Решение по делу № 2-250/2025 от 21.11.2025 - о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных источником повышенной опасности.

УИД №58RS0014-01-2025-000333-59 (дело №2-250/2025)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Колышлей 14 ноября 2025 года

Колышлейский районный суд Пензенской области

в составе председательствующего судьи Елизаровой С.Н.

при секретаре Селиной Н.А.

с участием помощника прокурора Колышлейского района Пензенской области Бондаревой Е.В.,

истцов ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,

представителей ответчика – ОАО «Российские железные дороги» - ФИО8, ФИО9,

представителя ответчика – СПАО «Ингосстрах» - ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Колышлейского районного суда Пензенской области гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненных источником повышенной опасности,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 обратились в суд с указанным исковым заявлением по тем основаниям, что ФИО3 и ФИО4 являются дочерьми, ФИО5, ФИО6, ФИО7 - внуками ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ года примерно в 12 часов 50 минут их мама (бабушка) ФИО1 при переходе через железнодорожные пути <данные изъяты> была травмирована автомотрисой АРМ №. Первая медицинская помощь была оказана «Скорой помощью», впоследствии ФИО1 была госпитализирована в 6-ю клиническую городскую больницу г. Пензы, где проведено лечение, но к положительному результату оно не привело, 30.12.2024 года в 21 час 37 минут зафиксирована смерть. По данному факту 27.12.2024 года старшим следователем Воронежского СО на транспорте Западного МСУ на транспорте СК РФ вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 2 ст. 263 УК РФ на основании ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления, и об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 110 УК РФ по основаниям, предусмотренным п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления. Утрата самого близкого и дорогого человека – мамы (бабушки) причинила им глубокую скорбь, тяжелые моральные, физические, духовные и нравственные страдания, очень потрясла их. До сих пор они не могут поверить в реальность произошедшего. Поскольку ФИО1 получила смертельные железнодорожные травмы от источника повышенной опасности, ответчик обязан возместить причиненный вред. Исходя из обстоятельств гибели ФИО1 степень вины владельца источника повышенной опасности, в том числе, усугубляется не принятием соответствующих мер по недопущению причинения вреда гражданам, а именно: участок железнодорожного полотна, где был совершен наезд на ФИО1 являлся не оборудованным железнодорожным переездом, но несколько лет назад он был оборудованным железнодорожным переездом, по которому ранее и по настоящее время переходят граждане, чтобы попасть на другую половину поселка. При прекращении обслуживания железнодорожного переезда, при переводе его в другую категорию - для прохода сотрудников ОАО «РЖД» для обеспечения перевозочного процесса владелец железнодорожных путей обязан установить заграждения в соответствии с техникой безопасности по эксплуатации объекта в зоне повышенной опасности, что по настоящее время не сделано. Кроме того, как было установлено из материалов проверки, в нарушение соответствующих инструкций машинистом автомотрисы АРМ № при подъезде к вышеуказанному переезду звуковой сигнал с целью предупреждения граждан о своем приближении подан не был (вызывает сомнения, что оба машиниста, управляющие локомотивом, не могли увидеть стоящую женщину и произошедшего столкновения). Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о бесспорном нарушении со стороны РЖД положений о предотвращении и недопущении вреда и свидетельствуют о наличии прямой вины владельца источника повышенной опасности, приведшей к гибели человека. Исходя из судебной практики, они оценивают причиненный моральный вред по 5 000 000 рублей каждому. Кроме того, были понесены материальные затраты, связанные с организацией похорон близкого человека, на общую сумму 237 000 рублей, в том числе: гроб – 43 000 рублей, церковный набор – 700 рублей, покрывало – 3 000 рублей, лента – 400 рублей, венки – 5500 рублей, крест – 2 800 рублей, портрет – 700 рублей, одежда – 600 рублей, фотоэмаль – 2 800 рублей; услуги работников ритуальной службы: бригада на вынос – 8 000 рублей, захоронение – 2 500 рублей, укладка принадлежностей – 500 рублей, установка креста – 500 рублей; услуги по подготовке тела умершего к захоронению (морг) – 11 500 рублей; транспортные расходы – 2 000 рублей, оформление документов – 3 500 рублей, могила – 14 000 рублей; доставка ритуальных принадлежностей – 500 рублей, услуги катафального транспорта – 9 500 рублей, подвоз к дому – 1 000 рублей; расходы на поминальный обед в день похорон – 114 000 рублей, транспортные расходы в день похорон (автобус) – 10 000 рублей. С учетом уточнений, истцы просят взыскать с ОАО «РЖД» в их пользу компенсацию морального вреда в сумме по 5 000 000 рублей каждому, расходы по уплате государственной пошлины по делу, кроме того, в пользу ФИО3 в возмещение материального ущерба, причиненного расходами на погребение, - 237 000 рублей.

Определением суда от 22.08.2025 года по ходатайству представителя ответчика к участию в деле в качестве соответчика привлечено Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (т. 2, л.д. 21).

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала по основаниям, указанным в иске, суду дополнительно пояснила, что ФИО1 – ее мама, которая при переходе через железнодорожные пути была травмирована автомотрисой АРМ № и от полученных повреждений скончалась 30.12.2024 года. В этот день с утра она маму не видела, но общалась с ней по телефону. Настроение у неё было хорошее, в момент случившегося она шла в ДК «Хопер» на праздничный концерт. В этот день мама была на рынке, заходила в администрацию по своим общественным делам. Мама была очень активная женщина, посещала хор, центр старшего поколения, была членом общества инвалидов, Разговоров о суициде у мамы никогда не было. Никакими хроническими и тяжелыми заболеваниями мама не болела, психическими заболеваниями не страдала, на учете у врача -психиатра не состояла, проблем со зрением, слухом у неё не было. Алкоголь ее мама не употребляла. С мамой у неё были теплые, доверительные отношения, они тесно общались, она приходила к маме каждый день, постоянно они были на связи. Смерть мамы стала для нее большим потрясением, тяжелой утратой, так как она потеряла самого близкого и дорогого человека, причинила тяжелые моральные, физические и духовные страдания. Она до сих пор не может поверить, что мамы больше нет, практически каждый день плачет. У неё ухудшилось здоровье, появились бессонница, апатия, депрессия, она обращалась в больницу, врач выписал успокоительные средства, которые она принимает до сих пор. Скорбь и переживания из-за утраты мамы не передать словами. Она не считает, что случившееся произошло из-за грубой неосторожности мамы, так как там всегда был оборудованный переезд, потом его убрали, но люди до сих пор там ходят и об этом не знают. Там должны быть хотя бы какие-то таблички: «Берегись поезда!» или «Проход запрещен». Странно, что оба машиниста не видели стоящую женщину, не подали звуковой сигнал, что помогло бы избежать такой ситуации. В связи со смертью мамы она понесла материальные расходы, оплатила услуги по погребению, транспортные расходы, поминальный обед в день похорон, все подтверждается документально. Просит её исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям, изложенным в иске, дополнительно суду пояснила, что ФИО1 - её мама. 27 декабря 2024 года случилась страшная трагедия. В этот день они созванивались утром, мама сказала, что пойдет на праздник. Не смотря на то, что с 2012 года она проживает в Москве, с мамой они были в очень близких отношениях, общалась по телефону, по видеосвязи через день, а то и каждый день звонили друг другу, постоянно были на связи. Она живет одна, разведена, для неё мама – очень важный человек. Мама её во всем поддерживала: и морально, и материально, и с дочкой всегда помогала. 2-3 раза в год мама к ним приезжала, она приезжала к ней, практически каждый год ездили вместе отдыхать в санатории. Несмотря на то, что она живет отдельно, у них общая семья. Они все были вместе всегда, не только она, но и сестра, и дочь, все юбилеи мама находилась у неё. Маме было 78 лет, но она была жизнерадостная, активная очень, сама дома убиралась, они вместе путешествовали, она очень спортивная была. В связи с утратой мамы она испытала сильные душевные страдания, что отразилось на здоровье. На похоронах ей было плохо, по приезду в Москву она вызывала «Скорую помощь», до сих пор принимает успокоительные лекарства и от давления. На переезде нет никаких табличек, сделан переход, по которому может ходить любой. В связи с этой трагедией ей причинен огромный моральный вред, это страшно. Исковые требования просит удовлетворить.

Истец ФИО5 в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям, указанным в иске, суду пояснила, что ФИО1 – её бабушка, у них были теплые и доверительные отношения, она очень привязана к бабушке, каждый день они были на связи, часто разговаривали по видеозвонку. Бабушка, действительно, часто приезжала к ним, и они бывали у неё, часто ездили вместе отдыхать. Бабушка всегда поддерживала её, присутствовала на всех защитах дипломов. Бабушку знали все её друзья, её руководитель, знали все у нее на работе, бабушка приходила к ней в университет. Она советовалась с бабушкой по всем значимым делам, та все знала про её личную жизнь, про работу, собиралась приехать на защиту кандидатской диссертации. Когда это все случилось, был абсолютный шок, потому что бабушка была радостная, у неё в рюкзаке были бутылка шампанского, мандарины, она шла отмечать праздник, на Новый год хотела приехать к ним, они планировали поехать вместе отдыхать. Для всех - это огромная потеря. Она не могла спать, а также переживала за маму, когда она вызывала «Скорую помощь». Когда это случилось, она стала бояться ездить на поездах, появился какой-то страх. Этот переход абсолютно не оборудован, никаких знаков там нет, поезд не подавал никакой звуковой сигнал. Она требует взыскать с ОАО «Российские железные дороги» моральный и материальный ущерб, который был причинен их семье.

Истец ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержал, по основаниям, указанным в иске, суду пояснил, что ФИО1 - его бабушка, которую он сильно любил. Когда учился в школе, заходил к ней перед школой и после школы. Каждое лето он с сестрой был у бабушки, позже и его дочь оставалась у нее. Они всегда были в тесном контакте, созванивались каждый день, общались, по всем своим решениям он с ней советовался. На все праздники бабушка с родителями приезжала к нему, а также на дни рождения детей, часто общалась по видеосвязи с его дочерью. Когда ему сообщили об этой трагедии, он долго не мог поверить, смерть бабушки его очень потрясла. Исковые требования просит удовлетворить в полном объеме.

Истец ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержала, по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что ФИО1 – её бабушка, с которой были близкие и доверительные отношения, она была для неё другом и наставником. С бабушкой она созванивалась не каждый день, но они подолгу разговаривали по видеосвязи. Смерть бабушки – это очень сильное потрясение и утрата, это потеря близкого и родного человека. До сих пор - это душевная травма, душевные переживания, из-за всех этих переживаний у неё появилась бессонница. Не хватает общения с бабушкой, раньше какой-то случай, которым хочется поделиться с родным человеком, звонила ей и делилась. Её советы помогали в жизни, если не знаешь, как поступить, она всегда подсказывала в конкретной ситуации. Другие люди обращались к ней за добрым словом, люди, которые не хотели жить, пообщавшись с бабушкой, находили смысл в жизни. Теперь без неё очень тяжело. Она не понимает, как машинисты могли не увидеть человека, они должны подавать звуковые сигналы. Никаких табличек на месте происшествия не было, были стандартные таблички, которые находятся везде на вокзалах. Исковые требования просит удовлетворить в полном объеме и взыскать всю сумму с ОАО «Российские железные дороги».

Представитель ответчика – ОАО «Российские железные дороги» ФИО8, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 28.07.2025 года №ЮВОСТ-195/Д, зарегистрированной в реестре за №36/395-н/36-2025-2-1300, в судебном заседании с исковыми требованиями истцов не согласился, суду пояснил, что ОАО «РЖД» не оспаривает, что, действительно, железнодорожным транспортом ФИО1 причинены повреждения, которые впоследствии привели к её смерти. Однако, ФИО1 в престарелом возрасте переходила железнодорожные пути в не положенном для пересечения гражданам месте, не смотря на то, что видела приближающийся железнодорожный состав, легкомысленно надеялась, что сможет успеть перейти железнодорожный путь по несанкционированному переходу, в результате чего получила травму. Ни одно из доказательств, которые имеются в материалах дела, не доказывает наличие физических страданий истцов, то есть, ухудшения состояния здоровья во взаимосвязи с утратой близкого родственника – матери и бабушки. Документы, представленные истцом ФИО3, не содержат взаимосвязи между ухудшением состояния её здоровья и непосредственно гибелью ФИО1 Проведенным работниками ОАО «Российские железные дороги» служебным расследованием установлено отсутствие вины работников железной дороги в происшествии, которое привело впоследствии к смерти ФИО1 а также, что железнодорожный настил предназначен только для перемещения работников железной дороги, а не для перехода граждан, которые не имеют никакого отношения к деятельности железнодорожного транспорта. Материалы служебной проверки доказывают, что указатели и надписи о том, что по данному служебному переходу запрещено двигаться гражданам, вблизи данного служебного прохода имеются. Соответственно, ФИО1 при переходе через железнодорожные пути по этому служебному проходу, безусловно, понимала или обязана была понимать, что она находится в зоне повышенной опасности, что переходить в этом месте железнодорожные пути запрещено. Но, тем не менее, в нарушение Правил, пыталась пересечь железнодорожные пути и попала под движущийся железнодорожный состав. Машинист и его помощник прошли медицинский осмотр как до, так и после осуществления рейса между станциями <данные изъяты>. Из-за конструкции самой дрезины они могли не видеть людей, которые находятся в слепой зоне. При внезапном появлении машинист с помощником могли и не увидеть человека, который в неположенном месте пересекает железнодорожные пути. Вины работников железной дороги не усмотрено ни в акте служебного расследования, ни в постановлении следователя. И в акте, и в постановлении констатируется нарушение ФИО1 Правил поведения граждан на объекте железнодорожного транспорта. Заявляя компенсацию морального вреда в 5 миллионов рублей, истцы ссылаются на судебную практику, но такой судебной практики не существует, взыскание морального вреда осуществляется в значительно меньшем размере. В данном случае имеет место грубая неосторожность ФИО1 отсутствие доказательств несения физических страданий истцами в результате смерти мамы и бабушки. Кроме того, излишними являются расходы истца ФИО3 на поминальный обед, тем более, в таком размере и количестве персон, принимавших участие в поминальном обеде. Расходы на поминальный обед не связаны непосредственно с погребением усопшей, поэтому в части возмещения расходов на поминальный обед следует отказать. Кроме того, значительно, многократно должна быть уменьшена компенсация морального вреда по нравственным страданиям, с учетом того, что доказательств физических страданий не представлено, а также с учетом практики рассмотрения судами дел о компенсации морального вреда. По указаниям Верховного суда РФ по делам о компенсации морального вреда с лица, которое застраховало свою гражданскую ответственность, взыскание с владельца источника повышенной опасности производится, только если компенсация превышает сумму страхового возмещения. Поскольку СПАО «Ингосстрах» является соответчиком, в пределах страховой суммы компенсация морального вреда должна быть взыскана с «Ингосстрах», а, если суд придет к выводу о сумме большей, чем страховая сумма, то с «РЖД» подлежат взысканию денежные средства только в той части, которая превышает страховую сумму.

Представитель ответчика – ОАО «Российские железные дороги» ФИО9, действующая на основании нотариально удостоверенной доверенности от 28.07.2025 года №ЮВОСТ-196/Д, зарегистрированной в реестре за №36/395-н/36-2025-2-1286, в судебном заседании с исковыми требованиями истцов не согласилась, суду пояснила, что причиной травмирования ФИО1 является грубая неосторожность самой потерпевшей, вина работников ОАО «РЖД» в произошедшем отсутствует, что установлено как актом служебного расследования, так и постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела. Иск заявлен в связи с наличием родственных отношений истцов с ФИО1 при этом каких-либо доказательств, подтверждающих нравственные страдания, истцами не представлено. Размер заявленных истцами требований о компенсации морального вреда завышен, не обоснован, не соответствует судебной практике по данной категории дел. Кроме того, надлежащим ответчиком по делу в пределах страховых сумм является СПАО «Ингосстрах», поскольку ответственность ОАО «РЖД» застрахована. Требования о возмещении расходов на погребение не подтверждены надлежащими доказательствами, завышены, не обоснованы и в указанном размере удовлетворению не подлежат. К представленным документам не приложены ни кассовый чек, ни приходный ордер, ни выписка о движении денежных средств по счету, которые подтверждали бы реальность понесенных истцом расходов. Копия товарного чека от 02.01.2025 года на сумму 114 000 рублей выдана ИП ФИО2., которая прекратила свою деятельность 25.10.2018 года. Кроме того, указанный товарный чек не соответствует закону «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в РФ»: не содержит порядковый номер, время, место и адрес осуществления расчета, ИНН налогоплательщика, систему налогообложения, признак и форму расчета. Из расходов на погребение следует исключить сумму 19 000 рублей, которая включает в себя услуги ритуальной службы: захоронение – 2 500 рублей, транспортные расходы – 2 000 рублей, оформление документов – 3 500 рублей, доставка тела умершего - 9 500 рублей, доставка ритуальных принадлежностей – 500 рублей, подвоз к дому – 1 000 рублей, так как данные услуги должны быть оказаны на безвозмездной основе, а также учесть, что истцом получено социальное пособие на погребение в размере 8 370 рублей 20 копеек. Просит в удовлетворении исковых требований к ОАО «РЖД» в заявленном размере отказать.

Представитель ответчика - СПАО «Ингосстрах» ФИО10, действующая на основании доверенности от 31.01.2025 года №2549619-543\25, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда конкретно с СПАО «Ингосстрах» возражала, пояснив суду, что СПАО «Ингосстрах» не является надлежащим ответчиком по данному делу. Между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «РЖД» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД», в котором оговорены условия (п. 2.4 договора), из которых вытекает обязанность страховщика выплатить страховое возмещение на основании предъявленной страхователю претензии, которая добровольно им признана, на основании решения суда, которое установило обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателю, и на основании документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателю. СПАО «Ингосстрах» должно выплатить страховое возмещение в виде компенсации морального вреда только на основании вступившего в силу решения суда либо в случае, если бы ответчик добровольно признал претензию, только после этого. Также в соответствии с п. 13.7 Правил страхования при наличии спора об обстоятельствах, а также в отношении компенсации морального вреда, страховая выплата осуществляется на основании вступившего в законную силу решения суда либо заключенного с письменного согласия страховщика мирового соглашения, утвержденного определением суда. У нас решение суда, вступившее в законную силу, или мировое соглашение, которое утверждено определением суда, отсутствуют. Только при наличии данных документов страховая компания обязана возместить страховое возмещение страхователю. По данному делу надлежащим ответчиком является ОАО «РЖД». По договору на погребение предусмотрен максимальный размер страхового возмещения - 25 тысяч рублей, на компенсацию морального вреда установлен размер - 100 тысяч рублей на один страховой случай, которые возмещаются в равных долях на каждого из истцов. Размер компенсации морального вреда в 5 миллионов рублей на каждого истца не соразмерен причиненным нравственным и физическим страданиям. В судебной практике фигурируют суммы - 120 тысяч рублей, 90, 80 и даже 30 тысяч рублей. Пострадавшая шла по несанкционированному переходу через железнодорожные пути. Материалами дела установлено, что там имеются таблички, которые запрещают пешеходный переход. Истцы сказали, что там весь поселок ходит, то есть, он активно используется. Но это не освобождает граждан от обязанности соблюдать правила перехода по железнодорожным путям. Считает, что в действиях пострадавшей имеется грубая неосторожность, так как она видела приближающийся поезд, думала, что успеет перейти, и самостоятельно решила идти по несанкционированному пешеходному переходу. Никто из истцов с заявлением о выплате причиненного вреда в СПАО «Ингосстрах» не обращался, документы о фактических обстоятельствах травмирования ФИО1 ни страхователем, ни истцами не представлены. В удовлетворении исковых требований конкретно к СПАО «Ингосстрах» просила отказать.

Прокурор Бондарева Е.В. в судебном заседании полагала необходимым исковые требования истцов удовлетворить частично, с учетом принципов разумности и справедливости, взыскать с ОАО «РЖД» в возмещение морального вреда ФИО3 и ФИО4 не более 150 000 рублей каждой, ФИО6, ФИО5, ФИО7 – не более 80 000 рублей каждому, а также в пользу ФИО3 в возмещение понесенных затрат на погребение сумму 237 000 рублей, подтвержденную документально.

Суд, выслушав участников судебного разбирательства, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела и подлинные материалы проверки № по факту травмирования ФИО1., оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ все доказательства в совокупности, приходит к следующему.

Статьей 12 ГПК РФ установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе, использование транспортных средств, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Приведенная норма права в толковании постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определяет, что в силу статьи 1079 ГК РФ, вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 10 минут <данные изъяты> железнодорожным транспортом - автомотрисой АДМ № травмирована ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, которая с места происшествия на автомобиле «Скорой помощи» была доставлена в отделение травматологии ГБУЗ «Клиническая больница №6 им. Г.А. Захарьина г. Пензы, где от полученных травм впоследствии скончалась.

В соответствии с актом судебно-медицинского исследования трупа от 10.01.2025 года № на теле трупа ФИО1 обнаружены <данные изъяты> Все эти телесные повреждения прижизненны, образовались незадолго до поступления в больницу от одного травматического воздействия массивного тупого твердого предмета с выступающими частями (поезда). Все эти телесные повреждения в комплексе имеют признаки причинения тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения и находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти пострадавшей. Смерть ФИО1 наступила <данные изъяты> (т. 1, л.д. 210-229).

Согласно свидетельству о смерти №, выданному 06.01.2025 года территориальным отделом ЗАГС <данные изъяты> Управления ЗАГС Министерства труда, социальной защиты и демографии Пензенской области, ФИО1 умерла 30.12.2024 года (т. 1, л.д. 30).

