Решение по делу № 2-781/2025 от 30.06.2025 - о признании фактическим воспитателем лица в течение не менее пяти лет, до достижения им совершеннолетия, признании права на получение выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в связи с гибелью военнослужащего – участника специальной военной операции.

57RS0023-01-2025-000106-94

2-781/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июня 2025 года город Орел

Советский районный суд г. Орла в составе:

председательствующего судьи Коротковой О.И.,

при ведении протокола секретарем Головиным С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3, Министерству обороны Российской Федерации о признании фактическим воспитателем лица в течение не менее пяти лет, до достижения им совершеннолетия, признании права на получение выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в связи с гибелью военнослужащего – участника специальной военной операции,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, Министерству обороны Российской Федерации о признании фактическим воспитателем лица в течение не менее пяти лет, до достижения им совершеннолетия, признании права на получение выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в связи с гибелью военнослужащего – участника специальной военной операции.

В обоснование требований указал, что он проживал в браке с ФИО2, в период времени с 09.04.2010 года по 30.03.2023 года.

Вместе с ними проживал сын ФИО2 от предыдущего брака - ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, и трое общих детей.

Ссылается, что они проживали семьей в квартире по адресу: г. <...>. <...>, принадлежавшей ему на праве собственности.

ФИО4 обучался в школе №*** <...>.

Указывает, что заботился о ФИО4, как о своём сыне, содержал его.

Поскольку ФИО2 не работала, была занята уходом за младшими детьми, занимался воспитанием и обучением ФИО4, регулярно посещал школу, где учился ФИО4, следил за его успеваемостью и поведением ребенка.

Ссылается, что у них были доверительные отношения, он был ФИО4 как отец, заботился о нём, воспитывал и содержал.

ФИО4, как военнослужащий Министерства обороны, участвовал в специальной военной операции, и погиб ДД.ММ.ГГ при освобождения <...>, выполняя свой воинский долг.

Поскольку фактически являлся ФИО4 отцом, воспитывал и содержал его с 7 лет до совершеннолетия включительно, и после достижения им совершеннолетия они тесно общались, состояли в родственных семейных отношениях, полагает, что он является лицом, фактически воспитывающим и содержавшим ФИО4 в течение не менее 5 лет до достижения им совершеннолетия. В связи с чем, ему полагаются выплаты, предусмотренные Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 года № 98 по случаю гибели военнослужащего.

Просил суд признать его фактическим воспитателем, то есть лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, признать за ним право на получение выплат, установленных законом в связи с гибелью военнослужащего – участника специальной военной операции.

После уточнения исковых требований и окончательного определения круга ответчиков просит суд признать его фактическим воспитателем, то есть лицом, фактически воспитывавшим и содержавшим ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия, признать право на выплату, предусмотренную Указом Президента Российской Федерации № 98 от 05марта2022года в размере 1/3 от общей суммы выплаты в размере 1666666 руб. 66 коп.

В судебном заседании ФИО1, представитель ФИО1 по ордеру адвокат Лысенко С.В. исковые требования поддержали в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО2, ФИО3 по доверенности ФИО5 иск просила оставить без удовлетворения.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заключение ст. помощника прокурора Амелиной Е.М. о необходимости отказа в удовлетволрении заявленных исковых требований в полном объеме, суд приходит к следующему.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ N 22-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты "в", "м"), обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. N 17-П, от 20 октября 2010 г. N 18-П, от 17 мая 2011 г. N 8-П, от 19 мая 2014 г. N 15-П, от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П).

Публично-правовой механизм возмещения вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, в том числе по призыву, членам его семьи в настоящее время включает в себя, в частности, пенсионное обеспечение в виде пенсии по случаю потери кормильца, назначаемой и выплачиваемой в соответствии с пенсионным законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 24 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих), страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих (пункт 3 статьи 2, статья 4 и пункт 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации") и такие меры социальной поддержки, как единовременное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", единовременная выплата, установленная Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 "О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей".

В соответствии с подпунктом "а" пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 в случае гибели (смерти) военнослужащих, лиц, проходящих службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющих специальное звание полиции, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащих, выполнявших специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, либо смерти указанных военнослужащих и лиц до истечения одного года со дня их увольнения с военной службы (службы), наступившей вследствие увечья (ранения, травмы, контузии) или заболевания, полученных ими при исполнении обязанностей военной службы (службы), членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 1.2 статьи 12 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ "О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат".

При определении круга членов семьи погибшего (умершего) военнослужащего, имеющих право на названные выплаты, федеральный законодатель, действуя в рамках своих дискреционных полномочий, исходил, в частности, из целевого назначения данных выплат, заключающегося в восполнении материальных потерь, связанных с утратой возможности для этих лиц как членов семьи военнослужащего получать от него, в том числе в будущем, соответствующее содержание.

Таким образом, установленная федеральным законодателем система социальной защиты членов семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, направлена на максимально полную компенсацию связанных с их гибелью материальных потерь.

Такое правовое регулирование, гарантирующее членам семей военнослужащих, погибших при исполнении обязанностей военной службы, названные выплаты, имеет целью не только восполнить связанные с этим материальные потери, но и выразить от имени государства признательность гражданам, вырастившим и воспитавшим достойных членов общества - защитников Отечества (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П).

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. N 306-ФЗ "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", вступившим в силу с 11 августа 2020 г., к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесены лица, признанные фактически воспитывавшими и содержавшими военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактические воспитатели).

Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 22 ноября 2013 г. N 25-П выражена позиция, согласно которой любая дифференциация, приводящая к различиям в правах граждан в той или иной сфере правового регулирования, должна отвечать требованиям Конституции Российской Федерации, в том числе ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в силу которых такие различия допустимы, если они объективно оправданы, обоснованны и преследуют конституционно значимые цели, а используемые для достижения этих целей правовые средства соразмерны им; из конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности вытекает обращенный к законодателю запрет вводить различия в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания (запрет различного обращения с лицами, находящимися в одинаковых или сходных ситуациях).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2017 г. N 29-П указано, что федеральный законодатель не освобождается от обязанности соблюдать конституционные принципы равенства и справедливости, поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, которые, помимо прочего, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требуют для субъектов права при равных условиях равного положения, означают запрет вводить не имеющие объективного и разумного оправдания различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (постановления от 24 мая 2001 г. N 8-П, от 5 апреля 2007 г. N 5-П, от 3 февраля 2010 г. N 3-П, от 27 февраля 2012 г. N 3-П, от 15 октября 2012 г. N 21-П и др.).

Из приведенных нормативных положений и правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, в том числе военнослужащим, принимавшим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, установил и систему мер социальной поддержки членам семьи военнослужащих, погибших (умерших) при исполнении обязанностей военной службы, в числе которых выплаты выгодоприобретателям страховой суммы по обязательному государственному страхованию. К поименованному в пункте 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ кругу лиц (выгодоприобретателям) по обязательному государственному страхованию в случае гибели (смерти) застрахованного лица при исполнении обязанностей военной службы в силу Федерального закона от 14 июля 2022 г. N 315-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" отнесены фактические воспитатели - лица, признанные судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, фактически воспитывавшими и содержавшими застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия. При определении права указанных лиц на получение мер социальной поддержки по обязательному государственному страхованию, связанных с возмещением вреда, причиненного гибелью (смертью) военнослужащего, наступившей до 14 июля 2022 г. при исполнении им обязанностей военной службы, должны учитываться конституционные принципы равенства, справедливости и соразмерности, не допускающие различий в правовом положении лиц, принадлежащих к одной категории, которые не имеют объективного и разумного оправдания.

Порядок финансирования и осуществления выплат, установленных в том числе частью 9 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", определяется Правительством Российской Федерации (часть 17 статьи 3 названного Федерального закона).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 февраля 2012 г. N 142 утверждены Правила выплаты ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9, 10 и 13 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", военнослужащим, проходившим военную службу по контракту, гражданам, призванным на военные сборы, гражданам, пребывавшим в добровольческих формированиях, и членам их семей (далее также - Правила выплаты ежемесячной денежной компенсации, Правила).

Согласно пункту 4 Правил ежемесячная денежная компенсация назначается и выплачивается на основании заявления рекомендуемого образца и перечисленных в данном пункте документов. В числе этих документов в абзаце девятом пункта 4 Правил для фактического воспитателя указано решение суда о признании лица фактически воспитывавшим и содержавшим умершего (погибшего) инвалида, погибшего военнослужащего (гражданина, призванного на военные сборы), погибшего гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, пропавшего без вести военнослужащего (гражданина, призванного на военные сборы), пропавшего без вести гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, в течение не менее 5 лет до достижения им совершеннолетия. Заявление с документами подается членом семьи, проживающим на территории Российской Федерации, в уполномоченный орган по месту жительства указанного члена семьи.

Из изложенных норм следует, что в случае гибели (смерти) военнослужащего, наступившей при исполнении им обязанностей военной службы, право на получение ежемесячной денежной компенсации, предусмотренной частью 9 статьи 3 Федерального закона "О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат", имеют члены семьи погибшего военнослужащего, к которым в том числе относится лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение. Решение суда о признании лица фактическим воспитателем военнослужащего относится к числу документов, на основании которых уполномоченным органом фактическому воспитателю погибшего военнослужащего назначается данная ежемесячная денежная компенсация.

При рассмотрении дела судом установлено, что ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, был зарегистрирован по адресу: <...>.

ФИО2 и ФИО3 являются биологическими родителями ФИО4.

Из материалов дела усматривается, что местом регистрации ФИО1 является адрес: <...>, ул. <...>, <...>

19.10.2021 года ФИО4 призван на военную службу по призыву, в период службы подписал контракт об участии в СВО.

Согласно материалам личного дела призывника ФИО4, ДД.ММ.ГГ года рождения, следует, что совместно с ним проживали: мать ФИО6 (ФИО7, ФИО8) М.В., отчим ФИО1, сестра ФИО9, брат ФИО11, брат ФИО12.

06.03.2022 года ФИО4 погиб.

Признание ФИО1 лицом, фактически воспитавшим и содержавшим не менее 5 лет до достижения совершеннолетия военнослужащего ФИО4 является основанием для отнесения его к членам семьи военнослужащего, что предоставляет ему право наряду с другими членами семьи военнослужащего на получение компенсаций и выплат, в связи со смертью военнослужащего, предусмотренных Указом Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 98 «О дополнительных социальных гарантий военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», Федеральным законом от 07.11.2011 № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», Федеральным законом «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации» № 52-ФЗ от 28.03.1998 г. Размер которых распределяются в равных долях между всеми членами семьи погибшего военнослужащего.

Родители ФИО4 - ФИО2, ФИО3, после обращения в военный комиссариат г. Орел Орловской области получили социальные выплаты, предусмотренные Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей»; Федеральным законом от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат»; Федеральным законом от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих…».

Отчим ФИО4 - ФИО1, также обращался за выплатой, предусмотренной Федеральным законом от 28.03.1998 № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы…», как отчим и получил страховую выплату в полном размере, предусмотренную для отчима.

Доказывая, что ФИО1 фактически занимался воспитанием, содержанием ФИО4 с 2016 года по октябрь 2021 г., истец представил ряд доказательств, в том числе и свидетелей.

Допрошенная в суде свидетель ФИО13 (соседка истца) указала, что часто видела ФИО4 в летний период времени во дворе, который присматривал за младшими братьями и сестрой, слышала, что ФИО4 называл ФИО1 отцом.

Свидетель ФИО14 указала, что ФИО4 проживал совместно с ФИО2 и ФИО1 в квартире последнего, при этом, указала, что никогда в указанной квартире не была.

ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19 подтвердили факт постоянного проживания ФИО4 в квартире ФИО1, а также содержания и воспитания последним погибшего в спорный период времени.

Свидетель ФИО19, при допросе ее судом, также указала, что ФИО1 на несколько месяцев в 2017 или 2018 году уходил из семьи.

Суд критически оценивает показания свидетелей ФИО17, ФИО15, ФИО16 о том, что ФИО4 фактически постоянно до 2021 года проживал в квартире со своим отчимом, полагая их данными в силу наличия с истцом дружеских отношений, обусловленных длительным общением и работой под руководством ФИО1

Показания свидетелей носят общий, не конкретизированный характер, который не позволяет с достоверностью установить ФИО1 фактическим воспитателем ФИО4 в течение не менее пяти лет, до достижения им совершеннолетия.

Предоставленные в суд фотографии с изображением несовершеннолетнего ФИО4 не могут свидетельствовать о заявленном истцом факте воспитания и содержания с 2016 г., поскольку по ним невозможно идентифицировать дату, место их изготовления, а также сам факт проживания в доме истца на постоянной основе. На них запечатлены снимки друзей и родственников ФИО4, а даты их изготовления подписаны рукой при копировании, тогда как на фотографиях даты не были отображены. По иным запечатленным на них элементам значимые для дела сведения установить не представилось возможным. Достоверность этих записей ничем не была подтверждена. Фотографии, датированные истцом рукописными записями до 2016 г. не относятся к спорному периоду, о котором заявлено в иске.

Возможность иметь в своем распоряжении как фотографии, так и иные документы не исключается в связи с фактом проживания ФИО2 и истцом, что, безусловно, предполагает, что фотографии ребенка будут храниться по месту жительства его матери, то есть у истца.

Документов, свидетельствующих о том, что с 2016 года по октябрь 2021 г. ФИО4 фактически проживал на постоянной основе в доме истца суду не предоставлено.

Информация, предоставленная истцом за подписью начальника ОУУП и ПДН УМВД России по г. Орлу ФИО20 о том, что ФИО4 с 2010 года по 20.10.2021 года проживал совместно с матерью ФИО2, отчимом ФИО1, сестрой и братьями проживал по адресу: <...>, ул. <...>, имели общий бюджет и вели совместное хозяйство, не может быть положена в основу установления факта признания истца фактическим воспитателем, поскольку допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля начальник ОУУП и ПДН ФИО20 пояснила суду, что в указанном периоде имеется опечатка, правильный временной промежуток необходимо считать с октября 2019 года по 20 октября 2021 года.

Согласно информации МБОУ Гимназия № 19 имени Героя Советского Союза ФИО21 города Орла от 14 февраля 2025 года следует, что ФИО4 обучался в данном учреждении ч 1 по 7 класс, в период с 2010 по 2017 годы, все время его обучения вопросами учебной деятельности, воспитания и поведения занималась его мать ФИО2 и бабушка ФИО22, мать систематически посещала гимназию, родительские собрания, интересовалась школьной жизнью ребенка, его взаимоотношениями со сверсниками и учителями, отец ФИО4 – ФИО3 посещал мероприятия ФИО10-патриотического характера, оказал влияние на формирование сына как патриота совей Родины, что в дальнейшем сыграло роль в его судьбе, привело в клуб «Десантник», а затем в вооруженные силы Российской Федерации.

Судом также установлено, что ФИО4 ДД.ММ.ГГ был поставлен на профилактический учет в ОПДН УМВД России по г. Орлу (учетно-профилактическая карточка №***) в связи с неоднократным привлечением его к административной ответственности по ст. 7.17, ч. 1 ст. 7.27 КоАП РФ, поставлен на учет <данные изъяты>» в связи с <данные изъяты>.

Из личного дела ФИО4 также усматривается, что ФИО4 состоял на учете в ОПДН УМВД России по г. Орлу, в 2020 году (в возрасте 17 лет) в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч.2 ст. 158 УК РФ (кража), в последствии постановлением Советского районного суда от 19.05.2021 года дело прекращено, в связи с примирением сторон.

Вместе с тем, из указанного постановления усматривается, что ФИО4 в составе группы лиц совершил кражу имущества ООО «Компания Сфера» на общую сумму 559 руб. 00 коп.

Постановлением ст. следователя отдела по расследованию преступлений на территории, обслуживаемой ОП №*** (<...>) СУ УМВД РФ по г. Орлу от ДД.ММ.ГГ несовершеннолетний ФИО4 был передан под присмотр матери ФИО2.

Из выписки из приказа БПОУ ОО «<данные изъяты>» №***-к от ДД.ММ.ГГ следует, что ФИО4 отчислен из состава обучающихся со 2 курса БПОУ ОО «Орловский автодорожный техникум» по собственному желанию.

Более того, из заключения комиссии врачей судебно-психиатрических экспертов БУЗ ОО «<данные изъяты>» №*** от ДД.ММ.ГГ следует, что со слов ФИО4 отношения с отчимом ФИО1 складывались напряженные, поскольку мать и отчим несправедливо относились к нему по сравнению к другим детям, не хотел проживать вместе с ними.

Кроме того, судом так же установлено, что отношения между истцом и погибшим ФИО4 носили конфликтный характер, в связи с чем, ФИО4 определенные периоды времени проживал по разным адресам, в основном у своей бабушке ФИО22.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании ФИО23, ФИО22, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29 которые пояснили, что ФИО4 проживал по разным адресам в основном по месту жительства своей бабушки. Свидетели ФИО23, ФИО22, ФИО28 также указали, что со слов ФИО4 им известно, что он испытывал неприязненные отношения к ФИО1.

Допрошенный судом в качестве свидетеля директор МБУ ДО «Центр десантников» ФИО30 пояснил, что на занятия ФИО4 приводили его бабушка, ФИО1 видел единожды на похоронах ФИО4.

ФИО31 и ФИО32, допрошенные судом в качестве свидетелей, указали на то, что ФИО4 из детского сада забирала его мать. ФИО32 подтвердила факт того, что в период получения общего среднего образования с 1 по 8 классы на родительских собраниях присутствовала только ФИО2

Из показаний ФИО27, ФИО26, данных в суде, усматривается, что ФИО3 занимался содержанием и воспитанием сына.

С судебном заседании допрошенный ст. участковый полиции ФИО33 суду пояснил, что при проведении проверки хранения огнестрельного оружия, в квартире ФИО1 никогда не видел ФИО4.

Учитывая изложенное, объективных доказательств, подтверждающих проживание ФИО4 с 2016 года по октябрь 2021 г., то есть в течение 5 лет в доме истца на постоянной основе суду предоставлено не было.

Суд допускает ситуацию, при которой ФИО4 в силу устоявшихся отношений родства с матерью ФИО2 в спорный период с 2016 года по октябрь 2021 г. временно пребывать в семье ФИО6, которая заботилась о нем. Однако данное обстоятельство не является определяющим для рассматриваемого дела, поскольку с достоверностью обстоятельств постоянного проживания ребенка у истца, а также факт содержания и воспитания ребенка в этот период, объективными данными подтверждено не было.

Из материалов дела следует, что оснований считать истца фактическим воспитателем погибшего ФИО4 не менее пяти лет не имеется, поскольку доказательств содержания и воспитания ФИО4 в юридически значимый период, истцом не представлено, в связи с чем нет оснований для признания за истцом права на получение выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГ №***, с гибелью военнослужащего – участника специальной ФИО10 операции.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, Министерству обороны Российской Федерации о признании фактическим воспитателем лица в течение не менее пяти лет, до достижения им совершеннолетия, признании права на получение выплаты, установленной Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в связи с гибелью военнослужащего – участника специальной военной операции, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Орловский областной суд через Советский районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления мотивированного текста решения, который будет изготовлен 30 июня 2025 года.

Судья: О.И. Короткова

Мотивированный текст решения изготовлен 30 июня 2025 года.