки притворной воли одной стороны недостаточно. В материалах дела отсутствуют доказательства заключения договора займа и передачи денежных средств в качестве займа. В материалы дела не представлены доказательства погашения договора займа посредством работ с использованием предоставленной ФИО5 техники (заявок, счетов, иных документов). Не представлено также доказательств принадлежности техники (крана) ФИО5. Кроме того, представителем ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, ранее допрошенный в качестве свидетеля, ФИО5 суду пояснил, что 29.03.2021 взял в долг у ответчика денежные средства на покупку спецтехники. За неделю до этого он ездил в г. Астрахань, посмотрел технику, оставил задаток, нужно было быстро внести оставшиеся денежные средства. Часть денежных средств ему дали родители, часть – ФИО3. С ответчиком у него на тот момент были дружеские отношения, знакомы с 16 лет, на момент займа не работали вместе. 29.03.2021 в Отделении ПАО Сбербанк по <адрес>, в его присутствии ФИО3 оставил операционисту заявление и передал третьему лицу 1 000 000 руб. наличными, расписка при этом не составлялась. Проценты каждый месяц составляли 50 000 руб., срок возврата – по возможности, сумма процентов для выплат не оговаривалась. Он и ответчик устно договорились о том, что между ними будет заключен договор займа под обеспечение, ответчик настаивал на спорной квартире. Официально он не был трудоустроен, не входил в юридическое лицо, поскольку ранее был раздел имущества. 30.03.2021 третье лицо и ФИО8 уехали в г. Астрахань. ФИО8 участвовал в сделке по приобретению техники, сделка была комбинированная, был перевод и оплата наличными. От третьего лица было оплачено 1 500 000 руб., в договоре купли-продажи была указана другая сумма. Часть денежных средств ему передали родители, 500 000 руб. мама взяла в кредит. Он купил кран, и 4.04.2021, встретившись с ФИО3, отдал ему 200 000 руб. из суммы займа, расписка при этом не составлялась. Ответчик настоял на регистрации договора займа, сказал, что 09.04.2021 необходимо прийти в МФЦ, до этого ответчик по телефону просил копию паспорта матери, третье лицо передало ответчику документы для составления договора (свидетельство, техпаспорт). 09.04.2021 ответчик на сделку не пришел, была его представитель по доверенности. Он не изучал документы, их изучала мама. Мама после этого начала писать расписку на 1 000 000 руб., она знала, что, написав расписку, денег не получит, так как деньги ранее были переданы ему. По факту оказался не договор займа, а договор купли-продажи. Мама составила вторую расписку, так как кадастровая стоимость квартиры была больше, и регистратор посоветовала составить расписку на 1 950 000 руб., чтобы прошла регистрация. Регистратор сама при этом озвучила сумму 1 950 000 руб.. Займ он возвращал два раза: 07.04.2021 при встрече 200 000 руб. наличными (основная сумма займа) и 31.05.2021 посредством перевода ответчику 99 000 руб. (сумма процентов). ФИО3 после этого попросил не делать ему переводы денежных средств, а передавать наличными. Все переговоры по поводу займа велись устно, переписка не велась. Встречаться с ответчиком не получалось, так как ответчик постоянно был в разъездах. В сентябре 2021 года ответчик попросил технику для работы на объекте (пивзавод) для строительства двух ангаров. Он предоставил ответчику 1-2 крана, в том числе приобретенный в Астрахани, которые работали на протяжении двух месяцев. По окончании работ машинисты передали сменные рапорта, которые он в двух экземплярах передал ФИО3 на общую стоимость 800 000 руб., поскольку он попросил, чтобы разобраться. Третье лицо предложил ответчику зачесть в счет займа выполнение работ техникой на общую сумму 800 000 руб.. На тот момент у третьего лица был бизнес с ФИО8, который знал, что общая с ним техника работает у ответчика в счет долга. При встрече с ответчиком в конце 2023 года ФИО3 попросил вернуть займ, на напоминание про выполненные в счет долга работы сказал, что оригиналов документов у него нет, попросил предоставить документы, про квартиру указал, что купил ее у ФИО1. 11.06.2024 сотрудники ЧОП силовым методом принудили его покинуть квартиру. Ремонт в спорной квартире был окончен в 2012 году, стоимость ремонта составила 2 000 000 руб..
Ответчик, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом и своевременно. Ответчик ФИО3, участвуя в предыдущем судебном заседании, против удовлетворения иска возражал, ссылаясь на надлежащее исполнение договора купли-продажи квартиры обеими сторонами.
Суд, выслушав истца, представителей сторон, показания свидетелей, проанализировав материалы дела, приходит к следующим выводам.
Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
В соответствии со статьей 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.
Односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.
Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).
Согласно пункту 1 статьи 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).
Договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).
Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность (статья 550 ГК РФ).
Согласно пунктам 1-3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.
Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.
Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В соответствии с пунктами 1 - 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).
По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именного тех ее условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.
Для признания сделки недействительной по мотиву ее притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также, что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.
Таким образом, по смыслу приведенных норм права, притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от (дата) (свидетельство о государственной регистрации права <адрес> от (дата)).
29.03.2021 ФИО1 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор купли – продажи квартиры, согласно которому ФИО1 продает, а ФИО3 покупает в собственность квартиру, общей площадью 61,4 кв.м., расположенную по адресу: <адрес>, цена договора составила 1 950 000 руб. (пункты 1, 3). Расчет между сторонами произведен полностью, что подтверждается собственноручно составленной истцом распиской от 09.04.2021.
Во исполнение требований статьи 551 ГК РФ заявления на государственную регистрацию поданы в Управление Росреестра по Липецкой области от имени ФИО1 и представителем ответчика по доверенности Свидетель №2 09.04.2021, переход права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, зарегистрирован 22.04.2021 в филиале ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» Липецкой области».
В соответствии с пунктом 1 статьи 556 ГК РФ передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче.
В случае, если иное не предусмотрено законом или договором, обязательство продавца передать недвижимость покупателю считается исполненным после вручения этого имущества покупателю и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.
В пункте 9 договора указано, что передача недвижимости продавцом и принятие покупателем осуществляется по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Продавец передал, а покупатель принял в собственность квартиру, указанную в пункте 1 настоящего договора. Передаваемая квартира покупателем осмотрена, претензий покупатель не имеет. Настоящий договор имеет силу передаточного акта.
ФИО1, обращаясь в суд с исковыми требованиями с учетом изменения к ФИО3 о признании договора купли – продажи от 29.03.2021 между ФИО1 и ФИО3 недействительной (притворной) сделкой и применении последствий её недействительности, ссылалась на то, что договором купли – продажи квартиры была прикрыта другая сделка, а именно договор займа с залогом недвижимости, то есть ФИО3 предоставил ее сыну ФИО5 в заем денежные средства в сумме 1 000 000 рублей под 5% в месяц на срок до полного возврата денежных средств, полученных в заем. Во исполнение условий договора займа ФИО5 передал ФИО3 07.04.2021 наличными без написания расписки 200 000 руб., затем перечислил ФИО3 с карты, принадлежащей ему, 31.05.2021 денежные средства в размере 99 000 руб., а в сентябре - октябре 2021 года предоставил технику – автокраны для производства ФИО3 подрядных работ по возведению двух ангаров, на общую сумму 800 000 руб., согласно нарядам. ФИО5 тем самым хотел побыстрее погасить задолженность перед ФИО3 по договору займа. Договор купли – продажи квартиры 29.03.2021 заключен между ФИО1 (собственником квартиры, матерью ФИО5) и ФИО3 как обеспечение исполнения обязательств по договору займа.
Кроме того, ФИО1 и ее представители в судебном заседании указывали, что, вопреки условиям договора купли – продажи квартиры от 29.03.2021, спорная квартира не была передана в собственность (пользование) ФИО3, на протяжении длительного времени (с апреля 2021 года до июня 2024 года) не пользовался квартирой, не проживал в ней, не был зарегистрирован в спорной квартире, не нес бремя её содержания по оплате коммунальных платежей.
Однако данные объяснения стороны истца опровергаются письменными доказательствами и показаниями свидетелей ФИО10, Свидетель №2.
Так, допрошенная в качестве свидетеля ФИО10 суду показала, что работала специалистом - документоведом в МФЦ в 2021 году. Обстоятельства оспариваемой сделки она не помнит в силу большого количества сделок ежедневно. На сделку купли-продажи должны представить: покупатель – квитанцию об оплате, договор купли-продажи, выписку из ЕГРН, продавец – договор купли-продажи, расписку. Если между сторонами расчет по сделке не произведен, то подается второе заявление – об обременении. Она как документовед не могла диктовать сторонам содержание документов: ни договора купли-продажи, ни расписки. Документовед может посоветовать, чтобы сделка была совершена без обременения, без расписки, разъяснить, что, если не будет расписки, сделка пройдет под обременением. В течение пяти дней можно было приостановить сделку.
Таким образом, указанный свидетель подтвердила порядок подачи и приема документов по общей сложившейся практике в ее работе при приеме документов в МФЦ, оснований полагать, что в рассматриваемом случае было по-другому, по материалам дела не имеется.
Допрошенная в качестве свидетеля Свидетель №2 суду показала, что ее руководитель Свидетель №1 сообщила ей, что будет совершена сделка между ФИО1 и ФИО3. Она как представитель по приходу в МФЦ взяла талон в электронной очереди и подала документы. В ее присутствии и через нее денежные средства не передавались. Договор был подписан двумя сторонами, в ее присутствии была составлена расписка. Она подписывала только заявление. Договор купли-продажи, подписанный сторонами, принес ФИО5, присутствующий на сделке. Ей не известно, кто подготовил договор купли-продажи. Она знакома с ФИО5 по характеру работы. Она представила в окно доверенность, передоверенность, заявление, все остальные документы были переданы ФИО5. Каких-либо вопросов от продавца к ней не было. Документовед читает и просматривает все документы. На сделке документовед поясняла про возможность обременения. Иных расписок ФИО1 не писала. От ФИО1 не было никаких нареканий по оплате по договору. Она по доверенности не имела права на подписание договора. Участвуя как представитель в сделках, она позже приходит одна и получает в другом окне зарегистрированный договор купли-продажи.
Показания свидетеля Свидетель №3 (помощника ФИО3) оплаты цены спорного договора ФИО3 и получения денежных средств ФИО1 не подтверждают, свидетель очевидцем заключения договора, передачи денег от ФИО3 ФИО1 не являлся. Вместе с тем показания данного свидетеля о встрече ФИО3, ФИО5 и ФИО1 в 2021 году не противоречат объяснениям стороны истца о фактическом неполучении ФИО1 денежных средств от ответчика и длительном дружеском и деловом общении ФИО3 и ФИО5.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО4 суду пояснил, что воля ФИО3 была направлена на заключение именно договора купли – продажи спорной квартиры, покупка недвижимости являлась инвестицией, то есть квартира приобреталась им для сдачи в аренду и извлечения прибыли, с его разрешения в квартире проживал ФИО5, с которым у него давние дружеские и деловые отношения, и который, проживая, ежемесячно должен был оплачивать коммунальные платежи. Кроме того, как пояснил представитель ФИО3, между его доверителем и ФИО5 были деловые и дружеские отношения, что никем не отрицалось, в силу чего денежные средства в размере 99 000 руб. и могли быть перечислены последним ответчику на карту. Наличные денежные средства ФИО5 ФИО3 не передавал, в том числе в счет договора займа.
Суд критически относится к доводам стороны истца о том, что денежные средства, перечисленные ФИО5 ответчику 31.05.2021, являются денежными средствами в счет уплаты задолженности по договору займа, заключенному между ФИО5 и ФИО3 ввиду того, что не указано назначение платежа, то есть, что денежные средства перечисляются именно в счет погашения долга по договору займа, учитывая, что сумма платежа носит единичный характер и не соответствует размеру займа в 1 000 000 руб., а также учитывая, что представитель ответчика и третье лицо ФИО5 не отрицали, что между ними имели место другие финансово – хозяйственные отношения и длительные деловые отношения.
Представитель ФИО1 объяснил суду, что приобретение ООО «СК Эталон» крана самоходного КС-6476 09.09.2021, ведение работ на данном кране на территории Боринского пивзавода в сентябре-октябре 2021 года, заключение ФИО1 кредитных договоров 29.03.2021 с ВТБ (ПАО) на 420 315 руб. на 36 месяцев и 01.04.2021 с Банк ГПБ (АО) на 363 000 руб. на 33 месяца на потребительские цели служат косвенными доказательствами заключения именно договора займа 29.03.2021 между ответчиком и ФИО5, однако же, оценив данные доказательства в совокупности, проанализировав отношения с участием сторон и третьего лица ФИО5 и иные доказательства, отсутствие письменных доказательств в подтверждение заявленных доводов, отсутствие трудовых и иных деловых отношений ФИО5 с ООО «СК Эталон», суд не может согласиться с данными доводами. В представленных доказательствах не говорится о заключенном договоре займа 29.03.2021, обеспеченном залогом спорной квартиры, о намерении ФИО1 и ФИО3 заключить именно договор займа, обеспеченный залогом спорной квартиры. Напротив, представленная переписка в мессенджере ватсапп между ФИО5 и ФИО3 с 25.03.2024 по 08.04.2024 свидетельствует о характере правоотношений, правовая природа которых не связана с займом, поскольку упоминания о возврате кем-либо денежных средств не имеется.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО9 в качестве свидетеля суду показал, что является супругом истца и отцом третьего лица ФИО5. В 2021 году сын с компаньоном ФИО8 для расширения бизнеса решили взять еще один кран. Антону на хватало 1 000 000 руб., данные денежные средства он решил взять у ФИО3, с которым знаком более 20 лет и с которым был совместный бизнес. ФИО3 предоставил сыну деньги под 5 % в месяц под обеспечение квартирой. Вопроса о продажи квартиры не ставилось, квартира была после ремонта, купили ее для дочери за 2 200 000 руб. по договору, фактически – за 3 300 000 руб.. Сын перевел на карту ФИО3 100 000 руб., наличными отдал 200 000 руб., расписок не брал, далее гасил проценты. У сына с ФИО3 была устная договоренность, речь шла именно о залоге квартиры. Деньги у ФИО3 занимал сын Антон, но договор подписывала супруга, так как она являлась собственником квартиры. Кроме того, сын оказывал услуги ФИО3 по работе автокрана на строительстве пивзавода в с.Борино в счет погашения долга.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 суду показал, что на протяжении пяти лет по настоящее время работает машинистом автокрана ООО «СК Эталон», ФИО5 и ФИО23 являются его работодателями. Осенью около 4-5 лет назад он работал с коллегами в с.Борино, производились работы по установке металлических ангаров по поручению ФИО5 на автокране с г.р.з. 438 на протяжении 4-5 дней.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО11 суду показал, что он является генеральным директором ООО «СК Эталон» с момента основания в 2014 году. Совместная деятельность с ним в деятельности данного юридического лица осуществляется с весны 2020 года, несмотря на отсутствие юридически оформленных трудовых отношений с ООО «СК Эталон», фактически ФИО5 является учредителем юридического лица, имеет доступ ко всему. Весной 2021 года в г. Астрахани совместно с ФИО5 по комбинированной сделке (часть наличными, часть переводом) за 5 000 000 руб. приобрели автокран. ФИО5 сказал, что денежные средства в размере 1 000 000 руб. взял у друга. Осенью того же года, узнав, что у ФИО5 остался долг, который он может погасить работой крана на объекте, принадлежащем ФИО3, в течение двух месяцев. ФИО5 взял рапорта по работе крана для передачи ФИО3 на проверку. Впоследствии возврат рапортов не контролировал.
Суд критически относится к показаниям свидетелей ФИО12, ФИО13, ФИО11, которые не могут подтвердить доводы истца о заключении с ФИО3 договора займа с залогом, а не договора купли – продажи квартиры, при заключении договора купли – продажи квартиры свидетели не присутствовали, с ФИО3 данные свидетели не знакомы, он не высказывал им свою волю о заключении какого – либо вида договора в отношении объекта недвижимости.
Таким образом, обращаясь в суд 19.04.2024 с исковыми требованиями к ФИО3 о признании договора купли – продажи квартиры притворной сделкой, ФИО1 в обоснование заявленных требований указывает, что оспариваемый договор купли – продажи является недействительной (притворной) сделкой, поскольку денежные средства в размере 1 000 000 руб. в действительности были переданы ФИО3 ФИО5 как займ, в обеспечение исполнения которого был заключен договор залога квартиры, её воля не была направлена на заключение договора купли – продажи квартиры, при его заключении она подразумевала заключение иной сделки: займ с залогом, сделка носила формальный характер, являлась притворной.
При рассмотрении дела представитель ответчика ФИО4 заявил о пропуске ФИО1 срока исковой давности при обращении в суд с настоящим иском.
Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
Течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.
Поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, то именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в действующем гражданском законодательстве избран в качестве определяющего для исчисления срока давности.
Согласно абз. 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 пропущен срок исковой давности для обращения в суд с настоящими требованиями, который начал течь со дня исполнения договора купли – продажи квартиры 09.04.2021, в то время как в суд с настоящими исковыми требованиями ФИО1 обратилась 19.04.2024.
Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий её недействительности, при разрешении спора суд исходит из недоказанности стороной истца того, что воля и действия обоих участников оспариваемого договора купли - продажи были направлены на достижение других последствий, нежели прямо предусмотренных условиями договора, и прикрывали иную волю участников сделки, то есть совокупность представленных доказательств не подтверждает наличие согласованной воли обеих сторон на заключение договора займа с передачей в залог спорной квартиры в качестве обеспечения исполнения обязательств по нему. По форме и содержанию оспариваемая ФИО1 сделка соответствует требованиям норм закона, материального права и надлежащим образом исполнена, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке, то есть ее стороны достигли определенного условиями оспариваемого договора правового результата и цели данного договора.
Кроме того, исходя из положений ГК РФ, договор займа носит реальный характер и считается заключенным лишь с момента фактической передачи заимодавцем заемщику денег или вещей, определяемых родовыми признаками и служащих объектом договора займа.
Договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей (пункт 1 статьи 808 ГК РФ).
Доказательствами фактической передачи заемщику денег или вещей могут служить платежное поручение, расписка о получении денег или иные документы, удостоверяющие передачу денег или иных вещей (например, заверенные копии первичных учетных документов, составляемых сторонами в целях бухгалтерского учета) (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).
Между тем доказательств заключения такого договора и подтверждения передачи по нему денежных средств в материалы дела не представлено.
Кроме того, суд отклоняет доводы ФИО1 о том, что ФИО3 не проживал и не был зарегистрирован в спорной квартире, которую он приобрел как инвестицию в недвижимость с последующей сдачей в аренду либо перепродажей для получения прибыли, не нес бремя ее содержания, стоимость квартиры в 2021 году не соответствует ее рыночной стоимости, является существенно заниженной по сравнению со стоимостью аналогичных объектов недвижимости, является ниже стоимости ее в 2007 году с учетом последующего дорогостоящего ремонта, обращение истца в правоохранительные органы в июне 2024 года и признает необоснованными как не свидетельствующими о притворности сделки. Ответчиком представлены доказательства несения бремени содержания спорной квартиры с конца 2024 года, что не противоречит его доводам и доводам истца об оплате коммунальных ресурсов в период проживания в спорной квартире ФИО5 до середины июня 2024 года.
Вопреки доводам истца о том, что проживание ее сына в спорном жилом помещении и оплата им коммунальных платежей, само по себе не подтверждает притворность сделки, поскольку предоставление жилого помещения для проживания иных лиц является одной из форм распоряжения собственником своим имуществом.
Довод о том, что спорная квартира была приобретена ФИО3 как инвестиция путем сдачи в аренду подтверждается объяснениями истца, которые стороной ответчика не опровергнуты. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих продажу квартиры, значительно ниже ее рыночной стоимости. Кроме того, статья 421 ГК РФ устанавливает для сторон сделки принцип свободы договора. Исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон. Таким образом, стороны договора вправе самостоятельно определить цену сделки.
В подтверждение своей позиции о безденежности договора купли-продажи от 29.03.2021 ФИО1 было представлено заключение специалиста по результатам опроса (психофизиологического исследования) с применением полиграфа от 09.09.2024, которое судом признается несостоятельным, поскольку ГПК РФ не предусматривает законодательной возможности применения полиграфа в гражданском процессе. Данный вид экспертиз является результатом опроса с применением устройства, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям статей 55-56 ГПК РФ. Результаты использования полиграфа при проверке достоверности показаний сторон не могут являться доказательством.
Суд отмечает, что воля продавца ФИО1 была направлена на отчуждение своего имущества - квартиры, а волеизъявление ФИО3 - на приобретение спорной квартиры и оформление ее в свою собственность, доказательств иного в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) стороной истца не представлено, в то время как истец ФИО1 должна была доказать данные обстоятельства. Переход права собственности на недвижимое имущество зарегистрирован в установленном законе порядке.
Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств того, что воля всех участников оспариваемой сделки была направлена на достижение других правовых последствий, нежели продажа квартиры. С учетом изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда через Октябрьский районный суд г. Липецка в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья (подпись) О.В. Лазарева
Мотивированное решение суда составлено 02.06.2025.
Судья Секретарь