УИД 11RS0020-01-2023-000331-17
г. Сыктывкар Дело № 2-331/2023
(№ 33-8296/2023)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ
ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ
в составе председательствующего Костенко Е.Л.,
судей Перминовой Н.А., Слободянюк Т.А.,
при секретаре Калинкович И.С.,
рассмотрела в судебном заседании 21 сентября 2023 года дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Усть – Вымского районного суда Республики Коми от 18 июля 2023 года, по которому исковые требования ФИО1 к ФИО2 С,П. о защите чести, достоинства, взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично.
Признаны не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1 распространенные ФИО2 следующие сведения, опубликованные 27.01.2023 в 08:05 в социальной сети «Вконтакте» на странице «...» (...):
«ФИО18 в <Дата обезличена> году развивал туризм, протирая штаны в ..., и в тоже время пытался построить увеселительное заведение в самом центре посёлка за памятником .... Этого не произошло благодаря жителям <Адрес обезличен>, которые решительно выступили против. И тогда ФИО19 принял решение построить кафе в непосредственной близости к .... Это решение позволило сэкономить на подключении кафе к коммунальной инфраструктуре. При этом, то что кафе «встало» в санитарно-защитной зоне предприятия ... не сильно волновало...»;
«Затем, видимо готовя ФИО21 на «должность», его устраивают ... в .... Именно при ФИО20 возле поликлиники и стационара в <Адрес обезличен> появляются шлагбаумы, и это при отсутствии дорог и ограждения...»;
«И вот наконец ФИО1 .... Видимо для поднятия рейтинга, который на ноле, его отправляют в школу выносить флаг. В то время пока ФИО22 выносит флаг, в <Адрес обезличен> не чищены детские площадки, а ведь на линейке стоят дети, которые этими площадками не могут воспользоваться. Но ФИО23 об этом не думает. Да и скорее всего не только он. Для решения вопроса очистки детских площадок приходится подключать районную администрацию. В обязанности ФИО24 так же входит организация очистки дорог, тротуаров. С тротуарами беда, их не стоит подсыпать песком с реагентами, во избежание образования «каши». И это закреплено в Решении Совета депутатов <Адрес обезличен>. Дороги чистят, но расчистка не соответствует требованиям закреплённым в правилах благоустройства. Снег свален в кучи, чего быть не должно, его следует вывозить за пределы <Адрес обезличен>. И это все не мои «хотелки», это правила благоустройства утверждённые Решением Совета депутатов ......»;
«ФИО1, который ... от армии, пытался построить кафе за памятником ВОВ, не имеющий никаких достижений...».
ФИО2 (паспорт ... <Номер обезличен>, выдан ... <Дата обезличена>) по вступлению решения в законную силу опровергнуть распространенные о ФИО1 следующие сведения путем их удаления из социальной сети «Вконтакте» ...) на странице «...» (...):
«ФИО25 в <Дата обезличена> году развивал туризм, протирая штаны в ..., и в тоже время пытался построить увеселительное заведение в самом центре посёлка за памятником .... Этого не произошло благодаря жителям <Адрес обезличен>, которые решительно выступили против. И тогда ФИО26 принял решение построить кафе в непосредственной близости к .... Это решение позволило сэкономить на подключении кафе к коммунальной инфраструктуре. При этом, то что кафе «встало» в санитарно-защитной зоне предприятия ФИО27 не сильно волновало...»;
«Затем, видимо готовя ФИО28 на «должность», его устраивают ... в .... Именно при ФИО29 возле поликлиники и стационара в <Адрес обезличен> появляются шлагбаумы, и это при отсутствии дорог и ограждения...»;
«И вот наконец ФИО1 .... Видимо для поднятия рейтинга, который на ноле, его отправляют в школу выносить флаг. В то время пока ФИО30 выносит флаг, в <Адрес обезличен> не чищены детские площадки, а ведь на линейке стоят дети, которые этими площадками не могут воспользоваться. Но ФИО31 об этом не думает. Да и скорее всего не только он. Для решения вопроса очистки детских площадок приходится подключать районную администрацию. В обязанности ФИО32 так же входит организация очистки дорог, тротуаров. С тротуарами беда, их не стоит подсыпать песком с реагентами, во избежание образования «каши». И это закреплено в Решении Совета депутатов .... Дороги чистят, но расчистка не соответствует требованиям закреплённым в правилах благоустройства. Снег свален в кучи, чего быть не должно, его следует вывозить за пределы <Адрес обезличен> И это все не мои «хотелки», это правила благоустройства утверждённые Решением Совета депутатов ......»;
«ФИО1, который ... от армии, пытался построить кафе за памятником ..., не имеющий никаких достижений...».
С ФИО2 (паспорт ... <Номер обезличен>, выдан ... <Дата обезличена>) в пользу ФИО1 (паспорт ... <Номер обезличен>) взыскана компенсация морального вреда в размере 32 000 рублей, расходы за услуги нотариуса в размере 9 600 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 600 рублей, а всего – 42 200 рублей.
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 С,П. о признании текстовой записи «И самое главное, в <Адрес обезличен> есть достойные люди, с которых можно и нужно брать пример детям, но это точно не сотрудники ..., которые давно позабыли, что такое совесть!» не соответствующей действительности, порочащей честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, удалении данной записи, взыскании компенсации морального вреда отказано.
Заслушав доклад судьи Перминовой Н.А., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о защите чести, достоинства, деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, расходов за услуги нотариуса – 9600 рублей, по уплате государственной пошлины – 600 рублей.
В обоснование заявленных требований указано, что 27.01.2023 в сети Интернет пользователь открытой страницы в социальной сети «Вконтакте» «...» (...) опубликовал текстовые записи, часть из которых следующего содержания оспаривает истец (пунктуация автора сохранена):
«ФИО33 в <Дата обезличена> году развивал туризм, протирая штаны в ..., и в тоже время пытался построить увеселительное заведение в самом центре посёлка за памятником .... Этого не произошло благодаря жителям <Адрес обезличен>, которые решительно выступили против. И тогда ФИО34 принял решение построить кафе в непосредственной близости к .... Это решение позволило сэкономить на подключении кафе к коммунальной инфраструктуре. При этом, то что кафе «встало» в санитарно-защитной зоне предприятия ФИО35 не сильно волновало..»;
«Затем, видимо готовя ФИО36 на «должность», его устраивают .... Именно при Максимка возле поликлиники и стационара в <Адрес обезличен> появляются шлагбаумы, и это при отсутствии дорог и ограждения...»;
«И вот наконец ФИО1 .... Видимо для поднятия рейтинга, который на ноле, его отправляют в школу выносить флаг. В то время пока ФИО37 выносит флаг, в <Адрес обезличен> не чищены детские площадки, а ведь на линейке стоят дети, которые этими площадками не могут воспользоваться. Но ФИО38 об этом не думает. Да и скорее всего не только он. Для решения вопроса очистки детских площадок приходится подключать районную администрацию. В обязанности ФИО39 так же входит организация очистки дорог, тротуаров. С тротуарами беда, их не стоит подсыпать песком с реагентами, во избежание образования «каши». И это закреплено в Решении Совета депутатов .... Дороги чистят, но расчистка не соответствует требованиям закреплённым в правилах благоустройства. Снег свален в кучи, чего быть не должно, его следует вывозить за пределы <Адрес обезличен>. И это все не мои «хотелки», это правила благоустройства утверждённые Решением Совета депутатов ......»;
«ФИО1, который ... от армии, пытался построить кафе за памятником ..., не имеющий никаких достижений...»;
«И самое главное, в <Адрес обезличен> есть достойные люди с которых можно и нужно брать пример детям, но это точно не сотрудники администрации, которые давно позабыли что такое совесть!».
Данные утверждения ответчика, по мнению истца, являются недостоверными, носят порочащий, оскорбительный характер, свидетельствуют о неблаговидных или незаконных действиях истца и выражены в форме утверждения о фактах, а не в форме оценочного суждения. Опубликовав данные записи, ответчик ввел граждан, ознакомившихся с ними, в заблуждение, количество прочитавших составило порядка ... человек, опорочил истца в глазах жителей <Адрес обезличен> коллег, подорвал репутацию и поставил под сомнение уровень его профессиональной подготовленности как ....
В результате распространения ответчиком данных сведений истцу причинены нравственные страдания, подлежащие компенсированию в денежном эквиваленте, а сами текстовые записи – признанию не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, с обязанием ответчика опровергнуть распространенные им сведения путем удаления из социальной сети «Вконтакте».
Ответчиком ФИО2 иск не признан, поданы возражения, в которых содержатся утверждения об оценочно-субъективном характере его суждений в отношении ФИО1, не имеющем цели оскорбить, унизить либо иным образом умалить честь и достоинство истца, высказанные им суждения основаны на реальных фактах, т.е. соответствуют действительности.
В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель - адвокат Жеребцова Н.Б. на удовлетворении исковых требований настаивали.
Ответчик ФИО2 просил в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях, выразил несогласие с заключением эксперта и недоверие эксперту; при вынесении решения просил учесть его статус ... гражданина, имеющего на иждивении ....
Суд постановил приведенное решение, оспоренное ФИО2
Лица, участвующие в деле, в суд не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.
Проверив законность решения суда в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по доводам апелляционной жалобы ФИО2, судебная коллегия оснований для отмены постановленного по делу судебного акта не усматривает.
Положениями статьи 29 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова. Никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.
Вместе с тем, согласно статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица вправе требовать по суду опровержения порочащих их честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.
В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года N 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам о защите чести и достоинства юридическое значение имеют: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.
Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц понимается опубликование таких сведений в печати, трансляция их по радио и телевидению, демонстрация в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.
Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.
Порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.
Согласно пункту 9 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обязанность доказать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. Судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.
По настоящему делу судом установлено, что 27.01.2023 в 08:05 в социальной сети «Вконтакте» на странице Интернет-пользователя «...» (...) опубликованы текстовые записи, доступные для просмотра неограниченного круга лиц, следующего содержания (пунктуация автора сохранена):
«ФИО40 в <Дата обезличена> развивал туризм, протирая штаны в ..., и в тоже время пытался построить увеселительное заведение в самом центре посёлка за памятником .... Этого не произошло благодаря жителям <Адрес обезличен>, которые решительно выступили против. И тогда ФИО41 принял решение построить кафе в непосредственной близости к .... Это решение позволило сэкономить на подключении кафе к коммунальной инфраструктуре. При этом, то что кафе «встало» в санитарно-защитной зоне предприятия ФИО42 не сильно волновало..» (далее – запись 1.1);
«Затем, видимо готовя ФИО43 на «должность», его устраивают .... Именно при ФИО45 возле поликлиники и стационара в <Адрес обезличен> появляются шлагбаумы, и это при отсутствии дорог и ограждения...» (далее – запись 1.2);
«И вот наконец ФИО1 .... Видимо для поднятия рейтинга, который на ноле, его отправляют в школу выносить флаг. В то время пока ФИО46 выносит флаг, в <Адрес обезличен> не чищены детские площадки, а ведь на линейке стоят дети, которые этими площадками не могут воспользоваться. Но ФИО47 об этом не думает. Да и скорее всего не только он. Для решения вопроса очистки детских площадок приходится подключать районную администрацию. В обязанности ФИО48 так же входит организация очистки дорог, тротуаров. С тротуарами беда, их не стоит подсыпать песком с реагентами, во избежание образования «каши». И это закреплено в Решении Совета депутатов ... Дороги чистят, но расчистка не соответствует требованиям закреплённым в правилах благоустройства. Снег свален в кучи, чего быть не должно, его следует вывозить за пределы <Адрес обезличен>. И это все не мои «хотелки», это правила благоустройства утверждённые Решением Совета депутатов ......» (далее – запись 1.3);
«ФИО1, который ... от армии, пытался построить кафе за памятником ..., не имеющий никаких достижений...» (далее – запись 1.4);
«И самое главное, в <Адрес обезличен> есть достойные люди с которых можно и нужно брать пример детям, но это точно не сотрудники администрации, которые давно позабыли что такое совесть!» (далее – запись 1.5).
Факт размещения ФИО2 в социальной сети «ВКонтакте» текста вышеизложенного содержания подтверждается протоколом осмотра доказательств от 09.02.2023, составленным нотариусом ..., и не оспаривался ответчиком в ходе рассмотрения гражданского дела по существу.
Обращаясь в суд с иском, ФИО1, замещающий должность ... указал, что оспариваемые сведения не соответствуют действительности, носят порочащий его честь, достоинство и деловую репутацию характер.
ФИО2 настаивал на оценочном характере высказываний, отсутствии в них порочащей и оскорбительной информации.
Для устранения противоречий между доводами сторон о характере размещенных сведений, по ходатайству истца в соответствии с положениями статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом по делу назначена судебная психолого-лингвистическая экспертиза, проведение которой поручено ФИО15
Согласно выводам экспертизы от 19.05.2023, все текстовые записи (1.1, 1.2, 1.3, 1.4, 1.5) содержат информацию о человеке, которого зовут ФИО1.
Во всех текстовых записях (1.1, 1.2, 1.3, 1.4, 1.5) содержится негативная информация о ФИО1, которая отрицательно характеризует его и производит отрицательное впечатление на общество (попытка расположить кафе в непосредственной близости к памятнику ..., в санитарно-защитной зоне промышленного предприятия, содействие в установке шлагбаума, мешающего людям, «и это при отсутствии дорог и ограждения», невыполнение должностных обязанностей по организации уборки дорог, вывоза снега, «... от армии», «сотрудники администрации позабыли, что такое совесть»).
К числу противоправных действий, осуждаемых обществом, экспертом отнесены следующие: попытка расположить кафе в непосредственной близости от памятника ..., являющегося символом ... (текстовые записи 1.1, 1.4); расположение кафе в санитарно-защитной зоне промышленного предприятия (текстовая запись 1.1); бездействие ФИО1 на должности ... (текстовая запись 1.3); ... в армии без законных на то оснований, «... от армии» (текстовая запись 1.4).
При этом, негативная информация о ... ФИО1, изложенная в текстовых записях 1.1, 1.2, 1.3, 1.4, представлена в форме утверждения о фактах, в записи 1.5 «И самое главное, в <Адрес обезличен> есть достойные люди с которых можно и нужно брать пример детям, но это точно не сотрудники администрации, которые давно позабыли что такое совесть!» - в форме субъективного суждения, т.е. не является утверждением о фактах, которые возможно проверить на соответствие действительности.
Согласно пояснениям ФИО15 суду, данным в судебном заседании 18.07.2023, все текстовые записи в их контексте являются порочащими честь, достоинство и деловую репутацию ФИО1, публичное многократное употребление слова «ФИО49» по отношению к должностному лицу является его оскорблением, уменьшительно-ласкательный суффикс «к» унижает ФИО1 в глазах окружающих, стиль изложения публичного текста, избранный ФИО2, не является официально-деловым.
Коммуникативными намерениями автора текста, согласно экспертному заключению (ответ на вопросы № 6, № 7 и № 8), является дискредитация ФИО1, демонстрация его унижения и несостоятельности как ..., а целевыми установками – оскорбить и унизить ФИО1, умалить его авторитет, что достигается, в том числе и речевой агрессией (обесценивание, насмешка, ирония, переход на личности, негативная оценка без аргументов, оскорбление, издевка, сарказм, утрирование, навешивание ярлыков, провокация и т.д.). Конечной целью применения названных приемов является вызывание негативных чувств и эмоций (злости, агрессии, презрения, возмущения). ФИО2 активно использует приемы обесценивания. Текстовые записи авторства ФИО2 содержат речевую агрессию, являются оскорбительными и касающимися характеристики личности, унижающими честь и достоинство ФИО1, подрывающими его престиж в глазах окружающих, местного общества, а значит, недопустимыми; при этом создают стрессовую ситуацию для него, влекущую эмоциональные переживания, обиду, стресс.
Суд первой инстанции принял заключение эксперта ФИО15 от 19.05.2023 в качестве допустимого и относимого доказательства по делу, поскольку оснований не доверять данному заключению у суда не имелось.
Суд апелляционной инстанции с такой оценкой представленных доказательств соглашается.
Эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, она предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Исследование проведено компетентным лицом - кандидатом филологических наук по специальности «теория языка», магистром психолого-педагогического образования, действующим преподавателем ФГБОУ ВО «СГУ имени Питирима ФИО3», имеющим диплом о профессиональной переподготовке, предоставляющий право на ведение профессиональной деятельности в сфере судебно-лингвистической экспертизы, и необходимый стаж работы в данной области (18 лет).
Каких-либо доказательств, подтверждающих некомпетентность эксперта в указанной области, сторонами не представлено. Заключение соответствует требованиям действующего законодательства об экспертной деятельности, сделанные выводы не носят вероятностного характера, однозначны и не имеют двоякого толкования, ответы сформулированы по существу поставленных вопросов, результаты исследований мотивированно отражены в заключении и согласуются с предметом иска и иными доказательствами.
На основании анализа установленных по делу юридически значимых обстоятельств в совокупности с представленными в материалы дела доказательствами, в том числе, с заключением судебной психолого-лингвистической экспертизы, суд правомерно посчитал, что распространенные ответчиком ФИО2 27.01.2023 в 08:05 в Интернет - сети «ВКонтакте» по электронному адресу: ... текстовые записи 1.1., 1.2, 1.3, 1.4, несущие негативную информацию об истце ФИО1 и умаляющие его честь, достоинство и деловую репутацию в форме утверждения о фактах, не соответствуют действительности.
Так, из материалов дела следует, что в период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена> ФИО1 занимал должность ... Постановление о предоставлении земельного участка, расположенного по адресу: <Адрес обезличен>, для строительства объекта «кафе-бар» в аренду ИП ФИО12 от 29.08.2014 <Номер обезличен> подписано ... ФИО13, договор аренды земельного участка подписан с ИП ФИО12 представителем администрации ... - ... ФИО14
Из справки ... от 06.02.2023 следует, что заявлений от ФИО1 о предоставлении ему земельного участка у памятника ... и участка под кафе в администрацию не поступало (л.д.13).
Таким образом, информация авторства ФИО2, содержащаяся в записях 1.1. и 1.4, о том, что ФИО1 «пытался построить увеселительное заведение за памятником ...…», «принял решение построить кафе в непосредственной близости к ...…» не соответствует действительности.
Довод ФИО2 о том, что им лишь была продублирована информация, ранее размещенная средствами массовой информации, в связи с чем он не может нести ответственность, несостоятелен, поскольку из представленных ответчиком скриншотов следует, что сведения, опубликованные изданиями «...» относительно строительства кафе, воспроизведены ФИО2 в его текстовых записях не дословно, в ином стиле изложения, и выводов эксперта об уничижительном формате изложения ответчиком информации не опровергают, равно как и не свидетельствуют о достоверности оспариваемых сведений относительно инициирования и строительства кафе непосредственно ФИО1
В соответствии с информацией, представленной ... от 06.02.2023 (л.д.12), ФИО1 работал в должности ..., при этом ответственным за выполнение работ по ... <Адрес обезличен> шлагбаумом не являлся, участие в приемке выполненных работ по установке шлагбаума не принимал. Работы по обустройству шлагбаумом территории ... <Адрес обезличен> производились согласно требований постановления Правительства РФ от 13.01.2017 № 8 «Об утверждении требований к антитеррористической защищенности объектов (территорий) Минздрава РФ…».
Таким образом, негативное утверждение ФИО2 о том, что именно ФИО1 содействовал установке шлагбаума, в то время как отсутствуют дороги и ограждение («именно при ФИО50 возле поликлиники и стационара в <Адрес обезличен> появляются шлагбаумы, и это при отсутствии дорог и ограждения») не соответствует действительности (текстовая запись 1.2).
В обоснование позиции относительно соответствия действительности сведений, изложенных в текстовой записи 1.3, ФИО2 ссылался на постановление мирового судьи Жешартского судебного участка Усть-Вымского района Республики Коми от 13.04.2023, которым ... признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.34 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Данным постановлением установлено, что на дорогах <Адрес обезличен> имеется зимняя скользкость, сформированы снежные валы, что зафиксировано проверкой, проведенной должностными лицами ГИБДД. Между тем, данные нарушения были выявлены в феврале 2023 года, в то время как запись 1.3 размещена ФИО2 в январе 2023 года, т.е. не имели места в реальности во время, к которым относятся оспариваемые сведения.
Доказательств привлечения должностного лица ФИО1 к административной ответственности по факту ненадлежащего содержания дорог, детских площадок в подтверждение соответствия распространенных сведений действительности, ответчиком не представлено, в то время как по информации ... от 08.02.2023 ФИО1 к дисциплинарной ответственности за недобросовестное исполнение должностных обязанностей по содержанию дорог не привлекался.
Кроме того, необходимо учитывать, что в силу положений Жилищного кодекса Российской Федерации, п. «ж» п. 2 постановления Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 «Об утверждении Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме и правил изменения размера платы за содержание жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и (или) с перерывами, превышающими установленную продолжительность» содержание общего имущества многоквартирных домов, к которому относится земельный участок, на котором расположен многоквартирный дом с элементами озеленения и благоустройства, а также иные объекты, предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства многоквартирного дома, включая детские площадки, расположенные в границах земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, относится к обязательствам управляющих компаний, обслуживающих многоквартирные дома.
Согласно пояснениям ФИО1, часть детских площадок обслуживается администрацией поселения, часть – управляющими компаниями.
Из представленного ФИО2 фотоматериала с достоверностью не следует относимость зафиксированных нечищеных детских площадок к компетенции того или иного органа (организации).
Также соответствие и достоверность дат и мест при фотофиксации дорог и улиц <Адрес обезличен> ответчиком с приведением доказательств, отвечающих требованиям допустимости, не подтверждены.
При таких обстоятельствах сведения, изложенные в текстовой записи 1.3, касающиеся ненадлежащего исполнения ФИО1 своих должностных обязанностей ... обоснованно признаны не соответствующими действительности.
Не представлено ФИО2 и доказательств виновного ... истца от службы в Вооруженных Силах Российской Федерации («... от армии», текстовая запись 1.4), в том числе о привлечении ФИО1 к уголовной и административной ответственности. Согласно разделу VI «сведения о медицинском освидетельствовании» военного билета ... <Номер обезличен>, ФИО1 решением ... <Адрес обезличен> от <Дата обезличена> признан ограниченно годным к ..., повторному освидетельствованию не подлежит (л.д.34); в п.13 учетно-послужной карточки военного билета (л.д. 35) имеются сведения о том, что ФИО1 явился в районный военный комиссариат для отправки в часть, однако, в связи с присвоением группы ... (... к военной службе) решением призывной комиссии от <Дата обезличена> зачислен в запас. Оценка соответствия действительности текстовой записи «пытался построить кафе за памятником ...» была дана судом выше.
Оценивая размещенную ФИО2 в сети Интернет текстовую запись 1.5 «И самое главное, в <Адрес обезличен> есть достойные люди с которых можно и нужно брать пример детям, но это точно не сотрудники администрации, которые давно позабыли что такое совесть!» на предмет соответствия действительности, суд также руководствовался выводами экспертизы, согласно которой данная информация является субъективным суждением и не является утверждением о фактах (ответ на вопрос № 3, л.д.165, 166), которые возможно проверить на соответствие действительности, следовательно, в силу разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данная информация не может быть предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Таким образом, вопреки возражениям ответчика, установлено, что изложенные в текстовых записях 1.1, 1.2, 1.3, 1.4 сведения носят порочащий честь, достоинство и деловую репутацию истца характер, так как содержат негативную информацию об истце в форме утверждения, а равно направлены на формирование отрицательного общественного восприятия репутации ФИО1, при этом не нашли подтверждения об их соответствии действительности; текстовые записи ФИО2 1.1, 1.2, 1.3, содержащие обращение к публичному лицу «ФИО51», являются по отношению к истцу оскорбительными.
Несмотря на употребление ФИО2 в текстовых записях 1.2 и 1.3 слова «видимо», указывающего на субъективное мнение автора, упоминание ФИО1 в них как «ФИО52» (оскорбление, уничижение) в контексте свидетельствует об оскорбляющем характере высказываний и в силу абзаца 6 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 3 влечет для распространившего данные сведения гражданско-правовую ответственность в виде денежного компенсирования причиненного морального вреда.
Учитывая, что текстовые записи 1.1, 1.2, 1.3, 1.4 представляют собой бездоказательные, голословные утверждения, которые ставят под сомнение компетентность и ответственность лица, занимающего ..., выражены нарочито в грубой форме, о чем свидетельствует используемая ФИО2 лексика, распространенные ответчиком сведения унижают честь и достоинство ФИО1, его деловую репутацию.
В данном случае имеет место необходимая совокупность трех условий - распространение не соответствующих действительности порочащих, оскорбляющих истца сведений, в связи с чем исковые требований ФИО1 о признании текстовых записей 1.1, 1.2, 1.3, 1.4 не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию истца, подлежат удовлетворению.
Факты отказа в возбуждении дела об административном правонарушения по части 1 статьи 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (определение ... от 06.03.2023) и уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного статьёй 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (постановление ... от 16.03.2023) в связи с отсутствием составов административного правонарушения и преступления в отношении ФИО2 (л.д.70-74) не свидетельствуют об отсутствии в действиях ответчика гражданско-правового состава правонарушения, что подтверждено представленной в материалы дела совокупностью доказательств и установленных обстоятельств.
Доводы ФИО2 о том, что критика лица, осуществляющего публичные функции допустима в расширенных пределах, обоснованно отклонены судом, поскольку публикация ФИО2 представляет собой недопустимое информирование о недобросовестности истца при осуществлении им служебной деятельности, профессиональных качествах и исполнении полномочий публичного лица, слова и фразы, используемые ответчиком, являются оскорбительными и унизительными, информация подана в некорректной форме. Опубликованная ФИО2 информация по стилю изложения не может быть признана приемлемой критикой, а размещение данной информации не согласуется с принципом обеспечения баланса между правом истца на защиту чести и достоинства и свободой мысли и слова ответчика, поскольку пределы допустимо-возможной публичной критики должностного лица ФИО2 превышены.
Согласно пункту 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, оказались после их распространения доступными в сети «Интернет», гражданин вправе требовать удаления соответствующей информации.
Поскольку факт распространения ответчиком в отношении истца недостоверных сведений порочащего характера нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения гражданского дела по существу, суд пришел к обоснованному выводу об удовлетворении требований истца о возложении на ФИО2 по вступлению решения суда в законную силу обязанности удалить размещенные текстовые записи 1.1, 1.2, 1.3, 1.4.
В соответствии с разъяснениями пункта 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни.
При определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья) (пункт 52 постановления Пленума).
При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции учтен факт безусловно перенесенных истцом нравственных переживаний в связи с беспокойством о своем добром имени и репутации как заместителе руководителя администрации городского поселения, характер и содержание опубликованных записей, способ и обстоятельства их распространения, длительности размещения в публичном пространстве (полгода), степень их влияния на формирование негативного общественного мнения об истце, отсутствие сведений о совершении ответчиком действий, направленных на устранение недостоверных сведений, и с учетом требований разумности и справедливости взыскана компенсация морального вреда в размере 32 000 рублей.
Доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда основанием для отмены судебного решения являться не могут.
Пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ <Номер обезличен> от <Дата обезличена> разъяснено, что разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы ФИО7 доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).
Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.
Ссылаясь на тяжелое имущественное положение ответчик не представил суду
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Размер компенсации морального вреда, определенный судом с учетом требований разумности и справедливости, степени вины причинителя вреда, характера физических и нравственных страданий, которые перенес истец по вине ответчика, согласуется с принципами конституционной ценности жизни и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации), правовой позицией, изложенной в пунктах 12, 21, 25 - 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда». Оснований для снижения размера компенсации не имеется.
Судебные расходы распределены судом правильно, в соответствии с требованиями статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Довод апелляционной жалобы о несогласии с заключением судебной экспертизы, о заинтересованности эксперта в исходе дела, внесудебном общении эксперта и ФИО1, которому, по утверждению ответчика, результаты экспертизы были известны заранее, до получения их судом, поскольку высланы экспертом по электронной почте, что указывает на несостоятельность экспертизы, являющейся ненадлежащим доказательством по делу, судом апелляционной инстанции отклоняются.
Оснований ставить под сомнение достоверность заключения эксперта не имеется, оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований предоставленных эксперту материалов, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, истцом не представлено.
Эксперт ФИО15, предупрежденная судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, категорически отрицала общение с ФИО1 и направление результатов экспертизы иным, кроме суда, лицам в какой бы то ни было форме, а из пояснений ФИО1 следует, что с результатами экспертизы он ознакомлен посредством фотографирования материалов гражданского дела и последующего переноса фотографий на электронный носитель (ознакомился «в электронном виде»).
Объективных доказательств, как того требуют положения статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и убедительных доводов, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности судебной экспертизы, ответчиком не приведено.
Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции с достаточной полнотой установил и исследовал все юридически значимые обстоятельства по спору и сделал выводы, не противоречащие закону и материалам дела.
Поскольку нарушений норм материального или процессуального права, повлиявших на исход дела, влекущих отмену или изменение принятого по настоящему делу судебного постановления, судебной коллегией не установлено, на основании изложенного и руководствуясь статьями 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛ
А :
решение Усть - Вымского районного суда Республики Коми от 18 июля 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 сентября 2023 года
Председательствующий:
Судьи: