Решение по делу № 2-3339/2022 от 21.04.2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 апреля 2023 года г. Усть-Илимск, Иркутская область

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Третьякова М.С.,

при секретаре судебного заседания Шевкуновой В.Ю.,

с участием истца ФИО3, представителя ФИО4, действующей на основании заявления,

представителя третьего лица ФИО5, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-356/2023 по иску ФИО3 к Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», Федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации» о признании медицинских заключений незаконными,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 в обоснование иска указал, что 02 ноября 2020 года умер его сын ФИО1, .. .. .... года рождения. До смерти он работал в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» в травматологическом отделении по профессии врач-травматолог-ортопед. Согласно выписки из заключения выставлен окончательный судебно-медицинский диагноз: коронавирусная инфекция, вызванная COVID-19 (подтвержденная). В соответствии с Указом Президента РФ № 313 от 06.05.2020 врачам, среднему и младшему медицинскому персоналу медицинских организаций, водителям скорой медицинской помощи, непосредственно работающих с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции и пациентами с подозрением на эту инфекцию предоставляются дополнительные страховые гарантии в виде единовременной страховой выплаты. Установлено, что страховым случаем при наступлении которых производится единовременная страховая выплата, является смерть медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией (СOVID-19) при исполнении им трудовых обязанностей. Получателями единовременной выплаты являются в том числе родители медицинского работника. Согласно положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденному постановлением Правительства РФ от 15.12.2020 № 967 в случае смерти медицинского работника в результате инфицирования COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей проводится расследование, по итогам которого составляется акт о случае профессионального заболевания. Согласно медицинского заключения об отсутствии профессионального заболевания № 61 от 30.08.2021, вынесенного ФГАО УВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова», а также медицинского заключения об отсутствии профессионального заболевания № 470 от 15.09.2021, вынесенного Клиникой ФГБНУ ВСИМЭИ, причинно-следственной связи основного заболевания с профессиональной деятельностью не установлено. Считает выводы комиссии, указанные в заключениях, не соответствующими фактическим обстоятельства дела. Выводы комиссий сделаны только на основании записи врача о том, что ФИО1 заболел 19.10.2020, а поскольку до 19.10.2020 он находился в отпуске, то периодом заражения указан период с 05.10.2020 по 18.10.2020. Однако считает, что указанное опровергается тем, что с даты выхода на работу и до первого обращения за проведением МСКТ 25.10.2020 у ФИО1 признаков заболевания не проявлялось, температура отсутствовала, одышки, озноба не было, тест на COVID-19 от 26.10.2020 отрицательный, в день выхода на работу имел контакт с больным COVID-19. Таким образом, считает, что комиссии сделали необоснованные выводы об отсутствии причинно-следственной связи между заболеванием повлекшим смерть и заражением при ведении трудовой деятельности. Просит признать незаконными Медицинское заключение об отсутствии профессионального заболевания № 61 от 30.08.2021, вынесенное ФГАО УВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова», Медицинское заключение об отсутствии профессионального заболевания № 470 от 15.09.2021, вынесенное Клиникой ФГБНУ ВСИМЭИ, причинно-следственной связи основного заболевания с профессиональной деятельностью. Признать, что смерть ФИО1 произошла в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей.

В судебном заседании истец ФИО3, представитель ФИО4 требования поддержали в полном объеме. Дополнительно пояснили, что помимо основного места работы в ОГБУЗ «УИ ГБ» ФИО1 осуществлял трудовую деятельность по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника», при этом в период нахождения в отпуске по основному месту работы он осуществлял трудовую деятельность в детской поликлинике, где также имел контакты с пациентами и работниками поликлиники, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции. Однако в заключения комиссий указанным обстоятельствам осуществления трудовой деятельности по совместительству оценка не дана.

Представитель ответчика Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. Согласно письменных возражений требования не признает, указывает, что впервые документы ФИО1 по основному месту работы в ОГБУЗ «УИ ГБ» были направлены в клинику работодателем для проведения экспертизы связи заболевания с профессией 16.03.2021. В случае с ФИО1 имелись расхождения клинических данных (дебют заболевания в первый день выхода из отпуска, совпадение дат инкубационного периода с отпуском, что вызывает сомнения в установлении наличия связи заболевания ФИО1 с оказанием медицинской помощи пациенту 19.10.2020) с результатами эпидемиологического расследования, в связи с чем было принято решение о направлении документов ФИО1, как сложного случая, в Центр профпатологии Минздрава России. Повторно документы ФИО1 работавшего по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» направлены работодателем 15.09.2021. Отсутствие в представленных документах информации о непосредственном и доказанным данными эпидемиологического обследования контакта с пациентами, страдающими СOVID-19, в сроки инкубационного периода коронавирусной инфекции не позволяет установить причинно-следственную связь основного заболевания ФИО1 с профессиональной деятельностью в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника». Оспариваемое постановление вынесено на основании представленных документов ФИО1, составлено в полном соответствии с нормативными требованиями в профпатологии. Дополнительно указывает, что в случае наличия у истца информации о наличии контактов с пациентами страдающими СOVID-19 в период работы по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» необходимо оформление обязательных нормативных документов – Карты эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания и санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника, позволяющих провести повторную экспертизу связи заболевания с профессией. Просит отказать в удовлетворении требований.

Представитель ответчика Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации» в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. Согласно письменных возражений требования не признает, указывает, что документы умершего ФИО1 поступили в Центр профпатологии 04.05.2021 и 20.08.2021. По результатам проведенной экспертизы поступивших документов врачебная комиссия пришла к выводу об отсутствии причинно-следственной связи у ФИО1 заболевания новой коронавирусной инфекции СOVID-19 с профессией, поскольку отсутствуют сведения, подтверждающие инфицирование ФИО1 при выполнении им служебных обязанностей в представленной медицинской документации по основному месту работы ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница». Просит в удовлетворении требований отказать.

Представитель третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области в судебном заседании требования не признала. Согласно письменных возражений указывает, что для признания случая смерти ФИО1 страховым необходимо соблюдение следующих условий: умерший должен работать в медицинской организации в должности врача или среднего или младшего медицинского персонала или водителя автомобиля скорой медицинской помощи; умерший, должен заразиться COVID-19 не только при исполнении трудовых обязанностей, но и при непосредственной его работе (контакте) с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции, и (или) пациентами с подозрением на эту инфекцию, то есть комиссией по расследованию страхового случая должен быть установлен факт инфицирования умершего при непосредственном контакте с данным пациентом; заболевание должно быть подтверждено лабораторными методами исследования или решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких; наличие причинно-следственной связи заболевания новой коронавирусной инфекцией, отраженного как профессиональное в акте о случае профессионального заболевания, с возникшими заболеваниями, повлекшие стойкие нарушения функций организма или приведшими к смерти застрахованного лица, указанными в акте; заболевание должно повлечь за собой смерть. При этом просит учесть, что заключительный диагноз – профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских учреждений или их подразделения. Установленный диагноз может быть отменен или изменен только центром профпатологии.

Суд, исследовав в совокупности пояснения сторон, письменные доказательства, оценив их в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ), находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абзацы первый и второй части 1 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовым кодексом Российской Федерации установлено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом, иными федеральными законами (абзац четырнадцатый части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом (часть 8 статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по возмещению вреда, причиненного здоровью, или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания осуществляется нормами Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путем предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору (пункт 1 статьи 1 данного закона).

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору (абзац третий пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Застрахованными по смыслу абзацев четвертого и пятого статьи 3 и пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ являются, в частности, физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем.

Страхователь - юридическое лицо любой организационно-правовой формы (в том числе иностранная организация, осуществляющая свою деятельность на территории Российской Федерации и нанимающая граждан Российской Федерации) либо физическое лицо, нанимающее лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с пунктом 1 статьи 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ (абзац шестой статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Право застрахованных на обеспечение по страхованию возникает со дня наступления страхового случая (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Страховой случай - подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья или смерти застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию (абзац девятый статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Страховщиком по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве является Фонд социального страхования Российской Федерации (абзац восьмой статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ).

Виды обеспечения по страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний названы в статье 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ, абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Круг лиц, имеющих право на обеспечение по страхованию, определен статьей 7 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 2 Указа Президента Российской Федерации от 6 мая 2020 г. N 313 "О предоставлении дополнительных страховых гарантий отдельным категориям медицинских работников" в редакции Указа Президента Российской Федерации от 30 июля 2020 г. N 487 (далее - Указ), установлено, что страховыми случаями, при наступлении которых производится единовременная страховая выплата, являются случаи смерти медицинского работника в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией (COVID-19) при исполнении им трудовых обязанностей.

К медицинским работникам, согласно пункта 1 Указа, отнесены врачи, средний и младший медицинский персонал медицинских организаций, водители автомобилей скорой медицинской помощи, непосредственно работавшие с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), и пациентами с подозрением на эту инфекцию.

В этих случаях, согласно пункта 3 Указа, получателями единовременной страховой выплаты (выгодоприобретателями) являются: а) супруг (супруга), состоявший (состоявшая) на день смерти медицинского работника в зарегистрированном браке с ним; б) родители (усыновители) медицинского работника; в) дедушка и (или) бабушка медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; г) отчим и (или) мачеха медицинского работника при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; д) несовершеннолетние дети медицинского работника, его дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, и дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; е) подопечные медицинского работника.

Единовременная страховая выплата производится Фондом социального страхования Российской Федерации по результатам расследования страхового случая.

Таким образом, из Указа Президента РФ N 313 от 6 мая 2020 г. следует, что для получения выгодоприобретателем дополнительных страховых гарантий должны быть соблюдены следующие условия:

- умерший должен работать в медицинской организации в должности: врача или среднего или младшего медицинского персонала или водителя автомобиля скорой медицинской помощи;

- умерший должен заразиться COVID-19 не только при исполнении им своих трудовых обязанностей, но и при непосредственной его работе (контакте) с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции COVID-19, и/или пациентами с подозрениями на эту инфекцию, то есть комиссией по расследованию страхового случая должен быть установлен факт инфицирования умершего при непосредственном контакте с данными пациентами;

- заболевание должно быть подтверждено лабораторными методами исследования или решением врачебной комиссии, принятым на основании результатов компьютерной томографии легких;

- заболевание должно повлечь за собой смерть.

В целях организации расследования случаев смерти, указанных в подпункте "а" пункта 2 Указа Президента РФ N 313 от 6 мая 2020 г., Министерством труда и социальной защиты РФ совместно с Министерством здравоохранения РФ подготовлено совместное письмо от 19 мая 2021 г. N 15-3/10/П-4559 и N 28-0/И/2-6772, согласно которому указанные случаи смерти расследуются в порядке, предусмотренном Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. N 967.

Согласно пункту 7 Постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000 г. N 967 "Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний" (действующего в период проведения расследования) при установлении предварительного диагноза - острое профессиональное заболевание (отравление) учреждение здравоохранения обязано в течение суток направить экстренное извещение о профессиональном заболевании работника в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, осуществляющий надзор за объектом, на котором возникло профессиональное заболевание (Роспотребнадзор) и сообщение работодателю по форме, установленной Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Роспотребнадзор, получивший экстренное извещение, в течение 1 суток со дня его получения приступает к выяснению обстоятельств и причин возникновения заболевания, по выяснении которых составляет санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника и направляет ее в государственное или муниципальное учреждение здравоохранения по месту жительства или по месту прикрепления работника (далее именуется - учреждение здравоохранения). Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда составляется по форме, утверждаемой Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Пунктом 9 Положения о расследовании установлено право работодателя, в случае несогласия с содержанием СГХ (санитарно-гигиеническая характеристика), письменно изложив свои возражения приложить их к санитарно-гигиенической характеристике.

Учреждение здравоохранения на основании клинических данных состояния здоровья работника и санитарно-гигиенической характеристики условий его труда устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание (отравление) и составляет медицинское заключение (пункт 10 Положения).

При установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора. Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в 2-недельный срок со дня получения извещения представляет в учреждение здравоохранения санитарно-гигиеническую характеристику условий труда работника (пункты 11, 12 Положения).

В соответствии с пунктами 13 и 14 Положения о расследовании, учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профзаболевание, в месячный срок обязано направить документы умершего в центр профпаталогии, который, на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного.

Работодатель в соответствии с пунктом 19 Положения обязан организовать расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания (далее именуется - расследование). Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания (далее именуется - комиссия), возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора.

Пунктами 24 и 26 Положения о расследовании регламентировано, что в процессе расследования комиссия опрашивает сослуживцев работника, иных лиц, получает необходимую информацию от работодателя, устанавливает обстоятельства и причины профзаболевания работника, определяет лиц, допустивших нарушения нормативных актов, и меры по устранению причин возникновения и предупреждения профзаболеваний.

В соответствии с пунктом 27 Положения о расследовании по результатам расследования комиссия составляет акт о случае профессионального заболевания по утвержденной форме.

Акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве (пункт 30 Положения N 967), при этом в акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов (пункт 32 Положения N 967).

Исходя из системного анализа вышеприведенных правовых норм, дополнительные гарантии, предоставленные отдельным категориям медицинских работников на основании Указа Президента РФ от 6 мая 2020 г. N 313, в виде единовременной выплаты страхового возмещения в связи со смертью медицинского работника, производятся при условии осуществления медицинским работником трудовой деятельности непосредственно в контакте с пациентами, у которых подтверждено наличие новой коронавирусной инфекции (COVID-19), либо, с пациентами с подозрением на эту инфекцию. А также при условии инфицирования медицинского работника новой коронавирусной инфекцией при осуществлении трудовой деятельности.

Как следует из материалов дела ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница», занимал должность врача-травматолога-ортопеда в травматологическом отделении.

Кроме того, осуществлял трудовую деятельность по внешнему совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» в должности врач травматолог-ортопед.

26 октября 2020 г. ФИО1 обратился к участковому терапевту с признаками ОРВИ. При первичном приеме в амбулаторной карте врачом сделана запись «Заболел 19.10., усилилась одышка, нарастает слабость, температуры тела нет. На МСКТ ОГК 25.10. – 2-хстороняя вирусная пневмония обоих легких. Поражение 36%»

Результат теста ПЦР от 26.10.2020 – отрицательный.

29.10.2020 вновь осмотрен врачом терапевтом на дому в связи с ухудшением самочувствия, предложена госпитализация, оформлен письменный отказ от госпитализации.

Повторный мазок методом ПЦР от 30.10.2020 отрицательный.

02.11.2020 повторный осмотр терапевтом на дому – состояние с отрицательной динамикой в виде нарастания степени дыхательной недостаточности, появление отеков нижних конечностей. Повторно предложена госпитализация, оформлен письменный отказ от госпитализации.

В связи с тяжестью состояния дома 02.11.2020 наступил летальный исход.

По данным исследования секционного материала на РНК коронавирус COVID-19 от 05.11.2020 получен положительный результат.

Смерть ФИО1 наступила от коронавирусной инфекции, вызванной COVID-19 (подтвержденная) с развитием пневмонии и тромбоэмболии легочной артерии (выписка из заключения исследования трупа ФИО1).

09 февраля 2021 г. ОГБУЗ «Усть-Илимская городская больница» составлено и направлено в Территориальное управление Роспотребнадзора по Иркутской области в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе извещение об установлении предварительного диагноза острого или хронического профзаболевания (отравления), которым установлено, что условия работы врача-травматолога-ортопеда ФИО1 относятся к вредным по биологическому фактору: присутствовал фактор риска с вероятностью заражения инфекционными заболеваниями.

19 февраля 2021 г. Управлением Роспотребнадзора по Иркутской области составлена и утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника N 1.

Также сотрудниками Управления Роспотребнадзора по Иркутской области, ФФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Иркутской области» в силу требований законодательства было проведено обследование по результатам которого составлена карта эпидемиологического обследования № 4475 очага инфекционного заболевания от 30.11.2020

Согласно пункту 43 карты эпидемиологического обследования N 4475 очага инфекционного заболевания факторы, способствующие возникновению заболевания не установлены.

В целях установления наличия причинно-следственной связи заболевания ФИО1 с профессиональной деятельностью пакет документов был направлен в ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» для проведения экспертизы связи заболевания с профессией 16.03.2021.

Как следует из пояснений представителя ответчика в ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» в случае с ФИО1 имелись расхождения клинических данных (дебют заболевания в первый день выхода из отпуска, совпадение дат инкубационного периода с отпуском, что вызывает сомнения в установлении наличия связи заболевания ФИО1 с оказанием медицинской помощи пациенту 19.10.2020) с результатами эпидемиологического расследования, в связи с чем было принято решение о направлении документов ФИО1, как сложного случая, в Центр профпатологии ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации».

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией регламентируется Приказом Минздрава России от 31 января 2019 г. N 36н "Об утверждении Порядка проведения экспертизы связи заболевания с профессией и формы медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания" (далее - Приказ).

Экспертиза связи заболевания с профессией в указанный период проводилась в рамках расследования и учета острых и хронических профессиональных заболеваний (отравлений), осуществляемых в порядке, предусмотренном Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967.

Расследованию и учету подлежат острые и хронические профессиональные заболевания (отравления), возникновение которых у работников и других лиц (далее именуются - работники) обусловлено воздействием вредных производственных факторов при выполнении ими трудовых обязанностей.

04.05.2021 и 20.08.2021 в Центр профпатологии ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации» были представлены необходимые документы: выписки из амбулаторной карты ФИО1 (протоколы осмотра пациента от 26.10.2020, 29.10.2020, 02.11.2020, протокол ВК № 7067); выписка из заключения исследования трупа; санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника № 1 от 19.02.2021; карта эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания № 4475 от 30.11.2020; копия трудовой книжки, заключения периодических медицинских осмотров.

По результатам исследования представленных документов врачебная комиссия ФГАОУ ВО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации» пришла к выводу об отсутствии профессионального заболевания, о чем составлено медицинское заключение от 30 августа 2021 г. N 61, поскольку анализ представленных документов, свидетельствует об отсутствии причинно-следственной связи заболевания ФИО1 с профессией. При этом, факту приема ФИО1 19.10.2020 пациента ФИО2 с положительным тестом РНК коронавируса 2019-n CoV также дана оценка специалистами.

21 июля 2021 г. ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» составлено и направлено в Территориальное управление Роспотребнадзора по Иркутской области в г. Усть-Илимске и Усть-Илимском районе извещение об установлении предварительного диагноза острого или хронического профзаболевания (отравления), которым установлено, что условия работы врача-травматолога ФИО1 относятся к вредным по биологическому фактору: присутствовал фактор риска с вероятностью заражения инфекционными заболеваниями.

03 сентября 2021 г. Управлением Роспотребнадзора по Иркутской области составлена и утверждена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника N 15.

Согласно пункту 43 карты эпидемиологического обследования N 4475 очага инфекционного заболевания от 03.09.2021, факторы, способствующие возникновению заболевания не установлены.

В целях установления наличия причинно-следственной связи заболевания ФИО1 с профессиональной деятельностью в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» пакет документов был направлен в ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» для проведения экспертизы связи заболевания с профессией 15.09.2021.

По результатам исследования представленных документов врачебная комиссия ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» пришла к выводу об отсутствии профессионального заболевания, о чем составлено медицинское заключение от 15 сентября 2021 г. N 470, поскольку отсутствие непосредственного и доказанного данными эпидемиологического обследования контакта с пациентами, страдающими COVID-19, в сроки инкубационного периода коронавирусной инфекции не позволяет установить причинно-следственную связь основного заболевания ФИО1 с профессиональной деятельностью в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника».

Оценивая представленные доказательства, суд не находит оснований для признания оспариваемых медицинских заключений незаконными, поскольку медицинскими комиссиями дана полная оценка всем письменным документам, связанным с исполнением ФИО1 трудовых обязанностей и его заболеванием, в том числе дана подробная оценка контакта с пациентом ФИО2 с положительным тестом РНК коронавируса 2019-n CoV, а также рассмотрены все представленные медицинские документы в части работы ФИО1 по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника».

Доводы истца, представителя о том, что выводы комиссии, указанные в заключениях, не соответствуют фактическим обстоятельства дела, поскольку сделаны только на основании записи врача о том, что ФИО1 заболел 19.10.2020, а поскольку до 19.10.2020 он находился в отпуске, то периодом заражения указан период с 05.10.2020 по 18.10.2020, суд находит необоснованными.

Записи в медицинские документы вносят соответствующие должностные лица (врачи) на основании установленных при приеме пациента данных (результаты анализов, пояснения пациента и т.д.). Доказательств того, что врач терапевт при первичном приеме ФИО1 внес неверные данные о начале заболевания, в судебное заседание истцом не представлено.

Также не представлено достоверных доказательств того, что в период осуществления трудовой деятельности по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» ФИО1 осуществлял прием пациента с положительным тестом РНК коронавируса 2019-n CoV.

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника N 15 в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» и карты эпидемиологического обследования N 4475 очага инфекционного заболевания, факторы, способствующие возникновению заболевания не установлены, сведений о приеме пациентов с подозрением на новую коронавирусную инфекцию, либо с подтвержденным заболеванием указанные документы не содержат, в связи с чем оснований у комиссии предполагать иное не имелось.

Кроме того, суд считает обоснованными пояснения представителя ответчика ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», что в случае наличия у истца информации о контактах ФИО1 с пациентами страдающими СOVID-19 в период работы по совместительству в ОГБУЗ «Усть-Илимская городская детская поликлиника» необходимо оформление обязательных нормативных документов – Карты эпидемиологического обследования очага инфекционного заболевания и санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника, позволяющих провести повторную экспертизу связи заболевания с профессией. Между тем, истец с таким требованиями не обращался.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, что при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 г. N 967, заключительный диагноз - профессиональное заболевание имеют право устанавливать впервые только специализированные лечебно-профилактические учреждения, клиники или отделы профессиональных заболеваний медицинских научных учреждений или их подразделения (далее - центр профессиональной патологии).

Таким образом, заболевание может быть отнесено к профессиональному только в случае признания его таковым специализированным медицинским учреждением.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

Частью 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 1 статьи 58 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина, осуществляется посредством медицинской экспертизы, разновидностью которой являются судебно-медицинская экспертиза и экспертиза качества медицинской помощи.

Таким образом, исходя из заявленного истцом требования о признании того, что смерть ФИО1 произошла в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей, для правильного разрешения вопроса о связи заболевания, выявленного у ФИО1, с профессией, требовались специальные познания в области медицины, для чего требовалось проведение соответствующей экспертизы, поскольку сам суд не обладает необходимыми познаниями в сфере медицины.

Судом было разъяснено истцу, представителю право заявить ходатайство о назначении соответствующей судебной экспертизы, однако истец, представитель в судебном заседании от подачи ходатайства о назначении экспертизы отказались.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований ФИО3 о признании медицинских заключений № 61 от 30.08.2021, № 470 от 15.09.2021 незаконными, признании, что смерть ФИО1 произошла в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей, следует отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ФИО3 к Федеральному государственному бюджетному научному учреждению «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», Федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сечинова Министерства здравоохранения Российской Федерации» о признании медицинских заключений незаконными, признании, что смерть ФИО1 произошла в результате инфицирования новой коронавирусной инфекцией COVID-19 при исполнении им трудовых обязанностей, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Илимский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий судья М.С. Третьяков

Мотивированное решение изготовлено 15.05.2023