Судья Саввина И.А. Дело №33-7837/2023 (№2-150/2023)
УИД 22RS0066-01-2022-004571-88
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
13 сентября 2023 г. г. Барнаул
Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:
председательствующего
судей
при секретаре
ФИО1,
Юрьевой М.А., ФИО2,
ФИО3,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца В.О.В. на решение Железнодорожного районного суда города Барнаула Алтайского края от 06 июня 2023 г. по делу
по иску В.О.В. к В.Д.И. о признании завещания, договора дарения недействительными, признании отсутствующим право собственности на квартиру.
Заслушав доклад судьи Юрьевой М.А., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
В.О.В. обратился в суд с иском к В.Д.И. о признании завещания, договора дарения недействительными, признании отсутствующим права собственности на квартиру.
В обоснование требований указано, что истец является сыном и наследником первой очереди умершей ДД.ММ.ГГ В.Л.Б.
ДД.ММ.ГГ между В.Л.Б. и В.Д.И. (племянник истца) заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, а также в 2021 г. В.Л.Б. составила в пользу В.Д.И. завещание.
Договор дарения и завещание являются недействительными, поскольку при их заключении В.Л.Б. не понимала значения своих действий, и не могла руководить ими, так как страдала органическим заболеванием головного мозга сосудистого генеза с выраженными когнитивными нарушениями и галлюцинаторным синдромом.
В результате совершения В.Л.Б. сделок нарушены права истца как наследника первой очереди по закону, кроме того, новым завещанием от 2021 г. отменено предыдущее завещание, составленное В.Л.Б. ДД.ММ.ГГ в пользу истца.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец (с учетом уточнения требований) просил признать недействительным завещание от ДД.ММ.ГГ, составленное В.Л.Б. в пользу В.Д.И., удостоверенное нотариусом Рю; признать недействительным договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГ, заключенный между В.Л.Б. и В.Д.И.; признать отсутствующим право собственности В.Д.И. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Решением Железнодорожного районного суда города Барнаула Алтайского края от 06 июня 2023 г. исковые требования В.О.В. (***) к В.Д.И. ***) о признании завещания, договора дарения недействительными, признании отсутствующим права собственности на квартиру оставлены без удовлетворения.
В апелляционной жалобе истец В.О.В. просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.
В качестве оснований для отмены судебного акта ссылается на обстоятельства, изложенные в иске.
Дополнительно указано, что при принятии решения суд сослался на пояснения ответчика и свидетелей, подтверждающих, что В.Л.Б. в полной мере понимала значение своих действий, общалась грамотно, сомнений в адекватности не вызывала, но не учел, что с 2020 г. она наблюдалась у психиатра, в том числе накануне оспариваемых сделок страдала психическим расстройством.
Выводы суда о психическом состоянии здоровья В.Л.Б. основаны на показаниях ответчика и его близких родственниках, которые специальными познаниями не обладают, необоснованно отклонены показания свидетеля О., которые не противоречат медицинским документам.
Нотариус Рю наблюдала В.Л.Б. непродолжительное время, не была уведомлена о диагнозе, поставленном врачом психиатром, специальных познаний в области психиатрии не имеет, в связи с чем ее показания не могут считаться надлежащим средством доказывания.
Проведенная по делу судебная психолого-психиатрическая экспертиза не дала однозначного ответа о полной дееспособности В.Л.Б.
Все нарушения, имеющиеся у В.Л.Б., не лишали ее способности к совершению привычных и автоматизированных поведенческих навыков и общения на бытовом уровне, но нарушали ее способность к выполнению нестандартных и сложных действий и оказывали влияние на понимание и осознание содержания правовых последствий совершенного ею договора дарения и завещания.
У В.Л.Б. наблюдалось изменение головного мозга, которое привело к нарушению памяти, внимания, мышления, когнитивных функций и эмоционально волевых, имели место галлюцинации, которые оказывали влияние на совершение определенных действий.
Выраженных улучшений в состоянии здоровья В.Л.Б. в дальнейшем по медицинским документам до самой смерти не отмечалось.
Таким образом, отсутствуют доказательства, подтверждающие, что имеющиеся у В.Л.Б. нарушения являлись незначительными и не влияли на ее способность понимать значение своих действий и руководить ими.
Суд первой инстанции необоснованно отказал в проведении дополнительной экспертизы и допросе членов экспертной комиссии, второго врача-психиатра.
В письменных возражениях ответчик В.Д.И. просит решение суда оставить без изменения.
В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО4 на доводах, изложенных в апелляционной жалобе, настаивал.
Представитель ответчика ФИО5 просил решение суда оставить без изменения.
Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием рассмотрения гражданского дела в отсутствие этих лиц.
Проверив материалы дела, законность и обоснованность принятого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены судебного акта.
Судом первой инстанции установлены следующие фактические обстоятельства.
В.Л.Б. являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГ
ДД.ММ.ГГ В.Л.Б. составила завещание, в соответствии с которым из принадлежащего ей на момент смерти имущества: квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, она завещает В.Д.И. Завещание удостоверено Рю, нотариусом Барнаульского нотариального округа (т.1, л.д. 118-119).
ДД.ММ.ГГ В.Л.Б., именуемая «даритель», подарила «одаряемому» В.Д.И. <адрес>, расположенную по адресу: <адрес>. Право собственности В.Д.И. зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГ
ДД.ММ.ГГ В.Л.Б. умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти.
С ДД.ММ.ГГ собственником <адрес> является ФИО6 на основании договора купли-продажи, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости (т.2, л.д. 136-137).
Судом допрошены свидетели Ц., Д., В., В.Н., Н., Ч., С., О., которые пояснили о состоянии здоровья В.Л.Б., третье лицо нотариус Рю пояснила об обстоятельствах составления завещания.
В заключение посмертной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГ *** указано, что по представленным медицинским документам у В.Л.Б. с 2020 г. отмечались достоверные признаки снижения когнитивных функций, галлюцинаторные включения. Она трижды осматривалась психиатром: ДД.ММ.ГГ, ДД.ММ.ГГ и ДД.ММ.ГГ, описания её психического состояния мaлоинформативны, фрагментарны, однообразны из консультации в консультацию: ***
Несмотря на то, что при указанных осмотрах В.Л.Б. врачами-психиатрами ей устанавливался диагноз выраженных когнитивных нарушений, диагноза деменции установлено не было. Учитывая вышеизложенное, а также полярные описания свидетелей поведения В.Л.Б. в материалах дела, не представляется возможным ответить на экспертный вопрос о способности В.Л.Б. по психическому состоянию понимать значение своих действий или руководить ими на даты составления: завещания от ДД.ММ.ГГ и договора дарения от ДД.ММ.ГГ
Сделать определенный вывод об индивидуально-психологических особенностях В.Л.Б. и их влиянии на её способность понимать значение своих действий (в том числе, «на смысловое восприятие и оценку существа сделки») на даты составления: завещания ДД.ММ.ГГ и договора дарения от ДД.ММ.ГГ, не представляется возможным, поскольку пояснения свидетелей полярны и неоднозначны (от адекватности В.Л.Б., общительности и ориентированности, интеллигентности и грамотности, ее инициативности в плане заключения спорных сделок до неадекватности в поведении и непонимании разных ситуаций, забывчивости и дезориентированности, рассеянности, подверженности влиянию окружающих). Оценка «сенсорных дефектов» не является предметом рассмотрения данной экспертизы (т.1, л.д. 237-245)
Разрешая спор, руководствуясь статьями 1, 166, 177, 179, 181, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств, свидетельствующих о том, что в момент составления завещания от ДД.ММ.ГГ, заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГ В.Л.Б. находилась в таком состоянии, что не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем отказал в удовлетворении исковых требований.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они являются подробными, мотивированными, опираются на действующее в данной сфере законодательство.
Мотивы, по которым суд пришел к выводу о наличии оснований для отказа истцу в удовлетворении исковых требований, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии оснований не имеется. Решение достаточно полно мотивировано и аргументировано.
Отклоняя доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия исходит из следующего.
Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При заключении оспариваемого договора, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.
В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Оценив в совокупности собранные по делу доказательства, а также дав оценку заключению посмертной амбулаторной комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГ N 05-011728/1-06-09, установив, что врачами-психиатрами В.Л.Б. устанавливался диагноз выраженных когнитивных нарушений, но диагноза деменции установлено не было, в связи с чем эксперты не ответили на вопрос о способности В.Л.Б. по психическому состоянию понимать значение своих действий или руководить ими на момент составления завещания и заключения договора дарения, пришел к выводу о том, что не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что В.Л.Б. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
Судом первой инстанции обоснованно принято во внимание заключение судебной экспертизы, поскольку оно отвечает требованиям, установленным в статье 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статье 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, экспертами проанализированы представленные им материалы дела. Заключение составлено и подписано врачами-экспертами, имеющими соответствующую квалификацию, образование, значительный стаж работы по специальности, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, выводы экспертов подробно мотивированы в заключение и оснований сомневаться в достоверности данного доказательства не имеется.
Доводы апелляционной жалобы о доказанности заключением судебной экспертизы порока воли В.Л.Б. при совершении оспариваемых сделок направлены на иное толкование заключения, которому судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Из материалов дела следует, что оспариваемые завещание и договор дарения подписаны В. лично с полной расшифровкой подписи без каких-либо пояснений и дополнений, составлены однозначно и понятно, каких-либо сомнений, что их содержание могло ввести В.Л.Б. в заблуждение о существе сделок, не имеется.
Экспертами не сделан вывод о том, что В.Л.Б. не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания и заключения договора дарения, а суд не обладает специальными познаниями в области медицины и основывает свои выводы на заключении экспертов, которые не дали утвердительного заключения о состоянии психического здоровья В.Л.Б. в момент совершения оспариваемых сделок.
Истец, на котором лежит бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о недействительности сделки в соответствии со статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, не представил суду доказательств, с достоверностью подтверждающих тот факт, что В.Л.Б. в момент составления завещания и заключения договора дарения в силу своего состояния не могла понимать значение своих действий или руководить ими.
Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что истцом не доказан факт того, что при составлении завещания и заключении договора дарения В. не осознавала свои действия и не могла ими руководить.
Апелляционная жалоба не опровергает выводы суда, поскольку содержащиеся в ней доводы сводятся к анализу судебно-психиатрической экспертизы и поведения В.Л.Б., которые судом исследованы и в которых в целом вывод о неспособности В.Л.Б. понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания и заключения договора дарения отсутствует.
Ссылки в жалобе на то, что выводы суда о психическом состоянии здоровья В.Л.Б. основаны на показаниях ответчика и его близких родственников, которые специальными познаниями не обладают, необоснованно отклонены показания свидетеля О., которые не противоречат медицинским документам, не могут являться основанием к отмене обжалуемого решения суда, поскольку все представленные доказательства, а не только показания ответчика и свидетелей, как указано в жалобе, оценены судом в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с иными имеющимися в материалах дела доказательствами.
Доводы жалобы о том, что суд необоснованно отказал в проведении дополнительной экспертизы, а также в вызове и допросе других членов экспертной комиссии, второго врача-психиатра, не влекут отмену судебного акта, поскольку в силу Гражданского процессуального законодательства суд определяет какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Ходатайств о назначении экспертизы в суде апелляционной инстанции сторона истца не заявляла.
Указание в апелляционной жалобе на то, что судом неверно оценены представленные доказательства по делу, не могут служить основаниями к отмене решения суда, поскольку при разрешении спора судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановления от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении» разъяснил, что решение должно быть законным и обоснованным (часть 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Эти требования при вынесении решения судом первой инстанции соблюдены.
Суд с достаточной полнотой исследовал все обстоятельства дела, дал надлежащую оценку представленным доказательствам, выводы суда не противоречат материалам дела, юридически значимые обстоятельства по делу судом установлены правильно, нормы материального права судом применены верно. Оснований для отмены решения суда не имеется.
Руководствуясь статьями 328 - 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Железнодорожного районного суда города Барнаула Алтайского края от 06 июня 2023 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца В.О.В. – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи
Мотивированное апелляционное определение составлено 14 сентября 2023 г.