Судья Забора А.В. Дело № 33-4596/2023 (№ 2-53/2023)

УИД 86RS0003-01-2022-0011339-77

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

11 июля 2023 года г. Ханты-Мансийск

Судебная коллегия по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе:

председательствующего судьи Ишимова А.А.,

судей Евтодеевой А.В., Максименко И.В.,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарём Щербина О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Администрации Нижневартовского района о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Администрации Нижневартовского района на решение Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22.03.2023.

Заслушав доклад судьи Евтодеевой А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, объяснения представителя ответчика ФИО2, поддержавшую доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Лаптевой Е.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Администрации Нижневартовского района о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.

В обоснование исковых требований указывала, что с 01.07.2002 по 20.08.2013 работала в Администрации Нижневартовского района в должностях начальника отдела по оформлению разрешительной документации на строительство и ввод объектов и ведущего специалиста муниципальной службы в отделе ведения информационной системы и градостроительства управления архитектуры и градостроительства. 11.03.1999 при возвращении из служебной командировки автомобиль пассажиром которого она являлась, попал в дорожно-транспортное происшествие, в связи с чем ей был причинен вред здоровью <данные изъяты>. В результате производственной травмы при исполнении трудовых обязанностей ей установлена утрата профессиональной трудоспособности <данные изъяты> инвалидности. Также ФИО1 указывала, что в связи с несчастным случаем на производстве до настоящего времени переносит физическую боль, которая не прекращается и нравственные страдания в связи с потерей здоровья и работы по профессии.

В возражениях на исковое заявление Администрация Нижневартовского района с требованиями истца не согласилась и указала, что решением суда от 16.08.1999 дана оценка обстоятельствам дела, установлена степень вины (ФИО)6, с которого в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взысканы денежные средства в размере 20 000 руб. Полагает, что выводы судебно-медицинской экспертизы свидетельствуют о том, что имеющиеся у истца заболевания <данные изъяты> также состоят в прямой причинно-следственной связи с <данные изъяты>, но не являются следствием травмы. Ухудшение состояния здоровья истца в последующем связано с заболеванием, причиной которого наряду с последствиями травмы от 11.03.1999 являются иные заболевания, в настоящее время установить вред здоровью, вызванный только последствиями травмы без учета других патологических состояний невозможно. Полагает, что в действиях истца имеется грубая неосторожность, поскольку она могла определить состояние легкого алкогольного опьянения водителя (ФИО)6 и в целях предупреждения наступивших последствий отказаться от поездки, сообщив об этом работодателю.

Решением Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.03.2023 исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С Администрации Нижневартовского района в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 400 000 руб.

В апелляционной жалобе Администрация Нижневартовского района просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что судом при вынесении решения не принято во внимание то обстоятельство, что до трудоустройства в Администрацию Нижневартовского района у истца имелись проблемы со здоровьем, поскольку основанием для увольнения с предыдущего места работы являлся уход на пенсию по инвалидности, а также не учтено реализация истцом права на компенсацию морального вреда судебным решением от 16.08.1999. Выражает несогласие с выводом суда о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с имеющимся у истца заболеванием, вызванным полученной травмой, поскольку исходя из выводов судебно-медицинской экспертизы причиной возникновения и развития <данные изъяты> явились имевшиеся заболевания. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции произвел дополнительное взыскание морального вреда за травму, которая явилась одной из причин развития заболеваний истца, что действующим законодательством не предусмотрено. Считает, что судом принято решение в отношении лица, не привлеченного к участию в деле, что в силу статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для безусловной отмены решения суда. Считает, несостоятельным вывод суда об отсутствии у истца специальных познаний для определения состоянии опьянения водителя, поскольку при любой степени алкогольного опьянения человека, как правило, наблюдается запах спиртного изо рта.

Представитель ответчика Администрации Нижневартовского района ФИО2, действующая на основании доверенности в судебном заседании суда апелляционной инстанции на доводах апелляционной жалобы настаивала.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1 не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, доказательств, подтверждающих уважительность неявки в судебное заседание суда апелляционной инстанции не представила.

Судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Прокурор Лаптева Е.В. в заключении указала, что решение суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобе ответчика отмене не подлежит.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов апелляционной жалобы.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом установлено, что истец ФИО1 в период с 16.05.1995 по 20.08.2013 состояла в трудовых отношениях с Администрацией Нижневартовского района, что подтверждается трудовой книжкой (л.д. 20-30).

11.03.1999 при возвращении из служебной командировки из п. Вахтовска на автомобиле Тойота Камри, гос. номер (номер) под управлением (ФИО)8, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пассажиру ФИО1 причинены телесные повреждения <данные изъяты>.

В связи с полученной травмой ФИО1 в период с 16.03.1999 по 30.03.1999 находилась на лечении в отделении плановой хирургии МУ «ГТМО №1» (л.д. 12).

Факт несчастного случая был расследован, оформлен и учтен ответчиком в установленном законом порядке.

