Решение по делу № 2-3339/2022 от 13.02.2023 - о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, не покрытого страховым возмещением, компенсации морального вреда.

Дело № 2-55/2023(2-3339/2022)

УИД 86RS0007-01-2022-004876-21

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 февраля 2023 года г. Нефтеюганск

Нефтеюганский районный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Ахметовой Э.В.,

при секретаре Фаткуллиной З.А.,

с участием истца ФИО1

представителя истца адвоката Александрова В.Г.

третьего лица ФИО2

представителя третьего лица адвоката Насуханова Р.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к 6 пожарно-спасательному отряду ФПС ГПС ГУ МЧС России по ХМАО-Югре, Российской Федерации в лице ГУ МЧС России по ХМАО-Югре, к Российской Федерации в лице Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий о взыскании материального ущерба, причиненного ДТП, не покрытого страховым возмещением, компенсации морального вреда

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику о взыскании материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием в размере 574 900 руб., мотивировав тем, что (дата) на (адрес) водитель ФИО2, управляя транспортным средством марки «Камаз 43114 АД 5,0-40 20 ВР» государственный регистрационный знак №, принадлежащим ответчику, совершил выезд на полосу встречного движения в нарушение ПДД, в результате чего совершил столкновение с его транспортным средством «Киа Sorento» государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности, в результате чего транспортное средство получило механические повреждения.

Утверждает, что виновным в ДТП является водитель автомобиля «Камаз 43114 АД 5,0-40 20 ВР» государственный регистрационный знак №, принадлежащий 6 пожарно-спасательному отряду ФПС ГПС ГУ МЧС России по ХМАО-Югре, водитель находился в момент ДТП на службе.

При обращении в страховую компанию в порядке прямого возмещения САО «РЕСО Гарантия» выплатило ему (истцу) страховое возмещение в размере 356 000 рублей 00 копеек с учетом износа запасных частей. После получения страхового возмещения истец произвел независимую оценку ущерба, причиненного его автомобилю, стоимость которого без учета износа составила 930 900 рублей. Считает, что сумма причинённых данным ДТП убытков, не покрытая страховым возмещением, подлежит взысканию с ответчика.

Помимо указанного, истец просит взыскать расходы по оплате услуг оценщика в размере 15 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 8949 рублей, по оплате нотариальных услуг 2400 руб., почтовые расходы 200 руб.

Кроме того, истец до рассмотрения дела по существу исковые требования увеличил, просит также взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

Определением суда от 16.11.2022 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Российская Федерация в лице ГУ МЧС России по ХМАО-Югре, в лице Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель адвокат Александров В.Г., действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали, суду пояснили, что в действиях водителя пожарной части ФИО2 имело место нарушение п.1.3, 10.1 ПДД, поскольку ФИО2 выехал на полосу встречного движения, подъезжая к перекрестку, без звукового сигнала. Истец утверждает, что именно отсутствие звукового сигнала послужило причиной его выезда на (адрес). Звуковой сигнал ФИО2 включил лишь перед столкновением с его автомобилем. При этом он успел остановиться, но отъехать назад не успел, поскольку ФИО3 совершил наезд на его автомобиль. Включенный звуковой сигнал ФИО3 не освобождает того от гражданской ответственности, поскольку времени с момента его включения было не достаточно, чтобы он (истец) смог его увидеть и освободить дорожную полосу. Истец не отрицает, что поворачивая на (адрес) двигался по включенной зеленной стрелке, но предположить движение ему во встречном направлении автомобилей не имел возможности, поскольку звукового сигнала не было. ФИО2 врезался в него не сбавляя скорости. Полагает, что в случае если бы ФИО2 включил заблаговременно звуковой сигнал, убедился в том, что все водители на перекрестке его пропускают, снизил бы скорость подъезжая к перекрестку, то ему ущерб бы не был причинен. Считает, что ответчик обязан компенсировать ему моральный вред, причиненный тем, что он вынужден в судебном порядке защищать свои нарушенные имущественные права, не отрицает, что телесные повреждения в указанном ДТП не получал.

В судебном заседании представитель ответчика ГУ МЧС России по ХМАО-Югре ФИО4, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала. Суду пояснила, что 6 пожарно-спасательный отряд, расположенный в г. Нефтеюганске самостоятельным юридическим лицом не является, ФИО2 является работником ГУ МЧС по ХМАО-Югре. В момент ДТП ФИО2 в составе наряда выдвинулся в месту другого ДТП с пострадавшими, находился при исполнении служебных обязанностей. Утверждает, что ФИО1 обязан был уступить дорогу служебному автомобиля, двигающемуся с включенными проблесковыми маячками и звуковым сигналом, ФИО2 имел преимущество в движении и виновником данного ДТП не является. Размер материального ущерба не покрытого страховым возмещением не оспаривает.

Также, ссылаясь на ст. 151, 1101 ГК РФ, представитель ответчика считает, что истцом не представлено доказательств, соответствующих медицинских документов в подтверждение нахождения его в нервозном состоянии, а также иных нравственных и физических страданий, а также причинения вреда здоровью.

Третье лицо – ФИО5 и его представитель адвокат Насуханов Р.В., действующий на основании ордера адвоката, в судебном заседании с иском не согласились, суду пояснили, что служебный автомобиль двигался по ул. (адрес) по заданию на ДТП с пострадавшими, проблесковые маяки и звуковой сигнал были включены, поэтому ФИО1 обязан был уступить ему дорогу на перекрестке, при этом, что ФИО1 сам допустил нарушение п. 10.1, 13.5 ПДД, выехав на перекресток по зеленой стрелке, обязывающей водителя всем уступить дорогу. У ФИО1 не было ограничений видимости при совершении маневра поворота направо, то тот имел возможность увидеть служебный автомобиль КАМАЗ красного цвета (пожарный автомобиль). ФИО2 утверждает, что не имел возможности избежать столкновения с а/м под управлением ФИО1, поскольку справа от него шел поток двух полос в попутном направлении, поскольку уже включился зеленый сигнал светофора., торможение не помогло. Кроме того, просит учесть, что звуковой сигнал не работает в постоянном режиме, он работает наплывами, временами затихает. Не отрицает, что должен был убедиться в том, что водитель Аверьянов пропускает его, только после этого продолжить движение по перекрестку. Считает, что поскольку виновным в данном ДТП признан он не был, к административной ответственности не был привлечён, то его вина в данном ДТП не доказана.

Свидетель О. допрошенный в судебном заседании суду показал, что в декабре 2021 года, управляя автобусом, двигался по (адрес), он остановился перед перекрестком с (адрес), и как только загорелся зеленый сигнал светофора, продолжил движение через перекресток прямо в сторону (адрес) доезжая до второго светофора, не завершив проезд через перекресток, услышал звуковой сигнал-сирену, в боковое зеркало заднего вида увидел ДТП с пожарным автомобилем красного цвета. До указанного момент звукового сигнала не было, в том числе и когда он, стоя у светофора, ожидал включения зеленого сигнала светофора. У него с автобуса сотрудники ДПС при оформлении материала, изъяли видеозапись со звуковым сопровождением. Ни с ФИО1, ни с ФИО2 не знаком.

Свидетель М. допрошенная в судебном заседании, суду показала, что в день ДТП с участием пожарного автомобиля, в обеденное время на а/м КИА РИО синего цвета двигалась по улице (адрес) в сторону ул. (адрес), при этом подъезжая к пересечения (адрес), напротив магазина «**» услышала звуковой сигнал служебного автомобиля, который двигался в попутном направлении. Она, как и другие участники движения прижались к обочине и пропустили служебный автомобиль в районе остановки («**») напротив магазина «**», она прижалась право. Автомобиль пожарной части красного цвета со звуковым и световым сигналом продолжил движение через перекресток прямо. Когда она доехала до перекрестка с (адрес), то увидела ДТП, момент столкновения не видела.

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, просмотрев видео, приходит к следующему.

Согласно статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.

Убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием (статья 16 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Судом установлено, что (дата) в ** часов ** минуты на перекрестке (адрес) (около (адрес)) (адрес) водитель ФИО2, управляя транспортным средством марки «Камаз 43114 АД 5,0-40 20 ВР» государственный регистрационный знак №, при выезде на полосу, предназначенную для встречного движения (в сторону (адрес)), на встречной полосе допустил столкновение с транспортным средством марки «Киа Sorento» государственный регистрационный знак №, который находился под управлением водителя ФИО1 Автомобиль т/с марки «Киа Sorento» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО1 двигался по (адрес) в сторону (адрес), совершая маневр поворота направо в направлении зеленой стрелки светофора. В результате столкновения, транспортные средства получили механические повреждения.

В отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении по ч. 2 ст. 12.17 КоАП РФ, в отношении ФИО2 составлен протокола об административном правонарушении по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ. Вместе с тем производства по указанным дела прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено в связи с истечением сроков давности, считается невиновным, государство прекращает его преследование за административное правонарушение (Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.2009 N 9-П), в то же время прекращение в отношении лица производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением сроков давности не препятствует установлению его виновности или невиновности в рамках других процедур и привлечению его к гражданско-правовой ответственности, а также взысканию имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения. Такие споры разрешаются в порядке гражданского судопроизводства (ст. 4.7 КоАП РФ).

Разрешая исковые требования ФИО1, суд учитывает, что согласно пункту 1.5 ПДД РФ следует, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 3.2 ПДД РФ установлено, что при приближении транспортного средства с включенными проблесковым маячком синего цвета и специальным звуковым сигналом водители обязаны уступить дорогу для обеспечения беспрепятственного проезда указанного транспортного средства.

На основании п. 3.3 ПДД РФ приближаясь к стоящему транспортному средству с включенным проблесковым маячком синего цвета, водитель должен снизить скорость, чтобы иметь возможность немедленно остановиться в случае необходимости.

Учитывая показания свидетеля О., которые согласуются с показаниями свидетеля Э., полученными в судебном заседании 28.04.2022, в рамках дела об административном правонарушении, судом установлено, что ФИО2 управляя а/м «КАМАЗ» с включенными проблесковыми маяками подъезжая к перекресту (адрес), выехал на полосу предназначенную для встречного движения, что также подтверждается схемой ДТП и опровергается сторонами по делу, при этом звуковой сигнал был включен непосредственно перед столкновением с а/м истца ФИО1 Материалы дела иные доказательства, свидетельствующие о заблаговременной включении водителем ФИО2 звукового согнала, не содержат, со стороны ответчика в рамках обязанности, предусмотренной ст. 56 ГПК РФ не доказано, учитывая, что бремя доказывания отсутствия вины возлагается на третье лицо и ответчика.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суд не принимает во внимание показания свидетеля М., поскольку последняя очевидцем ДТП не являлась, уступила дорогу автомобилю «КАМАЗ» на предыдущем перекрестке, где слышала звуковой сигнал служебного автомобиля, после чего двигалась в попутном направлении за ним на расстоянии более 500-700 м от указанного служебного автомобиля, поэтому ее показания не могут подтверждать наличия включенного звукового согнала у а/м КАМАЗ как при выезде на встречную полосу, так и в момент ДТП.

Из изъятого с автобуса, под управлением О., видеофайла имеющего звуковую запись, судом установлено, что специальный звуковой сигнал водителем а/м «КАМАЗ» ФИО13 включен лишь непосредственно перед столкновением с а/м «Киа Sorento» под управлением истца ФИО1

При этом доводы третьего лица ФИО2 о том, что он принимал перед столкновением меры к экстренному торможению, суд признает не состоятельными, поскольку они не подтверждаются ни схемой ДТП, где они отсутствуют, ни свидетельскими показаниями, ни видеозаписью. На видеозаписи зафиксировано непосредственное движение а/м «КАМАЗ» перед столкновением с а/м «Киа Sorento», при этом движение колес а/м «КАМАЗ» не свидетельствуют о торможении (идет свободный оборот переднего колеса со стороны водителя), признаки юза не наблюдаются, следовательно, меры к торможению водителем не приняты.

Пунктом 9.1 Правил определено, что на любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена трамвайными путями, разделительной полосой, разметкой 1.1, 1.3 или разметкой 1.11, прерывистая линия которой расположена слева.

В силу положений пункта 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Пунктом 11.1 Правил дорожного движения установлено, что прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ФИО2, управляя а/м «КАМАЗ» не включил специальный звуковой сигнал, находясь на встречной полосе движения в нарушении разметки 1.1, не снизил скорость, не убедился в том, что все участки дорожного движения предоставили ему преимущество в движении, в том числе и ФИО1, нарушив п.3.3 ПДД РФ, не принял мер к торможению, нарушив п. 10.1 ПДД РФ, что могло исключить причинение материального ущерба истцу.

Суд также отмечает, что ФИО1 въезжая на перекресток в направлении зеленой стрелки светофора с одновременным красным сигналом светофора, где согласно схеме дорожного движения, при повороте направо исключено движение встречного автотранспорта, убедившись в отсутствии помех в движении с левой стороны и отсутствии пешеходов, требование п. 10.1 ПДД выполнил, принял меры к торможению вплоть до полной остановки автомобиля, в связи с чем доводы стороны ответчика и третьего лица о вине ФИО1 в данном ДТП не нашли своего подтверждения. ФИО1 двигался согласно ПДД в направлении зеленой стрелки, при этом соблюдением ФИО2 вышеуказанных требования правил дорожного движения исключило бы столкновение указанных транспортных средств (наличие спецзвуквого сигнала, снижение скорости, торможение).

Судом из представленных ответчиком Приказа о приеме на работу от (дата), диспетчерского журнала, в момент ДТП 12.12.2021 года находился при исполнении должностных обязанностей, являясь работником ГУ МЧС России по ХМАО-Югре, что также отражено в п. 3 должностной инструкции.

Согласно свидетельству о регистрации т/с «Камаз 43114 АД 5,0-40 20 ВР» государственный регистрационный знак №, выданного (дата), последнее принадлежит ОГПС-6 ГУ МЧС России по ХМАО-Югре.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии с абз. 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Статьей 7 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" установлена страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении страхового случая обязуется возместить потерпевшему причиненный вред, которая в части возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, составляет 400 тысяч рублей.

В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса РФ, гражданин, застраховавший свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Аналогичная правовая позиция, содержится и в постановлении Конституционного Суда РФ от 10 марта 2017 № 6-П, согласно которому, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 ГК Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.

В частности, как следует из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 21 июня 2011 года № 855-О-О, от 22 декабря 2015 года N 2977-О, № 2978-О и № 2979-О, положения Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", определяющие размер расходов на запасные части с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте, а также предписывающие осуществление независимой технической экспертизы и судебной экспертизы транспортного средства с использованием единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, не препятствуют возмещению вреда непосредственным его причинителем в соответствии с законодательством Российской Федерации, если размер понесенного потерпевшим фактического ущерба превышает размер выплаченного ему страховщиком страхового возмещения. С этим выводом согласуется и положение пункта 23 статьи 12 Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которому с лица, причинившего вред, может быть взыскана сумма в размере части требования, оставшейся неудовлетворенной в соответствии с данным Федеральным законом (п. 4.2).

При этом, названный Федеральный закон, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах из причинения вреда.

Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Иное означало бы, что потерпевший лишался бы возможности возмещения вреда в полном объеме с непосредственного причинителя в случае выплаты в пределах страховой суммы страхового возмещения, для целей которой размер стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства определен на основании Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов (п. 4.3).

При этом в силу п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В силу положений пункта 14 постановления Пленума ВС РФ от 28.05.2019 г. "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению о взыскании на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации" исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (статьи 1069, 1070 ГК РФ), в том числе в результате издания государственными органами Российской Федерации актов, не соответствующих закону или иному нормативному правовому акту, возложено на Минфин России и осуществляется за счет казны Российской Федерации (пункт 1 статьи 242.2 БК РФ).

Субъектом, обязанным возместить вред по правилам статьи 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинен вред (пункт 3 статьи 125 ГК РФ, статья 6, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

При удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном с статьей 1069 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Согласно подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Таким образом, в силу пункта 3 статьи 125, статей 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации иск о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) сотрудника МЧС предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (указанный орган выступает в суде как представитель интересов Российской Федерации).

В ходе судебного заседания не нашли своего подтверждения доводы ответчика о том, что их работник не является виновником дорожно-транспортного происшествия. При этом суд отмечает, что сам факт отсутствия в действиях водителя ФИО2 в момент ДТП состава административного правонарушения не свидетельствует о безусловной невиновности лица, являющегося владельцем источника повышенной опасности и не освобождается от гражданской ответственности по возмещению материального ущерба. ФИО2 являлся законным владельцев а/м «КАМАЗ» будучи допущенным к управления т/с, что не оспаривалось ответчиком и третьим лицом. При данных обстоятельствах в результате действий работника ответчика причинен материальный ущерб истцу.

Как разъяснено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1, по общему правилу, установленному ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, его причинившее, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

При данных обстоятельствах, учитывая вышеизложенные нормы закона, суд приходит к выводу о том, что истец вправе требовать с ответчика сумму материального ущерба, не покрытую страховым возмещением.

Решая вопрос по размеру ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, суд приходит к следующему.

Автомобилю истца ФИО1 «Киа Sorento» государственный регистрационный знак № причинены механические повреждения: передний бампер, декоративная решетка бампера, решетка радиатора, радиатор охлаждения, радиатор кондиционера, передние левая и права противотуманная фара, левое и правое переднее крыло, капот, передняя левая и правая дверь, передние левая и правая блок фары, АКБ, электронный блок управления, омыватель стекла, бачек омывателя, бачек охлаждения, передняя левая и правая стойка кузова, что отражено инспектором ДПС непосредственно после ДТП (л.д. 37)

Оценив по правилам статьей 59, 60 и 67 Гражданского процессуального кодекса РФ представленное истцом экспертное заключение ООО «**» № от (дата), согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта без учета износа деталей, составляет 930 900 руб., суд приходит к выводу о том, что заключение является относимым и допустимым доказательством суммы ущерба, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, поскольку оно составлялось на основании акта осмотра т/с истца, который не противоречит документам из административного материала, составленного сотрудниками ГИБДД, перечень повреждений согласуются с обстоятельствами ДТП, в котором удар автомобилю истца пришелся в переднюю часть автомобиля, столкновение было под небольшом углом, что отражено на видео. Допустимых доказательств, по которым бы суд смог уменьшить сумму убытков истца, ответчиком не представлено. Со стороны ответчика ходатайство о назначении судебной экспертизы заявлено не было. Иным образом стоимость запасных частей, необходимых для ремонта автомобиля истца, со стороны ответчика не опровергнуто.

При таких обстоятельствах, суд находит возможным взыскать с ответчика в пользу истца сумму материального ущерба в размере 574900 рубля (930900 р. – 356000р. страховое возмещение л.д. 90,92), принимая во внимание, что между страховой компанией и истцом спора относительно размера страхового возмещения отсутствует, ответчик размер ущерба не оспаривает, максимальный размер возмещения 400 000руб.

В соответствии ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.

В силу ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу; в иных случаях, предусмотренных законом.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Учитывая, что в судебном заседании не установлено, что со стороны ответчика, либо третьего лица имеет место нарушение личных неимущественных прав истца либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом истец в указанном ДТП телесные повреждения не получил, следовательно физические страдания не понес, доказательства, что причинение имущественного вреда причинило истцу нравственные страдания, сто стороны истца не доказано, что в указанной части истцу во взыскании с ответчика компенсации морального вреда следует отказать.

В соответствии со ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из правового анализа указанных выше норм следует, что закон связывает возможность возмещения понесенных истцом судебных расходов только в том случае, когда решение состоялось в его пользу. Более того, размер подлежащих возмещению судебных расходов истца определяется судом, в том числе, с учетом объема удовлетворенных требований истца, а именно в случае полного удовлетворения требований судебные расходы истцу возмещаются полностью, в случае частичного удовлетворения требований - пропорционально их объему.

Так, исковые требования удовлетворены на 100 %. В связи с чем, суд взыскивает в его пользу с ответчика документально подтверждённые судебные расходы: по оплате госпошлины от цены иска в размере 8949 руб., по оплате услуг эксперта 15 000 руб., по оплате услуг представителя, учитывая возражения ответчика относительно завышения расходов истца на юридические услуги.

Оценивая понесенные расходы истца на услуги представителя, суд учитывает, что интересы истца в суде представлял адвокат Александров В.Г., услуги которого оплачены истцом по квитанции в размере 50 000 руб. (л.д. 10), принимая во внимание, объем выполненной представителем работы (услуг по консультации и составлению процессуальных документов), количество судебных заседаний, которые откладывались по ходатайству стороны истца с целью обеспечения явки свидетеля, который так и не был допрошен судом, сложность дела, категорию спора, определяет разумными расходы по оплате юридических услуг в размере 20 000 руб., признавая их необходимыми.

Истцом также заявлено требование о компенсации почтовых расходов на сумму 200 руб., что подтверждается квитанциями л.д. 23, поэтому с учетом требования ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, указанные расходы подлежат взысканию с ответчика.

Относительно расходов истца в размере 2400 руб. по оплате нотариальных услуг по удостоверению доверенности 12.05.2022, выданной истцом Александрову В.Г., суд отмечает, что истец данной доверенностью уполномочил адвоката представлять его интересы не только в суде, но и в других государственных органах, в том числе правоохранительных, в органах местного самоуправления, органах дознания, прокуратуре, органах ГИБДД, страховых компаниях, по делу о возмещении материального ущерба, следовательно, в рамках не только гражданского судопроизводства, поскольку предоставляет права, которые предоставлены третьему лицу, подозреваемого, обвиняемому, административному истцу, административному ответчику, в том числе и в рамках исполнения судебных актов, вынесенных в различных судопроизводствах, в связи с чем данные расходы не подлежат возмещению по данному спору.

В абзаце третьем пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 обращено внимание судов на то, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 1069, 1071, 1064,1068 Гражданского Кодекса РФ, ст. 56,98,100,194,195,199 Гражданско-процессуального кодекса РФ

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 материальный ущерб, причиненный сотрудником ГУ МЧС России по ХМАО-Югре в ДТП, и не покрытый страховым возмещением в размере 574 900 рублей, в возмещение судебных расходов по оплате услуг представителя 20000 руб., по оплате услуг оценщика 15 000 руб. по оплате госпошлины в размере 8949 руб., по оплате почтовых расходов 200 руб.

В остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры с подачей апелляционной жалобы через Нефтеюганский районный суд.

Председательствующий Э.В. Ахметова