Решение по делу № 02362/2024 от 30.06.2025 - о взыскании недоплаченной суммы страхового возмещения, штрафа, неустойки, убытков, процентов, компенсации морального вреда.

56RS0042-01-2024-003950-77

дело № 2-111/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2025 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Зацепиной О.Ю.,

при секретаре Царевой Ю.А.,

с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика представителя ответчика ФИО2 – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к АО «АльфаСтрахование», ФИО2 о взыскании недоплаченной суммы страхового возмещения, штрафа, неустойки, убытков, процентов, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО4 обратился в суд с иском, указав, что 25.10.2023 в районе <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный знак №, под управлением истца, автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6, и автомобиля Рено Дастер, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2

В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения. Гражданская ответственность ФИО4 застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису ХХХ №, гражданская ответственность ФИО2 застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису ХХХ №, гражданская ответственность ФИО6 застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» ХХХ №.

09.01.2024 ФИО4 обратился в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая, просил направить автомобиль на ремонт. Страховщик произвел осмотр поврежденного транспортного средства.

30.01.2024 АО «АльфаСтрахование» без согласования изменило форму страхового возмещения и осуществило две выплаты страхового возмещения по 24150 рублей.

02.02.2024 страховщик произвел две доплаты страхового возмещения по 24150 рублей.

Согласно калькуляции № подготовленной по инициативе АО «АльфаСтрахование» стоимость восстановительного ремонта составляет без учета износа 200770 рублей, с учетом износа – 144903 рублей.

Истец обратился к эксперту, согласно заключению № от 14.02.2024 стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составляет без учета износа 261300 рублей. Стоимость услуг эксперта составила 7000 рублей.

20.02.2024 ФИО4 обратился к страховщику с претензией о выдаче направления на ремонт, доплате страхового возмещения по калькуляции страховщика, выплате убытков, неустойки и затрат по оплате услуг эксперта. В ответ страховщик направил отказ в удовлетворении досудебной претензии.

Истец обратился в АНО «СОДФУ», 17.05.2024 финансовым уполномоченным вынесено решение об отказе в удовлетворении требований заявителя.

Просит установить степень вины участников ДТП: ФИО2 – 100%, ФИО4 – 0%, взыскать с ответчика в пользу истца недоплаченную сумму страхового возмещения в размере 104100 рублей, расходы в связи с оплатой услуг эксперта в размере 7000 рублей, сумму штрафа в размере 50%, моральный вред в размере 10000 рублей, неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период с 30.01.2024 по 02.02.2024 в размере 6098 рублей, неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период с 03.02.2024 по 20.02.2024 в размере 18738 рублей, неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период начиная с 21.02.2024 по дату исполнения основного обязательства, убытки в размере 60530 рублей.

В последующем истец увеличил исковые требования, просил взыскать с ответчика АО «АльфаСтрахование» компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами от суммы убытков по день исполнения решения суда. На остальных требованиях также настаивал.

Определением суда от 03.06.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены ФИО6, ПАО СК «Росгосстрах», ФИО11

Истец ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен судом о дате, времени и месте судебного заседания надлежащим образом. Ранее участвуя в судебном заседании исковые требования поддержал, по факту дорожно-транспортного происшествия пояснил, что двигался по крайней правой полосе дороги <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес>, обратил внимание на светофор - горел мигающий зеленый. Он двигался со скоростью 60 км/ч и продолжил движение, пересек стоп-линию на зеленый сигнал светофора. В это время при повороте налево Рено Дастер совершил столкновение с его автомобилем.

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить.

Представитель истца ФИО12, ранее участвуя в судебном заседании, на исковых требованиях настаивала в полном объеме. Согласно представленной в письменном виде дополнительной правовой позиции, полагала заключение судебной экспертизы недопустимым доказательством по делу, поскольку эксперты при даче ответов на поставленные вопросы необоснованно вышли за пределы поставленных вопросов, при этом в исследовательской части основания не указаны. Экспертами были допущены ошибки при расчете радиуса разворота транспортного средства, что за собой повлекло неверные выводы эксперта. Более того в экспертной деятельности отсутствуют методики по определению работы режима сигналов светофора, в связи с чем экспертным путем невозможно определить на какой сигнал светофора проехал тот или иной участник дорожно-транспортного происшествия.

Согласно Правилам дорожного движения именно на водителе осуществляющим поворот налево лежит обязанность убедиться в безопасности своего маневра и именно на данном водителе лежит полная прямая обязанность в обеспечении безопасности своих действий.

