Дело №

УИД: 50RS0031-01-2022-013721-80

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 октября 2023 года г. Одинцово

Одинцовский городской суд Московской области в составе:

председательствующего судьи Кетовой Л.С.,

с участием прокурора Подсветова Д.М.,

при секретаре Игнатовой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ГБУЗ Московской области «Одинцовская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику, просила взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате некачественного оказания медицинской помощи ее супругу сумму в размере 3 000 000, 00 руб.

В обосновании заявленных требований истец указала, что в ДД.ММ.ГГГГ ее мужу, ФИО5, в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» вследствие образования тромба была ампутирована левая нога. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 доставлен на машине скорой помощи в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» с диагнозом гиперплазия простаты, после чего лечащим врачом проведена троакарная цистостомия. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обнаружила у мужа сильное кровотечение, однако в результате действий сотрудников скорой помощи и врачей приемного отделения, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 скончался в реанимационном отделении. Допущенные недостатки в оказании медицинской помощи врачами ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» являлись причиной смерти ФИО5

Истец: ФИО2 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещалась надлежащим образом.

Ответчик: представитель в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» по доверенности ФИО1 в судебное заседание явилась, против удовлетворения требований возражала, по доводам, изложенным в представленном отзыве на иске, и пояснила, что по результатам экспертизы дефектов оказания медицинской помощи установлено не было.

Третьи лица: представитель Газпром Страхование, ФИО10, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, судом принимались меры к их надлежащему извещению.

Прокурор в судебное заседание явился, полагал, что требования подлежат частичному удовлетворению, так как при оказании ФИО5 медицинской помощи в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» выявлены дефекты диагностики и лечения, а также оформления медицинской документации.

Суд, с учетом мнения представителя ответчика, прокурора, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и третьих лиц, к извещению которых судом принимались надлежащие меры.

Выслушав представителя ответчика, заключение прокурор, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.

В соответствии со статьей 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

В силу п. 2 названной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

По смыслу указанной правовой нормы для возложения ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Из положений ст. 151 ГК РФ следует, что если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ч.ч. 2,3 ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 70 указанного выше закона, лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 названного закона пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Из разъяснений п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Как разъяснено в абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из системного анализа указанных правовых норм следует, что ответственность за вред, причиненный недостатками оказанной медицинской помощи, наступает при совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между этими двумя элементами. При этом на потерпевшего факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В положениях абз.3 и 4 п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Судом при рассмотрении дела установлено, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 трижды находился на стационарном лечении в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница».

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в урологическое отделение стационара с жалобами на невозможность самостоятельного мочеиспускания. Однако как следует из записи первичного осмотра, на момент поступления в стационар мочеиспускание осуществлялось через уретральный катетер.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 проведено троакарной цистостомии – наложения искусственного соустья (стомы) между мочевым пузырем и передней брюшной стенкой с целью отведения мочи.

По результатам проведенного ДД.ММ.ГГГГ обследования ФИО5 установлены распространенные очаговые изменения в миокарде, повышение в крови уровня мочевины и креатинина, кетоновые тела, белок и эритроциты в моче. Поставлен клинический диагноз: Основной – Гиперплазия простаты. Осложнения: острая задержка мочи. Сопутствующий: ишемическая болезнь сердца, постинфарктный кардиосклероз, гипертоническая болезнь, острое нарушение мозгового кровообращения, хроническая болезнь почек, хроническая почечная недостаточность.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 выписан из стационара под амбулаторное наблюдение урологом и терапевтом. В тот же день пациент поступил в кардиологическое отделение стационара, из которого выписан ДД.ММ.ГГГГ под амбулаторное наблюдение терапевтом, неврологом, кардиологом, нефрологом.

ДД.ММ.ГГГГ в 10:37 ФИО5 поступил в урологическое отделение стационара в экстренном порядке по каналу скорой медицинское помощи с жалобами на кровотечение из мочеиспускательного канала.

ДД.ММ.ГГГГ в ФИО5 переведен в отделение реанимации и интенсивной терапии. Состояние пациента оценивалось как тяжелое, нестабильное; гемодинамика имела склонность к гипотонии, тахикардии; со стороны органов дыхания отмечались тахипноэ и снижение сатурации; со стороны органов мочеполовой системы – явления олигоанурии; по результатам анализов крови – выраженный ацидоз, гипергликемия и гиперлактатемия, тромбоцитопения.

Из медицинской документации следует, что в 20 часов 00 минут состояние ФИО5 резко ухудшилось, произошла остановка сердечной деятельности, начаты реанимационные мероприятия, после чего произведена констатация смерти.

Для разрешения исковых требований судом была назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ МО «Бюро МСЭ» отдел сложных экспертиз.

Согласно заключению ГБУЗ МО «Бюро СМЭ» отдел сложных экспертиз № за рассматриваемый период (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО5 трижды находился на стационарном лечении в ГБУЗ МО «Одинцовской ЦРБ» - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Анализ оказанной медицинской помощи изложен поэтапно.

Дата поступления ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ. При анализе медицинской карты № стационарного больного установлены дефекты оформления медицинской документации: неразборчивость большинства рукописных записей, крайняя небрежность их оформления, включая лист врачебных назначений и титульный лист медицинской карты; однотипность и не информативность дневниковых записей; отсутствие сведений о сроках удаления уретрального катетера; не заполнены графы «заключительный клинический диагноз» и «исход заболевания» на оборотной стороне титульного листа; бланки информированных добровольных согласий заполнены частично (в некоторых нет даты, в нескольких фамилия пациента указано неверно); противоречивые данные относительно дальнейших действий- в 12:00 выписан на амбулаторное наблюдение, однако в тот же день (ДД.ММ.ГГГГ в 14.07) госпитализирован в кардиологическое отделение этого же стационара.

Таким образом, при анализе сведений из медицинской карты № стационарного больного установлены значительные дефекты оформления медицинской документации, не позволяющие экспертной комиссии провести полноценный анализ оказанной медицинской помощи. Имеющиеся данные позволяют сделать вывод о том, что клинический диагноз был установлен правильно, хирургическое вмешательство (цистостомия) выполнено ФИО5 в соответствии с показаниями. Учитывая организацию оказания медицинской помощи, обследование пациента, выполнение оперативного вмешательства для купирования острой задержки мочи, нарушений приказа Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при задержке мочи» не установлено.

Дата поступления ФИО5 – ДД.ММ.ГГГГ. При анализе данных медицинской карты № стационарного больного установлены:

-дефекты лечения: недостаточная терапия основного заболевания (при стабильной стенокардии 3 и 4 функциональных классов рекомендовано назначении комбинации бета-адреноблокаторов с антагонистами кальция, которые в данном случае не назначались); не выполнение рекомендаций уролога при выписке ДД.ММ.ГГГГ;

- дефекты оформления медицинской документации: неразборчивость и небрежность оформления записи осмотра пациента врачом-урологом; однотипный и формальный характер дневниковых записей; отсутствие в них сведений о состоянии эпицистостомы, а также выполнения мероприятий по уходу за ней; противоречивые сведения относительно гематурии: по лабораторным данным выявлены эритроциты в моче, а в выписном эпикризе-эритроциты в моче отсутствуют; нарушение хронологического порядка внесения записей.

Таким образом, при анализе сведений из медицинской карты № стационарного больного установлены дефекты лечения, а также дефекты оформления медицинской документации, не позволяющие экспертной комиссии в полном объеме провести анализ оказанной медицинской помощи.

ДД.ММ.ГГГГ в 10.37 ФИО5 поступил в урологическое отделение стационара (медицинская карта №). При анализе данных медицинской карты № стационарного больного установлены следующие дефекты:

-дефекты диагностики: отсутствие консультации клинических специалистов-врача-нефролога, врача-реаниматолога при поступлении; отсутствие клинической оценки анэхогенного образования правой почки и, соответственно, не была диагностирована опухоль почки; не установлена причина гематурии (кровотечения из мочевыводящих путей), не проводилось исследования мочи, коагулологического исследования крови;

- дефекты лечения: несвоевременная консультация врачом –кардиологом и невыполнение его назначений; несвоевременная госпитализация в отделение реанимации и интенсивной терапии; отсутствие коррекции гипергликемии;

- дефекты оформления медицинской документации: противоречивые данные относительно сохранности когнитивных и речевых функций у пациента (при первом осмотре отмечено, что пациент неконтактен в связи с перенесенным в 2013 году нарушением мозгового кровообращения, однако при последующем осмотре излагаются жалобы больного); в медицинской карте не заполнена оборотная сторона титульного листа; отсутствуют обоснование тяжести состояния пациента и резкой отрицательной динамики, переводный эпикриз из урологического отделения в отделение реанимации, запись осмотра заведующим при переводе в отделение реанимации; в посмертном эпикризе фигурирует результат анализа на прокальцитонин при отсутствии бланка такого анализа в медицинской карте; нарушен хронологический порядок внесения записей.

Таким образом, при изучении сведений из медицинской карты № стационарного больного установлены дефекты диагностики, лечения и значительные дефекты оформления медицинской документации. Дефекты оформления медицинской карты не позволяют экспертным путем судить о причине внезапного ухудшения состояния здоровья пациента ДД.ММ.ГГГГ в 20.00 и, соответственно, делают невозможным оценку медицинской помощи в полном объеме.

Кроме этого, эксперты отмечают дефекты оформления медицинской документации, выявленные при изучении протокола патологоанатомического исследования трупа ФИО5, выполненного в патологоанатомическом отделении ГБУЗ МО «Одинцовская ЦРБ»:

-не описано состояние венечных артерий сердца и аорты (наличие или отсутствие атеросклеротических бляшек);

-не описана левая почка (размеры, состояние поверхности и на разрезе); также не указана масса обеих почек, при этом ее состояние (вторично-сморщенная) фигурирует в патологоанатомическом диагнозе;

-поверхностное описание патологического образования, выявленного в почке (не описаны контуры, консистенция, рисунок на разрезе);

-противоречивые данные относительно стороны локализации опухолевидного образования почки в патологоанатомическом диагнозе (правая) и в протокольной части (левая, п.30-объекты, изъятые для гистологического исследования);

- в патологоанатомическом диагнозе не дана трактовка патологического изменения в головке поджелудочной железы, в том числе, после проведенного гистологического исследования;

- в протокольной части исследования не описан желчный пузырь, однако в патологоанатомическом диагнозе фигурирует «калькулезный холецистит»;

-противоречивые сведения относительно содержимого мочевого пузыря –«следовое количество» и тут же «150 мл»;

- в протокольной части не описано наличие сращений между листками плевры, которые указаны в патолоанатомическом диагнозе;

-качественное и количественное несоответствие объектов, изъятых для гистологического исследования (п.30 протокольной части) и фактически исследованных.

Таким образом, протокол патологоанатомического исследования трупа ФИО5 № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного в патологоанатомическом отделении ГБУЗ МО «Одинцовская ЦРБ» не соответствует требованиям Приказа Приказ Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке проведения патолого-анатомических вскрытий». Это обстоятельство в свою очередь значительно затрудняет экспертный анализ представленных материалов.

Резюмируя вышеизложенное, экспертная комиссия приходит к выводу, что при оказания медицинской помощи ФИО5 за рассматриваемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) в ГБУЗ МО «Одинцовской ЦРБ», включая патологоанатомическое исследование были допущены дефекты диагностики и лечения, а также значительные и затрудняющие экспертную оценку, дефекты оформления медицинской документации.

Опухоль почки, установленная у ФИО5 впоследствии по результатам патологоанатомического исследования, в стационаре заподозрена не была и, соответственно, на тот момент показаний для цитологического исследования мочи не имелось.

Причиной смерти ФИО5 явилась нарастающая полиорганная (почечная, сердечная, церебральная, дыхательная, эндокринная, коагулологическая) недостаточность, эндотоксикоз и анемия, развившиеся в результате хронической болезни почек, опухоли правой/левой почки, гиперплазии предстательной железы, постинфарктного кардиосклероза и гипертонической болезни. Клиническая картина, описанная в медицинской карте, результаты лабораторных исследований и дополнительного гистологического исследования, позволяют предположить, что одной из причин развития синдрома полиорганной дисфункции (полиорганной недостаточности) мог явиться уросепсис. Однако ввиду множества дефектов оформления медицинской документации и диагностических дефектов, по имеющимся данным обосновать данное предположение не представляется возможным.

Наступление смерти ФИО5 явилось результатом прогрессирования хронических соматических заболеваний, прежде всего, органов сердечно-сосудистой и мочеполовой систем. Установленные выше дефекты диагностики и лечения могли послужить условиями для прогрессирования указанных заболеваний, но не явились его (прогрессирования) причиной.

Ввиду допущения множества дефектов оформления медицинской документации, оценка оказанной медицинской помощи в полном объеме и устранение экспертным путем целого ряда противоречивых сведений, изложенных в этих документах, не представляется возможной. Вместе с тем, можно высказаться о том, что причинно-следственной связи между теми дефектами диагностики и лечения, которые установлены в ходе настоящего экспертного исследования, и наступлением смерти ФИО5 не прослеживается.

Дефекты оформления медицинской документации по своему характеру не могут находиться в причинно –следственной связи с наступившим исходом.

Анализ сведений из медицинских документов позволил экспертной комиссии установить, что при оказании ФИО5 медицинской помощи в ГБУЗ МО «Одинцовской ЦРБ» за рассматриваемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) были допущены дефекты диагностики и лечения. Между тем установленные дефекты не повлияли на течение основного и сопутствующих заболеваний, не вызвали нарушение витальных (жизненных) функций, не привели к ухудшению состояния здоровья, не вызвали развитие у ФИО5 нового патологического процесса и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением его смерти в результате прогрессирования имевшихся у него заболеваний.

У суда не имеется оснований не доверять представленному заключению экспертов, так как их выводы мотивированны, обоснованы, при даче заключения эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, принимая во внимание заключение ГБУЗ МО «Бюро СМЭ», учитывая, что на этапах оказания ФИО5 медицинской помощи в ГБУЗ МО «Одинцовская областная больница» имелись дефекты в диагностики и лечении, а также дефекты оформления медицинской документации, которые не позволяют в полном объеме оценить состояние пациента, суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований.

Доказательств, подтверждающих отсутствие дефектов в лечении, диагностики и оформлении медицинской документации, ответчиком представлено не было.

Несмотря на то, что причинно-следственной связи между теми дефектами диагностики и лечения, которые установлены в ходе экспертного исследования и наступлением смерти ФИО5 не прослеживается, данные обстоятельства не могут являться основанием для освобождения ответчика от ответственности в виде компенсации морального вреда, поскольку нарушение установленных в соответствии с законом порядка и стандарта оказания медицинской помощи, в том числе оформления медицинской документации является нарушением требований к качеству медицинской услуги (помощи).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, в том числе выявленные судебными экспертами дефекты диагностики и лечения при оказании медицинской помощи ФИО5, а также дефекты оформления медицинской документации, тот факт, что указанные дефекты в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО5 не состоят, наличие хронических заболеваний у ФИО5, учитывая, что смерть супруга является тяжелейшим событием в жизни истца, неоспоримо причинившим истцу нравственные и душевные страдания, степень нравственных страданий и переживаний истца, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000,00 рублей.

В силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета Одинцовского г.о. Московской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300,00 руб.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ГБУЗ Московской области «Одинцовская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, - удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ Московской области «Одинцовская областная больница» ОГРН № в пользу ФИО2 паспорт № в счет компенсации морального вреда 200 000,00 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ГБУЗ Московской области «Одинцовская областная больница» о взыскании компенсации морального вреда, в большем размере – отказать.

Взыскать с ГБУЗ Московской области «Одинцовская областная больница» ОГРН <***> в доход бюджета Одинцовского г.о. Московской области государственную пошлину в размере 300,00 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд через Одинцовский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Федеральный судья: Л.С. Кетова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГг.