Апелляционное определение по делу № 2-166/2023 от 21.08.2023.

Судья Малова Т.В. 33-14226/2023

(1 инст.)№ 2-166/2023

УИД 61RS0011-01-2022-003134-34

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 августа 2023 года г.Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе председательствующегоВялых О.Г.,

судей: Криволапова Ю.Л., Портновой И.А.,

при секретареЗаярском А.Э.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Белокалитвинского городского суда Ростовской области от 4 мая 2023 года.

Заслушав доклад судьи Криволапова Ю.Л., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о возмещении материального ущерба, указав на то, что 12.11.2022 на 33 км + 100 м автодороги г.Волгоград - г.Каменск-Шахтинский п.Горняцкийх.Ильинка Белокалитвинского района Ростовской области ФИО2, управляя транспортным «Лада Гранта» г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, нарушил требования п.10.1 ПДД РФ, не обеспечил безопасную скорость движения, в результате чего совершил столкновение с автомобилем «Опель Астра» г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН под управлением и принадлежащего истице.

В результате ДТП автомобилю истице причинены механические повреждения.

Согласно экспертному заключению №302/22 от 23.11.2022 сумма материального ущерба при полной гибели поврежденного автомобиля составляет 194000 руб. Автогражданская ответственность водителя транспортного средства Лада Гранта ФИО2 на момент ДТП не была застрахована по договору ОСАГО.

В добровольном порядке ответчик отказывается возмещать ущерб, причиненный ДТП.

На основании изложенного, истец просил суд взыскать с ФИО3 в свою пользу ущерб, причиненный в результате ДТП в размере 194400 руб., расходы на оплату услуг эксперта в размере 6000 руб., почтовые расходы в размере 63 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 5088 руб.

Решением Белокалитвинского городского суда Ростовской области от 04.05.2023 исковые требования ФИО1 удовлетворены.

Суд взыскал с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба, причинённого дорожно-транспортным происшествием в размере 194400 руб. 15 коп., расходы на оплату услуг эксперта в размере 6000 руб., почтовые расходы в размере 48 руб. 50 коп., расходы по оплате судебной экспертизы в размере 22600 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 5088 руб.

Также взыскал с ФИО2 в пользу ООО «Экспертное Бюро Русэксперт» расходы за проведение судебной экспертизы в размере 22600 руб.

Не согласившись с решением суда, ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований, оспаривая свою вину в причинении ущерба истцу, полагает, что истцом не доказана и не установлена причинно-следственная связь межу действиями ответчика и причиненным истцу ущербом. Полагает, что механические повреждения автомобилю истца причинены в результате его собственных действий, которыми ответчику создавались помехи в осуществлении движения, а именно истец перекрыл полосу, по которой ответчик начал совершать маневр обгона, что является нарушением п.8.1 ПДД.

Кроме того, в деле имеются противоречия о месте ДТП, а также несоответствия в показаниях ФИО1 и Д.Е.В.

По мнению апеллянта, показания допрошенного в качестве свидетеля сотрудника ГИБДД С.А.В. также необходимо оценивать критически.

Также апеллянт не согласен с выводами судебной экспертизы, положенными в основу решения, полагая, что заключение не является относимым и допустимым доказательством, поскольку выполнено с нарушением ФЗ № 73 «О судебно-экспертной деятельности», поскольку скорость автомобиля в момент столкновения принята то слов водителей, которая не соответствует действительности. Не приняты во внимание экспертом показания ответчика, согласно которым им применялось торможение и вменение ему нарушений п.10.1 ПДД является недопустимым. Вывод эксперта о том, что происшествия могло и не быть если бы автомобиль Лада Гранта не применил маневр, не покидал полосы движения, принял меры к торможению, что позволило бы автомобилю Опель Астра беспрепятственно завершить маневр и покинуть опасную зону не соответствует установленным по настоящему делу обстоятельствам. По мнению апеллянта, эксперт должен был определить кто первым начал маневр, в связи с чем устанавливать виновность одного из водителей.

С учетом изложенного, ответчик просил назначить по делу повторную экспертизу.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ в отсутствие не явившихся лиц, извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, о чем имеется в материалах дела уведомление.

Рассмотрев материалы дела, проверив законность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями ст. 327.1 ГПК РФ, выслушав представителя ФИО4 – ФИО5, ФИО1, ее представителя ФИО6, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных положениями статьи 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции.

Как установлено судом и следует из материалов дела, что 12.11.2022 на 33 км + 100 м автодороги г.Волгоград - г.Каменск-Шахтинский п.Горняцкийх.Ильинка Белокалитвинского района Ростовской произошло ДТП с участием автомобиля Лада Гранта государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, под управлением и принадлежащего ФИО2 и автомобиля и Опель Астра государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН под управлением и принадлежащего ФИО1

Гражданская ответственность ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия застрахована не была.

12.11.2022 инспектором ДПС ОДПС ГИБДД ОМВД России по Белокалитвинскому району лейтенантом полиции Ш.Д.В. вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5, ч.5 ст.28.1 Кодекса РФ об административных нарушениях, в рамках которого установлено, что 12.11.2022 на 33 км + 100 м автодороги г.Волгоград - г.Каменск-Шахтинский п.Горняцкийх.Ильинка Белокалитвинского района Ростовской ФИО2 управляя автомобилем Лада Гранта г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, не обеспечил безопасную скорость движения, в результате чего совершил столкновение с транспортным средством Опель Астра г/н НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН под управлением ФИО1, тем самым ФИО2 нарушил п.10.1 ПДД РФ.

Ответчик ФИО2 вину в дорожно-транспортном происшествии не признал, пояснил, что по пути следования в х.Ильинка, между х.Головкой и х.ФИО8 ему в попутном направлении встретился автомобиль Опель Астра. Убедившись, что на встречной полосе движения автомобилей нет, включил левый поворот, выехав на встречную полосу движения для обгона. Когда стал сравниваться с задней частью автомобиля истицы, та стала совершать маневр поворота налево. Он стал притормаживать, сработала система АБС и он стал уходить от столкновения на левую обочину, где столкнулся передней правой частью своего автомобиля, с левой передней частью автомобиля истицы. Он первым стал совершать обгон автомобиля под управлением истцы, сигнал поворота истица не включала. Когда он включил левый поворот, у автомобиля истицы загорелись стоп сигналы, он подумал, что она его пропускает. После столкновения истица переместила свой автомобиль, съехав на обочину. Он ехал со скоростью примерно 70-80 км/ч, при обгоне примерно 90-100 км/ч. На схеме ДТП следы торможения не зафиксированы, но они имелись, сотрудник полиции их измерял. На обочине имелся след от его автомобиля.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С.А.В., являющийся инспектором ДПС ГИБДД ОМВД России по Белокалитвинскому району пояснил, что оформлял схему ДТП, при этом следов он в ней не фиксировал. На обочине примерно за 50 м. до места столкновения имелся след от автомобиля Лада Гранта, но это след не торможения. Водитель автомобиля Лада Гранта «зацепил» обочину, когда совершал обгон. На асфальте следов торможения не имелось. Водитель автомобиля Лада Гранта пояснял, что стал совершать обгон, когда увидел, что у автомобиля Опель Астра загорелись стоп сигналы и он резко стал совершать обгон. Выслушав участников ДТП, он сделал вывод о том, что виновником ДТП был водитель автомобиля Лада Гранта, который нарушил п.10.1 ПДД РФ. Участники ДТП со схемой ознакомились, подписали ее. Водитель автомобиля Лада Гранта вину не признавал.

Свидетель ФИО7 С.А. пояснил, что он участвовал при составлении схемы ДТП. Инспектор ДПС измерял след на обочине. По прибытию его на место происшествия бампер от автомобиля Опель Астра лежал перед автомобилем Лада Гранта. Потом бампер перемещался. Из разговора лиц, присутствующих на месте ДТП он слышал, что автомобиль Опель Астра после ДТП был перемещен на обочину.