Исходя из акта служебного расследования транспортного происшествия, повлекшего причинение вреда жизни или здоровью граждан, не связанных с производством на железнодорожном транспорте, от 13.01.2025 года №, причиной транспортного происшествия, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на <данные изъяты>, явилась грубая неосторожность пострадавшей, нарушение ФИО1 подпунктов 7, 14, 15 раздела II Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России от 27.01.2022 года №20, в части запрета гражданам переходить пути в пределах видимости приближающегося железнодорожного подвижного состава, запрета находиться на железнодорожных путях и ходить вдоль железнодорожных путей, также проезжать и переходить через железнодорожные пути вне санкционированных мест перехода. ФИО1 переходила железную дорогу по настилу служебного прохода, который не является санкционированным пешеходным переходом и предназначен для прохода сотрудников ОАО «РЖД» при обеспечении перевозочного процесса. По маршруту служебного прохода установлены знаки «Ходить по путям запрещено!» и «Берегись поезда!». Вина работников ОАО «РЖД» в происшествии отсутствует, поскольку пострадавшая при переходе железнодорожной дороги в непосредственной близости перед поездом, попала в «слепую» зону видимости, у локомотивной бригады отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд (т.1, л.д. 167).

По факту травмирования ФИО1 железнодорожным транспортом – автомотрисой АДМ № Воронежским следственным отделом на транспорте Западного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации проводилась проверка №

В ходе проведенной проверки установлено, что причиной травмирования ФИО1 явилось нарушение ею подпунктов 7, 14, 15 раздела II Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России от 27.01.2022 года №20, в части запрета гражданам переходить пути в пределах видимости приближающегося железнодорожного подвижного состава, находиться на железнодорожных путях и ходить вдоль железнодорожных путей, а также проезжать и переходить через железнодорожные пути вне санкционированных мест перехода.

Из материалов проверки (протокола осмотра места происшествия от 27.12.2024 года) следует, что на участке местности, где была травмирована ФИО1 имеются входные и выходные железнодорожные пути, на которых имеется настил для осуществления технического перехода через железнодорожные пути. Перед переходом имеется вывеска, согласно которой ходить по железнодорожным путям запрещено. На осматриваемом участке на железобетонном столбе, расположенном в 8 м от железнодорожного пути, имеется информационный стенд, запрещающий переход железнодорожных путей в неустановленном месте (т. 1, л.д. 107-113).

Постановлением старшего следователя Воронежского следственного отдела на транспорте Западного межрегионального следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации от 01.10.2025 года в возбуждении уголовного дела по факту смертельного железнодорожного травмирования ФИО1 отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ (т. 2, л.д. 127-130).

Таким образом, материалами проверки № установлено причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровью, повлекшего её смерть, в результате травматического воздействия железнодорожным транспортом – автомотрисой АДМ №.

При разрешении заявленных исковых требований суд исходит из того, что ОАО «Российские железные дороги» является владельцем инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчиком.

Принадлежность автомотрисы АДМ № ответчиком – ОАО «РЖД» не оспаривалась.

При таких обстоятельствах, учитывая, что смерть ФИО1 наступила вследствие воздействия железнодорожного транспорта - автомотрисы АДМ №, принадлежащего и эксплуатируемого ОАО «Российские железные дороги», на него, как на владельца источника повышенной опасности, возлагается обязанность по возмещению вреда.

Согласно пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26 января 2010 года №1 владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 ст. 1079 ГК РФ). Под непреодолимой силой понимаются чрезвычайные и непредотвратимые при данных условиях обстоятельства (пункт 1 ст. 202, пункт 3 ст. 401 ГК РФ); под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

При этом каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих о том, что травмирование ФИО1 произошло в результате её умышленных действий либо вследствие непреодолимой силы представителем ответчика суду не представлено и в ходе рассмотрения дела не установлено.

В силу ст. 12 ГК РФ, одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие материальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В статье 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из п. 14 вышеназванного постановления Пленума, под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушение душевного спокойствия) человека, в том числе, переживания в связи с утратой родственников. Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, устранения этих страданий либо сглаживания их остроты.

При определении круга лиц, относящихся к близким, суд руководствуется положениями абзаца 3 ст. 14 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которым близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и не полнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.

Истцы ФИО3 и ФИО4 являются дочерями, а ФИО5, ФИО6 и ФИО7 - внуками погибшей ФИО1 что подтверждается соответствующими документами, исследованными в судебном заседании (т. 1, л.д. 21-29).

При этом, учитывая написание в различных документах фамилии умершей ФИО1 с буквами «е» и «ё», суд исходит из того, что ФИО1 и ФИО1 - это одно и то же лицо.

Принимая во внимание, что внезапная гибель близкого человека – матери (бабушки) сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, в данном случае – истцов, которые лишились матери и бабушки, являвшейся для них, исходя из содержания искового заявления и пояснений в судебном заседании, близким и дорогим человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания ввиду невосполнимой утраты близкого человека.

При этом доводы представителей ответчика – ОАО «РЖД» об отсутствии доказательств обращения истцов за медицинской и психологической помощью суд считает необоснованными, поскольку сам факт гибели близкого родственника свидетельствует о претерпевании истцами нравственных страданий.

При таких обстоятельствах истцы ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 имеют право на компенсацию морального вреда в связи с потерей матери и бабушки.

Из положений ч.ч. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ следует, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно разъяснению, данному в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

В силу ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 года №17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации», железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути не общего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности.

Учитывая обстоятельства травмирования ФИО1 нарушившей требования подпунктов 7, 14, 15 раздела II Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных приказом Минтранса России от 27.01.2022 года №20, предусматривающих, что при нахождении в зонах повышенной опасности гражданам запрещается: переходить по железнодорожному переезду и пешеходному переходу при запрещающем сигнале светофора переездной сигнализации независимо от положения и наличия шлагбаума, а при отсутствии светофора на железнодорожном переезде - в пределах видимости приближающегося к переезду железнодорожного подвижного состава; проезжать и переходить через железнодорожные пути в местах, не предусмотренных пунктом 11 настоящих Правил (при переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, предусмотренными для перехода); находиться на железнодорожных путях, ходить вдоль железнодорожных путей, которая, находясь в зоне повышенной опасности – на железнодорожных путях, подвергаясь опасности причинения вреда, не соблюдала необходимую осмотрительность и внимание, переходила через железнодорожные пути в непосредственной близости перед железнодорожным транспортом - автомотрисой АДМ № в неустановленном и необорудованном для этого месте вне санкционированных мест перехода, суд приходит к выводу о том, что в её действиях имелась грубая неосторожность, содействовавшая возникновению и причинению вреда, и между данными действиями ФИО1 и её смертью имеется причинная связь.

При этом каких-либо виновных противоправных действий ответчика, находящихся в причинно-следственной связи с данным событием, в результате которого причинен вред жизни матери и бабушке истцов, в материалах дела не имеется и судом не установлено.

Довод истцов о том, что указанный служебный проход никакими знаками, запрещающими переход, не оборудован, суд признает несостоятельным, поскольку данный довод опровергается материалами проверки, в том числе, актом служебного расследования от 13.01.2025 года, актом осмотра места транспортного происшествия, а также протоколом осмотра места происшествия от 27.12.2024 года, из которых следует, что на участке железнодорожного пути <данные изъяты> имеются запрещающие и предупреждающие знаки (т. 1, л.д. 107-113, 167, 174).

Довод истца ФИО3 о том, что в действиях ФИО1 отсутствовала грубая неосторожность, суд во внимание не принимает, поскольку, переходя через железнодорожные пути в непосредственной близости перед автомотрисой АДМ № в неустановленном для этого месте, потерпевшая должна была осознавать опасность своих действий, предвидеть их последствия и соблюдать правила нахождения граждан в зоне железнодорожных путей. Материалы дела не содержат доказательств, что, в силу своего здоровья, ФИО1 не могла в полной мере отдавать отчет своим действиям, что не отрицалось и истцами в судебном заседании.

Исходя из обстоятельств дела, суд пришел к выводу, что ФИО1 были нарушены обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, находящемуся на объекте транспортной инфраструктуры, что является грубой неосторожностью и стало следствием травмирования потерпевшей, приведшим к её смерти.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, грубую неосторожность потерпевшей ФИО1 отсутствие вины причинителя вреда, степень нравственных страданий истцов, связанную с индивидуальными особенностями каждого, характер и объем причиненных нравственных и душевных страданий, конкретные обстоятельства дела, в частности: степень родства истцов с погибшей, её возраст, близкие, теплые отношения погибшей с истцами, духовное и эмоциональное родство между членами семьи, оказание поддержки и внимания друг другу, постоянное общение, возраст дочерей и внуков на момент смерти ФИО1 а также требования разумности и справедливости, и считает необходимым взыскать с ответчика - ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в пользу ФИО3 и ФИО4 в размере по 130 000 рублей каждой, в пользу ФИО5, ФИО6, ФИО7 - в размере 50 000 рублей каждому.

Согласно ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Статья 3 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться, в числе прочего, путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп).

С учетом изложенного, в состав расходов на достойные похороны (погребение) включаются расходы по подготовке тела к захоронению, выносу тела, оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других ритуальных предметов, необходимых для погребения; перевозка тела умершего на кладбище, организация подготовки места захоронения, непосредственное погребение, установка креста на могилу, фотографии, обустройство ограды, организация поминального обеда в день захоронения, предусмотренного сложившимися обычаями и традициями, за исключением расходов на спиртные напитки.

Согласно Рекомендациям о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, церемония похорон включает в себя совокупность обрядов омовения и подготовки к похоронам, траурного кортежа, прощания и панихиды, переноса останков к месту погребения, захоронения останков (или праха после кремации), поминовения.

В силу ст. 5 Закона «О погребении и похоронном деле», вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Как следует из материалов дела, ФИО3 в связи с погребением матери понесла расходы на общую сумму 237 000 рублей, а именно: 11 500 рублей – услуги по подготовке тела умершего к захоронению, 42 000 рублей – услуги по захоронению, 59 500 – ритуальные принадлежности, 114 000 рублей – поминальный обед в день похорон, 10 000 рублей - транспортные расходы в день похорон (автобус).

Данные расходы подтверждаются договором возмездного оказания услуг (оказание услуг ритуального назначения) № от 31.12.2024 года, квитанцией № от 02.01.2025 года, товарным чеком от 02.01.2025 года с калькуляцией, квитанцией № от 02.01.2025 года (т. 1, л.д. 32-39).

Расходы, которые просит взыскать истец ФИО3, в том числе, на поминальный обед в день похорон, являлись необходимыми, не выходящими за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, объем понесенных ФИО3 затрат на погребение не противоречит Федеральному закону «О погребении и похоронном деле».

Достоверных доказательств завышенности или неразумности понесенных ФИО3 расходов либо доказательств чрезмерности этих расходов, представителями ответчика – ОАО «РЖД» в обоснование своих возражений в суд не представлено.

На основании вышеизложенного довод представителя ОАО «РЖД» ФИО8 о том, что расходы истца ФИО3 на поминальный обед являются излишними и не связаны непосредственно с погребением усопшей, суд признает необоснованным.

Согласно калькуляции к товарному чеку ИП ФИО2. от 02.01.2025 года стоимость одного поминального обеда составляет 750 рублей, в него входят блюда, которыми в соответствии с традициями и обычаями обычно поминают усопших: щи, лапша, каши, салаты, рыба, компот, булочка (т. 1, л.д. 38), в связи с чем доводы представителя ответчика - ОАО «РЖД» ФИО9 о том, что размер расходов истца на поминки сопоставим с размером расходов на праздничный банкет, не соответствуют действительности.

Ссылки представителя ответчика - ОАО «РЖД» ФИО9 о том, что понесенные истцом ФИО3 расходы не подтверждены документально, поскольку отсутствуют кассовые чеки, приходные ордера и выписки о движении средств по счету, суд признает надуманными и несостоятельными, поскольку в представленных документах имеются отметки о получении денежных средств, заверенные подписями индивидуальных предпринимателей, оказавших соответствующие услуги, указано, какие конкретно услуги и на какую сумму предоставлены, в связи с чем оснований сомневаться в достоверности указанных документов, подтверждающих понесенные расходы на погребение, у суда не имеется.

Довод представителя ответчика о том, что ИП ФИО2 (товарный чек на поминальный обед от 02.01.2025 года) прекратила свою деятельность 25.10.2018 года, не соответствует действительности, поскольку согласно выписке из ЕГРИП от 14.11.2025 года ФИО2 с 11.09.2020 года зарегистрирована индивидуальным предпринимателем с основным видом деятельности – деятельность ресторанов и услуги по доставке продуктов питания. Сведения о прекращении её деятельности отсутствуют (т. 2, л.д. 144-145).

Суд не принимает во внимание ссылку представителя ответчика ФИО9 на то, что при оформлении товарного чека за оказанные услуги от 02.01.2025 года ИП ФИО2 были нарушены положения Федерального закона от 22.05.2003 года №54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении расчетов в Российской Федерации», поскольку ответственность за соблюдение исполнителем услуг финансово-кассовой дисциплины находится вне зоны контроля заказчика таких услуг, и ФИО3 не должна нести негативные последствия за те или иные нарушения, если таковые имели место, со стороны лица, оказавшего ей соответствующие услуги, т.к. она добросовестно исполнила обязанность по оплате указанных услуг.

Довод представителя ответчика ФИО9 о том, что из расходов на погребение следует исключить услуги ритуальной службы: захоронение – 2 500 рублей, транспортные расходы – 2 000 рублей, оформление документов – 3 500 рублей, доставка тела умершего - 9 500 рублей, доставка ритуальных принадлежностей – 500 рублей, подвоз к дому – 1 000 рублей, всего на общую сумму 19 000 рублей, так как данные услуги должны предоставляться на безвозмездной основе, суд во внимание не принимает, так как в судебном заседании бесспорно установлено, что названные услуги были оказаны истцу ФИО3 возмездно и оплачены ею за счет личных денежных средств. При этом доказательств безвозмездного оказания указанных услуг представителем ответчика ФИО9 суду не представлено.

Довод ответчика о том, что необходимо учесть, что истец получила социальное пособие на погребение в сумме 8 370 рублей 20 копеек, является несостоятельным, поскольку ст. 1094 ГК РФ прямо предусмотрено, что пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым взыскать с ответчика ОАО «РЖД» в пользу истца ФИО3 в возмещение понесенных ею расходов на погребение сумму 237 000 рублей.

Рассматривая довод представителей ответчика - ОАО «РЖД» о том, что возмещение материального ущерба и компенсация морального вреда истцам подлежат взысканию с СПАО «Ингосстрах», поскольку ОАО «РЖД» застраховало риск своей гражданской ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что 15.07.2024 года между СПАО «Ингосстрах» и ОАО «Российские железные дороги» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» №. Срок действия договора с 08.12.2024 года по 07.12.2025 года (т. 2, л.д. 2-18).

Согласно пункту 2.4. договора страхования обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателям; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного настоящим договором.

В соответствии с Правилами страхования гражданской ответственности при эксплуатации средств железнодорожного транспорта, утвержденными приказом СПАО «Ингосстрах» от 06.05.2019 года №185 (Приложение №1 к договору от 15.07.2024 года №), в случае если по соглашению сторон в страховое покрытие по договору включено возмещение морального вреда, размер компенсации морального вреда определяется только на основании вступившего в законную силу решения суда, устанавливающего обязанность страхователя/застрахованного лица возместить такой моральный вред, причиненный выгодоприобретателю, и (или) мирового соглашения, утвержденного судом в установленном порядке, заключенным с письменного согласия страховщика (пункт 12.10) (т. 2, л.д. 64-71).

В случае вынесения судом решения, устанавливающего обязанность страхователя/застрахованного лица возместить выгодоприобретателю причиненный вред и вступления его в законную силу, страховщику должны быть представлены документы (судебный акт, разрешающий дело по существу, вступивший в законную силу, и исполнительный лист), подтверждающие факт и размер причинения вреда, которые в таком случае будут являться основанием для составления решения о страховой выплате (пункт 12.20).

При наличии спора об обстоятельствах, перечисленных в п. 13.5 настоящих Правил (имел ли место страховой случай, наличие у потерпевшего права на страховое возмещение и обязанности страхователя его возместить, причинная связь между страховым случаем и возникшими убытками (ущербом) и размером причиненных убытков (ущерба)), а также в отношении компенсации морального вреда страховая выплата осуществляется на основании вступившего в законную силу решения (приговора) суда или арбитражного суда, либо заключенного с письменного согласия страховщика мирового соглашения, утвержденного определением суда (пункт 13.7).

Пунктом 12.4 Правил страхования гражданской ответственности владельцев инфраструктуры железнодорожного транспорта, утвержденных приказом СПАО «Ингосстрах» от 06.05.2019 года №185, предусмотрено, что в случае если по взаимному соглашению сторон в страховое покрытие по договору включено возмещение морального вреда на основании положений п. 4.4 и п. 4.8.1 настоящих Правил, то такой моральный вред подлежит возмещению, только если он был причинен в результате соответствующего страхового случая по настоящим Правилам. При этом размер компенсации морального вреда определяется только на основании представленного страховщику вступившего в законную силу решения суда, устанавливающего обязанность страхователя/застрахованного лица возместить такой моральный вред, причиненный выгодоприобретателю (т. 2, л.д. 56-63).

Проанализировав вышеприведенные условия договора страхования, суд пришел к выводу о том, что возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по возмещению вреда в результате причинения вреда жизни потерпевшего источником повышенной опасности, принадлежащим ОАО «РЖД», наступает не в результате как такового события причинения вреда жизни, а в связи с наступлением гражданской ответственности страхователя на основании решения суда, устанавливающего обязанность страхователя - ОАО «РЖД» возместить ущерб, причиненный выгодоприобретателям и определяющего размер такой компенсации.

Кроме того, согласно пункту 7.1 договора страхования страхователь при наступлении страхового случая обязан, в том числе, незамедлительно, но в любом случае не позднее трех рабочих дней с момента, как ему стало известно, письменно известить страховщика о причинении вреда; представить страховщику все претензии о возмещении убытков, причиненных выгодоприобретателю, информировать выгодоприобретателей о предоставлении страховщику документов, необходимых для признания заявленного события страховым случаем и определения размера понесенных убытков, о возбуждении судебного дела, о предъявлении выгодоприобретателем искового заявления в суд (т. 2, л.д. 2-18).

Частью 1 ст. 961 ГК РФ также предусмотрена обязанность страхователя (выгодоприобретателя) уведомить страховщика о наступлении страхового случая в порядке и сроки, которые установлены договором.

Однако, как установлено в судебном заседании, ни истцы, ни ОАО «РЖД» с заявлением о наступлении страхового случая по факту смертельного травмирования ФИО1 в страховую компанию не обращались, предусмотренные условиями страхования документы не предоставляли, доказательств обратного в суд не представлено.

В соответствии со ст. 1064 и п. 4 ст. 931 ГК РФ гражданское законодательство предоставляет истцам право предъявить в подобных случаях иск или к причинителю вреда, или к страховой компании. Истцы, воспользовавшись своим правом, предъявили иск к непосредственному причинителю вреда - ОАО «РЖД». В судебном заседании истцы пояснили, что требований к СПАО «Ингосстрах» они не предъявляли, СПАО «Ингосстрах» было привлечено к участию в деле по ходатайству ответчика – ОАО «РЖД».

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу о том, что ответчик - ОАО «РЖД», как владелец источника повышенной опасности, независимо от вины, должен нести ответственность за смерть потерпевшей и вред, причиненный её близким родственникам, в данном случае истцам – детям и внукам потерпевшей.

Вместе с тем, поскольку обязанность по выплате страхового возмещения возникает у СПАО «Ингосстрах» на основании решения суда, которым с ОАО «Российские железные дороги» взыскана компенсация морального вреда и иные расходы в пользу потерпевших лиц, имеющих право на получение возмещения, решение суда, в силу пункта 2.4 договора страхования, является основанием для страховщика возместить причиненный вред в пределах страховой суммы, предусмотренной договором страхования.

Таким образом, ответчик – ОАО «РЖД» не лишено возможности обратиться в СПАО «Ингосстрах» с требованием о возмещении выплаченного истцам ущерба в пределах сумм страхового лимита в соответствии с договором от 15.07.2024 года.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Поскольку исковые требования удовлетворены, с ответчика - ОАО «Российские железные дороги» в пользу истца ФИО3 подлежит взысканию уплаченная госпошлина по делу в сумме 11 110 рублей (за требование неимущественного характера о возмещении морального вреда – 3 000 рублей, за требование имущественного характера о взыскании расходов на погребение – 8 110 рублей), в пользу каждого из истцов - ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 подлежит взысканию уплаченная госпошлина по делу в сумме 3 000 рублей (за требование неимущественного характера о возмещении морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198, 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, – удовлетворить частично.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ОГРН №, дата регистрации – 23.09.2003 года, ИНН №, адрес юридического лица – <адрес>, в пользу ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес> в счет возмещения материального ущерба, причиненного расходами на погребение, сумму 237 000 (двести тридцать семь тысяч) рублей, а также компенсацию морального вреда в сумме 130 000 (сто тридцать тысяч) рублей, всего – 367 000 (триста шестьдесят семь тысяч) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ОГРН №, дата регистрации – 23.09.2003 года, ИНН №, место нахождения – <адрес>, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, компенсацию морального вреда в сумме 130 000 (сто тридцать тысяч) рублей.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ОГРН №, дата регистрации – 23.09.2003 года, ИНН №, место нахождения – <адрес> в пользу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, ФИО11 А,Д., <данные изъяты>, уроженца <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес> ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, компенсацию морального вреда в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей каждому.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги», ОГРН №, дата регистрации – 23.09.2003 года, ИНН №, адрес юридического лица – <адрес> в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты> зарегистрированной по адресу: <адрес>, в возмещение уплаченной государственной пошлины по делу сумму 11 110 (одиннадцать тысяч сто десять) рублей; в пользу ФИО4,, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ, уроженца <данные изъяты>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ, уроженки <адрес>, зарегистрированной по адресу: <адрес>, в возмещение уплаченной государственной пошлины по делу по 3 000 (три тысячи) рублей каждому.

В удовлетворении требований к Страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Пензенский областной суд через Колышлейский районный суд Пензенской области.

Судья С.Н. Елизарова

Решение в окончательной форме принято 21 ноября 2025 года.

Судья С.Н. Елизарова