66RS0001-01-2022-005170-54 дело № 2а-5456/2022
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
01 августа 2022 года город Екатеринбург
Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Никитиной Л.С., при секретаре Халиловой К.Д.,
с участием представителя административных ответчиков ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службы исполнения наказаний России, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области- ФИО1, Федерального казенного учреждения СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области-Воробьевой Ю.П.,
рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО2 к Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными действий, бездействия, взыскании компенсации,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2, отбывающий наказание в виде лишения свободы, обратился в суд с административным исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными действий, бездействия, взыскании компенсации.
В обоснование требований указано, что приговором Свердловского областного суда от 12.07.2002 ФИО2 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 158, ч.2 ст.105, ч.2 ст. 131, ч.3 ст. 30 ч.2 ст. 105, ч.3 ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 23 года с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
16.09.2015 ФИО2 был этапирован из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ СИЗО-1 г. Екатеринбурга, в вагон поезда его посадили в 21.30 часов в г. Тавда, в г. Екатеринбурга поезд прибыл в 06.05 часов.
По пути следования в вагоне не выдавался кипяток, постельные принадлежности (матрац, подушка, одеяло, простыни, наволочка). Проверка проходила каждые 2 часа, в ходе которой необходимо было назвать свои фамилию, имя и отчество, статью, срок, в связи с чем, он был лишен ночного сна. В купе помимо него размещалось еще 10 осужденных, в результате чего, на одного осужденного приходилось менее 0,20 кв.м., в купе не было стола для приема пищи и емкости для мусора. В купе не было места для перевозки багажа, заключенные вынуждены были размещаться на полках третьего яруса, который не предназначен для перевозки людей. Каждая перевозка длилась по 7 часов, в вагоне отсутствовала вентиляция, а все заключенные являлись курящими, отчего в вагоне стояли клубы дыма, купе находилось в антисанитарных условиях, в туалет выводили по 1 разу. Перед посадкой в вагон ФИО2 2 часа заставляли сидеть на корточках в отсутствие необходимости. В ходе двух перевозок истец подвергался обыску 8 раз, питание были крайне неудовлетворительным. Перед убытием ФИО2 пучил сухой паек, однако он не смог его употребить, поскольку кипяток не выдавали.
По прибытии в ФКУ СИЗО-1 г. Екатеринбурга в 07.00 часов ФИО2 должен был пройти процедуру приема осужденных.
В период содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области с 17.09.2015 по 02.10.2015 ФИО2 содержался в ненадлежащих условиях, поскольку ему не была предоставлена минимальная норма площади, на одного заключенного приходилось менее 4 кв.м., отсутствовало индивидуальное спальное место. Камеры плохо проветривались, искусственная вентиляция отсутствовала; плохо освещались, солнечный свет слабо попадал в камеру; из-за большой влажности в камере водились клопы и мокрицы; питание было однообразным, предметы первой необходимости не выдавались вообще, камера плохо отапливалась, постельные принадлежности выдавались в порванном виде.
01.10.2015 в 17.00 часов ФИО2 вывели и закрыли в сборочную камеру №16 на первом этаже, куда собрали всех заключенных перед отправкой в разных направлениях. Камера № 16 была переполнена, в ней отсутствовал стол для приема пищи.
02.10.2015 ФИО2 вывели в автофургон и загрузили 30 человек по 15 человек в каждый отсек с личными вещами. Этапируемые заключенные были ограничены в пространстве все время до железнодорожной станции без света, воды и доступа в туалет, спальных принадлежностей. Поездка длилась около 1 часа. Переход из автофургона до вагона происходило пристегнутыми парами наручников к стальному тросу на виду у прохожих через препятствия в виде насыпей с железнодорожными путями. Отправка заключенных производилась в ФКУ ИК-19 г. Тавда Свердловской области.
