Решение по делу № 2-17/2023 от 18.01.2023 - о компенсации морального вреда.

УИД 37RS0002-01-2022-000938-36

Производство №2-17/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Вичуга 18 января 2023 года

Вичугский городской суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Сесекиной Е.В.,

при секретаре Ломаковой Ю.А.,

с участием старшего помощника Вичугского межрайонного прокурора Зиминой А.А.,

представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей. Исковые требования мотивированы тем, что по вине ответчика в результате ДТП наступила смерть ее брата Б.В.А., в связи с чем ей причинен моральный вред, выразившийся в переживаниях, чувстве горя, утраты, беспомощности. Истцом также заявлены ко взысканию судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 300 рублей и на представительские услуги в сумме 15000 рублей.

В ходе судебного разбирательства в силу положений ст. 39 ГПК РФ истцом исковые требования уменьшены, просит взыскать с ответчика в ее пользу компенсацию морального вреда в сумме 700000 рублей, расходы на представителя в размере 13000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержал по доводам иска, в ходе судебного разбирательства пояснял, что моральные страдания его доверительницы в результате смерти брата безусловны и неоспоримы, поскольку брат был единственным близким человеком ее кровной семьи, он практически все время после освобождения из мест лишения свободы проживал у сестры, его доверительница фактически содержала брата, между ними было тесное общение, в связи с чем потеря брата для его доверительницы является невосполнимой. Отсутствие вины ответчика в ДТП не оспаривается. Полагает, что требования подлежат удовлетворению, поскольку владелец источника повышенной опасности несет ответственность вне зависимости от виновности в причинении вреда.

Ответчик ФИО2 возражал против удовлетворения исковых требований, поскольку его вины в ДТП нет, истец не находилась на иждивении погибшего брата, компенсация истцу должна быть за счет страховой компании. В ходе судебного разбирательства пояснял, что не должен выделять денежные средства истцу, поскольку деньги нужны его семье, его детям. По обстоятельствам ДТП пояснил, что около 10 часов вечера двигался по дороге «Вичуга – Приволжск», не доезжая деревни Янино, человек во всем черном оказался на проезжей части, то ли его толкнули, то ли он бросился. Он успел нажать на тормоз и вывернуть руль, однако избежать наезда на него не представилось возможным. Он остановился, стал тормозить сзади ехавшую машину, с водителем которой они обнаружили ближе к обочине мужчину, сразу вызвали скорую помощь, сотрудников ГИБДД. По приезду скорой помощи они помогли занести мужчину в машину, от мужчины исходил сильный запах алкоголя. На следующий день он звонил в Кинешемскую больницу, чтобы узнать опознали ли мужчину и принести извинения родственникам, однако родственников установили только на вторые сутки, когда в соцсетях появились комментарии к заметке о ДТП о том, что причастные к нему лица, «гады» и тому подобное, после чего он понял, что общение с родственниками не состоится. У его автомобиля было разбито лобовое стекло, замят капот, бампер расколот, крепление фары было сломано, в связи с чем ему необходимо было произвести ремонт автомобиля, который требовался ему для поездок на работу. Денежные средства на ремонт автомобиля были взяты в долг, задолженность по настоящее время им не погашена. На его иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, его дочь по состоянию здоровья требует постоянного наблюдения в больнице г. Москвы, его сын посещает хоккейную секцию, что требует больших материальных затрат, при этом доход его семьи в месяц составляет приблизительно 50000 рублей, в его собственности и собственности членов его семьи имеется жилой дом, в котором они проживают, и квартира в г. Ярославле, которая приобретена с использованием средств материнского (семейного) капитала, в его собственности имеется автомобиль, который им используется для нужд семьи.

Представитель ответчика ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, полагал, что в данном случае само по себе наличие родственных отношений не является безусловным основанием для удовлетворения требований. Не отрицал, что потеря близкого человека всегда вызывает страдания, однако доказательств тому, что погибший проживал вместе с истцом, находился на ее иждивении, либо истец находилась на иждивении погибшего брата не представлено. Б.В.А. являлся трудоспособным человеком, однако не проявлял стремления трудоустроиться, встать на учет в центр занятости населения. Наличие нравственных страданий истцом не доказано, она не знала, где находился ее брат в момент ДТП, о его смерти узнала, когда находилась на вокзале с целью отъезда на работу, хотя знала, что ее брат находится в тяжелом состоянии. В судебном разбирательстве непосредственного участия истец не принимала, вела дело через представителя, в связи с чем ее страдания не представилось возможным увидеть. Доказательств участия в жизни брата до его смерти, проявления заботы о нем истец не представила. Учитывая, что у погибшего не было семьи, детей, своего жилья, места работы, считает возможным полагать, что он мог намеренно броситься под машину, доказательств, что это был не суицид, материалы дела не содержат. Его доверитель в результате ДТП также пострадал, его машина разбита. Все имущество его доверителем нажито честным путем, а в настоящее время получается. что его материальное положение должно быть ухудшено. Истец может обратиться в страховую компанию, поскольку ответственность его доверителя застрахована по договору ОСАГО.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

В предварительном судебном заседании истец исковые требования поддержала по доводам иска, пояснила, что у ее брата Б.В.А. кроме нее родных не было, она являлась для него единственным близким человеком, передавала передачи брату, когда тот находился в местах лишения свободы, одевала и обувала его после освобождения из мест лишения свободы, кормила его, он периодически у нее проживал, все его документы хранились у нее. Брат не работал, иногда калымил, помогал ей по хозяйству, периодически проживал в д. Погорелка, где жилое помещение требовало ремонта. О том, что брат попал в медицинское учреждение ей сообщили из больницы г. Кинешма, поскольку ее номер был в мобильном телефоне брата, попросили приехать на опознание и привезти документы. Все документы брата находились у нее. Увидев брата в реанимации, у нее был шок, поскольку брат лежал как мертвый, руки у него были восковые. В больнице ей сообщили, что брату нужна операция, что он находится на препаратах, которые поддерживают его жизнеобеспечение, также пояснили, что шансов у него мало. Она приобрела памперсы, и все, необходимое. Она звонила в больницу каждые два часа, узнавала о его состоянии здоровья. Поскольку ей нужно было ехать на работу в Москву, она спросила у врача, что ей делать, на что врач сказал, что она ничем помочь брату не сможет. Когда она была на автостанции, за десять минут до отправления автобуса ей позвонили и сказали, что брат скончался, у нее была истерика, поскольку она надеялась, что брат выживет. До девятого дня она находилась дома, занималась похоронами. У нее было четыре брата и сестра, в настоящее время у нее никого не осталось. Потерей близкого человека, который постоянно был с ней, ей причинен моральный вред. Отсутствие вины водителя в ДТП ею не оспаривается.

Заслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, заключение прокурора, полагавшего возможным исковые требования удовлетворить частично, изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО4 заявлены обоснованно и подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа 20 минут ФИО2, управляя принадлежащим ему на праве собственности автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак № на 1км 610м автодороги <адрес> совершил наезд на пешехода, который с признаками <данные изъяты> был доставлен в НХО ОБУЗ Кинешемской ЦРБ, где была установлена личность пострадавшего, им оказался Б.В.А. (т.1л.д.188,238, 148).

Из материала проверки по факту ДТП следует, что Б.В.А. передвигался по проезжей части вне населенного пункта в темное время суток без светоотражающих элементов на одежде, скорость водителя была допустимой.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ ИДПС о ГИБДД МО МВД «Вичугский» было возбуждено дело об административном правонарушении по факту того, что ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 34 минуты по автодороге <адрес> неустановленный гражданин, будучи пешеходом, передвигался по проезжей части вне населенного пункта в темное время суток, без светоотражающих элементов на одежде, чем нарушил п.4.1 ПДД РФ, за что предусмотрена ответственность по ч.1 ст.12.29 КоАП РФ (т.1л.д.194).

Из медицинской карты стационарного больного следует, что Б.В.А., поступил в медицинское учреждение как неизвестный, диагноз при поступлении: <данные изъяты>. В карте отражен номер телефона сестры Надежды, указаны данные пострадавшего как Б.В.А. (л.д148).

Согласно справке ОБУЗ Кинешемская ЦРБ Б.В.А. находился на стационарном лечении в <данные изъяты> отделении с ДД.ММ.ГГГГ, где скончался ДД.ММ.ГГГГ. При химикотоксилогическом исследовании крови на алкоголь обнаружен этанол в концентрации 2,22 г/л. (т.1л.д.149,155).

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ административный материал, возбужденный по ч.1 ст.12.29 КоАП РФ в отношении Б.В.А., прекращен в связи с его смертью (т.1л.д.207).

Согласно заключению эксперта № ри ДД.ММ.ГГГГ в ходе судебно – медицинской экспертизы у Б.В.А. установлены следующие прижизненные повреждения:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Вышеуказанные повреждения образовались в результате действий в соответствующие области тела тупых твердых предметов, за несколько часов до поступления в ОБУЗ Кинешемская ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ в 23:53. Смерть Б.В.А. наступила в результате <данные изъяты>, согласно данным медицинской карты ДД.ММ.ГГГГ в 13:25.

Вышеуказанные повреждения могли быть получены от действия транспортного средства при дорожно – транспортном происшествии, в момент наезда автомобиля на пострадавшего. Характер травм, механизм образования и локализация, обнаруженных у пострадавшего повреждений, свидетельствуют о том, что при первичном контакте с транспортным средством Б.В.А. находился в вертикальном положении и был обращен задней поверхностью тела к автомобилю. Основная травмирующая сила, от которой образовались телесные повреждения, была направлена в целом сзади наперед в область головы и нижних конечностей пострадавшего. Все вышеуказанные телесные повреждения не могли быть получены в результате падения из положения стоя (т.1л.д.232-235).

В соответствии с актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения у ФИО2 состояния алкогольного опьянения не установлено (т.1л.д.203).

Постановлением заместителя начальника СО МО МВД России «Вичугский» от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ отказано в виду отсутствия состава преступления в действиях водителя ФИО2 (т.1л.д.236-237).

ДД.ММ.ГГГГ указанное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 признано помощником Вичугского межрайонного прокурора законным, обоснованным и мотивированным (т.1л.д.66-68). Отсутствие вины водителя автомобиля ФИО2 стороной истца не оспаривалось.

Проанализировав материалы дела, а также материалы проверки по факту ДТП, суд приходит к выводу, о том, что наезд транспортного средства под управлением ответчика на потерпевшего, в результате чего тот получил телесные повреждения, от которых впоследствии скончался, является следствием действий самого потерпевшего, который в нарушение п.4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации двигался по проезжей части дороги вне населенного пункта в темное время суток без предметов со светоотражающими элементами.

Истец ФИО4 является родной сестрой Б.В.А. (т.1л.д.11,12,13,15).

Б.В.А. на день смерти в браке не состоял, детей не имел, его родители Б.А.Д., Б.Г.Р., а также сестра ФИО11 и братья ФИО12, Б.Н.А. умерли до его смерти, брат Б.А.В. находится с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время в ОБСУСО «Плесский дом – интернат», в период судебного разбирательства находился на стационарном лечении в ОБУЗ «ОКПБ «Богородское» с диагнозом <данные изъяты> (т.1л.д.24,77,78,79,80,143,144,183,239).

Из исследованных судом дел административного надзора в отношении Б.В.А. следует, что Б.В.А. был неоднократно судим, в отношении него дважды решением суда устанавливался административный надзор. Согласно материалам дел административного надзора Б.В.А. в качестве близкого родственника указывал свою сестру ФИО4, в период с ДД.ММ.ГГГГ указывал местом своего жительства место жительства своей сестры (<адрес>), где проверялся сотрудниками полиции.

Согласно приговору Вичугского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ Б.В.А. был осужден к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, местом жительства Б.В.А. указано место жительства его сестры ФИО4 (т.1л.д.176-180).

После освобождения из мест лишения свободы и установления в отношении него административного надзора Б.В.А. вновь в качестве родственника, с которым он поддерживает связь, указана его сестра ФИО4

Из показаний инспектора группы осуществления административного надзора МО МВД «Вичугский» ФИО5, непосредственно осуществлявшего административный надзор за Б.В.А., допрошенного в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля, следует, что за время осуществления административного надзора с 2013 года Б.В.А. не имел постоянного места жительства, поскольку жилое помещение по месту его регистрации не пригодно для проживания, он периодически проживал по разным адресам, в том числе у сестры ФИО4, Б.В.А. рассказывал о взаимоотношениях со своей сестрой, говорил о том, что они поддерживают отношения, он периодически у нее ночевал. Изначально Б.В.А. проживал по разным адресам с братом Андреем, у которого было психическое заболевание, в связи с чем тот был определен в интернат, после этого сам Б.В.А. стал проживать у своей сестры. За время административного надзора Б.В.А. периодически работал, периодически проживал с сожительницами, после освобождения из мест лишения свободы в последний раз проживал в д. Погорелка, был склонен к употреблению спиртных напитков, но в последнее время не злоупотреблял. Административный надзор в отношении Б.В.А. прекращен в связи с его смертью в результате ДТП.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, поскольку они согласуются с материалами дела, пояснениями истца.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности (абзац второй статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 1,14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются, в том числе, нравственные страдания – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Оценив представленные суду доказательства, суд приходит к выводу о том, что факт причинения смерти близкому родственнику истца источником повышенной опасности, принадлежащим ответчику и под его управлением нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. Отсутствие в действиях ответчика вины установлено в судебном заседании, стороной истца не оспаривалось. При этом суд отмечает, что законодательством не предусмотрено освобождение владельца источника повышенной опасности от ответственности при отсутствии его вины, кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, что в силу положений ст. 1083 ГК РФ должно быть доказано владельцем источника повышенной опасности. Доказательств тому стороной ответчика в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено, в связи с чем доводы стороны ответчика о возможном умысле потерпевшего не могут быть приняты судом во внимание и служить основанием для отказа в иске.

Факт причинения истцу морального вреда, выразившегося в нравственных страданиях, то есть страданиях, относящихся к нарушению душевного спокойствия в связи с переживаниями по поводу утраты близкого родственника, также нашел свое подтверждение в судебном заседании. Для сестры, которая всю жизнь опекала своего брата, заботилась о нем, который оставался единственным полноценным членом ее кровной семьи, периодически проживал у нее, смерть брата является тяжелым событием, приводит к нарушению душевного спокойствия, затрагивает самочувствие, настроение. Боль утраты не стихла и по прошествии времени, что было очевидно в предварительном судебном заседании, когда истец не смогла сдержать слез, вспоминая события и сожалея об утрате своего родного брата, у которого иных близких родственников кроме нее не было. Факт причинения морального вреда истцу также подтвердила допрошенная в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля подруга истца Б.С.Ю.

Из показаний свидетеля следует, что между истцом и ее погибшим братом родственные отношения значились не только документально, между ними на протяжении всей жизни поддерживались теплые родственные отношения, ФИО4 любила своего брата, постоянно о нем заботилась, его опекала, помогала материально, приобретала ему одежду, брат периодически проживал у своей сестры, приходил к ней в гости, ФИО4 пребывала в шоке, плакала, переживала в связи с его внезапной смертью. Оснований не доверять показаниям свидетеля суд не находит.

Наличие поддерживаемых родственных связей между истцом и потерпевшим в судебном заседании также подтвердил инспектор группы осуществления административного надзора ФИО6, данные обстоятельства подтверждаются материалами дел административного надзора, где единственным близким родственником поднадзорного Б.В.А. указана его родная сестра ФИО4, а также медицинскими документами, из которых следует, указание в медицинской карте больного Б.В.А. номера телефона сестры Надежды, который совпадает с номером телефона, указанным истцом в суде.

Определяя размер, подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, а именно поведение самого Б.В.А., который в темное время суток находился на проезжей части дороги вне населенного пункта без предметов, содержащих светоотражающие элементы, что препятствовало своевременному его обнаружению водителем транспортного средства и предотвращению наезда на него, а также нахождение потерпевшего на проезжей части дороги по направлению движения транспортного средства, что препятствовало ему самому обнаружить движение источника повышенной опасности, а кроме того, нахождение потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения (концентрация в крови этанола 2,22 г/л), что также препятствовало ему правильно и своевременно оценить ситуацию во избежание последствий. При этом из материалов по факту ДТП и пояснений ответчика следует, что при обнаружении потерпевшего на проезжей части дороги он принял экстренное торможение автомобиля, пытался уйти от столкновения, тем самым предпринял возможные меры к предотвращению наезда на потерпевшего, а после ДТП предпринял незамедлительные меры к вызову скорой помощи, помогал транспортировать потерпевшего. При изложенных обстоятельствах, допущенная потерпевшим неосторожность признается судом грубой, содействовавшей возникновению вреда, в связи с чем размер возмещения подлежит уменьшению. Кроме того, в числе заслуживающих внимания обстоятельств при определении размера компенсации морального вреда является имущественное положение ответчика, имеющего не стабильный заработок при наличии на его иждивении двоих несовершеннолетних детей, один из которых нуждается в постоянном медицинском наблюдении и периодическом медицинском вмешательстве в связи с имеющимся заболеванием, что подтверждено в судебном заседании выпиской из амбулаторной карты, иными медицинскими документами (т.1л.д.85,86,157,158), а также показаниями допрошенного со стороны ответчика свидетеля О.Т.В.

Таким образом, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, характер родственных связей между потерпевшим и истцом, характер причиненных истцу нравственных страданий, индивидуальные особенности потерпевшего, в частности его возраст (57 лет), отсутствие у него постоянного места жительства, работы, семьи, в связи с чем самым близким для него человеком являлась его родная сестра, также учитывая отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, грубую неосторожность потерпевшего, которая содействовала возникновению вреда, имущественное положение ответчика, принимая во внимание требования разумности и справедливости, в частности значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, суд полагает, что компенсация морального вреда в размере 300000 рублей является соразмерной последствиям нарушений и способной сгладить остроту перенесенных истцом нравственных страданий в связи с утратой близкого человека.

Доводы стороны ответчика о невозможности удовлетворения иска, в связи с тем, что сестра не находилась на иждивении потерпевшего, а само по себе наличие родственных отношений не является основанием для удовлетворения иска, основаны на неверном толковании закона и с учетом установленных в судебном заседании теплых родственных отношений между истцом и потерпевшим не являются основанием для отказа в иске.

Доводы стороны ответчика о том, что истец может обратиться за компенсацией в страховую компанию, в которой у ответчика застрахована гражданская ответственность, ошибочны.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 32 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» страховые выплаты, произведенные на основании Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» в счет возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью в результате дорожно-транспортного происшествия, в силу подпункта «б» пункта 2 статьи 6 данного Федерального закона, которым наступление гражданской ответственности вследствие причинения владельцем транспортного средства морального вреда не отнесено к страховому риску по обязательному страхованию, не учитываются при определении размера компенсации морального вреда, взыскиваемой в пользу потерпевшего с владельца источника повышенной опасности, участвовавшего в происшествии.

В судебном заседании ответчик наличие полиса добровольного страхования гражданской ответственности, предусматривающего выплату компенсации морального вреда при наступлении страхового случая, отрицал.

Иные доводы стороны ответчика основанием к отказу в иске не являются.

Таким образом, в соответствии с вышеизложенным с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 300000 рублей.

Статья 88 ГПК РФ предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителя.

Согласно ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу ч. 1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу разъяснений, содержащихся в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

В силу вышеназванных положений и разъяснений действующего законодательства с ответчика подлежат взысканию расходы истца по уплате при подаче иска государственной пошлины в сумме 300 рублей, (т.1л.д.3).

Также, истцом в материалы дела представлены соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому адвокат Вичугской коллегии адвокатов ФИО1 обязался составить ФИО4 исковое заявление и представлять ее интересы в суде (т.1л.д.16). За составление искового заявления истец заплатила 3000 рублей, за представление интересов в суде 10000 рублей, что подтверждается квитанцией № 29 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1л.д.17). Указанные расходы суд признает необходимыми для обращения в суд, защиты своего права и с учетом категории спора, сложности дела, объема оказанных услуг, а именно: составление искового заявления, участие представителя в предварительном судебном заседании, трех судебных заседаниях, продолжительность каждого судебного заседания, принимая во внимание расходы, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, исходя из требований разумности и справедливости, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей лиц, участвующих в деле, суд полагает, что расходы на оплату юридических услуг и услуг представителя по представлению интересов истца в суде в заявленной сумме 13000 рублей являются разумными и подлежат возмещению ответчиком в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО4 (паспорт <данные изъяты>) компенсацию морального вреда в сумме 300000 (триста тысяч) рублей, а также расходы по оплате госпошлины в сумме 300 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 13000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Вичугский городской суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Е.В. Сесекина

Мотивированное решение составлено 25.01.2023 года

Судья Е.В. Сесекина