Дело № 2-1-2071/2025

64RS0042-01-2024-001870-22

Решение

именем Российской Федерации

16.06.2025 г. Энгельс

Энгельсский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Адаевой Ж.Х.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Апаршиной Н.В.,

с участием помощника прокурора г. Энгельса Цыгановской О.В., ФИО1,

истца ФИО2, его представителя ФИО3, истца ФИО4, представителя ответчика ИП ФИО5 и третьего лица ООО «Сити Транс» ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО5 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

установил:

истцы обратились в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО5 (далее по тексту – ИП ФИО5) о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что 06.11.2024 водитель ФИО7, управляя автобусом ЛИАЗ 529222, государственный регистрационный знак №, при следовании по <адрес>, проезжая по пешеходному переходу совершил наезд на пешехода ФИО8, которая от полученных травм скончалась в медицинском учреждении. ФИО7 на момент дорожно-транспортного происшествия (далее по тексту – ДТП) состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО5

Погибшая ФИО8 приходилась матерью ФИО2 и сожительницей ФИО4

В связи с утратой ФИО8 истцы испытывают сильные нравственные страдания и просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере по 4 500 000 руб. каждый.

Также, истцы просят взыскать возмещение имущественного вреда в пользу ФИО2 денежные средства в размере 40 000 руб., понесенные на оплату юридической помощи и в пользу ФИО4 денежные средства в размере 170 400 руб., понесенные в связи с захоронением ФИО8

Истцы в судебном заседании заявленные требования поддержали в полном объеме, дали пояснения по обстоятельствам, изложенным в иске, просили иск удовлетворить.

Представитель истца ФИО2 по доверенности - ФИО3 иск поддержал, просил удовлетворить.

Ответчик о времени и месте рассмотрения дела извещен, в судебное заседание не явился

Представитель ответчика ИП ФИО5 и третьего лица ООО «Сити транс» по доверенности ФИО6 не оспаривая наличие трудовых отношений ИП ФИО5 с водителем ФИО7, обстоятельства совершения ФИО7 ДТП при исполнении трудовых обязанностей, иск признала частично. Не возражала во взыскании компенсации морального вреда в пользу сына погибшей - ФИО2, и взыскании имущественного вреда в пользу ФИО4, то есть, расходов, связанных с оплатой ритуальных услуг. В части иска ФИО2 о взыскании оплаты юридических услуг просила отказать, поскольку услуги он не оплачивал, так как не имеет доходов. Также, просила отказать в части иска ФИО4 о компенсации морального вреда и в остальной части имущественного вреда, поскольку в силу закона он не является членом семьи погибшей и ее родственником, сожитель не может быть отнесен к членам ее семьи, расходы на поминальные обеды, не подтверждены, а представленные доказательства не являются допустимыми. Просила учесть письменные возражения на иск и при определении компенсации морального вреда в пользу ФИО2 учесть, что ответчик предпринимал меры дял компенсации морального вреда и предлагал в порядке мирового соглашения выплатить денежную сумму.

Третьи лица о времени и месте рассмотрения дела извещены, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили.

Суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии не явившихся.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению только в отношении истца ФИО2, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. ст. 20, 41 Конституции РФ и п. 1 ст. 150 ГК РФ право каждого гражданина на жизнь и здоровье является главенствующим среди основных прав и свобод человека и гражданина, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ФИО7 состоял в трудовых отношениях с ИП ФИО5 на основании трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ в должности водителя пассажирского автобуса на регулярных межмуниципальных маршрутах 5 разряда (л.д. 25-26).

ДД.ММ.ГГГГ около 18.30 час., ФИО7, исполняя свои трудовые обязанности, управляя транспортным средством - автобусом ЛИАЗ 529222, государственный регистрационный знак №, двигался по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>.

Приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу, расположенному в районе <адрес> А по <адрес>, обозначенному дорожными знаками 5.19.1, 5.19.2 и дорожной разметкой 1.14.1, водитель ФИО7 в нарушении требований пунктов 10.1, 14.1 Правил дорожного движения РФ, не уступил дрогу пешеходу ФИО8, пересекавшей проезжую часть по указанному пешеходному переходу, совершив на нее наезд.

В результате ДТП ФИО8 получила телесные повреждения, с которыми была госпитализирована в медицинское учреждение, где ДД.ММ.ГГГГ скончалась.

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию дорожно-транспортных происшествий ГСУ ГУ МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО7 (л.д. 99).

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию дорожно-транспортных происшествий ГСУ ГУ МВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ предварительное следствие по уголовному делу № приостановлено по основанию, предусмотренному п. 3.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ в связи с заключением ФИО7 в период мобилизации, в период военного положения или в военное время контракта о прохождении военной службы в Вооруженных Силах РФ (л.д. 113-114).

ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается сведениями Отдела ЗАГС по <адрес> и <адрес> (л.д. 71).

Истец обратился в суд с иском к работодателю – ИП ФИО5

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ч. 2 ст. 68 ГПК РФ предусмотрено, что признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств.

Ответчик ИП ФИО5 наличие трудовых отношений с водителем ФИО7, обстоятельства ДТП с его участием, в результате которого ФИО8 получила травмы и впоследствии от полученных травм скончалась, в ходе судебного разбирательства не оспорил.

Собственником транспортного средства автобуса ЛИАЗ 529222, государственный регистрационный знак № является ООО «Сити транс» (л.д. 20).

На основании договора аренды № от ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Сити транс» и ИП ФИО5, вышеуказанное транспортное средство используется ИП ФИО5 (л.д. 110-112).

В письменных объяснениях в рамках предварительного расследования уголовного дела № ФИО7 неоднократно давал последовательные объяснения относительно обстоятельств ДТП, а именно, что ДД.ММ.ГГГГ около 18.30 час. он следовал по маршруту в направлении ТЦ «Мой новый» по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> улице было темно, погода ясная и морозная, без осадков, видимость достаточная, дорожное покрытие сырое в виду действия реагентов. Приближаясь к нерегулируемому пешеходному переходу скорость автобуса не снижал, показалось, что на переходе никого нет. Проезжая границы переходного перехода он увидел в непосредственной близости от передней части автобуса ближе к центру ранее не знакомую ему женщину, как впоследствии стало известно ФИО8, которая пересекала проезжую часть слева направо относительно моего движения. Он сразу применил торможение, но несмотря на предпринятые попытки, предотвратить наезд не удалось. Он не знает, каким образом произошел наезд, допускает вероятность, что совершил по ФИО8 переезд автобусом, так как повреждений на кузове автобуса не имелось, имелись только потёртости грязевого слоя в нижней части автобуса, которые могли образоваться от наезда (л.д. 107-109).

Таким образом, суд считает доказанным факт, что действия водителя ФИО7 при управлении источником повышенной опасности повлекли смерть ФИО8, которая приходилась матерью ФИО2 и сожительницей ФИО4

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным главой 59, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (пункт 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. ст. 17, 45 Конституции Российской Федерации, права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции)( абз. 1 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (абз. 2 п. 14 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Учитывая, что в результате гибели ФИО8 разорваны семейные отношения, утрата близкого для истцов человека является невосполнимой, что безусловно, свидетельствует о причинении истцам морального вреда и они вправе получить компенсацию такого вреда за перенесенные нравственные страдания и переживания.

В соответствии с абз. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Истцами заявлена к взысканию компенсация морального вреда в общей сумме 8 000 000 руб.

Ст. 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из правовой позиции, неоднократно выраженной Конституционном Судом Российской Федерации, размер подлежащего компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, с учетом требования разумности и справедливости. Применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина (определения от 20 ноября 2003 г. № 404-О, от 25 сентября 2014 г. № 1842-О).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г № 33, сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Оценив представленные истцами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит требования истцов о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению. Истцы признаны потерпевшими в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО7

Истец ФИО2 является родным сыном умершей ФИО8, ФИО4 проживал совместно в фактических брачных отношениях с ФИО8, имеют сына Кирилла.

В судебном заседании истец ФИО2 пояснил, что о гибели мамы узнал из группы «ЧП Саратов». После ДТП она была в реанимации, потом позвонили отцу из больницы и сообщили, что мама умерла. В 20 лет он остался без мамы, дохода не имею, выплат и пособий не получает. Проживали семьей все вместе. Теперь им с отцом очень тяжело. И за смети мамы он обращался в декабре 2024 года в больницу с сердцем, врач подтвердил, что проблемы со здоровьем связаны с ситуацией с потерей мамы. Он пропускал занятия из-за этих событий. Отношения с мамой были очень близкими, они с ней могли говорить обо всем, много времени проводили вместе. Ссор и конфликтов у них никогда не было. Мама работала, он был и на ее содержании в том числе. Мама помогала ему деньгами, покупала одежду, ходила в школу на собрания, всегда участвовала в его жизни. Прошло время, а она ему снится часто. Теперь ему приходится многие вещи, которые делала мама, делать самому. Ему очень тяжело.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу ФИО2, суд приходит к выводу, что компенсация в размере 1 000 000 руб. будет соответствовать требованиям разумности и справедливости. Суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда, характер перенесенных истцом нравственных страданий, пережитых из-за смерти близкого человека - матери, состояние здоровья ФИО2

Также, суд учитывает, что на момент гибели матери, ФИО2 постоянно проживал совместно с ней, в браке не состоит, детей не имеет.

Заявленный истцом ФИО2 размер морального вреда в размере 4 500 000 руб. является завышенным, не соответствующий требованиям закона, справедливости и разумности.

В судебном заседании истец ФИО4 пояснил, что с ФИО8 прожили 21 год, брак не заключали, потому что у него были личные мотивы. Жили они в счастье и согласии, проживали в доме на проезде Блинова, вели совместное хозяйство, воспитывали сына. Теперь все обязанности легли на него, в том числе, воспитание сына, материальная нагрузка. Ему тяжело переживать утрату близкого человека, у них были совместные планы на жизнь, дать высшее образование сыну и другое. Они виделись ежедневно, по выходным и праздникам часто выезжали всей семьей на природу, много времени проводили вместе, спали в одной кровати, были близкие отношения, друг без друга свободное время не проводили. Оба работали, у них были общие знакомые, Считает, что отсутствие регистрации брака ни о чем не говорит, отношения были как в других семьях, только штампа не было, заботились друг о друге, о ребенке. Он потерял жену, ребенок потерял мать. Потерял здоровье, похудел на 30 кг., у него бессонница состояние здоровья ухудшилось. Сумма морального вреда заявлена с учетом всех обстоятельств, исходя из переживаемых страданий, из сегодняшних реалий финансового обеспечения.

Разрешая исковые требования истца ФИО4 суд учитывает его доводы о том, что с 2002 года и по день смерти ФИО8 он состоял в фактических брачных отношениях с ней, от брачных отношений рожден ребенок – сын ФИО2 После рождения ребенка ФИО4 и ФИО8 проживали совместно, вели общее хозяйство, занимались воспитанием сына, имели общие интересы, вместе с семьей проводили отдых, имели общих друзей.

Указанные обстоятельства подтверждаются письменными доказательствами: свидетельством о рождении ФИО2, родителями которого указаны ФИО8 и ФИО4, фотоснимками совместной жизни, а также, показаниями свидетелей ФИО9, ФИО10

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО9 пояснил, что ФИО2, Д. и К.А. его соседи. Они проживали в частном доме рядом с ним на проезде Блинова в <адрес>. Знает их семью с 2007 года, они переехали в семьёй туда жить. Они дружили семьями, вместе проводили праздники. Потеря А., стал для Б-ных большой утратой. Это была обычная, нормальная семья.

Аналогичные показания дал свидетель ФИО11, который пояснил, что является дальним родственником ФИО4 и крестным его сына - К.. Д. проживал с А. и К.. У них была нормальная семья, пока не погибла А. Это утрата очень сказалась на Д., он очень изменился, похудел. Все праздники, дни рождения они проводили семьями вместе.

Не доверять показаниям свидетелей у суда оснований не имеется. Перед дачей показаний свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Оснований ставить под сомнения показания свидетелей, представителем ответчика не представлено, как и не представлено иных доказательств, опровергающих доводы ФИО4 о том, что с ФИО8 он проживал фактически семейной жизнью.

Довод ответчика о том, что требования ФИО4 о компенсации морального вреда необоснованны, поскольку в силу закона он не является супругом погибшей ФИО8, не является безусловным основанием для отказа в требованиях о компенсации морального вреда, поскольку истцом ФИО4 представлены допустимые доказательства в подтверждении фактических семейных отношений с ФИО8, имеющих совместного ребенка. ФИО4 утратил близкого для него человека, которая являлась матерью их совместного ребенка и вследствие гибели ФИО8, все заботы и переживания за совместного ребенка легли на него, что безусловно, свидетельствует о причинении ему морального вреда.

Доказательств, опровергающих доводы истца ФИО4, ответчиком представлено.

Определяя размер компенсации морального вреда в пользу ФИО4 суд считает разумным и справедливым размер в сумме 200 000 руб. При этом, суд принимает во внимание характер перенесенных истцом нравственных страданий, фактические обстоятельства дела, степень вины причинителя вреда.

Доводы ФИО4 о том, что именно в результате переживаний по поводу смерти ФИО8 ухудшилось его здоровье, он потерял много веса, привели к бессоннице и ухудшению общего состояния, не подтверждены объективными доказательствами.

Заявленный истцом ФИО4 размер морального вреда 4 500 000 руб. является завышенным, не соответствующий требованиям закона, справедливости и разумности.

Ответчиком сведений об имущественном положении в дело не представлено. Представитель ответчика пояснила, что ответчик является индивидуальным предпринимателем и не усматривает необходимости представлений сведений о материальном положении.

Разрешая требования истцов о возмещении имущественного вреда, суд находит их подлежащими удовлетворению частично.

В материалы дела истцом ФИО2 представлен договор № 2 оказания юридических услуг от 05.12.2024, заключенный между ФИО2 и ФИО3

Предметом договора является оказание услуг: представление интересов и оказание юридических услуг в связи с ДТП от 06.11.2024 на стадии до следственной проверки, на стадии предварительного расследования, в суде первой инстанции (поддержание позиции заказчика как потерпевшего, поддержание заявленного гражданского иска). Стоимость услуги стороны определили 40 000 руб. При этом, договор не содержит сведений о стоимости каждой услуги в отдельности на каждой их стадии юридической помощи.

В рамках уголовного дела истцом ФИО2 заявлен гражданский иск о взыскании компенсации морального вреда и материального вреда.

Постановлением старшего следователя отдела по расследованию дорожно-транспортных происшествий ГСУ ГУ МВД России по Саратовской области от 10.01.2025 в приобщении иска к материалам уголовного дела отказано.

ФИО2 обратился с иском в Энгельсский районный суд.

Оценив представленный договор, его условия. Суд приходит к выводу о наличии оснований для частичного взыскания стоимости услуг. Учитывая объем оказанной юридической помощи – подготовка иска, представление интересов в суде, составляющей ? часть из объем услуг, указанных в договоре, суд полагает возможным удовлетворить требования в сумме 10 000 руб.

Довод представители ответчика об отказе во взыскании оплаты по договору ввиду неплатёжеспособности ФИО2 судом отклоняется, поскольку не является значимым, так как, договор не оспорен, исполнителем услуг не оспаривается оплата стоимости услуг по договору.

Истец ФИО4 просит взыскать материальный вред в сумме 170 400 руб.

Указывает, что сумма потрачена на погребение ФИО8 и состоит из расходов на ритуальные услуги в размере 90 000 руб., и стоимости поминальных обедов в день похорон, и в день памяти (40 дней) в размере 49 800 руб. и 30 600 руб. соответственно.

Разрешая требования, суд исходит из того, что в отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть, размер возмещения не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного- перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле».

Согласно статье 9 названного Закона в перечень услуг по погребению поминальный обед не относится.

Однако, статья 3 названного Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Следовательно, поминальный обед в день захоронения, а также ритуальные услуги, оказанные в платежных документах, представленных истцом, могут быть отнесены к традициям и обычаям, связанным с погребением человека и подлежат возмещению в разумных пределах.

В подтверждении ритуальных услуг на сумму 90 000 руб. представлены кассовые чеки, заказ № 1778 от 15.11.2024.

Указанная сумма ответчиком не оспаривается, суд находит требования подлежащими удовлетворению.

Истцом представлены справки ИП ФИО12, подтверждающие получение ею стоимости поминальных обедов в день похорон и в 40 дней.

Суд полагает возможным взыскать расходы в пользу истца, потраченные на поминальный обед в день похорон в сумме 49 800 руб.

Оснований для взыскания расходов на поминальный обед в 40 дней не усматривается, поскольку исходя из положений Федерального закона N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", проведение поминальных обедов на 9-й и 40-й день после смерти, выходит за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, а потому суд отказывает в удовлетворении иска в части взыскания расходов на поминальный обед на 40 дней в сумме 30 600 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные издержки состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку истцы при подаче иска были освобождены от уплаты государственной пошлины в силу закона, с ответчика в доход государства с зачислением в бюджет Энгельсского муниципального района Саратовской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 11 494 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67, 198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2, ФИО4 к индивидуальному предпринимателю ФИО5 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН №) в пользу ФИО2 (№) возмещение материального ущерба в сумме 10 000 руб., компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб., в пользу ФИО4 (№) возмещение материального ущерба 139 800 руб., компенсацию морального вреда 200 000 руб., в остальной части требований – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН №) государственную пошлину в доход государства с зачислением в бюджет Энгельсского муниципального района Саратовской области в размере 11 494 руб.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Саратовский областной суд путем подачи жалобы через Энгельсский районный суд.

Мотивированный текст решения составлен 19.06.2025.

Председательствующий