Решение по делу № 2-3627/2022 от 28.03.2023 - о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности прекратить незаконную обработку персональных данных, взыскании компенсации морального вреда.

Дело № 2-70/2023

49RS0001-01-2022-005164-12 28 марта 2023 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

МАГАДАНСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД МАГАДАНСКОЙ ОБЛАСТИ

в составе председательствующего судьи Доброходовой С.В.,

при секретаре Львовой Е.А.,

с участием прокурора Воробьева И.А.,

истца ФИО1,

представителя третьего лица ОСФР по Магаданской области ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в городе Магадане, в помещении Магаданского городского суда 28 марта 2023 года гражданское дело по исковому заявлению прокурора города Магадана в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности прекратить незаконную обработку персональных данных, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор города Магадана обратился в интересах ФИО1 в Магаданский городской суд с настоящим иском.

В обоснование иска указал, что по обращению ФИО1 проведена проверка по факту неправомерного перевода ее пенсионных накоплений в негосударственный пенсионный фонд. Было установлено, что ее пенсионные накопления переведены из Пенсионного фонда Российской Федерации в акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (далее – АО «НПФ «БУДУЩЕЕ») в соответствии с новым договором об обязательном пенсионном страховании, якобы заключенным между ответчиком и ФИО1

Однако ФИО1 такой договор с ответчиком не заключала, доверенность на подписание заявления о переходе в негосударственный пенсионный фонд и заключение договора никому не выдавала. Несмотря на это, в единый реестр застрахованных лиц Пенсионного фонда Российской Федерации были внесены изменения, в результате которых накопительная пенсия ФИО1 27 марта 2018 года переведена в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ».

Таким образом, договор об обязательном пенсионном страховании с ответчиком, заключенный ненадлежащими сторонами, нарушает право ФИО1 на выбор страховщика, осуществляющего деятельность по обязательному пенсионному страхованию, а потому в соответствии со ст. 167 ГК РФ является недействительным.

Кроме этого, вышеуказанные нарушения прав ФИО1 при выборе субъекта размещения и обслуживания пенсионных накоплений стали возможным в результате незаконной обработки и хранения персональных данных со стороны ответчика.

Между тем, какого-либо согласия ФИО1 на обработку своих персональных данных ответчику не давала ни лично, ни через представителя, поэтому любые действия ответчика с персональными данными истца, в том числе, их хранение и использование при заключении договоров, являются незаконными.

При этом полагает, что ответчик обязан передать в Пенсионный фонд Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений, проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за период с 27 марта 2018 года по 20 октября 2022 года в размере 11836 руб. 36 коп.

В результате незаконного использования ответчиком персональных данных истца и незаконного перевода средств пенсионных накоплений, ФИО1 причинен моральный вред, который оценивается в 10000 руб.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, с учетом увеличения и уточнения исковых требований прокурор города Магадана просит суд:

- признать договор об обязательном пенсионном страховании от 29 декабря 2017 года № недействительным;

-обязать ответчика в срок не позднее 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 35966 руб. 44 коп.;

-обязать ответчика в срок не позднее 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации проценты за неправомерное пользования средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» за период с 27 марта 2018 года по 20 октября 2022 года в размере 11836 руб. 36 коп.;

-обязать ответчика передать в срок не позднее 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1;

-признать незаконным использование АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» персональных данных ФИО1;

- взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей.

На основании Федерального закона от 14 июля 2022 года № 236-ФЗ «О Фонде пенсионного и социального страхования Российской Федерации» государственное учреждение - Пенсионный фонд Российской Федерации переименовано в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации (далее - Социальный фонд России). Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Магаданской области переименовано в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Магаданской области (далее - ОСФР по Магаданской области) на основании постановления Правления Пенсионного Фонда РФ от 08 декабря 2022 года № 293п.

Представитель ответчика участия в судебном заседании не принимал, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом. В отзыве на исковое заявление с исковыми требованиями не согласился, указав, что истцом не представлено доказательств незаключения спорного договора об обязательном пенсионном страховании, в исковом заявлении не указано и не обосновано ни одно из предусмотренных действующим законодательством оснований, по которым договор об обязательном пенсионном страховании может быть признан недействительным. Считает, что договор об обязательном пенсионном страховании с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» не влечет для истца никаких неблагоприятных последствий и не лишает его права передать средства пенсионных накоплений в Социальный фонд России или иной негосударственный пенсионный фонд путем заключения соответствующего договора, также считает, что АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» действовал добросовестно в соответствии с действующим законодательством, в связи с чем, основания для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда отсутствуют.

Просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, а также применить последствия пропуска истцом срока исковой давности, ссылаясь на информацию Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации и положения п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

Представитель Социального фонда России в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом. В письменном отзыве на иск указал, что по данным индивидуального лицевого счета текущим страховщиком по обязательному пенсионному страхованию ФИО1 является АО «НПФ «БУДУЩЕЕ». Заявление ФИО1 о досрочном переходе в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» от декабря 14 декабря 2017 года № поступило в ПФР в г.Москве и Московской области. Договор об обязательном пенсионном страховании между ФИО1 и АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» поступил в отделение ПФР по Республике Татарстан и изъят следственной частью ГУ следственного управления МВД России по Республике Татарстан. Сумма средств пенсионных накоплений, переданная 27 марта 2018 года составила 35966 руб. 44 коп. В результате досрочного перехода удержан инвестиционный доход в размере 7357 руб. 04 коп.

Также указал, что органы Социального фонда России не обладают полномочиями по установлению недостоверности сведений и подложности сведений, поскольку подобные действия могут быть расценены как превышение полномочий со стороны должностных лиц органов Социального фонда России. Полагает, что в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным у ФИО1 возникают убытки, которые подлежат возмещению ответчиком.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ), определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Прокурор и истец ФИО1, в судебном заседании предъявленные исковые требования поддержали по доводам, изложенным в исковом заявлении, с учетом увеличения и уточнения исковых требований. Просили их удовлетворить.

Также истец, ходатайствовала о восстановлении срока на подачу настоящего иска, мотивировав тем, что летом 2022 года ей стало известно о многочисленных фактах незаконного перевода средств пенсионных накоплений в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ», получив сведения о состоянии лицевого счета, она обратилась с заявлением в органы прокуратуры. При получении копии договора, ей стало известно о нарушении ее пенсионных прав именно ответчиком, что стало основанием для обращения с настоящим иском в суд.

В судебном заседании представитель ОСФР по Магаданской области, ссылаясь на доводы, изложенные в отзыве на иск, полагал, что исковые требования прокурора подлежат удовлетворению.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные в деле документы, суд приходит к следующему.

В силу ст. 3 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (здесь и далее – Федеральный закон № 75-ФЗ в редакции, действовавшей на дату возникновения спорных правоотношений) договор негосударственного пенсионного обеспечения (далее - пенсионный договор) - соглашение между фондом и вкладчиком фонда, в соответствии с которым вкладчик обязуется уплачивать пенсионные взносы в фонд, а фонд обязуется выплачивать участнику (участникам) фонда негосударственную пенсию. Договор об обязательном пенсионном страховании - соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной пенсии и (или) срочной пенсионной выплаты или единовременной выплаты либо осуществлять выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В соответствии со статьей 36.11 указанного закона застрахованное лицо до обращения за установлением накопительной пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты средств пенсионных накоплений может воспользоваться правом на переход из фонда в фонд не чаще одного раза в год путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направления в Пенсионный фонд Российской Федерации заявления о переходе (заявления о досрочном переходе) из фонда в фонд.

Заявление застрахованного лица о переходе из фонда в другой фонд направляется им в Пенсионный фонд не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или через представителя, действующего на основании нотариально удостоверенной доверенности, либо в форме электронного документа, порядок оформления которого определяется Правительством Российской Федерации, с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг. В последних случаях установление личности и проверка подлинности подписи застрахованного лица осуществляется нотариусом или Пенсионным фондом РФ в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Договор об обязательном пенсионном страховании заключается на неопределенный срок и может быть изменен или расторгнут в соответствии с настоящим Федеральным законом. Типовая форма договора об обязательном пенсионном страховании утверждается Банком России (ст. 36.3, 36.7, п. 3 ст. 36.11 Федерального закона № 75-ФЗ).

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 1 ст. 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ).

В соответствии со ст. 36.2 Федерального закона № 75-ФЗ фонд, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию обязан уведомить в порядке, определяемом уполномоченным федеральным органом, Пенсионный фонд Российской Федерации о вновь заключенных договорах об обязательном пенсионном страховании в течение одного месяца со дня их подписания (ст. 36.2 и п. 9 ст. 36.11. Закона).

Пунктом 6.1 ст. 36.4 Федерального закона № 75-ФЗ предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц договор об обязательном пенсионном страховании признан судом недействительным, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абзацем седьмым пункта 2 статьи 36.5 настоящего Федерального закона.

В таком случае, для соответствующего фонда возникает обязанность по передаче средств пенсионных накоплений для финансирования накопительной пенсии предыдущему страховщику (п. 4 ст. 36.5, п.1 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ).

Кроме того, согласно п. 5.3. ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ (в ред. Федеральных законов от 21 декабря 2021 года № 415-ФЗ, от 14 июля 2022 года № 237-ФЗ) в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня вступления в силу соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, и направляются в резерв фонда по обязательному пенсионному страхованию предыдущего страховщика.

Как установлено в судебном заседании и следует из представленных в материалы дела доказательств, Пенсионным фондом Российской Федерации (в настоящее время - Социальный фонд России) на основании договора об обязательном пенсионном страховании от 29 декабря 2017 года №, заключенного между АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» и ФИО1, осуществлена передача средств пенсионных накоплений истца в размере 35966 руб. 44 коп. АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» и внесены соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц.

Из материалов дела также следует, что указанный договор был заключен путем подачи ФИО1 в Отделение ПФР по г. Москве и Московской области соответствующего заявления от 14 декабря 2017 года.

При этом, по утверждению истца, заявление о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации (в настоящее время - Социальный фонд России) в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» она не подписывала и не подавала, договор с данным негосударственным пенсионным фондом не заключала, поручение на его заключение никому не давала.

С целью установления подлинности подписи в договоре от 29 декабря 2017 года №, заключенном между АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» и истцом, а также в заявлении ФИО1 от 14 декабря 2017 года № о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации (в настоящее время - Социальный фонд России) в негосударственный пенсионный фонд, по ходатайству процессуального истца определением суда от 20 января 2023 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза.

По результатам проведенной судебной почерковедческой экспертизы, в Магаданский городской суд поступило заключение индивидуального предпринимателя ФИО9 от 27 февраля 2023 года №. Экспертом был сделан вывод о том, что подписи от имени ФИО1, изображения которых имеются в копии одного экземпляра и подписи в оригинале другого экземпляра договора об обязательном пенсионном страховании от 29 декабря 2017 года №, заключенного между АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» и ФИО1 в пункте 43 договора и в разделе «XI. Реквизиты и подписи сторон» после сведений о застрахованном лице, выполнены не ФИО1, а другим лицом. Подписи от имени ФИО1, изображение которых имеется в копии заявления застрахованного лица от 14 декабря 2017 года № о досрочном переходе из Пенсионного фонда Российской Федерации в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» выполнены не ФИО1, а другим лицом.

Оценивая в качестве доказательства по делу заключение эксперта – индивидуального предпринимателя ФИО9 суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ сведения, содержащиеся в заключениях экспертов, являются доказательствами по делу, если они получены в предусмотренном законом порядке. Порядок назначения экспертизы, порядок ее проведения, форма и содержание заключения, его оценка по гражданскому делу определены статьями 79, 80, 84, 85, 86 ГПК РФ.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Статьей 87 (частью 2) ГПК РФ предусмотрено, что в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Приведенные положения закона подлежат применению и в том случае, когда недостаточная ясность и недостаточная полнота заключения эксперта обусловлены недостаточностью представленных на данное исследование материалов.

Заключение эксперта ФИО9 от 27 февраля 2023 года № отвечает требованиям статей 79, 84 - 86 ГПК РФ, экспертиза проведена с учетом вышеуказанных положений ГПК РФ.

Судебная экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим стаж работы в соответствующей области, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересован в исходе настоящего гражданского дела.

Каких-либо противоречий и неясностей в заключении эксперта не содержится. Экспертиза содержит описание методики проведения судебной экспертизы, изложенной в методических пособиях, поименованных в заключении. В исследовательской части описан ход проведенных исследований, выводы эксперта изложены в ясной и понятной форме.

Суд, оценив заключение судебной экспертизы, признает выводы проведенного исследования в качестве надлежащего доказательства, поскольку отсутствуют основания сомневаться в достоверности сведений, изложенных в заключении, эксперт дал ответы на поставленные судом вопросы, в заключении подробно изложена исследовательская часть экспертизы, из которой видно, в связи с чем, эксперт пришел к таким выводам.

В силу п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге), возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как установлено ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 оспариваемый договор обязательного пенсионного страхования с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» не подписывала, следовательно, договор в установленной законом форме не заключен и нарушает право на выбор застрахованным лицом страховщика, что вопреки возражениям ответчика влечет его недействительность.

Ответчиком убедительных доказательств волеизъявления истца на заключение оспариваемого договора не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что требования прокурора г. Магадана о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании от 29 декабря 2017 года № являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Разрешая ходатайство представителя ответчика о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Судом установлено, что ФИО1 оспариваемый договор обязательного пенсионного страхования с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» не подписывала, договор от 29 декабря 2017 года № в установленной законом форме сторонами не заключен, следовательно, оспариваемая сделка является недействительной в силу ничтожности, поскольку в данном случае договор заключен в нарушение требований Федерального закона № 75-ФЗ.

Согласно сведениям Минцифры России от 13 марта 2023 года услуга «Извещение о состоянии лицевого счета в ПФР» предоставлена ФИО1 11 июня 2019 года, следовательно, с указанной даты истец была проинформирована об изменении условий страхования.

Учитывая, что с заявлением в органы прокураты истец обратилась 22 августа 2022 года, трехлетний срок исковой давности в силу приведенных положений п. 1 ст. 181 ГК РФ, истек 12 июня 2022 года.

Вместе с тем, истцом заявлено ходатайство о восстановлении указанного срока, поскольку, как указывает истец, о том, кто является ответчиком и как нарушены ее права ей стало известно после получения копии договора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснил, что исходя из нормы ст. 195 ГК РФ под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии со ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства (п. 12 постановления от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 оспариваемый договор обязательного пенсионного страхования с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» не подписывала, о его содержании не знала, суд приходит к выводу о наличии уважительных причин пропуска истцом срока исковой давности и считает возможном восстановить истцу данный срок, признав уважительными причинами отсутствие информации о нарушенном праве, юридическую безграмотность истца, а также тот факт, что срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, не превысил десять лет со дня начала ее исполнения.

На основании абз. 7 п. 2 ст. 36.5 Федерального закона № 75-ФЗ договор об обязательном пенсионном страховании прекращается в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным.

Как указано выше, в соответствии с п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ в случае признания судом договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, фонд обязан передать предыдущему страховщику по обязательному пенсионному страхованию средства пенсионных накоплений, определенные в порядке, установленном пунктом 2 статьи 36.6-1 настоящего Федерального закона, а также проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений, определяемые в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений соответствующего застрахованного лица, в срок не позднее 30 дней со дня вступления в силу соответствующего решения суда и в этот же срок известить об этом Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации, который на основании указанного извещения фонда вносит соответствующие изменения в единый реестр застрахованных лиц и уведомляет об этом застрахованное лицо при личном обращении застрахованного лица в территориальный орган Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также путем направления застрахованному лицу уведомления в форме электронного документа с использованием единого портала государственных и муниципальных услуг.

При этом проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений и средства, направленные на формирование собственных средств фонда, уплачиваются за счет собственных средств фонда, отражаются на пенсионном счете накопительной пенсии в качестве результата инвестирования средств пенсионных накоплений и направляются в составе средств пенсионных накоплений предыдущему страховщику.

В случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет процентов, представленный стороной истца, судом проверен, является обоснованным, соответствует положениям п. 5.3 ст. 36.6 Федерального закона № 75-ФЗ и ст. 395 ГК РФ.

Принимая во внимание вышеизложенное, учитывая, что суд пришел к выводу о признании недействительным договора об обязательном пенсионном страховании от 29 декабря 2017 года №, то имеются основания для удовлетворения исковых требований о возложении на ответчика обязанности в срок не позднее 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в Социальный фонд России денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 35966 руб. 44 коп., проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений ФИО1 за время их нахождения в АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» с 27 марта 2018 года по 20 октября 2022 года в размере 11836 руб. 36 коп., а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1

Разрешая требование о признании незаконным использование ответчиком персональных данных истца, суд приходит к следующему.

Отношения, связанные с обработкой персональных данных регулируются положениями Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных» (далее - Федеральный закон «О персональных данных»).

Согласно статье 3 указанного закона, персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных); обработка персональных данных - любое действие (операция) или совокупность действий (операций), совершаемых с использованием средств автоматизации или без использования таких средств с персональными данными, включая сбор, запись, систематизацию, накопление, хранение, уточнение (обновление, изменение), извлечение, использование, передачу (распространение, предоставление, доступ), обезличивание, блокирование, удаление, уничтожение персональных данных.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных указанным законом. В частности, обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных.

Статья 9 данного закона предусматривает, что Субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, предметным, информированным, сознательным и однозначным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом. В случае получения согласия на обработку персональных данных от представителя субъекта персональных данных полномочия данного представителя на дачу согласия от имени субъекта персональных данных проверяются оператором (ч. 1).

В соответствии с ч.1 ст. 15 Федерального закона от 07 мая 1998 года № 75-ФЗ фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

В силу ч. 1 ст. 14 Федерального закона «О персональных данных» субъект персональных данных вправе требовать от оператора уточнения его персональных данных, их блокирования или уничтожения в случае, если персональные данные являются неполными, устаревшими, неточными, незаконно полученными, а также принимать предусмотренные законом меры по защите своих прав.

Поскольку при рассмотрении настоящего гражданского дела установлено, что истец в договорные отношения с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» не вступала, свои персональные данные для заключения договора обязательного пенсионного страхования и последующего их использования при исполнении данного договора ответчику не передавала, то суд приходит к выводу о том, что АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» получил персональные данные истца без её согласия и был не вправе их использовать.

Таким образом, требования прокурора г. Магадана, заявленные в интересах ФИО1, о признании незаконным использование АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» персональных данных ФИО1, имеющиеся у ответчика, являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии с ч. 2 ст. 17 Федерального закона «О персональных данных» субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.

Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 24 Федерального закона «О персональных данных»).

В силу положений п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 1, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

На основании п. 1 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из искового заявления и пояснений истца в судебном заседании, в результате незаконного получения и использования ответчиком персональных данных ФИО1, последней причинен моральный вред в форме нравственных страданий, выраженный в переживаниях относительно возможной утраты пенсионных накоплений и недополучении части заработанной в течение трудовой деятельности пенсии. Размер причиненного истцу морального вреда оценивается в 10 000 руб.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, объем нарушений со стороны АО «НПФ «БУДУЩЕЕ».

С учетом изложенного, суд считает соответствующим характеру перенесенных истцом переживаний, связанных с незаконной обработкой её персональных данных, требованиям разумности и справедливости определить размер взыскания компенсации морального с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» в 10 000 руб.

Разрешая вопрос о судебных расходах, понесенных истцом в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 ГПК РФ.

В соответствии со статьей 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Поскольку исковые требования прокурора подлежат удовлетворению, то с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственная пошлина исходя из количества и характера заявленных требований в размере, установленном п.п. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, то есть в размере 1 200 руб.

Кроме того, в связи с проведением судебной почерковедческой экспертизы по настоящему гражданскому делу, назначенной определением Магаданского городского суда Магаданской области от 20 января 2023 года, Управлению Судебного департамента в Магаданской области поручено произвести оплату расходов по производству экспертизы за счет средств федерального бюджета. Окончательно вопрос о распределении между сторонами судебных расходов по производству экспертизы определено разрешить при рассмотрении настоящего гражданского дела по существу.

Из представленного индивидуальным предпринимателем ФИО9 счета от 27 февраля 2023 года № следует, что затраты на проведение судебной почерковедческой экспертизы составили 22 000 руб. Данные затраты эксперта оплачены за счет средств федерального бюджета.

В связи с удовлетворением исковых требований к АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» понесенные расходы на проведение экспертизы в размере 22 000 руб., подлежат взысканию с АО «НПФ «БУДУЩЕЕ» в доход федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Удовлетворить исковые требования прокурора города Магадана в интересах ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» о признании договора об обязательном пенсионном страховании недействительным, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности прекратить незаконную обработку персональных данных, взыскании компенсации морального вреда.

Признать недействительным договор от 29 декабря 2017 года № об обязательном пенсионном страховании, заключенный между акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) и ФИО1 (<данные изъяты>).

Применить последствия недействительности сделки, обязав акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) не позднее 30 дней со дня вступления в законную силу решения суда передать в государственный внебюджетный Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации денежные средства пенсионных накоплений ФИО1 в размере 35966 (тридцать пять тысяч девятьсот шестьдесят шесть) рублей 44 копейки; проценты за неправомерное пользование средствами пенсионных накоплений за время их нахождения в Акционерном обществе «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» с 27 марта 2018 года по 20 октября 2022 года в размере 11836 (одиннадцать тысяч восемьсот тридцать шесть) рублей 36 копеек, а также средства, направленные на формирование собственных средств фонда, сформированные за счет дохода от инвестирования средств пенсионных накоплений ФИО1.

Признать незаконным использование акционерным обществом «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» персональных данных ФИО1.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета расходы на проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 22 000 (двадцать две тысячи) рублей 00 копеек.

Взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «БУДУЩЕЕ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход бюджета муниципального образования «Город Магадан» государственную пошлину в размере 1200 (одна тысяча двести) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Магаданский областной суд через Магаданский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Установить срок принятия решения суда в окончательной форме – 04 апреля 2023 года.

Судья С.В. Доброходова