С 20.30 часов до 20.40 часов поезд стоял на станции г. Екатеринбурга и никакие передвижения по вагону не производились (вывод в туалет, выдача кипятка), только после отбытия из г. Екатеринбурга начали по одному выводить в туалет, постельные принадлежности на время ночного пути не выдавались, в отсеке находилось 12 заключенных на 6 мест, приходилось все время сидеть на жестких скамейках, каждые 2 часа при смене караула проводилась проверка заключенных, что само по себе мешало сну. Поездка длилась около 10 часов, 03.10.2015 в 08.00 поезд прибыл в г. Тавду в ФКУ ИК-19.
Указанные условия содержания под стражей и этапирования ФИО2 полагает ненадлежащими.
Свои физические, моральные и нравственные страдания, вызванные ненадлежащими условиями содержания в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области и в ходе этапирования ФИО2 оценивает в 300 000 руб.
Определением судьи от 06.07.2022 к участию в деле в качестве административного ответчика привлечено ФКУ Исправительная колония № 19 ГУФСИН России по Свердловской области ( далее- ФКУ ИК-19).
Административный истец ФИО2, опрошенный с использованием системы видео-конференц-связи, в судебном заседании настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме.
Представитель административных ответчиков ГУФСИН России по Свердловской области, ФСИН России, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении заявленных требований по доводам, изложенным в возражениях на административный иск.
Представитель административного ответчика ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области- ФИО3, действующая на основании доверенностей, в судебном заседании просила отказать в удовлетворении административного искового заявления в полном объеме, указала на пропуск установленного законом срока на обращение в суд.
Представитель административного ответчика ФКУ ИК-19 в судебное заседание не явился, о дате и времени проведения которого извещен своевременно и надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного разбирательства не заявлял, сведений об уважительных причинах неявки не сообщил.
Суд, изучив материалы дела, заслушав административного истца и представителей административных ответчиков, приходит к следующим выводам.
В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.
Достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).
В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Согласно ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.
Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (статьи 17, 21 и 22 Конституции Российской Федерации).
Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.
В силу ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров с учетом требований, предусмотренных частью первой статьи 30 настоящего Федерального закона.
Согласно п. 42 Приказа Минюста России от 14.10.2005 N 189 "Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы", камеры СИЗО оборудуются: одноярусными или двухъярусными кроватями (камеры для содержания беременных женщин и женщин, имеющих при себе детей, - только одноярусными кроватями); столом и скамейками с числом посадочных мест по количеству лиц, содержащихся в камере; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; зеркалом, вмонтированным в стену; бачком с питьевой водой; подставкой под бачок для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; урной для мусора; тазами для гигиенических целей и стирки одежды; светильниками дневного и ночного освещения; телевизором, холодильником (при наличии возможности (камеры для содержания женщин и несовершеннолетних - в обязательном порядке);вентиляционным оборудованием (при наличии возможности); тумбочкой под телевизор или кронштейном для крепления телевизора; напольной чашей (унитазом), умывальником; нагревательными приборами (радиаторами) системы водяного отопления; штепсельными розетками для подключения бытовых приборов; вызывной сигнализацией.
Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации. Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 205 утверждены минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время ( далее по тексту- Постановление № 205).
Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО2 в период с 17.09.2015 по 21.09.2015 года содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области в камерах № и №.
Из представленной в материалы дела справки следует, что в период с 17.09.2015 по 21.09.2015 ФИО2 содержался в камере № №, площадью 32,5 кв.м., рассчитанной на 12 спальных мест, в камере содержалось от 3 до 10 заключенных, 21.09.2015 ФИО2 содержался в камере 247, площадью 29 кв.м., которая рассчитана на 14 спальных места, в камере содержалось 17 человек.
Согласно части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, указанных в пунктах 3 и 4 части 9 и в части 10 настоящей статьи возлагается на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).
Вместе с тем, административным ответчиком доказательств соблюдения нормы санитарной площади на 1 человека в размере 4 кв.м. не представлено, как и не опровергнуты иные доводы административного истца о ненадлежащих условиях содержания под стражей в следственном изоляторе.
Согласно объяснениям представителя административного ответчика подозреваемые и обвиняемые размещаются по камерным помещениям в соответствии с требования обеспечения изоляции и раздельного содержания, предусмотренными статьями 32 и 33 Федерального Закона от 15.07.1995 года № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также плана покамерного размещения обвиняемых и осужденных. Создание изолированных участков для содержания ВИЧ-инфицированных не предусмотрено действующим законодательством. Содержание ВИЧ-инфицированных лиц среди здоровой части обвиняемых и осужденных эпидемиологической опасности не представляет. До ВИЧ-инфицированных лиц в обязательном порядке в письменной форме медицинским работником доводится информация о необходимости соблюдения мер предосторожности с целью недопущения распространения данных инфекций, а также об ответственности за умышленное заражение (передача вышеуказанных вирусов возможна через медицинский инструментарий, через контакт с кровью и другими биологическими жидкостями организма, половой путь передачи и передача вируса от матери-ребенку; обычный бытовой контакт с инфицированным привести к заражению не может. Содержание лиц с хроническим вирусным гепатитом В, С среди здоровой части обвиняемых и осужденных не имеет эпидемиологических противопоказаний. Лица, у которых выявляются активные формы туберкулеза легких, подлежат незамедлительной изоляции в специально отведенные камеры туберкулезно-легочного отделения
Также в административном иске ФИО2 указывал на ненадлежащие условия содержания при этапировании в период с 16.09.2015 по 17.09.2015 из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Свердловской области в ФКУ СИЗО 1 ГУФСИН России по Свердловской области, а также обратно в период с 01.10.2015 по 02.10.2015.
Порядок организации конвоирования осужденных и лиц, содержащихся под стражей, по установленным маршрутам конвоирования определен Инструкцией по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию, утвержденной совместным приказом Минюста России/ МВД России от 24.05.2006 №дсп/№дсп (далее Инструкция).
Для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, по железнодорожным маршрутам используются вагоны для спецконтингента, которые представляют собой модификацию стандартного пассажирского вагона. Вагоны в зависимости от модели могут быть 9-камерными (5 больших камер и 4 малые) или 8-камерными (5 больших камер и 3 малые). Конструкция вагона, внутреннее оборудование и оснащение помещений, а также системы жизнеобеспечения вагона соответствуют требованиям, установленным Санитарными правилами по организации пассажирских перевозок на железнодорожном транспорте, №, утвержденными постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 04.03.2003 № 12.
Согласно абзацу первому пункта 167 Инструкции, норма посадки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецвагон определяется из расчета по 10 человек в большие и по 4 человека в малые камеры.
Порядок организации конвоирования осужденных и лиц, содержащихся под стражей, по установленным маршрутам конвоирования определен Инструкцией по служебной деятельности специальных подразделений уголовно-исполнительной системы по конвоированию, утвержденной совместным приказом Министерства юстиции Российской Федерации и МВД России от 24 мая 2006 года №дсп/369дсп.
Судом первой инстанции установлено, что 15.09.2015 от ФКУ УК конвоирования ГУФСИН России по Свердловской области был назначен плановый караул, которым 16.09.2015 осуществлено конвоирование ФИО2, следовавшего из ФКУ ИК-19 ( ) в ФКУ СИЗО-1 ( г. Екатеринбург).
Для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, по железнодорожным маршрутам используются вагоны для спецконтингента, которые представляют собой модификацию стандартного пассажирского вагона.
Согласно абзацу первому пункта 167 Инструкции норма посадки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, в спецвагон определяется из расчета по 10 человек в большие и по 4 человека в малые камеры.
Большая камера (размеры: ширина 164 см, длина 201,6 см, высота 287 см) оборудована 6 полками, рассчитанными на 4 места для лежания и 8 мест для сидения (по 4 человека на каждую из 2 нижних полок).
Согласно путевой ведомости, путевому журналу административный истец от ст. Тавда до ст. Екатеринбург конвоировался в спецвагоне в большой камере №. Согласно покамерной рассадке общее количество осужденных в большой камере № № составляло 11 человек, то есть не превышало номинальную вместимость большой камеры спецвагона, обеспеченность санитарной площади превышало 0,4 кв.м на человека. Время в пути составило 09 часов.
