Изготовлено 17.08.2023
Судья Панюшкина А.В. Дело № 33-5304/2023
УИД: 76RS0015-01-2021-003506-61
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе председательствующего Равинской О.А.,
судей Фоминой Т.Ю., Кутузова М.Ю.,
при секретаре Клиновой Е.В.,
с участием прокурора Манокина А.О.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ярославле
27 июля 2023 года
гражданское дело по апелляционной жалобе государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Центральная городская больница» на решение Ленинского районного суда г. Ярославля от 30 марта 2023 года, которым постановлено:
«Исковые требования ФИО4 удовлетворить частично.
Взыскать с Государственного клинического бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Центральная городская больница» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО4 (ИНН №) в счет компенсации морального вреда 30 000 руб.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница № 2» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО4 (ИНН №) в счет компенсации морального вреда 50 000 руб.
Взыскать с Государственного клинического бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Центральная городская больница» (ИНН №, ОГРН №) государственную пошлину в доход бюджета города Ярославля в размере 150 руб.
Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница № 2» (ИНН №, ОГРН №) государственную пошлину в доход бюджета города Ярославля в размере 150 руб.».
Заслушав доклад судьи Фоминой Т.Ю., судебная коллегия
установила:
ФИО4 обратилась в суд с иском к Государственному клиническому бюджетному учреждению здравоохранения Ярославской области «Центральная городская больница», а в дальнейшем к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Ярославской области «Клиническая больница № 2» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., причиненного в результате ненадлежащего оказания медицинских услуг матери истца, ФИО1, умершей 15 февраля 2021 года.
Судом постановлено указанное выше решение, на которое ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» подана апелляционная жалоба.
В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения и принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права.
Третьи лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились. О времени и месте рассмотрения дела извещены надлежаще, о причинах неявки не сообщили. Судебная коллегия, руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, рассмотрела дело при имеющейся явке.
Проверив законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в жалобе, обсудив их, изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» по доверенности ФИО5, ФИО6, представителя ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» по доверенности ФИО7, поддержавших доводы апелляционной жалобы, возражения ФИО4, заключение прокурора, полагавшего, что решение суда является законным и обоснованным, оснований для его отмены не имеется, судебная коллегия пришла к выводу о том, что апелляционная жалоба не содержит оснований к отмене или изменению решения суда и подлежит оставлению без удовлетворения.
Согласно ч. 1 ст. 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.
Как разъяснено в п.п. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно вынесено при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 4 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Данным требованиям решение суда соответствует в полном объеме.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.
В силу статьи 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.
В числе таких прав – право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).
Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда.
Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.
В соответствии со ст. 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от из вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», членами семьи гражданина являются проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители. Членами семьи могут быть признаны и другие родственники независимо от степени родства (например, бабушки, дедушки, братья, сестры, дяди, тети, племянники, племянницы и нетрудоспособные иждивенцы).
В силу абзаца 3 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда, в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», под качеством медицинской помощи понимают совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.
В силу части 2 статьи 98 данного Федерального закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.
Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, мать истца, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, умерла 15 февраля 2021 года.
В период с 08 января 2021 года она лечилась амбулаторно с диагнозом <данные изъяты>. Беспокоил <данные изъяты>. Принимала <данные изъяты>. Состояние не улучшалось: <данные изъяты>. 15 января 2021 года лечащим врачом на дому отобраны клинический и биохимический анализ крови. Выявлена <данные изъяты>. В связи с ухудшением состояния принято решение о госпитализации в ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница».
21 января 2021 года ФИО1 была доставлена бригадой скорой медицинской помощи по экстренным показаниям в терапевтическое отделение ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» с диагнозом: <данные изъяты>. При поступлении наблюдались жалобы на <данные изъяты>.
В период с 21 января по 05 февраля 2021 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница», по результатам лечения выставлен клинический диагноз. Основной: <данные изъяты>. ИБС: <данные изъяты>. Вторичная <данные изъяты>.
Сопутствующий: <данные изъяты>.
Ввиду выявления новой короновирусной инфекции для дальнейшего лечения ФИО1 переведена на стационарное лечение в терапевтическое отделение ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2», куда поступила 05 февраля 2021 г. в 17 часов 50 минут.
На момент поступления наблюдалось состояние средней тяжести. Сознание ясное. Контакт затруднен ввиду <данные изъяты>. Жалобы на <данные изъяты>.
С 13 февраля 2021 года отмечено появление <данные изъяты>.
14 февраля 2021 года пациентка в виду <данные изъяты> перестала выполнять врачебные рекомендации, стала <данные изъяты>, неоднократно проводилась беседа. В виду нарастания <данные изъяты>.
В <данные изъяты> 14 февраля 2021 года состояние оценивалось как тяжелое за счет прогрессирующей <данные изъяты>
<данные изъяты>.
15 февраля 2021 года в 09.42 у пациентки зафиксирована остановка сердечной деятельности (срабатывание прикроватного кардиомонитора-асистолия). PS на сонных артериях не определяется, дыхание отсутствует. Реанимационные мероприятия, в течение 30 минут, без эффекта. В 10.12 констатирована смерть пациента.
По результатам патологоанатомического вскрытия от 16 февраля 2021 года № №, заключительный клинический диагноз: <данные изъяты>. Фоновое заболевание: <данные изъяты>.
Общие осложнения: <данные изъяты>.
Сопутствующие заболевания: <данные изъяты>.
Приказом Департамента здравоохранения и фармации Ярославской области от 14 января 2021 года № 63 «Об усилении мер по предупреждению распространения новой коронавирусной инфекции COVID19» на территории ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» установлен запрет на посещение больных, находящихся в стационарных отделениях (пункт 4). При этом, этим же пунктом определено, что лица, осуществляющие уход за нетранспортабельными больными в отделениях (по согласованию с зав.отделением, лечащим врачом) обязаны находиться в масках, перчатках.
В соответствии с приказом Департамента здравоохранения и фармации Ярославской области от 26 октября 2020 года № 1100 «О перепрофилировании коек под инфекционные и развертывании дополнительных коек для госпитализации пациентов с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 и подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19, изменении маршрутизации», а также приказом от 27 марта 2020 года № 254 «О порядке маршрутизации при массовом поступлении пациентов с COVID-19» утвержден перечень государственных медицинских организаций, предусмотренных к перепрофилированию для оказания медицинской помощи в стационарных условиях больным короновирусной инфекцией.
10 июня 2021 года определением Управления Роспотребнадзора по Ярославской области в отношении старшей медицинской сестры терапевтического отделения ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» ФИО2 возбуждено дело об административном правонарушении (т. 1 л. 43). Постановлением от 08 июля 2021 года № № производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном <данные изъяты> КоАП РФ, возбужденному в отношении старшей медицинской сестры терапевтического отделения ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» ФИО2, прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. В ходе проведения административного расследования, случай оказания медицинской помощи ФИО1 был рассмотрен комиссионно с участием главных внештатных специалистов Департамента здравоохранения и фармации Ярославской области по кардиологии и терапии. Проведен анализ предоставленной документации, изучен анамнез заболевания пациентки, сроки инкубационного периода и сделано заключение, что медицинская помощь ФИО1 оказана в соответствии с выставленным диагнозом по поводу основного заболевания, а также тяжестью состояния пациентки. Нарушения установленных порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи не выявлены (т. 1 л.д. 44-45).
Филиалом ООО <данные изъяты> в городе Ярославле на основании обращения ФИО4 подготовлено заключение от 09 сентября 2022 года № № целевой экспертизы качества медицинской помощи, оказываемой в ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» ФИО1 (т. 1 л.д. 247-248). Выявлены следующие нарушения: неполный подсчет ретикулоцитов, дефект не ухудшил состояние пациента.
В соответствии с заключением комплексной (комиссионной) судебно-медицинской экспертизы, выполненной на основании определения суда ГУЗ ЯО «<данные изъяты>», непосредственной причиной смерти ФИО1 явилась <данные изъяты>. Пациентка ФИО1 длительное время страдала <данные изъяты> при длительном течении которых закономерно формируется осложнение – <данные изъяты>. На январь 2021 года у ФИО1 <данные изъяты> достигала конечной стадии, при которой имеются выраженные изменения <данные изъяты>, и выявляется <данные изъяты>. Клинические проявления <данные изъяты> так же соответствовали крайней её стадии: симптомы <данные изъяты> присутствовали в покое и усиливались при минимальной физической активности (жалобы на: <данные изъяты>).
Новая коронавирусная инфекция, подтвержденная прижизненным и посмертным анализом ПЦР, клинические проявления которой были зафиксированы в период пребывания пациентки в ГБКУЗ «Центральная городская больница» протекала без поражения легких (что подтверждается рентгенографическими исследованиями, протоколом патологоанатомического вскрытия, судебно-гистологическим исследованием в рамках настоящей экспертизы), иных морфологических изменений, характерных для новой коронавирусная инфекции не установлено, поэтому данное заболевание не находится в причинно-следственной связи с наступлением смерти ФИО1.
Отвечая на вопрос о том, соответствовало ли лечение ФИО1 в стационаре ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» принятому стандарту лечения при имеющейся у нее патологии, эксперты указали на то, что стандарты оказания специализированной медицинской помощи при <данные изъяты> для категории «взрослые» не разработаны. То, что касается <данные изъяты>, из диагностических мероприятий не проведены <данные изъяты>. Кроме того, целесообразно было обеспечить консультацию пациентки <данные изъяты>.
Причинно-следственная связь между проведенным лечением ФИО1 в стационаре ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница» и наступлением смерти отсутствует.
Избранная тактика ведения (диагностические и лечебные мероприятия) соответствовали характеру и тяжести имевшихся у ФИО1 заболеваний.
Пациентка ФИО1 с целью минимизации контактов в ГБУЗ ЯО «Центральная городская больница» находилась в палате с отдельным санузлом, питание осуществлялось в палате. За время стационарного лечения ФИО1, заболеваний новой коронавирусной инфекцией COVID-19 среди пациентов и медицинского персонала не было зарегистрировано. В отделении на протяжении всего периода пандемии строго соблюдался строгий масочный режим, в палатах проводились противоэпидемические мероприятия: обеззараживание воздуха бактерицидными рециркуляторами, проветривание, текущие и генеральные уборки выполнялись по режиму вирусной инфекции. 05 февраля 2021 года при выявлении положительного теста на COVID-19 пациентка на основании приказа Департамента здравоохранения и фармации ЯО о маршрутизации была переведена в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» для лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19.
Экспертами выявлены дефекты и недостатки при оказании ФИО1. медицинской помощи в ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница»: не проведена <данные изъяты> у пациентки с <данные изъяты> с целью определения <данные изъяты>; не проведено <данные изъяты>; не во всех в дневниковых записях врача указаны <данные изъяты> у пациента <данные изъяты>); не во всех дневниковых записях указана <данные изъяты>; клинический диагноз не является структурированным (не выделены основное, фоновое и сопутствующее заболевания), диагноз «<данные изъяты>» сформулирован без оценки фракции выброса, так как <данные изъяты> не была выполнена; учитывая сочетание ряда заболеваний <данные изъяты> целесообразно было осуществить консультацию <данные изъяты>.
Все указанные замечания не имеют причинно-следственной связи с исходом заболевания – смертью пациентки. ФИО1 на момент госпитализации имела <данные изъяты>, все заболевания <данные изъяты> взаимно утяжеляли течение друг друга. Основным в наступлении смерти ФИО1 является тяжесть и характер <данные изъяты>.
Медицинская помощь на стационарном этапе в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» оказывалась согласно «Временным методическим рекомендациям по профилактике, диагностике и лечению новой коронавирусной инфекции COVID-19» версия 12. (21.09.2021), соответствовала тяжести состояния.
Проводимое пациентке лечение не являлось противопоказанным, было направлено на устранение и облегчение проявлений заболевания. Причинно-следственная связь между проведенным лечением и наступлением смерти отсутствует
Избранная тактика ведения пациента ФИО1 в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» соответствовала характеру и тяжести её заболевания. При ухудшении состояния своевременно осуществлен перевод ФИО1 в отделение реанимации.
Констатация смерти проведена в соответствии с действующим законодательством, оформлена надлежащим образом.
При оказании медицинской помощи в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» допущены недостатки: в данных истории заболевания и жизни отсутствует информация о вакцинации пациентки от COVID -19; при оказании медицинской помощи в отделении реанимации в качестве недочетов необходимо отметить следующее: <данные изъяты>.
Все указанные недостатки не имеют причинно-следственной связи с исходом заболевания – смертью пациентки. Основным в наступлении смерти ФИО1 является тяжесть и характер патологии сердечно-сосудистой системы.
Ответчиком в материалы дела представлен диплом о профессиональной переподготовке лечащего врача ФИО3 о том, что она имеет право на ведение профессиональной деятельности в сфере <данные изъяты> (л.д. 103 том 3).
Допрошенный судом первой инстанции эксперт пояснил, что наличие данного диплома у лечащего вреда исключает недостаток оказания медицинской помощи в виде: «не проведения консультации <данные изъяты>». Выявленные недостатки оказания медицинской помощи ФИО1 не находятся в причинной следственной связи с наступлением смерти, пациентка имела ряд заболеваний <данные изъяты>, которые негативно влияли друг на друга, также ФИО1 имела признаки декомпенсации внутренних органов (то есть необратимые изменения). При поступлении в ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» ФИО1 имела значительные улучшения состояния здоровья по диагнозу, с которым поступила <данные изъяты>).
Разрешая спор и удовлетворяя частично исковые требования ФИО4, руководствуясь положениями ст. ст. 150, 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», суд первой инстанции исходил из того, что в результате неправомерных действий медицинских работников ГБКУЗ ЯО «Центральная городская больница», ГБУЗ ЯО «Клиническая больница № 2» истцу был причинен моральной вред, который выразился в ее нравственных страданиях по поводу ненадлежащей медицинской помощи ее больной матери, и пришел к выводу о взыскании с каждого ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
С указанными выводами суда судебная коллегия соглашается и считает их правильными, основанными на материалах дела и законе.
Ошибочная ссылка суда на разъяснения пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», утратившего силу в связи с изданием постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33, не может служить основанием к отмене или изменению решения суда, поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, судом определены правильно и при рассмотрении дела тщательно и всесторонне исследованы. Материальный закон истолкован и применен правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену постановленного решения, судом не допущено.
Представленные по делу доказательства оценены в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ и правовых оснований для вмешательства в данную судом оценку у судебной коллегии не имеется.
Тот факт, что суд не согласился с доводами ответчика, иным образом оценил доказательства и пришел к иным выводам, не свидетельствует о неправильности решения и не может служить основанием для его отмены.
Доводы жалобы о том, что недостатки оказания медицинской помощи матери истца не находятся в прямой причинно-следственной связи с ее смертью, судебная коллегия отклоняет на том основании, что данные доводы направлены на переоценку представленных доказательств и иное толкование норм материального права, были предметом исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка. Судебная коллегия оснований для переоценки указанных обстоятельств не находит.
Доводы жалобы о том, что истец не была осведомлена о допущенных ответчиками дефектах оказания медицинской помощи, а, следовательно, не могла испытывать в связи с этим какие-либо нравственные страдания, представляются несостоятельными.
Согласно абзацам второму и третьему пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Из содержания приведенных выше нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины причинителя вреда, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости.
Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету.
Между тем ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.
В данном случае, судебная коллегия соглашается с выводом районного суда о том, что, несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и наступившими последствиями в виде наступления смерти пациента, имеются основания для взыскания компенсации морального вреда, так как экспертным заключением установлены недостатки оказания медицинской помощи.
При рассмотрении настоящего спора судом учтены предусмотренные законом критерии определения размера компенсации морального вреда и заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе характер допущенных недостатков оказания медицинской помощи, отсутствие прямой причинно-следственной связи между указанными недостатками и наступлением смерти ФИО1, наличие у нее целого ряда серьезных заболеваний, характер и степень физических и нравственных страданий ФИО4 в связи со смертью матери. Размер взысканной с каждого ответчика компенсации морального вреда является разумным и справедливым. Оснований для изменения взысканной суммы судебная коллегия не усматривает.
По изложенным мотивам судебная коллегия оставляет решения суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Решение Ленинского районного суда г. Ярославля от 30 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу государственного бюджетного клинического учреждения здравоохранения Ярославской области «Центральная городская больница» – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи