Судья Монина О.И. № 33-3562/2023
№ 2-207/2022
64RS0047-01-2021-006570-46
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
14 сентября 2023 года город Саратов
Судебная коллегия по гражданским делам Саратовского областного суда в составе:
председательствующего Колемасовой В.С.,
судей Постникова Н.С., Шайгузовой Р.И.,
при секретаре судебного заседания Боковой А.В.,
с участием прокурора Новопольцевой Ж.Б.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу ограниченной ответственностью «ЭСТЕТ-ДЕНТ» о возмещении ущерба, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Октябрьского районного суда города Саратова от 22 декабря 2022 года, которым исковые требования удовлетворены частично.
Заслушав доклад судьи Колемасовой В.С., объяснения третьего лица ФИО2, ее представителя ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО4, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшей решение суда законным и обоснованным, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, возражений относительно апелляционной жалобы, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «ЭСТЕТ-ДЕНТ» о возмещении убытков, причиненных в результате некачественного оказания медицинских услуг, в размере 84950 руб., взыскании компенсации морального вреда, оцененного в 100000 руб., штрафа.
В обоснование требований указано, что 23 июня 2021 года между ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» (исполнителем) и ФИО1 (пациентом, заказчиком) заключен договор об оказании медицинских услуг №, согласно условиям которого ответчик обязался оказать платные медицинские стоматологические услуги, истцом обязательства по оплате услуг исполнены. В ходе проведения лечения ответчиком были допущены нарушения правил и стандартов оказания медицинской помощи, некачественное оказание медицинской услуги повлекло для истца неблагоприятные последствия в виде удаления зуба в иной клинике.
Решением Октябрьского районного суда города Саратова от 22 декабря 2022 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.
С ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» в пользу ФИО1 взысканы компенсация морального вреда в размере 30000 руб., штраф – 15000 руб.
В удовлетворении остальной части иска отказано, распределены судебные расходы.
Не согласившись с решением суда, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить в части удовлетворения исковых требований и распределения судебных расходов, принять по делу новое решение. Автор жалобы не согласна с выводом суда о причинении истцу морального вреда в виде болевого синдрома вследствие проведенного лечения, поскольку последующее лечение врачами ООО Фирмы «Практик» не могло быть осуществлено при наличии воспалительного процесса и раздражительности периапикальных тканей зуба.
ФИО2 в суде апелляционной инстанции пояснила, что апелляционную жалобу подала как третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, в том же статусе участвует в судебных заседаниях.
В возражениях относительно апелляционной жалобы истец и прокурор полагают решение суда законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.
Сторонами решение суда не обжаловано, в том числе истцом в части отказа в удовлетворении исковых требований.
Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представили, в связи с чем судебная коллегия, учитывая положения статьи 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в обжалуемой части в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, возражениях относительно апелляционной жалобы (часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В статье 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи.
Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (статья 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.
Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, беспомощности, переживания в связи с утратой родственников, другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.
По общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).
Моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ).
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда; последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 23 июня 2021 года между ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» (исполнителем) и ФИО1 (пациентом) заключен договор об оказании медицинских услуг №, согласно условиям которого ответчик обязался оказать медицинские услуги по стоматологии, истцом произведена оплата услуг в полном объеме.
21 июня 2021 года ФИО1 обратилась в ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» с жалобами на «<данные изъяты>» с целью лечения и дальнейшего рационального протезирования № зуба.
Медицинские услуги оказывала ФИО1 врач стоматолог-терапевт ФИО2, диагноз был поставлен неполно. В период лечения ФИО1 в ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» ей были оказаны различного типа и видов медицинские услуги в отношении анатомо-функциональной области «<данные изъяты>» по медицинской специальности «<данные изъяты>» (в соответствии с приказом Минздрава РФ от 13 октября 2017 года № 804н «Об утверждении номенклатуры медицинских услуг»).
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
29 июня 2021 года ФИО1 была рекомендована установка «<данные изъяты>, которые не были проведены в клинике ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ».
02 июля 2021 года ФИО1, имевшая жалобы на болевой синдром, обратилась в ООО Фирму «Практик» с жалобами на «<данные изъяты>». По результатам проведенных осмотров и оценки результатов рентгенологических исследований пациентке были установлены диагнозы «<данные изъяты>, ФИО1 рекомендовано: <данные изъяты>.
<дата> в ООО Фирме «Практик» произведена <данные изъяты> ФИО1
Поскольку судом первой инстанции были назначены судебные экспертизы, проведенные с нарушением порядка привлечения экспертов, установленного статьей 15 Федерального закона от <дата> № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», апелляционным определением судебной коллегии от <дата> по настоящему делу назначена повторная судебная экспертиза, согласно заключению которой № от 01 июня – <дата> в ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» диагноз «<данные изъяты>» ФИО1 была установлен правильно, но неполно – в диагнозе не указано <данные изъяты>. В процессе проведенного эндодонтического лечения <данные изъяты>
В дальнейшем при пломбировке корневых каналов имел место <данные изъяты> что является дефектом эндодонтического лечения.
<данные изъяты>
Эксперты пришли к выводу, что в период лечения ФИО1 в ООО «ЭСТЕТ-ДЕНТ» с <дата> по <дата> имелся дефект эндодонтического лечения – <данные изъяты>, при отсутствии объективных данных, подтверждающих неблагоприятные последствия у ФИО1, находящиеся в прямой причинно-следственной связи с дефектом оказания медицинской помощи ответчиком, в том числе в виде <данные изъяты>.
Эксперты, состоящие в штате экспертного учреждения, подготовившие заключение судебно-медицинской экспертизы № от 01 июня – <дата>, К.А.Э., К.Е.А. по ходатайствам лиц, участвующих в деле, были подробно допрошены в судебном заседании судебной коллегии, подтвердили выводы, изложенные в заключении повторной судебной экспертизы.
Заключение повторной судебной экспертизы оценивается судебной коллегией как достоверное и допустимое доказательство, подтверждающее наличие оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу истца с ответчика, чьим работником были оказаны ФИО1 некачественные медицинские услуги, при недоказанности отсутствия его вины; эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, исследовали в полном объеме материалы дела и представленную медицинскую документацию, их выводы понятны, ясны и мотивированы, основаны на научных знаниях и используемой литературе.
Заключение комиссии экспертов соответствует требованиям закона и участвующими в деле лицами не оспорено, как и не оспорены ими показания экспертов.
Анализ фактических обстоятельств дела, вышеизложенных норм материального права, оценка совокупности доказательств по правилам статьи 67 ГПК РФ позволяют судебной коллегии вопреки доводам апелляционной жалобы прийти к выводам о том, что решение суда, которым исковые требования ФИО1 были частично удовлетворены и взысканы с ответчика, некачественно оказавшего истцу платные медицинские услуги, компенсация морального вреда и штраф на основании статьи 13 Закона РФ от 07 февраля 2002 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», подлежит оставлению без изменения.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца суд первой инстанции обоснованно принял во внимание обстоятельства, при которых были некачественно оказаны медицинские услуги, в том числе связанные с неполнотой поставленного диагноза, характер и объем причиненных истцу нравственных страданий, ее индивидуальные особенности, а также стадию причинения вреда, степень вины медицинского работника.
Суд апелляционной инстанции учитывает, что требования о компенсации морального вреда правомерно заявлены истцом, т.к. доказано, что имеют место нарушения прав гражданина в сфере охраны здоровья, ненадлежащее оказание медицинской помощи, поскольку истцу причинены нравственные, физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично ей неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанном случае объективно выражается в переживаниях в связи неполнотой поставленного диагноза вследствие некачественного оказания медицинской помощи, болевыми ощущениями, непринятием всех возможных мер для оказания пациенту необходимой помощи, переживаниях, обусловленных необходимостью обращению в иную стоматологическую клинику.
При указанных обстоятельствах взыскание компенсации морального вреда в размере 30000 руб., как полагает судебная коллегия, является разумным, выступает справедливой компенсаций за некачественно оказанные ФИО1 медицинские услуги ответчиком.
Оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда и штрафа по доводам апелляционной жалобы третьего лица судебная коллегия не усматривает.
Кроме того, судом первой инстанции расходы по проведению судебных экспертиз взысканы со сторон в равных долях, исходя из результата рассмотрения дела по заявленным требованиям имущественного и неимущественного характера, что соответствует положениям статей 85, 94, 98 ГПК РФ, разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».
Вопреки доводам апелляционной жалобы судебная коллегия считает, что суд правильно определил обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, дал им надлежащую правовую оценку, постановил законное и обоснованное решение. Все доказательства по делу судом оценены в соответствии с правилами статей 55, 67 ГПК РФ. Повода для их иной оценки судебная коллегия не усматривает. Доказательств, опровергающих выводы суда, автором жалобы в суд апелляционной инстанции не представлено.
Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению данного дела, в том числе и тех, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе, судом не допущено.
Таким образом, решение Октябрьского районного суда города Саратова от 22 декабря 2022 года по настоящему делу подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
решение Октябрьского районного суда города Саратова от 22 декабря 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 21 сентября 2023 года.
Председательствующий
Судьи