Дело №2-2987/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 декабря 2022 года Санкт-Петербург

Калининский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Смирновой О.А.,

при секретаре Николаевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», уточненным в ходе рассмотрения дела в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, в котором просит признать кредитный договор № от 01.11.2021 недействительным, обязать ответчика направить в Государственный реестр бюро кредитных историй информацию об исключении сведений в отношении обязательств истца по данному кредитному договору, взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 13.187 руб., нотариальные расходы в размере 1.950 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 69.000 руб. В обоснование иска указано, что на имя истца 01.11.2021 был заключен вышеуказанный кредитный договор. По данным ответчика договоры были подписаны СМС-кодами, направленными банком в СМС-сообщениях на номер мобильного телефона №, введение которых является электронной подписью и подтверждает наряду с другими идентификаторами совершение соответствующих операций через дистанционный сервис Банка. Истец указывает, что данный договор она не заключала, кредит не оформляла, договор кредитования не одобряла, не подписывала, согласия на обработку персональных данных не давала, денежные средства не получала, о чем уведомила сотрудников банка и обратилась в полицию. По убеждению истца, без ее согласия неким лицом на ее телефонный номер установлена услуга «Переадресация» на незнакомый №. Согласно детализации звонков, на телефонный номер ФИО1 поступали СМС-сообщения и звонки с неизвестных номеров, которые были переадресованы на №, в том числе был номер ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», соответственно работники банка без ее ведома и личного участия оформили кредит от ее имени, т.е. совершили мошеннические действия. Незаконное оформление кредита стало возможным ввиду недостаточной осмотрительности и халатности работников банка, поскольку кредиты выдаются дистанционно без личного присутствия заемщиков и без указания персонифицированных данных, без предъявления удостоверения личности.

Истец ФИО1, представитель истца на рассмотрение дела в суд явились, поддержали уточненное исковое заявление в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, представил возражения на иск, согласно которым, 04.10.2014 ФИО1 оформлен договор кредита, где она дала согласие на обработку персональных данных, указала номер мобильного телефона. В дальнейшем, при оформлении кредитного договора 01.11.2021, клиентом использовался информационный сервис «Хоум Кредит», клиент входил в приложение с использованием одноразовых кодов направлявшихся на телефон, поскольку действовало соглашение о дистанционном обслуживании. Клиент ознакомился с условиями заключения договора, после чего на ее телефон направлено СМС-сообщение с кодом для идентификации клиента и СМС-сообщение для подписания договора и заявления о страховании. Отметка о подписании договора содержится в представленных договорах.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав истца, ее представителя, исследовав письменные материалы дела и доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

П. 2 ст. 160 Гражданского кодекса РФ допускает использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно п. 2 ст. 5 Федерального закона от 06 апреля 2011 года №63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В соответствии с п. 2 ст. 6 Федерального закона от 06 апреля 2011 года №63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных ФЗ, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

На основании п. 4 ст. 11 Федерального закона от 27 июля 2006 года №149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 01.11.2021 между ФИО1 и ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» был заключен кредитный договор №, в соответствии с которым заемщику был предоставлен кредит в сумме 998.730 руб. на 60 календарных месяцев (л.д. 88-120). Данный договор был заключен в электронном виде и подписан заемщиком простой электронной подписью в виде СМС-кода, доставленного на мобильный номер телефона №, с последующей переадресацией на телефонный № (л.д. 158-162).

Из представленных ответчиком доказательств следует, что ФИО1 через сайт банка была направлена онлайн-заявка на получение кредита, которая была подписана через приложение банка посредством введения одноразового кода. В ходе авторизации клиентом была заполнена анкета, размещенная на сайте банка, в котором она сообщила требуемые о себе данные и выбрала условия потребительского кредита из предложенных банком вариантов. Клиент сообщила, что использование ее авторизационных данных (ФИО, кодовое слово, номер мобильного телефона) является надлежащим и достаточным для дистанционного установления ее личности. По результатам рассмотрения анкеты банком принято решение о возможности заключения договора, о чем было сообщено клиенту на сайте и размещены индивидуальные и общие условия договора. Данные документы ФИО1 подписала путем ввода в специальном поле Индивидуальных условий СМС-кода, полученного на номер мобильного телефона, который ранее ею был сообщен банку. Банком был направлен клиенту ее экземпляр договора, подписанный электронной подписью, на адрес электронной почты, указанный в анкете.

При этом, представленная выгрузка из системы банка СМС-сообщений подтверждает, что от банка на мобильный номер ФИО1 № 01.11.2021 с 10:27 до 11:39 последовательно поступали СМС-сообщения, написанные латинскими буквами, следующего содержания: «Пароль *** для подтверждения согласия на оценку партнерами платежного поведения и запрос в БКИ. Подробные условия хоумкредит»; «Для подписания страхового договора используйте одноразовый пароль 4062». Путем ввода указанных в данных сообщениях кодов был подписан кредитный договор и договор страхования.

Из объяснений ФИО1, данных ею в ходе судебного разбирательства, из ее обращения в банк от 03.11.2021, из протокола допроса потерпевшей от 05.11.2021 (материал проверки КУСП № от 02.11.2021), следует, что 01.11.2021 ей позвонил мужчина и представился оператором «Теле2», предложил отключить услугу «переадресация», на что ФИО1 дала согласие, после чего на телефон истца поступили сообщения от оператора с кодом, который ФИО1 по просьбе мужчины продиктовала, также для подтверждения личности ФИО1 сообщена девичья фамилия матери. После связи ФИО2 по официальному номеру с оператором «Теле2» и официальным отключением услуги «переадресация», ей стало известно об оформленном кредите на сумму 686.000 руб., а также страховых взносов на сумму 312.730 руб. На мобильный телефон истца действительно приходили СМС-сообщения, которые были переадресованы на другой телефонный номер.

Таким образом, при заключении кредитного договора от 01.11.2021 личность заемщика ФИО1 была идентифицирована, получена копия ее паспорта, сообщен номер мобильного телефона, заемщик присоединился к договору дистанционного банковского обслуживания.

В силу п. 3 ст. 438 Гражданского кодекса РФ совершение лицом, получившим оферту в срок, установленный для ее акцепта действий по выполнению указанных в ней условий, считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте.

Как следует из материалов дела, оформление кредитного договора производилось через Интернет-банк, кредитный договор подписан правильным введением кодов, направленных на номер телефона, абонентом которого является истец.

Указанный способ использования аналога собственноручной подписи предусмотрен ст. 160 Гражданского кодекса РФ и согласован сторонами в Соглашении о дистанционном банковском обслуживании.Факт перечисления денежных средств на счет ответчика по спорному кредитному договору подтверждается выписками по счету.

Истцом в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено доказательств неправомерности действий Банка по выдаче кредита, а также исполнения принятых на себя обязательств по договору с Банком в части ограничения несанкционированного доступа третьих лиц к своим персональным данным, обязанность по сохранению в тайне которых возложена на истца, в частности к мобильному телефону, номер которого используется для предоставления услуг дистанционного обслуживания.

В ходе рассмотрения дела истец подтвердила сообщение кодов третьим лицам.

Противоправные действия третьих лиц являются основанием для гражданско-правовой ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда либо неосновательного обогащения, обращения в правоохранительные органы, но не освобождают заемщика от исполнения обязательств перед банком по кредитному договору.

Таким образом, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что оспариваемый кредитный договор с ее стороны не заключался и денежные средства получены не были.

Истец ссылается на то, что рассматриваемые сделки являются недействительными в силу ст. ст. 169, 178 Гражданского кодекса РФ.

В силу ст. 169 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 Определения Конституционного Суда РФ от 08 июня 2004 года №226-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «Уфимский нефтеперерабатывающий завод» на нарушение конституционных прав и свобод ст. 169 Гражданского кодекса РФ и абз. 3 п. 11 ст. 7 Закона «О налоговых органах РФ» понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Ст. 169 Гражданского кодекса РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Учитывая изложенное, рассматриваемая сделка не может быть признана недействительной по указанному основанию в связи с тем, что ст. 169 Гражданского кодекса РФ требует, чтобы умысел на совершение таких сделок исходил как минимум от одной стороны сделки, что не установлено по настоящему делу.

Из ст. 178 Гражданского кодекса РФ следует, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Истец не доказала, что в момент сообщения кодов доступа находилась под влиянием заблуждения относительно изложенных выше обстоятельств.

Истец, при надлежащей заботливости и осмотрительности не должна была сообщать никому присланные ей коды, тем самым не совершая действий, направленных на заключение договора. Ответчик не вводил истца в заблуждение относительно вышеуказанных обстоятельств.

Что касается обмана со стороны третьих лиц, то в силу ч. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таким образом, ст. 179 Гражданского кодекса РФ также требует, чтобы сделка была совершена под влиянием обмана со стороны контрагента потерпевшего либо со стороны третьих лиц, но при условии, что контрагенту было или должно было быть известно об обмане.

В данной ситуации ответчик не обманывал истца относительно заключения сделки, истец не доказал, что Банк знал или должен был знать об обмане со стороны третьих лиц при совершении сделки.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что основания для признания кредитного договора недействительным отсутствуют, ввиду чего оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Кроме того, неполучение денежных средств по договору является основанием для обращения с иском о расторжении договора, взыскании денежных средств, но не признания сделки недействительной.

При этом, доводы о том, что действия по введению кодов и доступа к электронной системе осуществлены истцом под влиянием мошеннических действий иного лица, несостоятельны, поскольку отсутствуют соответствующие доказательства - вступивший в законную силу приговор суда, которым установлена виновность лица в совершении преступления.

Довод истца, что ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» не проверил ее платежеспособность как заемщика, она является заемщиком в ПАО «Сбербанк» по ипотечному и потребительскому кредитам на сумму 3.130.000 руб., ее заработная плата за 2021 год составила 66.593 руб. 50 коп., что меньше ежемесячного платежа, не является основанием для признания кредитного договора недействительной сделкой, поскольку действующим законодательством не предусмотрено, что при заключении договора кредитор обязан требовать от заемщика справки о доходах. Предоставление кредитов в зависимости от уровня платежеспособности заемщика, проверка данных о платежеспособности является правом кредитора, предусмотренным ст. 821 Гражданского кодекса РФ.

Учитывая, что ФИО1 самостоятельно предоставила персональные и скрытые данные третьему лицу, не предприняла попыток воздержания от помощи сбора данных для совершения противоправных действий третьим лицом, будучи неосмотрительной при подключении услуги сотового оператора «Теле2» «переадресация», суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

Поскольку основное требование о признании кредитного договора недействительным оставлено без удовлетворения, то требование об обязании ответчика внести запись в Бюро кредитных историй запись об отсутствии заемных обязательств ФИО1 перед ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», а также о взыскании судебных расходов, не подлежат удовлетворению, поскольку данные требования являются производными от основного требования, в удовлетворении которого отказано.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» о признании кредитного договора недействительным, обязании ответчика внести запись в Бюро кредитных историй – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Калининский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения.

Судья

Решение в окончательной форме принято 20.12.2022.

УИД 78RS0005-01-2021-010994-96