В соответствии с актом о несчастном случае на производстве от 12.04.1999 № 4 причиной несчастного случая на производстве является неправильный выбор скорости автотранспортного средства в связи с пониженной реакцией, вызванной нахождением водителя (ФИО)6 в состоянии легкой степени опьянения (1 промилле). Лицом, допустившим нарушение требований по охране труда признан директор <данные изъяты> (ФИО)8 (водитель), нарушивший пункты 10.1 и 2.7 Правил дорожного движения (л.д. 9-11).

В соответствии со справками МСЭ от 18.05.2007 №№0004168120, 0483721 ФИО1 установлены инвалидность <данные изъяты> и степень утраты трудоспособности в размере <данные изъяты> бессрочно (л.д. 54, 55).

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 27.09.2021 следует, что основным заболеванием, обусловленным прямыми последствиями страхового случая ФИО1, является «<данные изъяты> <данные изъяты> <данные изъяты> (л.д. 16-19).

Решением Нижневартовского районного суда от 16.08.1999 с (ФИО)8 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. (л.д.13-15).

Обращаясь с иском в суд ФИО1 указывала, что в связи с несчастным случаем на производстве и полученной травмой она не может вести активный образ жизни, до настоящего времени испытывает физическую боль, у неё повышается артериальное давление и сердцебиение, начинается головная боль в лобно-височных областях, затылочной области, двоение в глазах, шум в голове, периодически возникают боли в шейном отделе позвоночника, отдающие в затылочную область, поясничном отделе позвоночника, усиливающиеся при незначительной физической нагрузке, чувство онемения и слабость в дистальных отделах конечностей, шаткость при ходьбе, снижение памяти на текущие события.

Разрешая спор и руководствуясь статьями 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» статьями 4, 5 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденными Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24.12.1992 N 4214-1, суд первой инстанции пришел к выводам о наличии в действиях Администрации Нижневартовского района вины в причинении ФИО1 вреда здоровью средней степени в связи с необеспечением безопасных условий труда и допуском выезда работника в служебную командировку на привлеченном автотранспорте и оснований для взыскания компенсации морального вреда.

При определении размера морального вреда, суд первой инстанции учел индивидуальные особенности истца, возраст ФИО1, тяжесть полученной травмы и наступивших последствий, находящихся в прямой причинно-следственной связи с повреждением здоровья в дорожно-транспортном происшествии 1999 года, отсутствие грубой неосторожности, характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, необходимость пожизненной реабилитации, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем, взыскал в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 400 000 руб.

Оснований не согласиться с выводами суда первой у судебной коллегии не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемом решении, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суд дал оценку в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 139 КЗоТ РФ на всех предприятиях, в учреждениях, организациях создаются здоровые и безопасные условия труда.

Согласно статье 159 КЗоТ РФ вред, причиненный работникам в результате несчастных случаев или профессиональных заболеваний при исполнении ими своих трудовых обязанностей, возмещается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу статей 2, 3, 5 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденными Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 24.12.1992 N 4214-1 (действовавших в момент получения истцом трудового увечья) работодатель несет материальную ответственность за вред, причиненный здоровью рабочих, служащих, членов колхозов и других кооперативов, гражданам, работающим по гражданско-правовым договорам подряда и поручения, трудовым увечьем, происшедшим как на территории работодателя, так и за ее пределами, а также во время следования к месту работы или с работы на транспорте, предоставленном работодателем (статья 3 Правил). Трудовое увечье считается наступившим по вине работодателя (часть вторая статьи 3 Правил), если оно произошло вследствие необеспечения им здоровых и безопасных условий труда (несоблюдение правил охраны труда, техники безопасности, промышленной санитарии и т.п.). Доказательством ответственности работодателя за причиненный вред, а в случаях, предусмотренных частью второй статьи 3 Правил, и доказательством его вины могут служить документы и показания свидетелей, в частности: акт о несчастном случае на производстве; приговор, решение суда, постановление прокурора, органа дознания или предварительного следствия; заключение государственного инспектора по охране труда либо других должностных лиц (органов), осуществляющих контроль и надзор за состоянием охраны труда и соблюдением законодательства о труде, о причинах повреждения здоровья; медицинское заключение о профессиональном заболевании; решение о наложении административного или дисциплинарного взыскания на должностных лиц; решение регионального (отраслевого) отделения Фонда социального страхования о возмещении работодателем бюджету государственного социального страхования расходов на выплату работнику пособия по временной не

В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов.

В соответствии с частью 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно пункту 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд в силу статьи 21 (абзац 14 части 1) и статьи 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Поскольку вред здоровью ФИО1 был причинен при исполнении ею трудовых обязанностей в результате несчастного случая на производстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возложении на Администрацию Нижневартовского района обязанности по возмещению истцу морального вреда.

Обстоятельств, освобождающих ответчика в силу закона от ответственности за вред, причиненный здоровью работника, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Согласно статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы

При этом, согласно пункту 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно выпискам из амбулаторных карт и выписным эпикризам ФИО1 на протяжении 2017, 2018, 2019, 2021, 2022 годов проходила лечение, в том числе, в связи с производственной <данные изъяты> травмой, среди прочих установлен диагноз <данные изъяты> (л.д. 31-53).

С целью определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 11.03.1999, влияния производственной травмы на состояние здоровья в настоящее время, а также установления заболеваний явившихся следствием травмы, определением Нижневартовского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 13.10.2022 по гражданскому делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Из заключения экспертов КУ ХМАО-Югры «Бюро СМЭ» Отдел особо сложных экспертиз от 05.12.2022 № 604 следует, что из имеющихся у ФИО1 на апрель 2022 года заболеваний, полученная 11.03.1999 травма в виде <данные изъяты>, имела значение для возникновения и развития <данные изъяты>, в формировании которой так же участвовали <данные изъяты>. То есть, между травмой от 11.03.1999 и <данные изъяты> имеется прямая причинно-следственная связь. Травма не являлась единственной причиной для развития <данные изъяты>. <данные изъяты> так же состоят в прямой причинно-следственной связи с развитием <данные изъяты>, но не являются следствием травмы. <данные изъяты> у ФИО1 сопровождается характерной <данные изъяты> симптоматикой (<данные изъяты>), снижающей общее качество жизни. По имеющимся в материалах дела данным ФИО1 регулярно проходит амбулаторное, стационарное, санаторно-курортное лечение в связи с имеющимися у нее заболеваниями. По мнению экспертной комиссии данное лечение истцу показано и необходимо, сопровождается формированием ремиссии, что улучшает общее качество жизни. При этом, последствия травмы от 11.03.1999 являются лишь одной из множества причин, приводящих к ухудшению здоровья пациентки, в то время как лечение и реабилитация рассчитываются с учетом всех имеющихся заболеваний. Ухудшение состояния здоровья ФИО1, по мнению экспертов, в последующем связано с заболеванием, причиной которого наряду с последствиями травмы от 11.03.1999 являются иные заболевания. В настоящее время установить вред здоровью, вызванный только последствиями травмы, без учета других патологических состояний, невозможно (л.д. 80-84).

Поскольку заключение экспертов от 05.12.2022 № 604 соответствует предъявляемым законом требованиям, содержит детальное описание проведенных исследований, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно принял его в качестве относимого и допустимого доказательства по делу.

Определяя компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., суд первой инстанции, в полной мере учел обстоятельства дела, в том числе, индивидуальные особенности и возраст истца, тяжесть полученной травмы и наступивших последствий, характер и степень физических и нравственных страданий истца в связи с полученной травмой, длительность лечения, и изменившийся образ жизни, а также принципы разумности и справедливости.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает, что размер компенсации морального вреда определен судом первой инстанции правильно, с учетом юридически значимых обстоятельств, влияющих на размер компенсации морального вреда. Взысканная судом сумма компенсации морального вреда является соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости, соразмерности установленной судом компенсации последствиям нарушения прав, при этом судом соблюден баланс интересов сторон.

Доказательств вины ФИО1 и её грубой неосторожности при получении травмы, позволяющие суду первой инстанции определить иной размер компенсации морального вреда, ответчиком не представлено и материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы о том, что истец могла определить состояние алкогольного опьянения водителя автомобиля (ФИО)8 и отказаться от поездки, судебной коллегией не принимаются, поскольку носят голословный характер и доказательствами по делу не подтверждены.

Доводы апелляционной жалобы о том, что до трудоустройства на работу в Администрацию Нижневартовского района истец была уволена с предыдущего места работы в связи с уходом на пенсию по инвалидности не имеют правового значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку ФИО1 заявлены требования о возмещении вреда здоровью в результате несчастного случая в период работы у ответчика.

Также судебной коллегией отклоняются доводы апелляционной жалобы о реализации истцом права на компенсацию морального вреда при обращении в суд с иском к непосредственному причинителю вреда (ФИО)6, поскольку предметом настоящего спора являлись физические и нравственные страдания ФИО1, связанные с последствием травмы и приведшие к развитию <данные изъяты>.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не привлек к участию в деле в качестве третьего лица (ФИО)8 о нарушении судом норм процессуального права не свидетельствует, поскольку права и интересы указанного лица не затрагиваются решением суда, и его не привлечение к участию в деле не могло повлиять на результат рассмотрения данного спора.

Таким образом, решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, поскольку оно не противоречит установленным по делу обстоятельствам, имеющимся по делу доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности, и соответствует требованиям действующего законодательства, регулирующего возникшие правоотношения, характер которых определен судом правильно.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения суда в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 22.03.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Администрации Нижневартовского района - без удовлетворения.

Определение вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11.07.2023.

Председательствующий Ишимов А.А.

Судьи коллегии Евтодеева А.В.

Максименко И.В.