УИД 61RS0006-01-2024-007062-90
Дело № 2-629/2025 (2-5370/2024)
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
8 апреля 2025 года г. Ростов-на-Дону
Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:
председательствующего Евстефеевой Д.С.
при секретаре Жукатовой Э.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Т.А.А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ростовской области об обязании включить периоды работы в страховой стаж, назначении страховой пенсии по старости,
УСТАНОВИЛ:
Истец Т.А.А. обратилась в суд с настоящим иском, ссылаясь на то, что в целях назначения страховой пенсии по старости обращалась в УПФР в Первомайском районе г. Ростова-на-Дону.
Решением от 13 августа 2024 года № ей отказано в назначении страховой пенсии по старости в связи с отсутствием права на данный вид пенсии, поскольку продолжительность страхового стажа составила менее 15 лет. При этом в страховой стаж не приняты периоды с 1 сентября 1984 года по 25 декабря 1999 года.
По мнению истца, такое решение является незаконным и нарушает ее права, поскольку из содержания трудовой книжки следует, что ею трудовая деятельность осуществлялась с 1984 года. Вместе с тем, получить иные доказательства осуществления ею трудовой деятельности, не представляется возможным, притом что Т.А.А. неоднократно обращалась в компетентные органы Грузии, однако ответа не получила.
На основании изложенного истец Т.А.А. просила суд обязать ответчика назначить ей страховую пенсию по старости с момента наступления пенсионного возраста, включив в страховой стаж для начисления страховой пенсии по старости, следующие периоды работы: с 1 сентября 1984 года по 3 мая 1986 года – учеба; со 2 июня 1986 года по 4 января 1989 года – трудовая деятельность; с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года – трудовая деятельность; с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года – трудовая деятельность; с 15 января 1996 года по 25 декабря 1999 года – трудовая деятельность.
Впоследствии истец Т.А.А. в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации уточнила исковые требования и просит суд обязать ответчика назначить ей страховую пенсию по старости с момента наступления пенсионного возраста, включив в страховой стаж для начисления страховой пенсии по старости, следующие периоды работы: с 1 сентября 1984 года по 3 мая 1986 года – учеба; со 2 июня 1986 года по 4 января 1989 года – трудовая деятельность; с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года – трудовая деятельность; с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года – трудовая деятельность.
Истец Т.А.А. в судебное заседание не явилась, извещена о дне, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (л.д. 161), направила для участия в судебном разбирательстве представителя.
Представитель истца Т.А.А. – ФИО1, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования в уточненной редакции поддержала в полном объеме, просила удовлетворить. Дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ростовской области (далее также – ОСФР по Ростовской области) в судебное заседание не явился, извещен о дне, времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом (л.д. 163). В письменном отзыве на исковое заявление представителем ответчика выражена просьба об отказе в удовлетворении исковых требований, а также о рассмотрении дела в его отсутствие (л.д. 120-126).
В отношении не явившихся в судебное заседание истца Т.А.А. и представителя ответчика ОСФР по Ростовской области дело рассмотрено судом в порядке статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Суд, выслушав представителя истца Т.А.А. – ФИО1, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующим выводам.
В силу части 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.
В соответствии с частью 2 статьи 39 Конституции Российской Федерации государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.
Основы государственного регулирования обязательного пенсионного страхования в Российской Федерации определены Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ), который также регулирует правоотношения в системе обязательного пенсионного страхования, определяет правовое положение субъектов обязательного пенсионного страхования, основания возникновения и порядок осуществления их прав и обязанностей, ответственность субъектов обязательного пенсионного страхования.
В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ обязательным страховым обеспечением по обязательному пенсионному страхованию является страховая пенсия по старости.
Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии определены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ), вступившим в силу с 1 января 2015 года.
В свою очередь, до 1 января 2015 года основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на трудовые пенсии были установлены Федеральным законом от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».
На основании части 1 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ, при соблюдении ими условий, предусмотренных названным Федеральным законом.
Согласно частям 1-3 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к названному Федеральному закону).
Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.
Страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.
В силу части 8 статьи 13 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу названного Федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.
В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного Федерального закона, при условии, что за эти периоды начислялись или уплачивались страховые взносы в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации.
При этом в силу части 2 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».
Судом установлено, что 6 августа 2024 года Т.А.А. обратилась в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ростовской области в лице клиентской службы (на правах отдела) в Первомайском районе г. Ростова-на-Дону с заявлением о назначении страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, предоставив: трудовую книжку № от 3 июня 1986 года; документ об образовании № от 8 мая 1986 года; свидетельства о рождении № от 5 ноября 2002 года, № от 11 февраля 2003 года с нотариально заверенным переводом (л.д. 64-66).
Решением Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ростовской области от 13 августа 2024 года № Т.А.А. отказано в установлении с 5 сентября 2024 года страховой пенсии по старости в соответствии с частью 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, в связи с отсутствием документально подтвержденного страхового стажа необходимой продолжительности (15 лет) и индивидуального пенсионного коэффициента в размере 28,20 (л.д. 25-28).
Согласно решению от 13 августа 2024 года №, в подсчет страхового стажа Т.А.А. не включены следующие периоды:
с 1 сентября 1984 года по 3 мая 1986 года (1 год 8 месяцев 3 дня) – учета в <данные изъяты>, в связи с тем, что включение такого периода не предусмотрено пенсионным законодательством;
со 2 июня 1986 года по 4 января 1989 года (2 года 7 месяцев 3 дня) – работа экономистом в <данные изъяты>,
с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года (2 года 9 месяцев 28 дней) – работа швеей-мотористкой в <данные изъяты>,
с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года (3 годя 5 месяцев 19 дней) – работа рабочей на складе <данные изъяты>,
с 15 января 1996 года по 25 декабря 1999 года (3 года 11 месяцев 11 дней) – работа оператором автозаправочной станции в <данные изъяты>, - поскольку факт работы не подтвержден документально, в том числе отсутствуют сведения об уплате страховым взносов на пенсионное обеспечение за периоды работы, имевшие место после 1 января 1991 года на территории Республики Грузия;
с 28 октября 1997 года по (сведения отсутствуют), с 21 февраля 2000 по 31 марта 2001 года, с 1 января 2018 года по 6 ноября 2018 года – периоды осуществления предпринимательской деятельности, за которые не осуществляется обязательный платеж в ПФР;
с 15 декабря 1989 года по 14 июня 1991 года (1 год 6 месяцев), с 11 октября 1991 года по 10 апреля 1993 года (1 год 6 месяцев) – уход за детьми до исполнения ими возраста полутора лет, поскольку факт родственных отношений не подтвержден документально.
Разрешая исковые требования Т.А.А., полагающей отказ уполномоченного органа в назначении ей страховой пенсии по старости, в связи с непринятием к зачету некоторых периодов ее трудовой деятельности, необоснованным, суд исходит из следующего.
Согласно трудовой книжке Т.А.А. № от 3 июня 1986 года, предоставленной суду с исковым заявлением, ее трудовая деятельность началась 2 июня 1986 года, когда она была принята на работу экономистом в <данные изъяты>, где работала по 4 января 1989 года.
В дальнейшем с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года Т.А.А. работала швеей-мотористкой в <данные изъяты>, а в период с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года – рабочей на складе <данные изъяты> (л.д. 148-152).
Указанное свидетельствует о том, что весь спорный период трудовой деятельности истца Т.А.А., с 18 мая 2012 года зарегистрированной и проживающей на территории Российской Федерации по адресу: <адрес>, - имел место за пределами Российской Федерации, а именно, на предприятиях и в организациях Грузии.
На основании части 3 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные названным Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.
Пенсионное обеспечение граждан, проживающих в Российской Федерации, при наличии у них (страхового) трудового стажа, приобретенного на территории Грузии, осуществляется в соответствии с заключенным между Правительством Российской Федерации и Правительством Грузии Соглашением от 16 мая 1997 года о гарантиях прав граждан в области пенсионного обеспечения (заключено в г. Москве 16 мая 1997 года, ратифицировано Федеральным законом от 8 октября 2000 года № 128-ФЗ) (далее – Соглашение).
Согласно статье 2 Соглашения, пенсионное обеспечение граждан Российской Федерации и Грузии, а также членов их семей осуществляется по законодательству государства Стороны, на территории которого они имеют место постоянного жительства.
В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Соглашения для определения права на пенсию, включая пенсию на льготных основаниях и за выслугу лет, учитывается трудовой (страховой) стаж, приобретенный в соответствии с законодательством Российской Федерации и Грузии (в том числе до вступления в силу названного Соглашения), а также на территории бывшего СССР по 31 декабря 1991 года.
При этом в статье 1 Соглашения трудовой (страховой) стаж определен как продолжительность трудовой и иной общественно полезной деятельности, которая признается в качестве таковой законодательством Российской Федерации или Грузии и во время осуществления которой уплачиваются страховые взносы на пенсионное обеспечение.
В силу статьи 11 Соглашения полномочные органы Сторон информируют друг друга о действующем в их государствах пенсионном законодательстве, его изменениях, а также принимают меры к установлению обстоятельств, необходимых для определения права на пенсию и ее размера.
В свою очередь, на основании части 9 статьи 21 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, вправе проверять обоснованность выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверность содержащихся в них сведений.
Как указывает ответчик, на этапе заблаговременной работы с документами, с целью подтверждения периодов работы Т.А.А. на территории Грузии, а также сведений об уплате после 1 января 1991 года страховых взносов в Агентство социальных субсидий Грузии 14 февраля 2024 года направлен запрос № (л.д. 111, 112-113), ответ на который до момента рассмотрения заявления Т.А.А. не поступил. При этом истец Т.А.А. также настаивает на неполучении ею ответа на аналогичный запрос, самостоятельно направленный ею.
Однако отсутствие ответа уполномоченного органа Грузии не может ограничивать права Т.А.А. на пенсионное обеспечение, учитывая, что ею с заявлением о назначении страховой пенсии по старости предоставлена трудовая книжка установленного образца, которая в силу статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.
С названной нормой закона согласуются положения Правил подсчета и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 октября 2014 года № 1015, согласно пункту 11 которых документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.
Перечисленные выше записи в трудовой книжке Т.А.А. № от 3 июня 1986 года не содержат никаких исправлений, заверены оттисками печатей организаций, в которых она работала в соответствующие периоды, подтверждены ссылками на реквизиты приказов, на основании которых внесены данные записи. Оснований полагать, что данные записи содержат неправильные или неточные сведения, в данном случае не имеется.
В свою очередь, отсутствие сведений об уплате страховых взносов за период с 1 января 1991 года также не может ограничивать пенсионные права работника, притом что, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, неуплата страхователем страховых взносов в Пенсионный Фонд Российской Федерации в пользу работающих в силу природы и предназначения обязательного пенсионного страхования, необходимости обеспечения прав этих лиц не должна препятствовать реализации ими права своевременно и в полном объеме получить трудовую пенсию.
Суд также учитывает, что истец Т.А.А., как лицо, не имеющее объективной возможности влиять на исполнение работодателем обязанности по уплате страховых взносов, не может нести негативные последствия за возможное неисполнение соответствующей обязанности.
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Согласно абзацам первому и второму части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
При этом на основании частей первой-третьей статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В данном случае, оценив в соответствии с приведенными выше правилами процессуального законодательства содержание трудовой книжки истца как письменное доказательство юридически значимых обстоятельств, суд находит ее надлежащим доказательством, подтверждающим трудовую деятельность Т.А.А. в периоды: со 2 июня 1986 года по 4 января 1989 года (работа экономистом в <данные изъяты>); с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года (работа <данные изъяты>); с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года (работа рабочей на <данные изъяты>).
Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности и каждое в отдельности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом установленных в ходе судебного разбирательства по делу фактических обстоятельств и на основании приведенных норм действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, суд приходит к выводу о том, что исковые требования Т.А.А. являются обоснованными в части требования о включении в ее страховой стаж перечисленных выше периодов работы, подтвержденных записями в трудовой книжке, и возложения на уполномоченный орган обязанности принять к зачету при подсчете страхового стажа соответствующие периоды работы истца.
В свою очередь, основания для включения в страховой стаж периода учебы Т.А.А. (с 1 сентября 1984 года по 3 мая 1986 года) отсутствуют, учитывая, что, как обоснованно указано ОСФР по Ростовской области в решении от 13 августа 2024 года №, включение соответствующих периодов в страховой стаж не предусмотрено законом.
Одновременно суд учитывает, что даже в условиях предусмотренной действовавшим на момент прохождения Т.А.А. обучения возможности включения подобных периодов в страховой (трудовой) стаж, в данном случае основания для этого отсутствуют, притом что Положение о порядке назначения и выплаты государственных пенсий, утвержденное Постановлением Совмина СССР от 3 августа 1972 года № 590, прямо связывало возможность зачета периодов обучения в высших учебных заведениях, средних специальных учебных заведениях (техникумах, педагогических и медицинских училищах и т.д.), партийных школах, совпартшколах, школах профдвижения, на рабфаках; пребывания в аспирантуре, докторантуре и клинической ординатуре в стаж исключительно при условии, если этим периодам предшествовала работа в качестве рабочего или служащего, либо служба в составе Вооруженных Сил СССР, или иная служба, указанная в подпункте «к» того же пункта Положения.
В данном случае такое условие не соблюдено, притом что, как установлено судом и не опровергнуто Т.А.А., ее трудовая деятельность началась после окончания учебного заведения, а именно, со 2 июня 1986 года.
Также учитывая, что, как следует из содержания приведенной ранее статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ, для назначения страховой пенсии лицу, достигшему определенного возраста, кроме наличия у него необходимого страхового стажа, требуется установление наличия у него достаточной величины индивидуального пенсионного коэффициента, который, согласно ответу ОСФР по Ростовской области, у Т.А.А. по состоянию на 5 сентября 2024 года менее требуемого, основания для возложения на ответчика обязанности назначить истцу страховую пенсию по старости в данном случае отсутствует.
В связи с этим исковое заявление Т.А.А. подлежит частичному удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Т.А.А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> об обязании включить периоды работы в страховой стаж, назначении страховой пенсии по старости удовлетворить частично.
Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> принять к зачету при подсчете страхового стажа для назначения страховой пенсии по старости Т.А.А. (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: <адрес>, паспорт гражданина Российской Федерации серия №, СНИЛС №) следующие периоды:
со 2 июня 1986 года по 4 января 1989 года – работа экономистом в <данные изъяты>;
с 4 сентября 1989 года по 1 июля 1992 года – работа швеей-мотористкой в <данные изъяты>;
с 10 июля 1992 года по 28 декабря 1995 года – работа рабочей на <данные изъяты>.
В удовлетворении остальной части иска Т.А.А. отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Ростовский областной суд через Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение суда составлено 22 апреля 2025 года.
Судья Д.С. Евстефеева