Пояснения третьего лица, данные в ходе судебного заседания, полностью противоречат режиму сигнала светофора, представленному в материалы гражданского дела и не могу лечь в основу решения, поскольку они противоречат как показаниям истца, так и показаниям ответчика по делу.

Также, исходя из представленных материалов дела следует, что водитель ФИО4 двигался прямолинейно без изменения направления движения. Доводы ответчика о том, что водитель Рябченко двигался на запрещающий красный сигнал светофора не соответствует действительности, поскольку сам ответчик сообщил, что начал движение на желтый сигнал светофора с середины перекрестка. При этом стоп-линия от места удара располагается на расстоянии более чем на 24 метра, при этом расстояние от начала движения автомобиля второго участника дорожного движения составляет не более 5-6 метров (ширина полосы движения встречного направления).

Экспертом не верно рассчитан путь движения второго автомобиля, поскольку эксперт указал первоначальную точку начала второго участника ДТП за пределами перекрестка, что противоречит показаниям второго участника ДТП, который в объяснениях указывает, что доехал до середины перекреста на зеленый сигнал светофора, а потом приступил к движению на желтый сигнал светофора.

Таким образом, расчеты эксперта противоречат как показаниям участников ДТП, так и вещной обстановке на месте ДТП. Поскольку эксперт не устанавливал количество полос для движения каждого направления, а также не установил начальное место движения второго участника дорожно-транспортного происшествия, относительно границ проезжих частей.

При этом материалами гражданского дела не установлено и ни чем не подтверждено, что ответчик начал движение на желтый сигнал светофора.

Истец мог проехать на красный сигнал светофора только в том случае, если бы ответчик приступил к движению либо на последнюю секунду желтого сигнала светофора либо на красный сигнал светофора.

Таким образом, просила суд распределить степень вины каждого из участников дорожно-транспортного происшествия. В данном случае 100% вины ФИО13, поскольку в его действиях имеются нарушения п. 1.3, 1.5 п. 8.1, п. 13.4 ПДД РФ.

Экспертное заключение не является обязательным для принятия решения суда, вместе с тем полагала необходимым критически отнестись к представленному доказательству по делу, поскольку ни один из экспертов не смог дать ответы на поставленные вопросы, не смог дать разъяснения суду о произведенных расчетах, что вызывает сомнение в правильности и обоснованности представленного заключения.

Отметила, что получив ответы на поставленные вопросы представителем истца были опровергнуты данные ответы, поскольку эксперт сообщил в суде недостоверную информацию, а именно ссылку на неверный ГОСТ, неверный расчет радиуса, в противоречии представленного ГОСТа, а также экспертом не представлено оснований по которым эксперт по фотографиям определил, что автомобили находятся в статическом положении, эксперт устанавливая механизм ДТП, не знал такое понятие как «механизм». При определении угла столкновения не определял контрпара ТС, по факту эксперт определил стадию механизма, что недопустимо.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказать. Полагал, что ДТП произошло по вине водителя ФИО4, который в нарушение правил дорожного движения выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора.

Представитель ответчика АО «Альфа Страхование» в судебное заседание не явился. Представил письменный отзыв, согласно которому просил в удовлетворении исковых требований к страховой компании отказать. Страховщик надлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства по выплате страхового возмещения. В связи с тем, что в заявлении ФИО4 выразил несогласие на осуществление доплаты за ремонт, произведена выплата в денежной форме исходя из 1/3 суммы страхового возмещения, поскольку степень вины участников ДТП не установлена. В случае принятия решения о взыскании судебных расходов с АО «АльфаСтрахование» снизить размер взыскиваемой суммы до разумных пределов, распределить их пропорционально удовлетворенным исковым требованиям; в случае удовлетворения иска и признания судом требования о взыскании неустойки, штрафа обоснованными, ответчик ходатайствует об их снижении в порядке ст. 333 ГК РФ.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, ранее участвуя в судебном заседании по факту ДТП пояснил, что двигался по <адрес> в сторону <адрес>, перед перекрестком с <адрес> остановился на запрещающий сигнал светофора. Он увидел, что для него загорелся желтый сигнал светофора, уже собирался включить скорость и начать движение, в это время с его автомобилем совершил столкновение автомобиль ФИО4

Представитель третьего лица ПАО СК «Россгосстрах» в судебное заседание не явился, представил письменный отзыв, в котором просил рассмотреть исковое заявление по документам, имеющимся в гражданском деле.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав стороны по делу, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Пунктом 4 статьи 931 ГК РФ установлено, что в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Порядок взаимодействия страховщика и потерпевшего при выплате страхового возмещения регулируется Законом об ОСАГО.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии со статьей 3 Закона об ОСАГО одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным Федеральным законом.

Согласно ст.7 ФЗ «Об ОСАГО» страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего - 400 тысяч рублей.

В соответствии с пунктом 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 настоящей статьи) в соответствии с пунктом 15.2 настоящей статьи или в соответствии с пунктом 15.3 настоящей статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы, при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также, вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом такая обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 25.10.2023 произошло дорожно-транспортное происшествие в районе <адрес> с участием автомобиля Lada Granta, государственный регистрационный знак №, под управлением истца, автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6, и автомобиля Рено Дастер, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2

Гражданская ответственность ФИО4 застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису ХХХ №, гражданская ответственность ФИО2 - в АО «АльфаСтрахование» по полису ХХХ №, гражданская ответственность ФИО6 - в ПАО СК «Росгосстрах» ХХХ №.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 26.12.2023 года производство по делу в отношении водителей ФИО4, ФИО2, ФИО6 прекращено на основании п. 6 ст. 24.5 КоАП РФ.

09.01.2024 ФИО4 обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением об исполнении обязательства по договору ОСАГО, с приложением необходимых документов. В заявлении способ исполнения обязательства не определен, а также указано, что заявитель не согласен на доплату за ремонт на СТОА.

09.01.2024 и 25.01.2024 страховой компанией проведены осмотры поврежденного транспортного средства истца, о чем составлены акты осмотра.

По инициативе страховой компании экспертом <данные изъяты> подготовлено экспертное заключение №, согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составляет 200770 рублей, с учетом износа – 144900 рублей.

30.01.2024 АО «АльфаСтрахование» осуществило ФИО4 выплату страхового возмещения по договору ОСАГО в размере 24150 рублей (1/6 от размера ущерба), что подтверждается платежным поручением №.

02.02.2024 страховщик осуществил доплату страхового возмещения в размере 24150 рублей, что подтверждается платежным поручением №.

20.02.2024 в страховую компанию от заявителя поступило заявление о восстановлении нарушенного права с требованием о выплате страхового возмещения путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства на СТОА либо доплате страхового возмещения по договору ОСАГО в денежной форме в размере 128320 рублей, выплате убытков по среднерыночным ценам, неустойки, расходов на проведение независимой экспертизы.

В обоснование заявленных требований ФИО4 представлено заключение экспертное заключение ИП ФИО7 от 14.02.2024 №, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа составляет 261300 рублей, с учетом износа - 172400 рублей.

Страховая компания письмом от 14.03.2024 года уведомила истца об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

18.03.2024 страховая компания осуществила выплату неустойки в размере 3381 рублей, с удержанием налога 13% в размере 440 рублей.

Истец обратился с заявлением к финансовому уполномоченному о взыскании страхового возмещения, убытков, неустойки, расходов на проведение независимой экспертизы.

Решением финансового уполномоченного от 17.05.2024 №№ отказано в удовлетворении требований ФИО4

Обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО4 просит суд установить степень вины участников ДТП от 25.10.2023: водителя ФИО2 – 100%, водителя ФИО4 – 0%.

При определении наличия и степени вины участников ДТП, суд исходит из следующего.

Постановлением по делу об административном правонарушении от 26.12.2023 года производство по делу в отношении водителей ФИО4, ФИО2, ФИО6 прекращено на основании п. 6 ст. 24.5 КоАП РФ.

Из постановления по делу об административном правонарушении следует, что в ходе проведения административного расследования было установлено, что водители ФИО4, ФИО2, ФИО6 дали противоречивые показания. Других свидетелей, а также видеонаблюдение на месте происшествия при проведении административного расследования не установлено. Камерами автоматической фиксации нарушений ПДД участники ДТП не зафиксированы. Поскольку достаточных доказательств в совершении административного правонарушения, повлекшего совершение ДТП, установить не представилось возможным, производство по делу прекращено.

Участниками на месте произошедшего дорожно-транспортного происшествия даны письменные объяснения.

Водитель ФИО4 в письменных объяснениях указал: «двигался по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> в крайней правой полосе примерно 60 км в час. Подъезжая к регулируемому перекрестку <адрес> мне горел зелёный сигнал светофора. На табло времени было показано 3 секунды, я продолжил движение без остановки, в этот момент допустил столкновение с автомобилем Рено Дастер № который со встречного направления поворачивал налево на <адрес>, я предпринял экстренное торможение, но столкновения с данным авто избежать не удалось, после удара мой авто отбросило на автомобиль Шкода Октавиа №, который стоял на <адрес> на запрещающий сигнал светофора».

Водитель ФИО2 в письменных объяснениях указал: «двигался по <адрес> со стороны <адрес> в сторону <адрес> в крайнем левом ряду, подъехал к регулируемому перекрестку <адрес>. Я включил левый указатель поворота для того чтобы повернуть налево на <адрес>. Я остановился на запрещающий сигнал светофора. Дождавшись разрешающего сигнала светофора, я выехал на данный перекресток и начал пропускать встречный транспорт. Когда загорелся жёлтый сигнал светофора и встречный транспорт остановился перед стоп-линией я начал осуществлять левый поворот. В этот момент допустил столкновение с автомобилем Лада-Гранта г/н №, который двигался со встречного направления в крайней правой полосе на запрещающий сигнал светофора. После удара данный автомобиль отбросило в автомобиль Шкода Октавиа г/н №, который стоял на <адрес> на запрещающий сигнал светофора».

Водитель ФИО6 в письменных объяснениях указал «двигался по <адрес> в районе дома № остановился на запрещающий сигнал светофора. Мой автомобиль находился в неподвижном состоянии пока горел запрещающий сигнал светофора. Передо мной произошло столкновение автомобиля Рено Дастер и автомобиля Лада Гранта. В результате столкновения автомобиль Лада Гранта отлетел на мой стоящий автомобиль».

Административный материал, правильность оформления и схему места ДТП, участники ДТП не оспаривали.

В ходе судебного разбирательства, по ходатайству представителя истца проведена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты> эксперту ФИО9 По ходатайству эксперта к участию в производстве экспертизы привлечен также эксперт ФИО8

Согласно выводам экспертов ФИО9 и ФИО8, изложенных в заключении судебной экспертизы от 21.04.2025 года, механизм дорожно-транспортного происшествия от 25.10.2023 года, произошедшего с участием трёх транспортных средств: Lada Granta, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, автомобиля Рено Дастер, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2, и автомобиля ФИО5, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 заключался в следующем:

25.10.2023г. примерно в 13 часов 35 минут (согласно административного материала) ТС RENAULT DUSTER, г/н № под управлением ФИО2 подъехало по прямолинейной траектории по проезжей части по <адрес> от <адрес> к перекрёстку <адрес> с целью повернуть налево на <адрес> и остановилось на красный сигнал светофора на левой полосе. В то же время ТС LADA GRANTA, г/н № под управлением ФИО4 приближалось со скоростью 60 км/ч по прямолинейной траектории по правой полосе (из 3-х полос движения) проезжей части по <адрес> к перекрёстку <адрес> от <адрес> с целью проехать данный перекрёсток, не меняя направления движения. После включения зелёного сигнала светофора ТС RENAULT DUSTER, г/н № въехало на перекрёсток и остановилось, пропуская ТС со встречного движения на <адрес> время горения разрешающего сигнала светофора на <адрес> перекрёстка <адрес> по правой стороне от <адрес> подъехало ТС SKODA OCTAVIA г/н № под управлением ФИО6 и остановилось перед пересечением проезжих частей на запрещающий сигнал светофора. ФИО2 (увидев загоревшийся жёлтый сигнал светофора, остановившиеся ТС на левой и средней полосах встречного движения перед знаком 6.16 и отсутствие ТС на правой полосе движения) начал выполнение маневра «поворот налево», изменив прямолинейную траекторию движения на траекторию с отклонением влево. В процессе выполнения маневра «поворот налево» ТС RENAULT DUSTER, г/н №, проехав левую полосу, среднюю полосу и въехав на правую полосу встречного движения (с расчётной скоростью не более 19,7 км/ч), попало под ударное воздействие при столкновении со стороны ТС LADA GRANTA, г/н №, которое пересекло линию знака 6.16 на жёлтый сигнал светофора. В результате столкновения избежать не удалось. Первичное контактирование (при котором угол между продольными осями ТС составил примерно 90 градусов) произошло у элементов передней правой угловой части ТС RENAULT DUSTER, г/н № (повреждения получили правая часть переднего бампера, передняя правая блок фара, правая ПТФ, передняя правая часть капота, передняя часть переднего правого крыла, передняя часть переднего правого подкрылка, диск переднего правого колеса) с элементами передней левой части ТС LADA GRANTA, г/н № (повреждения получили передняя левая часть переднего бампера, передняя левая блок фара, передняя часть переднего левого крыла, передняя левая блок фара, передняя левая часть капота).