Свидетель Д.Е.В. пояснила, что она была пассажиром автомобиля под управлением ФИО1, которая двигаясь по асфальтированной дороге, решила совершить поворот налево, съехав в лес на грунтовую дорогу. Включив сигнал поворота, стала совершать маневр, она слышала звук включенного поворота. Когда передняя часть автомобиля была на грунтовой, а ее задняя часть на асфальтированной дороге в автомобиль под управлением ФИО1 врезался автомобиль ответчика и их отбросило на обочину. Автомобили после ДТП до приезда сотрудников полиции не перемещались, бампер от автомобиля ФИО1 также не перемещался.

В целях установления механизма развития ДТП и лица, виновного в данном происшествии, судом 10.02.2023 была назначена судебная комплексная автотехническая экспертиза.

Из заключения экспертов №679-01/2023 от 28.03.2023 следует, что на основании проведенных исследований, учитывая совокупность следов на проезжей части, конечное расположение автомобилей в месте ДТП, можно сделать вывод о том, что механизм ДТП развивался следующим образом: автомобили Опель Астра и Лада Гранта двигались по а/д г.Волгоград - г.Каменск – Шахтинский - п.Горняцкий – х.Ильинка в попутном направлении. Автомобиль Опель Астра выполнял маневр поворот налево, автомобиль Лада Гранта за 51-68 м до места столкновения смещался влево относительно своего первоначального движения с выездом за левый предел проезжей части. Далее произошло столкновение между передней левой боковой частью кузова автомобиля Опель Астра и передней правой угловой частью кузова тс Лада Гранта, при этом угол контакта между продольными осями составлял 45+-5 градусов. Столкновение произошло в момент, когда автомобиль Опель Астра завершал маневр поворот налево, и его передняя часть кузова находилась за пределами а/д, о чем свидетельствуют следы бокового смещения за пределами проезжей части. После завершения деформационных изменений, автомобили переместились в конечные положения согласно схеме ДТП.

Так как версии водителей противоречивы, устранить противоречия экспертным путем не представляется возможным по причине объективных исходных данных, исследование проведено по версии водителя автомобиля Лада Гранта и водителя автомобиля Опель Астра.

Водитель автомобиля Лада Гранта ФИО2 пояснил, что видел, как автомобиль Опель сбросил скорость и начал выполнять маневр поворота без соответствующего сигнала поворота.

Водитель автомобиля Опель Астра ФИО1 и пассажир Д.Е.В. пояснили, что перед поворотом водитель тс Опель снизила скорость, включила сигнал левого поворота и приступила к выполнению маневра.

В соответствии с выводами эксперта по вопросу как в соответствии с ПДД РФ должны были действовать водители транспортных средств Лада Гранта государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН и Опель Астра государственный регистрационный знак НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН в сложившейся ситуации в ДТП 12.11.2022?

По версии водителя автомобиля Лада Гранта ФИО2 водитель Опель астра должен был действовать в соответствии с требованиями п.8.1 ПДД РФ - перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения, а водитель автомобиля Лада Гранта должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

По версии водителя автомобиля Опель Астра ФИО1 и пассажира Д.Е.В. водитель Опель Астра должен был действовать в соответствии с требованиями п.8.1 ПДД РФ, а водитель автомобиля Лада Гранта должен был действовать в соответствии с требованиями п.10.1 ПДД РФ - водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил и п. 11.2 ПДД РФ водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу.

В соответствии с выводами эксперта по вопросу: кто из водителей обладал технической возможностью избежать дорожно-транспортное происшествие, следует, что по версии водителя автомобиля Лада Гранта ФИО2 постановка вопроса о наличии технической возможности предотвращения столкновения в отношении водителя автомобиля Опель Астра не имеет практического смысла.

Водитель автомобиля Лада Гранта мог избежать ДТП, не покидая полосу первоначального движения, применив меры к торможению, что позволило бы автомобилю Опель Астра беспрепятственно завершить маневр и покинуть опасную зону.

По версии водителя Опель Астра ФИО1 и пассажира Д.Е.В., поскольку опасность для водителя автомобиля Опель Астра возникла в момент контакта, когда она практически завершила маневр, то от ее действий уже ничего не зависело, следовательно, водитель автомобиля Опель Астра не располагала технической возможностью предотвратить ДТП.

В заданной дорожно-транспортной ситуации от водителя автомобиля Лада Гранта требовалось не предотвращать данное происшествие, а предупреждать его путем своевременного требований Правил дорожного движения РФ. При выполнении требований пунктов 10.1, 11.2 ПДД РФ, водитель автомобиля Лада Гранта располагал возможностью избежать ДТП.

В соответствии с выводами эксперта по вопросу: чьи действия находились в причинной связи с фактом ДТП, следует, что по версии водителя автомобиля Лада Гранта ФИО2 оценивая его действия в данной ситуации можно прийти к выводу, что его действия с технической точки зрения не соответствовали вышеуказанным требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, и находились в причинной связи с фактом данного ДТП, поскольку водитель при возникновении опасности не выполнил требования п.10.1 ПДД, а применил маневрирование, что привело к столкновению с автомобилем Опель Астра.

Оценивая действия водителя автомобиля Опель Астра в данной ситуации, судебная коллегия приходит к выводу, что ее действия с технической точки зрения не соответствовали вышеуказанным требованиям п.8.1 ПДД РФ, однако указанные несоответствия не находятся в причинной связи с фактом ДТП. Так водитель автомобиля Опель Астра (со слов водителя автомобиля Лада Гранта) выполнял маневр поворота без включения сигнала поворота, следовательно, его действия были необходимыми условиями для возникновения происшествия. При этом его действия были недостаточными для того, чтобы происшествие произошло, его (происшествия) могло и не быть, если бы водитель автомобиля Лада Гранта не применял маневр, не покидал полосы движения, а принял меры к торможению, что позволило бы автомобилю Опель Астра беспрепятственно завершить маневр и покинуть опасную зону.

По версии водителя автомобиля Опель Астра и пассажира ФИО9, оценивая действия водителя автомобиля Опель Астра в данной ситуации, можно прийти к выводу, что в ее действиях с технической точки зрения несоответствий вышеуказанным требованиям пункта 8.1 ПДД РФ не усматривается, поскольку водитель автомобиля выполнила требования, снизила скорость, перед поворот налево заблаговременно включила сигнал поворот.

Оценивая действия водителя автомобиля Лада Гранта в данной ситуации можно прийти к выводу, что его действия с технической точки зрения не соответствовали вышеуказанным требованиям пункта 10.1, 11.2 ПДД РФ и находились в причинной связи с фактом ДТП.

В судебном заседании суда первой инстанции допрошенный эксперт ООО «ЭБ Русэксперт» А.Д.О. пояснил, что по исходным данным было проведено исследование, которых было достаточно для его проведения. Поскольку версии участников ДТП противоречат друг другу, устранить их не представляется возможным, рассматривались версии обоих водителей. По поводу учета факта торможения, которые применял водитель автомобиля Лада Гранта, эксперт пояснил, что на стр.11 абзац 3 заключения водитель поясняет «вот мой тормозной путь, траектория ухода», но в данном случае это не след торможения, а след съезда. То, что водитель тормозил и то, что начал притормаживать, а потом применил маневр, не меняет того, что он применил маневр и допустил съезд. Были предоставлены 2 видео, на одном из которых водитель Лада Гранта рассказывает, где он начал съезжать, показывая след. В экспертизе он сделал ссылку на время съезда по видео (это 53 секунда). Соответственно, ему достаточно тех данных, где водитель уже съехал, так как говорится не только о мнении водителя о торможении, а о его действиях в сложившейся дорожной ситуации. Водитель говорить, что начал притормаживать и применил маневр, а в соответствии с п.10.1 ПДД РФ маневр применяться не должен. Тормозить водитель тс Лада Гранта должен был до съезда. На видео имеются следы съезда, и следы юза перед столкновением на обочине, следов торможения перед съездом нет. Место ДТП, указанное сотрудниками полиции, соответствует месту столкновения, это достаточно точно можно определить по следам на автомобиле Лада Гранта. При столкновении передняя часть автомобиля Опель Астра находилась на обочине, при этом задняя его часть на проезжей части дороги.

В исследовании, по версии водителя Лада Гранта он указал, что с учетом времени передвижения, скоростных параметров и расстояний, водитель Лада Гранта мог остановить свой автомобиль и не покидая эту полосу мог избежать ДТП таким образом, что препятствие вышло бы за пределы зоны. ФИО10 перекрывает полосу движения, но она не стоит на месте. Габаритная длина Опель Астра примерно 4,5 метра, ширина проезжей части 3 метра. Она полностью перекрывает полосу, но имея объективные исходные данные о том, что водитель Опель Астра на скорости 20 км/ч выполнял маневр поворота и скорость движения водителя Лада Гранта 80-100 км/ч, произведен расчет времени, за которое тс Опель Астра покинуло эту полосу движения гораздо меньше, если бы водитель тс Лада Гранта двигался прямо, не покидая полосы движения, т.е. он достиг бы точки столкновения гораздо позже и Опель Астра вышла бы за пределы проезжей части. Поскольку водитель применил маневр съезда на обочину влево за 51-68 м, они столкнулись на обочине. В правилах указано, при возникновении опасности, необходимо применить торможение или снизить скорость, но ничего не говорится о применении маневров.

Согласно заключению эксперта №302/22 от 23.11.2022 стоимость материального ущерба при полной гибели поврежденного транспортного средства Опель Астра составляет 194400 руб.

Разрешая спор, суд руководствовался положениями ст. ст. 15, 1064, 1079, 1083 ГК РФ, оценив в совокупности, имеющиеся в деле доказательства в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, приняв в качестве допустимых доказательств, представленные заключения экспертов, установив вину водителя ФИО2 в спорном ДТП, пришел к выводу о том, что именно на ответчике лежит ответственность по возмещению вреда причиненного имуществу истца в размере, установленном заключением, представленным истцом.

Руководствуясь ст. ст. 85, 94, 98 ГПК РФ, суд возложил на ответчика обоснованные, документально подтвержденные и относящиеся к спору расходы, состоящие из экспертных услуг, почтовых расходов, расходов по оплате государственной пошлины.

Судебная коллегия соглашается с такими выводами суда, поскольку они основаны на установленных судом обстоятельствах данного дела и вышеуказанных положениях закона.

Довод апелляционной жалобы в части оспаривания вины ответчика в спорном дорожно-транспортном происшествии не может послужить основанием для отмены решения суда первой инстанции исходя из следующего.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Абзацем вторым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 указанного кодекса).

Согласно положениям абзаца первого пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 той же статьи).

По смыслу приведенных выше норм права общими основаниями ответственности за причинение вреда являются наличие вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя вреда.

Оспаривая свою вину, ответчик указывает на вину истца в ДТП и, что истцом не доказана и не установлена причинно-следственная связь межу действиями ответчика и причиненным истцу ущербом. Полагает, что механические повреждения автомобилю истца причинены в результате его собственных действий, которыми ответчику создавались помехи в осуществлении движения, а именно истец перекрыл полосу, по которой ответчик начал совершать маневр обгона, что является нарушением п.8.1 ПДД.

Согласно п. 8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Пунктом 10.1. ПДД РФ установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При этом, выводами судебного заключения № 679-01/2023 от 28.03.2023 установлено, что действия водителя автомобиля Опель Астра в данной ситуации, с технической точки зрения не соответствовали требованиям п.8.1 ПДД РФ, однако указанные несоответствия не находятся в причинной связи с фактом ДТП. Так водитель автомобиля Опель Астра (со слов водителя автомобиля Лада Гранта) выполнял маневр поворота без включения сигнала поворота, следовательно, его действия были необходимыми условиями для возникновения происшествия. При этом его действия были недостаточными для того, чтобы происшествие произошло, его (происшествия) могло и не быть, если бы водитель автомобиля Лада Гранта не применял маневр, не покидал полосы движения, а принял меры к торможению, что позволило бы автомобилю Опель Астра беспрепятственно завершить маневр и покинуть опасную зону.

Также установлено, что по версии самого водителя автомобиля Лада Гранта ФИО2 он мог избежать ДТП, не покидая полосу первоначального движения, применив меры к торможению, что позволило бы автомобилю Опель Астра беспрепятственно завершить маневр и покинуть опасную зону. Также по версии водителя автомобиля Лада Гранта ФИО2, его действия с технической точки зрения не соответствовали вышеуказанным требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, и находились в причинной связи с фактом данного ДТП, поскольку водитель при возникновении опасности не выполнил требования п.10.1 ПДД, а применил маневрирование, что привело к столкновению с автомобилем Опель Астра.

Кроме того, факт нарушения водителем ФИО2 п.10.1 ПДД подтверждается сведениями, установленными в определении об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 12.11.2022, а также показаниями допрошенного в качестве свидетеля инспектора ДПС ГИБДД ОМВД России по Белокалитвинскому району С.А.В.

При таких обстоятельствах, установлен факт нарушения водителем ФИО2 п.10.1 ПДД, что находится в причинно-следственной связи с исследуемым дорожно-транспортным происшествием, в связи с чем судебная коллегия приходит к тому, что выводы суда первой инстанции о виновности ответчика в ДТП исходя из обстоятельств дела являются правильными, доводы апелляционной жалобы в указанной части подлежат отклонению.

Доводы жалобы о том, что суд принял за основу недостоверное доказательство - заключение судебной экспертизы №679-01/2023 от 28.03.2023, несостоятельны. В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться судом в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Оснований не доверять заключению №679-01/2023 от 28.03.2023, у судебной коллегии не имеется, поскольку заключение содержит подробное описание сведений об экспертной организации, произведенных исследований и все необходимые исходные сведения, использованные экспертом, исследован механизм ДТП, локализация, характер имеющихся повреждений автомобилей, которые описаны с указанием на фотографии, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в его распоряжение материалов, указывает на применение методов исследований. Экспертом оценены все представленные документы. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.Эксперт включен в государственный реестр экспертов – техников Минюста России.

Для производства экспертизы эксперту было представлены материалы гражданского дела и административного материала по факту ДТП, СD-диски с фотографиями повреждений автомобиля. Экспертом сделаны однозначные выводы о том, что именно водительФИО2 при возникновении опасности не выполнил требования п.10.1 ПДД, а применил маневрирование, что привело к столкновению с автомобилем Опель Астра.

При этом, в удовлетворении представленного судебной коллегии ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы в связи с несогласием с выводами эксперта коллегия отказывает, поскольку повторная экспертиза (ст. 87 ГПК РФ, ст. 20 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации") в основном назначается в связи с сомнениями суда в объективности и обоснованности экспертного заключения. Судебная коллегия не усматривает оснований сомневаться в выводах экспертов.

Более того, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, ни суду первой, ни апелляционной инстанций не представлено.

Доводы апелляционной жалобы относительно несогласия с действиями суда по оценке представленных доказательств, в том числе показаниям свидетелей, не свидетельствует о незаконности судебного решения, поскольку согласно положениям статей 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Оснований для переоценки доказательств не имеется.

Иные доводы апелляционной жалобы не содержат данных, которые не были бы проверены судом первой инстанции при рассмотрении дела, но имели бы существенное значение для его разрешения или сведений, опровергающих выводы решения суда, и не могут являться основанием к отмене вынесенного судебного постановления.

При таких обстоятельствах судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции были исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства, дана надлежащая оценка представленным доказательствам, в связи с чем, решение суда является законным и отмене по доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Белокалитвинского городского суда Ростовской области от 4 мая 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено