Дело № 33-13485/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Екатеринбург 07.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Рябчикова А.Н.,

судей Хазиевой Е.М.,

ФИО1,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Дробахиной Е.В., рассмотрела в открытом судебном заседании материалы гражданского дела № 2-480/2023 по исковому заявлению ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о реабилитации, взыскании компенсации морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием, поступившее по апелляционной жалобе ответчика, третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.05.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя истца ФИО4, представителя третьего лица Прокуратуры Свердловской области ФИО5, возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации с иском о реабилитации, взыскании компенсации морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием.

В обоснование исковых требований указал, что 25.10.2018 постановлением начальника ОП № 5 УМВД России по г. Екатеринбургу ( / / )7 по итогам проверки сообщения о преступлении КУСП <№> от <дата> возбуждено уголовное дело <№> по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 165 УК РФ.

30.10.2018 постановлением следователя ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве обвиняемого.

04.12.2018 постановлением следователя уголовные дела <№> и <№>, находящиеся в производстве ОП № 5 соединены, делу присвоен <№>.

18.10.2019 приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по уголовному делу № 1-153/2019 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 чт. 165 УК РФ, ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, штраф 50000 руб., удовлетворен гражданский иск на сумму около 15000000 руб.

29.05.2020 приговором Свердловского областного суда в порядке апелляционного рассмотрения истец оправдан на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях состава преступления.

11.03.2021 кассационным определением апелляционный приговор оставлен без изменения.

В период уголовного преследования ФИО2 был ограничен в праве на свободу передвижения, в связи с обязательством о явке, которое взято 30.10.2018; в праве частной собственности, в связи с постановлением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 23.11.2018 о наложении ареста на имущество ФИО2, уставные капиталы ...; в свободе передвижения, в связи с тем, что 05.12.2018 в отношении истца избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; в праве на частную жизнь, поскольку уголовное преследование носит публичный характер, связано с обязанностью органов предварительного следствия в производстве проверочных мероприятий с очевидностью вторгаться в частную жизнь лица.

Предварительное следствие и судебное разбирательство по уголовному делу велось с 30.10.2018 по 11.03.2021, в течение всего указанного промежутка времени ФИО2 вынужден был проводить большое количество времени, участвуя в следственных мероприятиях и судебных заседаниях, в сборе доказательств, обжаловании действий органов следствия и защиты своих прав, отводя на второй план личную жизнь.

Ранее ФИО2 не судим, к уголовной ответственности не привлекался, имел положительную репутацию в качестве руководителя юридических лиц в обществе, в том числе в качестве главы семьи, вел экономическую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, в связи с уголовным преследованием понес репутационные издержки. Поскольку ФИО2 был осужден за совершение преступления в сфере экономики, то это нанесло вред его деловой репутации, поскольку вменяемые действия были непосредственно связаны с его предпринимательской деятельностью.

Как указал ФИО2, в период нахождения в статусе подозреваемого и обвиняемого он испытал стрессовое состояние, чувство горечи и беззащитности, вызванных обвинением в совершении преступления, разочарование в действующей системе правоохранительных органов и отсутствии возможности добиться справедливости. Испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны сотрудников полиции.

ФИО2 просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации компенсацию морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием, в сумме 2000000 руб.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.05.2023 исковые требования ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о реабилитации, взыскании компенсации морального вреда, в связи с незаконным уголовным преследованием, удовлетворены частично.

Суд взыскал с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда 700000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований отказал.

С таким решением не согласен ответчик Минфин РФ, представитель обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции изменить в части взыскания денежной суммы компенсации морального вреда, снизив ее размер. Полагает, что размер компенсации морального вреда в размере 700 000 руб. является завышенной, не соответствует объему негативных последствий для истца в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, характеру причиненных истцу нравственных страданий, требованиям разумности и справедливости.

В апелляционной жалобе представитель третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу также указывает на незаконность решения суда, ссылается на нарушение судом норм материального права, а также несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. Ссылается на то, что обстоятельства причинения истцу физических и нравственных страданий документально не подтверждено, ограничиваются только голословными утверждениями истца. Истцом не представлены письменные документы, подтверждающие болезненное состояние истца, наличие депрессии, бессонницы, не представлены доказательства негативного влияния на деловую репутацию и родственные отношения. Доводы о причинении истцу нравственных страданий от самого факта обвинения истца в совершении преступления по ст. 165 УК РФ не являются основанием для компенсации. Взысканная сумма компенсации морального вреда не отвечает принципам разумности и справедливости.

Истец представил письменные возражения по апелляционным жалобам ответчика и третьего лица.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца поддержал возражения на доводы апелляционных жалоб, представитель третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу настаивала на доводах апелляционной жалобы, представитель третьего лица Прокуратуры Свердловской области возражала против доводов апелляционных жалоб ответчика и третьего лица.

Иные лица в заседание судебной коллегии не явились, об уважительных причинах неявки до начала судебного заседания не сообщили, в материалах дела имеются доказательства их заблаговременного извещения о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции. Сведения о месте и времени судебного заседания были заблаговременно размещены на сайте Свердловского областного суда. С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие участвующих лиц.

Изучив материалы дела, заслушав представителя истца, представителей третьих лиц, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 151 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, неприкосновенность частной жизни, право свободного передвижения являются личными неимущественными правами гражданина.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Как следует из ч. ч. 1, 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным, в том числе, по п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

В соответствии со ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

По делу установлено, что 08 сентября 2013 года возбуждено уголовное дело <№> по признакам состава преступления, предусмотренного п. «г», ч. 2 ст. 161 УК РФ.

Решением Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 07.06.2022 по гражданскому делу № 2-1731/2022 исковые требования ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о реабилитации, взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично.

С Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда 500000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано. Решение вступило в законную силу 05.10.2022.

Указанным решением установлено, что 11.04.2016 отделом полиции № 5 СУ УМВД России по г. Екатеринбургу возбуждено уголовное дело <№> в отношении неустановленного следствием лица, в действиях которого усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ.

23.05.2017 истец допрошен в качестве подозреваемого. В тот же день с истца было взято обязательство о явке.

На основании постановления от 25.12.2017 действия подозреваемого ФИО2 переквалифицированы с ч. 4 ст. 160 УК РФ на ч. 4 ст. 159 УК РФ.

18.01.2018 постановлением следователя отдела № 5 СУ УМВД России по г.Екатеринбургу ФИО2 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

30.07.2018 ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

25.10.2018 отделом полиции № 5 СУ УМВД России по г. Екатеринбургу возбуждено уголовное дело <№> в отношении неустановленного следствием лица, в действиях которого усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ.

04.12.2018 ФИО2 привлечен в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. В тот же день избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

04.12.2018 уголовные дела <№> и <№> объединены в одно производство с присвоением номера <№>.

Постановлением от 04.12.2018 уголовное преследование ФИО2 по уголовному делу <№> в части хищения денежных средств прекращено в связи с отсутствием события преступления, то есть по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27, ч. 1 ст. 212, ст. 213 УПК РФ, уголовное преследование в части причинения ущерба путем обмана при отсутствии признаков хищения, с причинением ущерба в особо крупном размере продолжено.

Также судом установлено, что в период расследования уголовного дела 01.02.2018 наложен арест на имущество ФИО2 – земельный участок по адресу: <адрес>.

31.01.2019 уголовное дело направлено в Ленинский районный суд г. Екатеринбурга.

Ленинским районным судом г. Екатеринбурга уголовное дело № 1-153/2019 рассмотрено 18.10.2019, постановлен приговор которым ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком 2 года, со штрафом 50000 рублей.

Апелляционным приговором Свердловского областного суда от 29.05.2020 приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 18.10.2019 отменен, ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава данного преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, а также разъяснено право на реабилитацию и отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 11.03.2021 апелляционный приговор Свердловского областного суда от 29.05.2020 в отношении ФИО2 оставлен без изменения.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ему уголовным преследованием с 23.05.2017 в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, и последующей переквалификацией на ч.4 ст. 159 УК РФ, а также в качестве обвиняемого с 18.01.2018 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, до момента прекращения уголовного преследования в связи с отсутствием события преступления, то есть до 04.12.2018.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.10.2022 решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 07.06.2022 оставлено без изменения, апелляционные жалобы истца, ответчика, третьего лица УМВД России по г.Екатеринбургу – без удовлетворения.

Апелляционным определением установлено, что суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, при определении размера компенсации морального вреда принял во внимание фактические обстоятельства дела, а именно то, что уголовное преследование в отношении истца по составу преступлений, по которым в отношении него уголовное преследование прекращено, осуществлялось в рамках одного уголовного дела, все те ограничения, которые имели место в отношении истца в период предварительного расследования, были обусловлены уголовным преследованием в целом, индивидуальные особенности истца, степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, а также категорию преступлений, в котором он обвинялся, их тяжесть, длительность уголовного преследования по указанному обвинению, подозрению, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, объем негативных последствий для истца в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности. Суд также учел отсутствие медицинских документов, подтверждающих причинение вреда здоровью истца, в результате уголовного преследования, в том числе, по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, и последующей переквалификацией на ч. 4 ст. 159 УК РФ, а также по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ, без учета апелляционного приговора, которым истец оправдан по п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава данного преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, которым разъяснено право на реабилитацию и отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 02.0.2023 решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 07.06.2022 и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 05.10.2022 оставлены без изменения, кассационная жалоба Министерства финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что в рамках гражданского дела № 2-1731/2022 ФИО2 были заявлены требования о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности по уголовному делу <№> в период с 23.05.2017 в качестве подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, и последующей переквалификацией на ч. 4 ст. 159 УК РФ, а также в качестве обвиняемого с 18.01.2018 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ до момента прекращения уголовного преследования в связи с отсутствием события преступления, то есть до 04.12.2018.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Как установил суд, ФИО2 при подаче искового заявления требования были ограничены указанным периодом, уголовным делом, обвинением по конкретным статьям УК РФ, и решение вынесено судом в рамках заявленных исковых требований, что следует из буквального толкования судебного акта – решения Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 07.06.2022.

Кроме того, при определении размера компенсации морального вреда по гражданскому делу № 2-1731/2022 истец не представлял суду, а суд не оценивал доказательства относительно количества времени, затраченного истцом на участие в судебных заседаниях, не учитывал указанные и иные доводы при вынесении решения суда.

В связи с изложенным, суд пришел к выводу о том, что требования, заявленные ФИО2 при подаче искового заявления, рассматриваемого в рамках настоящего гражданского дела, о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности по уголовному делу <№> (до соединения уголовных дел <№>) в период с его возбуждения 30.10.2018 до рассмотрения судом кассационной инстанции 11.03.2021, не являются тождественными рассмотренным в рамках гражданского дела <№>, на основании изложенного, доводы представителя ответчика об отсутствии оснований для удовлетворения требований суд отклонил, как необоснованные.

Судом также установлено следующее, 25.10.2018 постановлением начальника ОП № 5 УМВД России по г. Екатеринбургу ( / / )7 по итогам проверки сообщения о преступлении КУСП <№> от 23.10.2018 возбуждено уголовное дело <№> по признакам состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ. 30.10.2018 постановлением следователя ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве обвиняемого. 04.12.2018 постановлением следователя уголовные дела <№> и <№>, находящиеся в производстве ОП № 5 соединены, делу присвоен <№>. 18.10.2019 приговором Ленинского районного суда г. Екатеринбурга по уголовному делу № 1-153/2019 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 чт. 165 УК РФ, ему назначено наказание в виде 2 лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, штраф 50000 руб., удовлетворен гражданский иск на сумму около 15000000 руб. 29.05.2020 приговором Свердловского областного суда в порядке апелляционного рассмотрения истец оправдан на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях состава преступления, за ним признано право на реабилитацию, отменена мера пресечения. 11.03.2021 кассационным определением апелляционный приговор оставлен без изменения.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что на основании указанного установлен факт нарушения прав истца в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности в виде привлечения в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 165 УК РФ, необходимости участия в проведении следственных действий, судебных заседаниях, присутствия на оглашении обвинительного приговора в отношении него, необходимости доказывания своей невиновности на следствии и в суде.

Таким образом, суд полагал к выводу, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда являются обоснованными.

При определении размера компенсации морального вреда суд принял во внимание, что в период уголовного преследования ФИО2 был ограничен: в праве на свободу передвижения, в связи с обязательством о явке, взятым 30.10.2018; в праве частной собственности, в связи с наложением ареста на имущество ФИО2 постановлением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 23.11.2018; в свободе передвижения, в связи с избранием в отношении него 05.12.2018 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении; в праве на частную жизнь, в связи с публичным характером уголовного преследования, что связано с обязанностью органов предварительного следствия в производстве проверочных мероприятий с очевидностью вторгаться в частную жизнь.

Также суд установил, что предварительное следствие и судебное разбирательство по уголовному делу велось с 30.10.2018 момента возбуждения уголовного дела до рассмотрения его судом кассационной инстанции 11.03.2021, в течение всего указанного промежутка времени ФИО2 вынужден был проводить большое количество времени, участвуя в следственных мероприятиях и судебных заседаниях, в сборе доказательств, обжаловании действий органов следствия для защиты своих прав, отводя на второй план личную жизнь.

Кроме того, суд учел, что ранее ФИО2 не судим, к уголовной ответственности не привлекался, являлся руководителем организаций ...... индивидуальным предпринимателем, имел полную семью.

Более того, суд принял во внимание нравственные страдания, испытанные истцом в связи с незаконным уголовным преследованием: стрессовое состояние, одиночество, беззащитность, вызванные нахождением под тяжестью обвинения в совершении преступления, разочарование, страх, длительность предварительного расследования по делу с момента привлечения ФИО2 в качестве обвиняемого – 04.12.2018, поскольку с момента возбуждения уголовного дела (30.10.2018) уголовное дело являлось безфигурантным, и, до вынесения апелляционного приговора 29.05.2020, которым ФИО2 был оправдан, за ним признано право на реабилитацию, отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде.

В связи с изложенным суд пришел к выводу о том, что отсутствуют основания при расчете размера компенсации морального вреда принимать во внимание период предварительного расследования с 30.10.2018 и судебного рассмотрения уголовного дела в суде кассационной инстанции (до 11.03.2021), поскольку до привлечения в качестве обвиняемого и после вынесения апелляционного приговора, вступившего в законную силу со дня провозглашения, уголовное преследование ФИО2 не велось.

Доказательств тому, что ФИО2 в связи с уголовным преследованием понес репутационные издержки, поскольку вменяемые действия были непосредственно связаны с его предпринимательской деятельностью, в соответствии с требованиями ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом и его представителем в материалы дела не представлено.

Также истцом не представлены доказательства тому, что он страдал бессонницей и депрессией, поскольку какие-либо медицинские документы об изменении состояния здоровья ФИО2 в материалы дела не представлены.

Доводы ответчика и третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу о том, что истцом допущено злоупотребление правом, суд отклонил, как необоснованные, поскольку права ФИО2 были нарушены в связи с допущенным в отношении него незаконным уголовным преследованием, в связи с чем он вправе требовать компенсации морального вреда.

Кроме того, суд установил, что при рассмотрении гражданского дела № 2-1731/2022 при определении размера компенсации морального вреда судом были приняты во внимание обстоятельства незаконного привлечения ФИО2 уголовной ответственности лишь в период с 23.05.2017 до 04.12.2018, в связи с чем истец не может быть лишен защиты нарушенных прав, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности и возмещением причиненных в связи с этим нравственных страданий за последующий период – с 04.12.2018 по 29.05.2020, поскольку в указанный период ФИО2 вынужден был тратить личное время на участие в длительных многочисленных судебных заседаниях с целью доказывания своей невиновности, о чем в материалы дела представлены письменные доказательства, из которых следует, что по уголовному делу было проведено предварительное судебное заседание, 24 судебных заседания, допрошены многочисленные свидетели, потерпевшая, допрос которой занял четыре дня.

Указанные обстоятельства не являлись основанием исковых требований, являвшихся предметом рассмотрения гражданского дела № 2-1731/2022, в связи с чем, суд не усмотрел со стороны ФИО2 злоупотребления правом при заявлении требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности за иной период, по иным обстоятельствам, иному уголовному делу, которое прошло стадии предварительного следствия, суда первой, апелляционной и кассационной инстанций.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца, учитывая степень нравственных страданий при установленных судом обстоятельствах причинения морального вреда, личность и индивидуальные особенности истца, его возраст, семейное положение, последствия уголовного преследования в виде негативных эмоций и сильных переживаний, а также длительность избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, руководствуясь положениями ст. 151, ст. 1070, ст. 1101 ГК РФ, ч. 1 ст. 133 УПК РФ, разъяснениями п.п. 1, 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» суд пришел к выводу, что размер компенсации морального вреда, заявленный истцом в сумме 2000000 руб. является завышенным и подлежит снижению до 700000 руб.

Судебная коллегия с такими выводами суда соглашается, поскольку они должным образом отвечают критериям законности и обоснованности, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и названным нормам закона.

Довод апелляционной жалобы о том, что истцом не представлено доказательств его нравственных страданий, судебная коллегия считает несостоятельным, поскольку факт причинения морального вреда в результате незаконного возбуждения уголовного дела в отношении истца, длительность избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, потери личного времени на участие в длительных многочисленных судебных заседаниях с целью доказывания своей невиновности в доказывании не нуждается, ввиду того, что указанные обстоятельства не могли не вызвать у ФИО2 физических и нравственных страданий, каких-либо дополнительных доказательств этот вывод не требует, данное обстоятельство презюмируется.

Сам факт уголовного преследования, которое в дальнейшем признано необоснованным, является достаточным для соответствующих требований о компенсации морального вреда, поскольку незаконными действиями должностных лиц органов государственной власти истец был подвергнут мерам государственного принуждения.

Как верно установил суд первой инстанции, истец в обоснование требований о компенсации морального вреда указывал на длительность уголовного преследования, его незаконность и необоснованность, а также на негативные последствия данного уголовного преследования, в виде ухудшения состояния здоровья, изменение мнения о нем, потеря деловой репутации, прекращение семейных отношений и расторжение брака.

Разумность компенсации морального вреда является оценочной категорией, четкие критерии ее определения применительно к тем или иным видам дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом конкретных обстоятельств дела.

Учитывая изложенное, суд, вопреки доводам апелляционных жалоб, при определении размера компенсации морального вреда принял во внимание фактические обстоятельства дела, степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, а также категорию преступлений, в котором он обвинялся, их тяжесть, длительность уголовного преследования по указанному обвинению, подозрению, обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, объем негативных последствий для истца в связи с незаконным уголовным преследованием. Суд также учел отсутствие медицинских документов, подтверждающих причинение вреда здоровью истца, в результате уголовного преследования, а также разъяснено право на реабилитацию и отменена мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Принимая во внимание все изложенные истцом обстоятельства, суд обоснованно определил подлежащей взысканию сумму компенсации морального вреда в размере 700 000 руб.

По мнению судебной коллегии, вывод суда по вопросу об определении размера денежной компенсации причиненного истцу морального вреда в сумме 700 000 руб. мотивирован, все обстоятельства дела, имеющие значение для разрешения этого вопроса, судом учтены, критерии определения размера компенсации морального вреда, предусмотренные ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, судом применены правильно.

Судебная коллегия находит взысканную судом компенсацию в размере 700 000 руб. соразмерной нравственным страданиям истца, отвечающей требованиям разумности, справедливости, учитывающей индивидуальные особенности ФИО2

Оснований для изменения размера взыскания компенсации морального вреда, чем это определено в оспариваемом решении, судебная коллегия по доводам апелляционных жалоб не усматривает.

Доводы жалобы не опровергают выводов решения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, в связи с чем оснований для отмены решения суда по изложенным в жалобе доводам не имеется.

Таким образом, выводы суда по данным вопросам мотивированы и не противоречат положениям ст.ст. 56, 68 ГПК РФ, а изложенная в решении правовая оценка доказательств – ст. 67 ГПК РФ.

Иных заслуживающих внимания правовых доводов апелляционные жалобы не содержат, сводятся к выражению несогласия с произведенной судом оценкой обстоятельств дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 ГПК РФ безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ч. 1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 03.05.2023 оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчика Минфин России, а также третьего лица УМВД России по г. Екатеринбургу – без удовлетворения.

Председательствующий:

А.Н. Рябчиков

Судьи:

Е.М. Хазиева

ФИО6