От значительного ударного воздействия у ТС RENAULT DUSTER, г/н № произошло резкое, одномоментное изменение траектории движения на траекторию с отклонением влево с продолжением движения по проезжей части на <адрес> в сторону <адрес> и в последствии полной остановкой под углом продольной оси ТС к краю проезжей части равным примерно 36 градусов. От того же значительного ударного взаимодействия у ТС LADA GRANTA, г/н № произошло изменение прямолинейной траектории движения на траекторию с отклонением вправо. Отклонение траектории движения вправо сформировало условия для наезда ТС LADA GRANTA, г/н № на стоявший на перекрёстке на <адрес> ТС SKODA OCTAVIA г/н № (при котором угол между продольными осями ТС составил примерно 135 градусов). Контактирование произошло у элементов передней левой угловой части ТС LADA GRANTA, г/н № (повреждения получили левая часть усилителя переднего бампера, передняя левая часть капота, передняя часть переднего левого крыла, передняя панель) с элементами передней левой угловой части ТС SKODA OCTAVIA г/н № (повреждения получили левая часть переднего бампера, передняя левая блок фара, переднее левое крыло, передний левый подкрылок). После чего ТС LADA GRANTA, г/н № остановилось продольной осью под углом 45 градусов к краю проезжей части на <адрес>, а ТС SKODA OCTAVIA г/н № находилось продольной осью практически параллельно к краю проезжей части на <адрес>.

Не согласившись с заключением эксперта, представитель истца ФИО12 просила о назначении по делу повторной экспертизы, поручив ее эксперту ФИО10, поскольку считает, что в представленном заключении имеются многочисленные нарушения.

Опрошенные в судебном заседании эксперты ФИО9 и ФИО8 выводы экспертного заключения подтвердили.

Эксперт ФИО9 пояснил, что угол столкновения транспортных средств определялся исходя из полученных повреждений транспортных средств. Экспертами осуществлялся выезд на место ДТП, на осмотр были предоставлены автомобиль Рено и Шкода. Повреждения в правой части автомобиля Лада Гранта образовались при столкновении с автомобилем Рено, удар левой стороной был достаточно сильным, что привело к демонтажу переднего бампера, была сорвана решетка и фара. При исследовании использовались административный материал, протоколы судебного заседания с опросом участников ДТП, фотоматериалы, были исследованы повреждения транспортных средств.

Эксперт ФИО8 пояснил, что при подготовке заключения эксперты руководствовались, в том числе, ГОСТ 59857-2021. Угол столкновения транспортных средств установлен исходя из их повреждений, исследование в данной части изложено на стр. 35 заключения. Минимальное расчетное время движения автомобиля Рено с начала выполнения маневра до столкновения (4 сек.) рассчитано исходя из минимального и максимально возможного радиуса разворота автомобиля Рено, равные 5.2 и 8.5 соответственно, в соответствии с техническими характеристиками автомобиля. Скорость движения автомобиля Лада Гранта 60 км/ч указана самим водителем, никем не оспаривалась. Скорость движения автомобиля Рено рассчитана экспертным путем. При исследовании экспертами использовались административный материал, в том числе объяснения участников ДТП, протоколы судебного заседания с опросом участников ДТП, фотоматериалы, повреждения ТС. Применялся, в том числе, расчетный метод.

Согласно ч. 2 ст. 86 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Вместе с тем оснований для назначения повторной экспертизы по доводам представителя истца суд не усмотрел.

Ссылки представителя истца на неверное использование экспертами ГОСТ Р 59857-2021, суд полагает необоснованными. Согласно разделу 1 "ГОСТ Р 59857-2021. Национальный стандарт Российской Федерации. Автомобильные транспортные средства. Автотехническая и автотовароведческая экспертиза. Термины и определения" (утв. и введен в действие Приказом Росстандарта от 22.11.2021 N 1535-ст) настоящий стандарт устанавливает термины и определения основных понятий, применяемых в отношении транспортных средств (ТС) и их компонентов. Термины, установленные настоящим стандартом, рекомендуются для применения во всех видах документации по автотехническим и автотовароведческим экспертизам и литературы, входящих в сферу действия работ по стандартизации и/или использующих результаты этих работ. ГОСТ содержит в том числе понятие механизма ДТП, иные понятия, необходимые при исследовании обстоятельств ДТП.

Оценивая квалификацию экспертов, суд исходит из того, что экспертиза проведена экспертом ФИО8, имеющим высшее и дополнительное образование «судебного эксперта», являющегося кандидатом технических наук, доцентом, имеющему стаж работы по специальности с 1998 г., стаж экспертной работы с 2013 г., имеющему диплом высшего образования по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство», удостоверение о повышении квалификации в 2017 по программе «Основы разработки проектов организации дорожного движения», диплом о профессиональной переподготовке по программе «Судебная экспертиза»; сертификат соответствия по специальности 7.3 - «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей» 2023 года; сертификат о прохождении обучения по курсу «Расследование, реконструкция и анализ дорожно-транспортных происшествий» в 2018 г; для ответа на первый вопрос - экспертом ФИО9, имеющим высшее образование, прошедшим профессиональную переподготовку по программе «Профессиональная переподготовка экспертов- техников» в 2014 г; по программе «13.3 Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП транспортно-трасологическая диагностика)»; имеет сертификаты соответствия по специальностям: 13.2 - «исследование технического состояния транспортных средств» 2023 года; 13.3 - «исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно - трасологическая диагностика)» 2023 года; 13.5 «исследование технического состояния дороги, дорожных условий на месте дорожно-транспортного происшествия» 2023 года; 19.3 «Исследование транспортных средств, в том числе с целью их оценки» 2023 года; имеющему стаж работы по специальности эксперта с июня 2005 года.

Согласно ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами.

Таким образом, учитывая наличие у экспертов ФИО8, ФИО9 соответствующего образования, учитывая стаж работы по суд не находит оснований для вывода о некомпетентности экспертов по доводам представителя истца.

Не соглашается суд и с доводами представителя истца о том, что радиус поворота автомобиля Рено должен определяться в соответствии с ГОСТ 27257-87.

Указанный "ГОСТ 27257-87 (ИСО 7457-83). Машины землеройные. Методы определения параметров поворота колесных машин" устанавливает методы определения радиуса поворота, диаметра поворота, габаритного диаметра поворота машины, а также внешнего и внутреннего диаметров поворота по шинам колесной землеройной машины, не может использоваться для определения радиуса поворота легкового автомобиля.

Ссылки представителя истца на то, что эксперты неверно установили обстоятельства происшествия, использовали в качестве исходных данных пояснения участников ДТП, отдав приоритет показаниям одного участника над другими, вышли за пределы поставленных вопросов, не верно провели исследование и произвели расчеты, судом отклоняются, поскольку в целом свидетельствуют о несогласии с результатами проведенного исследования, состоявшимися не в пользу истца.

Вопреки мнению представителя истца ФИО12, заключение экспертов <данные изъяты>» ФИО9, ФИО8 от 21.04.2025 года соответствует положениям ч. 1 и ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, составлено в письменном виде, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд не находит оснований не доверять экспертному заключению, выполненному экспертами <данные изъяты>» ФИО9 и ФИО8, поскольку эксперты был предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, подробно изложили свои выводы в экспертном исследовании, а также дали подробные пояснения в рамках судебного заседания по вопросам, в отношении которых выразил свое несогласие представитель истца. Выводы экспертов основаны на представленных материалах, с учетом выезда на место ДТП и осмотра транспортных средств Рено Дастер и Шкода.

Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статьей 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а само заключение выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, компетентными экспертами, имеющими длительный стаж работы в соответствующей области.

При этом сторонами каких-либо относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, не представлено.

Согласно п. 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (далее – ПДД), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД РФ).

В соответствии с п. 6.2 ПДД круглые сигналы светофора имеют следующие значения: зеленый сигнал разрешает движение; зеленый мигающий сигнал разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло); желтый сигнал запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов; желтый мигающий сигнал разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности; красный сигнал, в том числе мигающий, запрещает движение.

Сочетание красного и желтого сигналов запрещает движение и информирует о предстоящем включении зеленого сигнала.

При запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам (п. 6.13 ПДД РФ).

В силу п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности (п. 8.2 ПДД).

В соответствии с п. 10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч. (п. 10.2 ПДД).

При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо (п. 13.4 ПДД).

Учитывая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что в сложившейся дорожной ситуации, произошедшей 25.10.2023 года водители ФИО4 и ФИО2 должны были руководствоваться требованиями дорожного знака 6.16. и пунктов 1.3.; 1.5.; 6.2.; 6.13.; 8.1.; 8.2.; 10.1, 10.2, 13.4 ПДД РФ.

При проведении исследования, экспертами исследовалась версия ФИО4 о выезде на перекресток на зеленый мигающий свет светофора. Определив время движения автомобиля Лада Гранта от стоп-линии (1,4 сек) и от светофора (1,3 сек.), минимальное расчетное время движения автомобиля Рено с начала выполнения маневра до столкновения (4 сек.), учтя дорожную обстановку на перекрестке, пояснения всех участников ДТП, эксперты пришли к выводу о невозможности проезда автомобиля Лада Гранта на зеленый цвет светофора.

Так, согласно экспертному заключению, для транспортного средства RENAULT DUSTER время движения с момента начала выполнения маневра поворот налево до момента столкновения с транспортным средством LADA GRANTA составило не менее 4,0 секунд. Если учесть, что расстояние от знака 6.16 до места столкновения (которое составило 2,5 м. + 18,8 м. + 2,3 м. = 23,6 м.) транспортное средство LADA GRANTA со скоростью 60 км/ч проехало за время 1,4 секунды и время горения зелёного мигающего сигнала светофора равно 3 секунды (по обоим направлениям движения транспортного средства на <адрес> при въезде на перекрёсток <адрес>), то в момент когда транспортное средство LADA GRANTA пересекало линию знака 6.16 время движения автомобиля RENAULT DUSTER составляло 2,6 секунды (4,0 сек. - 1,4 сек. = 2,6 сек.) по пересечению проезжих частей <адрес> и <адрес> при выполнении маневра поворот налево при Rmax= 8,5 м, а само транспортное средство RENAULT DUSTER в это время располагалось на левой полосе встречной стороны движения проезжей части на <адрес> (рисунок 7). Последующее движение транспортного средства RENAULT DUSTER до места столкновения с 2,6 секунды до 4,0 секунды продолжалось по левой полосе, по средней полосе, а затем и по правой полосе встречного движения на <адрес> (то есть со стороны <адрес>).

Если принять во внимание данные, указанные ФИО4 в протоколе судебного заседания от 21.08.2024г. и в объяснении, то пересечение транспортным средством LADA GRANTA линии знака 6.16 и светофора на зелёный сигнал светофора, а также пересечение транспортным средством RENAULT DUSTER (с учётом минимального расчётного времени движения до столкновения равного 4,0 секунды) во время горения зелёного сигнала светофора левой и средней полос встречного движения на <адрес> без столкновения с другими автомобилями и достижение правой полосы до столкновения с транспортным средством LADA GRANTA должно указывать либо на остановку автомобилей перед знаком 6.16 на зелёный (разрешающий движение) сигнал светофора, либо на отсутствие автомобилей на левой и средней полосах встречного движения на <адрес>, что не подтверждается фотографиями и видеоматериалами с места ДТП от 25.10.2023г. (представленными судом (фото 55 и 57)); не подтверждается объяснением ФИО2 от 25.10.2023г.; не подтверждается данными ФИО6 в протоколе судебного заседания от 21.08.2024г. и не подтверждается результатами расчётов параметров движения транспортного средства RENAULT DUSTER при выполнении маневра «левый поворот» до столкновения.

Таким образом, версия водителя ФИО4 о проезде перекрестка на разрешающий сигнал светофора опровергается представленным экспертным заключением, показаниями водителя ФИО2 о начале маневра поворота на желтый сигнал светофора, водителя ФИО6 о включении для него желтого сигнала светофора перед столкновением с его автомобилем автомобиля Лада Гранта, фотоматериалами дорожной обстановки в день ДТП, свидетельствующей об интенсивности дорожного движения на указанном перекрестке (принимая во внимание при этом, что ДТП произошло в рабочий день в обеденное время).

При этом доводы представителя истца о критической оценке показаний водителя ФИО6 суд полагает необоснованными.

Вопреки указанным доводам, суд не находит противоречий в показаниях ФИО6, данных на месте ДТП и в судебном заседании.

То обстоятельство, что в судебном заседании ФИО6 дополнил свои показания сведениями о включении для него желтого сигнала светофора в момент ДТП, не свидетельствует о даче им ложных показаний сотрудникам ГИБДД, которыми данный вопрос не выяснялся.

Указание ФИО6 о включении «желтого» сигнала, а не «красно-желтого», также не свидетельствует о ложности данных показаний, основанных на личном восприятии водителем сигнала светофора.

Вопреки доводам представителя истца суд не усматривает также противоречий показаний третьего лица режиму работы светофора и показаниям водителя ФИО2

Согласно режиму работы светофора желтый сигнал для водителей ФИО2 и ФИО4 горел 3 с., затем для всех водителей горел красный сигнал светофора (3 с.), после чего загорелся красно-желтый сигнал светофора для водителя ФИО6

Учитывая время движения автомобиля Рено Дастер (4 с.), начавшего движение на желтый сигнал светофора, а также показания водителя ФИО6, можно прийти к выводу, что столкновение автомобилей Рено Дастер и Лада Гранта произошло во время горения красного сигнала светофора для всех водителей.

При оценке показаний ФИО6 суд учитывает, что данных, свидетельствующих о заинтересованности третьего лица в исходе дела, судом не установлено. Вопрос о виновности указанного водителя в ДТП сторонами не ставился. Возможность получения ФИО6 возмещения материального ущерба от ДТП не зависит от исхода дела.

Таким образом, суд не находит оснований не доверять показаниям третьего лица ФИО6 Указанные показания в полном объеме согласуются с материалами дела.

Учитывая представленные доказательства, суд приходит к выводу, что водитель ФИО4 нарушил п.п. 6.2 и 6.13 ПДД, выехал на перекресток на желтый сигнал светофора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 года N 20 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" при квалификации действий водителя по части 2 статьи 12.13 или части 3 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо учитывать, что преимущественным признается право на первоочередное движение транспортного средства в намеченном направлении по отношению к другим участникам дорожного движения, которые не должны начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить участников движения, имеющих по отношению к ним преимущество, изменить направление движения или скорость (пункт 1.2 Правил дорожного движения).

Водитель транспортного средства, движущегося в нарушение Правил дорожного движения по траектории, движение по которой не допускается (например, по обочине, во встречном направлении по дороге с односторонним движением), либо въехавшего на перекресток на запрещающий сигнал светофора, жест регулировщика, не имеет преимущественного права движения, и у других водителей (например, выезжающих с прилегающей территории или осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что водитель ФИО4 не имел преимущественное право движения и водитель ФИО2 не был обязан уступить ему дорогу.

При таких обстоятельствах именно действия водителя ФИО4 явились причиной ДТП, оснований для возложения ответственности на водителя ФИО2, в действиях которого нарушение ПДД РФ судом не установлено, отсутствуют.

Определяя возможность взыскания со страховщика в пользу истца убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 22 статьи 12 Закона об ОСАГО, если все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред, страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована.

В случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную данным федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях.

Страховщики осуществляют страховое возмещение в счет возмещения вреда, причиненного потерпевшему несколькими лицами, соразмерно установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых ими застрахована. При этом потерпевший вправе предъявить требование о страховом возмещении причиненного ему вреда любому из страховщиков, застраховавших гражданскую ответственность лиц, причинивших вред.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 г. № 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если из документов, составленных сотрудниками полиции, следует, что за причиненный вред ответственны несколько участников дорожно-транспортного происшествия, то в силу прямого указания закона их страховщики производят страховое возмещение в равных долях (абзац четвертый пункта 22 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При несогласии с таким возмещением потерпевший вправе предъявить требование о взыскании страхового возмещения в недостающей части. При рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено.

При рассмотрении настоящего дела судом установлена 100% вина в ДТП истца ФИО4

Учитывая изложенное, основания для выплаты страхового возмещения ФИО4 у ответчика АО «АльфаСтрахование» отсутствуют. Требования истца в части взыскания с АО «АльфаСтрахование» страхового возмещения, убытков, неустойки, штрафа, компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

В силу части 1 статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. В случае если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части, в которой истцу отказано.

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, оснований для взыскания понесенных им судебных расходов не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 198 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО4 к АО «АльфаСтрахование», ФИО2 о взыскании недоплаченной суммы страхового возмещения, штрафа, неустойки, убытков, процентов, компенсации морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решения суда в окончательной форме составлено 30.06.2025 года.

Судья О.Ю. Зацепина