Председательствующий Кускова Н.В. (Дело №1-20/2023)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ №22-1095/2023

9 августа 2023 года город Брянск

Брянский областной суд в составе

председательствующего Россолова А.В.,

при секретаре Кондратьевой О.Ю.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Брянской области Глазковой Е.В.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Медведева Р.В.,

потерпевших - гражданских истцов: М.Л.М. (законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего М.Д.Л.), М.В.Л., М.В.И., М.Н.С.,

представителя потерпевшей М.Н.С.- П.И.М.

представителя гражданского ответчика АО «БЗСК» - ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционным жалобам защитника - адвоката Медведева Р.В. в интересах осужденного ФИО1, потерпевших М.В.И., М.В.Л., М.Л.М., М.Н.С., законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего М.Д.Л. - М.Л.М., гражданского ответчика - АО «БЗСК» на приговор Бежицкого районного суда г.Брянска от 30 мая 2023 года, которым

ФИО1,

<данные изъяты> несудимый,

осужден по ч.2 ст.109 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы.

В соответствии со ст.53 УК РФ на осужденного возложены ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования г.Брянск, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; суд обязал ФИО1 являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Исковые требования потерпевших М.Л.М., М.Д.Л., М.В.Л., М.В.И., М.Н.С. удовлетворены частично.

С АО «Брянский завод силикатного кирпича» в счет компенсации причиненного морального вреда в пользу М.Л.М., М.Д.Л., М.В.Л., М.В.И. - каждого из них - взысканы денежные средства в размере 800 000 рублей, в пользу М.Н.С. - 400 000 рублей.

Разрешены вопросы по вещественным доказательствам.

Заслушав доклад председательствующего, выступления: осужденного и его защитника, поддержавших апелляционную жалобу защитника об отмене приговора и оправдании ФИО1; потерпевших - гражданских истцов, законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего и представителя потерпевшей, поддержавших апелляционные жалобы потерпевших и гражданских истцов об усилении наказания и удовлетворении исковых требований в полном объеме; представителя гражданского ответчика об изменении приговора и снижении суммы компенсации морального вреда; мнение прокурора об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в причинении смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Согласно приговору, преступление совершено 15 февраля 2022 года в период времени с 12 часов 30 минут до 13 часов 50 минут в помещении сырьевого отделения цеха обжига извести АО «БЗСК», расположенном по адресу: <...>, при проведении ремонтных работ глиноболтушки «Смидта №1».

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Медведев Р.В., находя приговор суда незаконным и необоснованным, а выводы суда, изложенные в нем, не соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, просит отменить приговор суда, ФИО1 оправдать.

Защитник полагает, что в судебном заседании не нашло своего подтверждения нарушение ФИО1 положений инструкции по охране труда машиниста сырьевого отделения и должностной инструкции машиниста сырьевого отделения, которые по версии обвинения привели к смерти М.Л.С.

Ссылаясь на пункты 2.1.6, 2.1.10, 2.1.11 должностной инструкции и пункты 5, 8 раздела 2 и раздел 4 инструкции по охране труда, утверждает, что ФИО1 выполнил все требования данных инструкций.

Обращает внимание на то, что доводы ФИО1 о том, что непосредственно перед пробным пуском глиноболтушки он убедился в нахождении М.Л.С. на расстоянии 50-60см. от люка, которого достаточно для того, чтобы человек не пострадал при работе глиноболтушки, никакими фактическим данными по делу не опровергаются и никакие фактические данные не указывают, что данные обстоятельства складывались по-иному.

Выводы суда об опровержении показаниями свидетеля Б.Н.В. показаний ФИО1 в указанной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. В ходе допроса Б.Н.В. не сообщила сведения о том, что наблюдала осужденного и М.Л.С. непосредственно перед запуском глиноболтушки и не указала, в каком положении последний находился в момент ее запуска.

Судом не исследовался вопрос, каким образом и в результате каких действий и событий М.Л.С. оказался затянутым в люк с шестерней вала глиноболтушки.

Защитник отмечает, что должностная инструкция машиниста сырьевого отделения и инструкция по охране труда машиниста сырьевого отделения не содержат требований об обеспечении какого-либо расстояния для нахождения людей перед запуском глиноболтушки, в них отсутствуют положения о том, какое минимальное расстояние является для этого безопасным.

Обращает внимание, что в формулировке обвинения отсутствует указание на причинную связь между инкриминируемыми ФИО1 нарушениями и смертью М.Л.С.

Обстоятельства того, каким образом и по каким причинам М.Л.С. попал в непосредственно соприкосновение с рабочим валом, по делу не установлены. При этом не приняты меры по проверке возможного попадания М.Л.С. в зону действия вала глиноболтушки в результате своих неосторожных и небрежных действий, и не получены фактические данные, которые бы достоверно исключали эти обстоятельства.

Защитник полагает, что при таких обстоятельствах, учитывая отсутствие в должностной инструкции машиниста сырьевого отделения и инструкции по охране труда машиниста сырьевого отделения регламентных положений о том, каким образом и при каких условиях должна быть обеспечена безопасная эксплуатация глиноболтушки, какое расстояние до вала глиноболтушки является безопасным и какими мерами должно быть обеспечено исключение нахождения в этой зоне людей, привлечение ФИО1 к уголовной ответственности является необоснованным и незаконным.

Защитник указывает, что вопреки выводам суда, в судебном заседании не получены фактические данные, опровергающие доводы осужденного о том, что он сообщил начальнику цеха Т.А.В. о неисправностях глиноболтушки, а тот в свою очередь, дал ФИО1 и М.Л.С. задание устранить данные неисправности. При этом Т.А.В. не давал никаких указаний, чтобы последние дождались электрика и без него не проводили ремонт. Считает недостоверными показания Т.А.В. о том, что он дал ФИО1 распоряжение ожидать его указаний о видах ремонтных работ с глиноболтушкой и полагает, что у Т.А.В. имелись весомые основания для оговора ФИО1

Защитник обращает внимание на особые мнения четырех членов комиссии по расследованию несчастного случая, в соответствии с которыми, причиной несчастного случая с М.Л.С. явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии со стороны начальника цеха Т.А.В. контроля за проведением работ. При этом Т.А.В. признан первым лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, которые привели к несчастному случаю с М.Л.С. Отмечает, что члены комиссии, выразившие особое мнение, не являются сотрудниками АО «БЗСК», то есть являются лицами, не заинтересованными в выводах по результатам расследования несчастного случая, тогда как оставшиеся пять членов комиссии являются сотрудниками АО «БЗСК», заинтересованными в результатах расследования. В частности, член комиссии Р.П.В. на момент несчастного случая и проведения расследования являлся начальником отдела охраны труда и промышленной безопасности, то есть лицом, ответственным за обеспечение исполнения правил охраны труда при производстве работ, и был заинтересован в том, чтобы по результатам расследования не были установлены нарушения правил охраны труда со стороны руководителей и ИТР предприятия.

По мнению защитника, приведенные обстоятельства указывают на заинтересованность представителей АО «БЗСК» в таких результатах расследования несчастного случая с М.Л.С., при которых вина за произошедший с последним несчастный случай легла на рядовых работников предприятия, в том числе самого погибшего М.Л.С.

В апелляционных жалобах потерпевшие и гражданские истцы: М.В.И. (мать погибшего), М.Л.М. (жена погибшего, законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего М.Д.Л.), М.В.Л. (сын погибшего), М.Н.С. (сестра погибшего), не оспаривая виновности и квалификации действий ФИО1, считают назначенное осужденному наказание в виде ограничения свободы чрезмерно мягким, не соответствующим целям ст.43 УК РФ, просят изменить приговор суда, назначить ФИО1 наказание в виде реального лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, а также полностью удовлетворить их требования в части компенсации морального вреда.

В обоснование своих жалоб потерпевшие и гражданские истцы указывают, что судом необоснованно не признано в качестве отягчающего наказание обстоятельства - совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Полагают, что судом в основу приговора необоснованно положены показания самого осужденного, свидетелей Т.А.В., Х.А.Л., Л.А.А., пояснивших о том, что ФИО1 в рабочее время до происшествия не находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку данные свидетели являются работниками АО «БЗСК» и явно заинтересованы в исходе дела.

Вместе с тем, судом не учтены первоначальные показания свидетеля Т.А.В. (<данные изъяты>), согласно которым после произошедшего ФИО1 по внешним признакам находился в состоянии алкогольного опьянения, из его рта исходил резкий запах алкоголя, а также свидетеля П.М.В., проводившего освидетельствование ФИО1 на состояние опьянения на территории завода, по результатам которого последний находился в состоянии алкогольного опьянения (0,333мг/л).

Обращают внимание, что судом оставлены без внимания показания свидетеля Н.В.А., из которых следует, что состояние алкогольного опьянения - 0,333мг/л выдыхаемого воздуха, не могло быть вызвано употреблением успокоительных капель (корвалол, боярышник, пустырник, валерьяна по 15 капель каждых, а в общем 60 капель), что опровергает утверждения ФИО1 об употреблении им медикаментов успокоительного действия (седативных препаратов).

Кроме этого, согласно заключению АО «БЗСК» по материалам служебной проверки по факту несчастного случая на производстве, причиной несчастного случая явилось грубое нарушение должностной инструкции машинистом сырьевого отделения ФИО1, а именно п.2.1.9 в части соблюдения требований инструкции по охране труда, трудовой, производственной дисциплины, выразившееся в нахождении на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Аналогичные сведения содержатся в Акте №1 о несчастном случае на производстве от 16.02.2022 года, что также не было учтено судом. При этом, указанные выводы комиссии не оспаривались и не опровергнуты иными материалами дела.

Также обращают внимание, что приведенные выше доказательства, устанавливающие нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения, непосредственно исследовались в судебном заседании государственным обвинителем и указаны в обвинительном заключении как доказательства, подтверждающие обвинение ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления.

Судом не приведены мотивы необоснованного снижения размера присужденной им компенсации морального вреда, при том, что представители гражданского ответчика ФИО2 и К.Д.В. фактически иск признали в полном объеме. Полагают, что при определении размера компенсации морального вреда каждому из потерпевших, суд принимал решение без учета имеющейся причинной связи между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, формой и степенью вины причинителя вреда, а также полноты мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Степень и форма вины гражданского ответчика подтверждается исследованными в ходе судебного следствия доказательствами, которые признаны судом допустимыми.

Указывают, что сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и должна компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Определенный судом размер компенсации при учете продолжающихся переносимых нравственных и физических страданий, а также невозможности их устранения с учетом смерти близкого человека, а также осуществлением ухода за престарелой матерью-инвалидом, считают необоснованно заниженным.

В апелляционной жалобе генеральный директор ООО «Управление ИЦА» Ф.А.Л., управляющей организации АО «БЗСК» просит изменить приговор суда в части удовлетворения исковых требований потерпевших, снизить до разумных пределов размер взыскания с АО «БЗСК» в пользу каждого из них денежных средств в счет компенсации причиненного морального вреда, а также исключить из описательно-мотивировочной части приговора ошибочное указание о том, что представители гражданского ответчика АО «БЗСК» К.Д.В. и ФИО2 исковые требования признали, что опровергается представленными возражениями на исковые требования.

Полагает, что судом первой инстанции необоснованно завышен размер компенсации морального вреда, причиненного потерпевшим.

Выводы суда относительно частичного удовлетворения заявленных потерпевшими гражданских исков не соответствуют обстоятельствам дела, поскольку не признавались представителями АО «БЗСК» и изначально оспаривались в части размеров заявленных сумм компенсации морального вреда, на что было указано в возражениях на гражданские иски по уголовному делу, которые были приняты судом и приобщены к материалам дела.

Приводя обстоятельства произошедшего с М.Л.С. несчастного случая, ссылаясь на нарушения ФИО1 требований инструкций, указывает, что действия (бездействие) Т.А.В. не находятся в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем с М.Л.С., поскольку Т.А.В. были соблюдены все требования должностной инструкции в части информирования ФИО1 и М.Л.С. о том, как, когда и в какой последовательности им будет принято решение о необходимости производства технического обслуживания и (или) ремонта оборудования, и именно действия ФИО1 находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем.

По мнению гражданского ответчика, решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд не учел и не выполнил требований закона и разъяснений, содержащихся в п.17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», ограничившись лишь дословным перечислением общих правовых норм, регулирующих отношения по возмещению ущерба и компенсации морального вреда (ст.ст.151, 1064, 1068 ГК РФ), что привело к необоснованному игнорированию судом обязательных положений п.2 ст.1083 ГК РФ, нарушению прав и законных интересов АО «БЗСК».

В возражениях на апелляционную жалобу защитника - адвоката Медведева Р.В. государственный обвинитель Бурчак Ю.В., находя приговор суда законным и обоснованным, а назначенное осужденному наказание справедливым, просит оставить приговор суда без изменения, а апелляционную жалобу защитника без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы защитника - адвоката Медведева Р.В., потерпевших М.В.И., М.В.Л., М.Л.М., М.Н.С., законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего М.Д.Л. - М.Л.М., представитель АО «БЗСК» адвокат К.А.А., ссылаясь на отсутствие законных оснований для увеличения размера компенсации морального вреда потерпевшим, полагая, что она подлежит снижению, указывая, что помимо присужденных судом к взысканию с работодателя денежных сумм ФИО1 дополнительно уже перевел потерпевшим порядка 50 000 рублей (почтовые переводы на всех), что ими не оспаривалось, принято и должно быть учтено судом апелляционной инстанции, просит оставить жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела и доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого приговора.

Судебное разбирательство по уголовному делу проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в инкриминированном ему преступлении основаны на достаточной совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, надлежащим образом мотивированы и не вызывают сомнений.

Исследованные судом показания подсудимого ФИО1, свидетелей - очевидцев происшествия, в частности Б.Н.В., Т.А.А., Х.А.Л. и Р.П.В., требования должностной инструкции и инструкции по охране труда ФИО1, как машиниста сырьевого отделения цеха обжига извести, результаты осмотра места происшествия, заключение судебно-медицинской экспертизы трупа в совокупности с другими доказательствами по делу подтверждают указанные в приговоре фактические обстоятельства причинения смерти по неосторожности потерпевшему М.Л.С. при осуществлении ремонта глиноболтушки, вследствие несоблюдения осужденным правил безопасности, закрепленных в должностной инструкции машиниста сырьевого отделения цеха обжига извести, утвержденной исполнительным директором АО «БЗСК» 07.06.2021 года.

По обстоятельствам дела, ФИО1, являясь машинистом сырьевого отделения цеха обжига извести и прошедший стажировку (обучение) по программе обучения по охране труда для данной профессии, в нарушение п.2.1.11 своей должностной инструкции по собственной инициативе, вопреки указаниям начальника цеха Т.А.А. о совместном со специалистами осмотре глиноболтушки «Смидта №1» на предмет ее исправности, производя текущий ремонт указанной глиноболтушки, не убедившись при этом в нахождении М.Л.С. на безопасном расстоянии от вала привода глиноболтушки, осуществил ее запуск, в результате чего последнему была причинена сочетанная тупая травма головы, туловища и конечностей, повлекшая его смерть на месте происшествия.

Вопреки утверждениям стороны защиты, каких-либо оснований для оговора осужденного свидетелем Т.А.В., как и наличие личной заинтересованности в привлечении ФИО1 к уголовной ответственности, судом правомерно не установлено.

Положенные в основу обвинительного приговора показания свидетелей последовательны и согласуются между собой по всем значимым обстоятельствам уголовного дела.

Все представленные сторонами доказательства оценены судом в приговоре в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ.

Действия осужденного ФИО1, с учетом установленных обстоятельств содеянного, правильно квалифицированы судом по ч.2 ст.109 УК РФ, как причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей.

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 43, 60, 61 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им неосторожного преступления, относящегося к преступлениям небольшой тяжести, данных о его личности, влияния назначенного наказания на исправление и на условия жизни его семьи, всех имеющихся смягчающих наказание обстоятельств, которыми обоснованно признаны наличие малолетнего ребенка, добровольное возмещение денежных средств каждому потерпевшему на общую сумму 50 000 рублей, состояние его здоровья, а также состояние здоровья его матери, являющейся инвалидом.

Вопреки доводам апелляционных жалоб потерпевших, суд обоснованно не признал, что ФИО1 в момент происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения, поскольку это опровергается, как показаниями самого осужденного ФИО1, так и показаниями свидетелей Т.А.А., Х.А.Л. и Л.А.А. о том, что ФИО1 по внешним признакам был трезв.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционных жалоб потерпевших о том, что суд необоснованно не учел результаты медицинского освидетельствования ФИО1, выявившего у него признаки алкогольного опьянения (0,333 мг/л выдыхаемого воздуха).

По обстоятельствам дела после происшествия в связи с психоэмоциональным состоянием ФИО1 ему были даны для приема успокоительные препараты, в том числе спиртосодержащие настойки.

Принимая во внимание, что медицинское освидетельствование ФИО1 было проведено спустя примерно пять часов после происшествия, утверждать, что он находился в состоянии алкогольного опьянения в момент происшествия, учитывая несвоевременность медицинского освидетельствования и показания вышеуказанных свидетелей, у суда не имелось.

Принимая во внимание, что ФИО1 по неосторожности впервые совершено преступление небольшой тяжести, при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, в силу ч.1 ст.56 УК РФ законных оснований для назначения ему наказания в виде лишения свободы не имеется.

Назначенное осужденному наказание в виде 1 года 6 месяцев ограничения свободы, с возложением указанных в приговоре ограничений и обязанностей, соответствует требованиям уголовного закона, признать его несправедливым и чрезмерно мягким оснований не имеется.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционных жалоб потерпевших - гражданских истцов и гражданского ответчика о том, что судом неверно разрешены гражданские иски, что размер взысканий, по мнению потерпевших, необоснованно занижен, а, по мнению представителя АО «БЗСК», напротив, неправомерно завышен.

В данном случае размер компенсации морального вреда был определен судом в соответствии с требованиями ст.151, ч.1 ст.1064 и ст.1068 ГК РФ, с приведением мотивов принятого решения, с которым суд апелляционной инстанции соглашается.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтены характер нравственных страданий потерпевших, перенесенных ими в связи с потерей близкого родственника, фактические обстоятельства, при которых был причинен вред, требования разумности и справедливости.

Суммы взыскиваемой компенсации определены с учетом ранее добровольно выплаченных ответчиком потерпевшим денежных средств, о чем суду было известно.

Доводы апелляционной жалобы гражданского ответчика - АО «БЗСК» о том, что судом при разрешении иска не приняты во внимание положения ст.1083 ГК РФ, не учтено, что причиной происшествия стала грубая неосторожность самого пострадавшего, являются несостоятельными, поскольку судом установлена вина в происшествии ФИО1 - работника этого предприятия при исполнении своих трудовых обязанностей и компенсация морального вреда определена и обоснованно взыскана судом с предприятия, с учетом законодательно установленных критериев, применительно к конкретным обстоятельствам дела.

При этом в приговоре, вопреки доводам апелляционной жалобы гражданского ответчика, верно отражена и позиция ее представителей, которые признавали обоснованность исковых требований, заявленных к предприятию в связи с причинением вреда его работником при исполнении своих трудовых обязанностей, не соглашаясь с суммой требуемой компенсации.

В соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального закона судом первой инстанции в приговоре разрешены и иные вопросы, в том числе касающиеся меры пресечения и вещественных доказательств.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения поданных на приговор апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Бежицкого районного суда г.Брянска от 30 мая 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения.

Апелляционные жалобы защитника - адвоката Медведева Р.В. в интересах осужденного ФИО1, потерпевших М.В.И., М.В.Л., М.Л.М., М.Н.С., законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего М.Д.Л. - М.Л.М. и гражданского ответчика АО «БЗСК», - оставить без удовлетворения.

Приговор и апелляционное постановление могут быть обжалованы в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции через Бежицкий районный суд г.Брянска в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В. Россолов