В соответствии с пунктом 167 Инструкции, техническими характеристиками оперативно-служебного автомобиля типа A3, норма посадки в спецавтомобиль грузоподъемностью 4 тонны определяется из расчета до 36 человек, в том числе осужденных и лиц, содержащихся под стражей - 32 человека. Спецавтомобиль марки «КАМАЗ» оборудован двумя большими камерами вместимостью по 15 человек в каждой и двумя малыми камерами вместимостью по 1 человеку в каждой, оснащен системами отопления и принудительной вентиляции, освещением.
Исходя из покамерной рассадки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, 17.09.2015 в спецавтомобиле ФИО2 перевозился в большой камере №, вместе с ним в камере находились еще 12 человек, что не превышало предусмотренную Инструкцией вместимость как большой камеры, так и автомобиля. Размеры больших камер специальных автомобилей марки «КАМАЗ»: длина - 360 см, ширина - 120 см, высота - 173 см. Время в пути от СИЗО-1 до ж/д ст. Екатеринбург-пасс. составило около 30 минут.
При следовании этапом 01.10.2015 из ФКУ СИЗО-1 (г. Екатеринбург) в ФКУ ИК-19 (г. Тавда) ФИО2 конвоировался железнодорожным транспортом в спецвагоне в большой камере №, вместе с ним до ст. Новая Ляля следовали еще восемь осужденных, общее количество 9 человек; от ст. Новая Ляля до ст. Верхотурье - общее количество 10 человек; от ст. Верхотурье до ст. Екатеринбург - общее количество 8 человек, что также не превышало номинальную вместимость большой камеры спецвагона. Время в пути составило 09 часов.
01.10.2015 года от СИЗО-1 до железнодорожного вокзала ФИО2 конвоировался в спецавтомобиле «КАМАЗ» в большой камере №, вместе с ним следовало еще 10 человек, что не превысило нормативно предусмотренную вместимость.
Продолжительность перевозок административного истца в спецавтомобиле составляла около 30 минут.
Таким образом, перевозки административного истца осуществлялись с соблюдением допустимой нормы размещения осужденных в камерах спецвагона и автомобиля, вывод суда первой инстанции о переполнении является ошибочным.
Согласно представленным административным ответчиком Управление по конвоированию доказательствам, спецтранспорт, в котором перевозился административный истец, был исправен и оборудован надлежащим образом. Спецвагон оснащен приточной принудительной и вытяжной вентиляцией, освещением, отоплением, туалетом, все окна в спецвагоне снабжены решетками, конструкция которых позволяет открывать окна для проветривания вагона сдвиганием рамы окна вниз. При этом в камерах непосредственно окон не имеется, однако от общего коридора спецвагона они отделены не стеной, а решеткой с решетчатой дверью, образуя с коридором единое пространство и обеспечивая естественное освещение.
Специальные отсеки для перевозки багажа действительно не предусмотрены конструктивной особенностью спецвагона, однако, личные вещи осужденных на период конвоирования в спецвагоне размещались в свободном пространстве под нижними полками с левой и правой стороны, претензии со стороны конвоируемых не предъявлялись.
В силу части 4 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации рекомендации (декларации) международных организаций по вопросам исполнения наказаний и обращения с осужденными реализуются в уголовно-исполнительном законодательстве Российской Федерации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей.
Также не установлено нарушения прав административного истца невыдачей постельных принадлежностей при перевозке железнодорожным транспортом, поскольку такая обязанность не предусмотрена действующими нормативными правовыми актами, в том числе Инструкцией.
Довод административного истца о необходимости кипятка при использовании индивидуального рациона питания надуман, так как в него не входят продукты, требующие заваривания, кроме чая и кофе.
Согласно пункту 229 Инструкции в период нахождения в туалете осужденного мужчины часовой для вывода в туалет обязан вести за ним постоянное наблюдение через смотровое окно или полуоткрытую дверь. Указанное не может рассматриваться как нарушение прав осужденного, поскольку направлено на обеспечение режима данного места принудительного содержания, исключение побегов.
При этом доводы административного истца о невозможности посетить туалет материалами дела не подтверждаются.
Кроме того, не подтверждено нарушение прав административного истца отсутствием специальных мест для перевозки личных вещей, так как установлено, что личные вещи размещались в свободном пространстве под нижними полками, жалоб от осужденных не поступало.
Суд также учитывает, что ФИО2 имел возможность обратиться к конвою, однако жалоб и претензий в течение всего пути следования, а также при его сдаче административный истец не высказывал, за медицинской помощью не обращался.
Ввиду отсутствия возможности подъезда спецавтомобиля к рабочему тамбуру специального вагона, конвоирование пешим порядком через открытые для свободного доступа граждан общественные пространства на обменном пункте ст. Екатеринбург-пасс. осуществлялось в соответствии с требованиями указания ФСИН России от 17 февраля 2010 года № в течение минимального периода времени. Данные действия являлись обоснованной и вынужденной мерой в связи с опасностью побега, преследовали цели обеспечения безопасности иных лиц, находящихся на ж/д вокзале, не привели к негативным последствиям для административного истца.
Таким образом, необходимая совокупность условий, предусмотренная пунктом 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, при рассмотрении требований к административному ответчику Управлению по конвоированию не установлена, что исключает возможность удовлетворения административного иска в этой части.
При этом суд полагает возможным отказать в удовлетворении заявленных требований к ФКУ СИЗО-1 в связи со следующим.
Согласно статье 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации административное исковое может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1).
В силу части 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации пропуск срока на обращение в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении заявления.
Как следует из материалов дела, административным истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда, которое мотивировано незаконностью бездействия должностных лиц ФКУ СИЗО-1, выразившегося в необеспечении надлежащего уровня материально-бытовых условий содержания в исправительном учреждении в период с 17.09.2015 по 21.09.2015. Настоящее административное исковое заявление подано в суд лишь 09 июня 2022 года, то есть со значительным пропуском установленного законом срока для обращения в суд (спустя 7 лет). При этом в ходе судебного заседания административный истец подтвердил суду, что за период с 2015 года по настоящее время более 10 раз обращался в судебные инстанции с различными исками о нарушении условий перевозки и содержания в следственном изоляторе за различные периоды, указывая при этом те же самые нарушения.
При этом каких-либо относимых и допустимых доказательств наличия уважительных причин, препятствующих ФИО2 обратиться в суд с настоящим иском в установленный срок, в материалы дела не представлено.
Суд также обращает внимание, что обращение административного истца с требованием о взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении последовало только через семь лет со дня окончания его содержания по стражей в ФКУ СИЗО-1, что само по себе свидетельствует о степени значимости для ФИО2 исследуемых обстоятельств, подобный весьма продолжительный срок не только доказывает факт отсутствия у административного истца надлежащей заинтересованности в защите своих прав, но и утрату для него с течением времени актуальности их восстановления.
Также суд принимает во внимание, что требование о компенсации морального вреда ФИО2 мотивировал бездействием административных ответчиков по обеспечению надлежащих условий содержания под стражей. То обстоятельство, что исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ в силу абзаца 2 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может служить основанием для продления сроков обращения в суд с иском о присуждении компенсации за ненадлежащие условия в исправительном учреждении.
Таким образом, пропуск административным истцом срока обращения в суд и отсутствие оснований для признания причин пропуска срока уважительными в соответствии с частью 8 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
С учетом изложенных обстоятельств, суд отказывает в удовлетворении иска ФИО2 в полном объеме.
Руководствуясь статьями ст. 175 – 180, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
отказать в удовлетворении искового заявления ФИО2 к Федеральному казенному учреждению СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области, Федеральной службе исполнения наказаний России, ГУФСИН России по Свердловской области, ФКУ Управление по конвоированию ГУФСИН России по Свердловской области о признании незаконными действий, бездействия, взыскании компенсации.
Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Верх-Исетский районный суд города Екатеринбурга.
Мотивированное решение суда составлено 10.08.2022
Судья: