УИД № 57RS0022-01-2022-004692-18 Производство № 2-532/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 марта 2023 г. г. Орёл

Заводской районный суд г. Орла в составе

председательствующего судьи Агибалова В.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Пунько Н.А. и помощником судьи Фроловой Л.Ю.,

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4, Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, по встречному иску ФИО4 к ФИО3, Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования,

установил:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования.

В обоснование заявленных требований указано, что (дата обезличена) умер брат истца и ответчика по линии матери – ФИО1, находившийся на стационарном социальном обслуживании и проживавший в бюджетном стационарном учреждении социального обслуживания Орловской области (далее - БСУ СО ОО) «Добринский психоневрологический интернат» по адресу: (адрес обезличен)

По состоянию на (дата обезличена) остаток денежных средств ФИО1, хранящихся на счете в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат», составляет 499 209,42 руб.

Истец ссылался, что обратился за оформление наследства после смерти брата к нотариусу, однако при проверке документов выяснилось, что установленный законом шестимесячный срок для принятия наследства пропущен.

Вместе с тем, в установленный срок истец не обратился за принятием наследства, поскольку считал, что наследство подлежит оформлению только после истечения шестимесячного срока со дня смерти наследодателя. Утверждал, что о наличии денежных средств, оставшихся после смерти брата, то есть о наследственном имуществе, ему стало известно только в декабре 2022 г. после сообщения сотрудника интерната об этом.

По утверждению истца, он совершил действия по фактическому принятию наследства, поскольку оставил себе кольцо (перстень), которое когда-то подарил брату.

По указанным основаниям, с учетом уточнения требований, ФИО3 просил суд установить факт принятия им наследства, открывшегося после смерти ФИО1, (дата обезличена) года рождения, умершего (дата обезличена), восстановив ему срок для принятия наследства; признать за ним право собственности на денежные средства в размере 499 209 руб. в порядке наследования после смерти ФИО1, хранящиеся на счете в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат».

В свою очередь, ФИО4 обратился со встречным иском к ФИО3 о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, указав в его обоснование, что наследниками первой очереди по закону после смерти ФИО1 являются его братья – ФИО4 и ФИО3 В течение установленного законом шестимесячного срока истец и ответчик за принятием наследства к нотариусу не обращались.

Ссылался, что своими действиями фактически принял наследство, поскольку сохранил личные вещи наследодателя, а именно принадлежащие ФИО1 фотографии.

В связи с этим ФИО4 просил суд установить факт принятия им наследства после смерти ФИО1, умершего (дата обезличена); признать за ним право собственности в порядке наследования на 1/2 долю денежных средств ФИО1, в размере 249 604,05 руб., хранящихся на счете в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат».

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве соответчика привлечено Межрегиональное территориальное управление Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях.

В судебном заседании ФИО3 заявленные требования поддержал и просил их удовлетворить. В дополнение пояснил, что о смерти брата ему незамедлительно стало известно из телеграммы, направленной психоневрологическим интернатом в его адрес. После этого, он совместно с братом ФИО4 прибыл в интернат и подписал документы о том, что организацией похорон будет заниматься интернат ввиду отсутствия у них материальной возможности произвести захоронение за свой счет. На похоронах ФИО1 он с братом не присутствовал. При этом каких-либо вещей, принадлежащих ФИО1, в интернате им не передавалось ввиду их отсутствия. Ссылался, что о наличии денежных средств ФИО1, оставшихся на расчётном счете, ему стало известно только в декабре 2022 г., когда срок для обращения к нотариусу за принятием наследства был пропущен. Утверждал, что фактически принял наследство после смерти ФИО1, поскольку оставил себе кольцо, которое дарил брату приблизительно в 1997 г. Истец ссылался, что данное кольцо хранилось у него с начала 2000-х гг., так как ФИО1 оставил его на хранение. Относительно удовлетворения встречных исковых требований ФИО4 не возражал, пояснив, что возможно ФИО4 забирал фотографию ФИО1 в интернате, однако это было не ранее декабря 2022 г., при этом иные фотографии в распоряжении ФИО1 не находились.

Представитель ФИО4 – ФИО5 в судебном заседании встречные требования поддержал по основаниям, приведенным в исковом заявлении, просил их удовлетворить. Относительно требований ФИО3 не возражал против их удовлетворения. Однако в дополнение указал, что представленное ФИО3 кольцо не может подтверждать факт принятия им наследства после смерти брата ФИО1, поскольку доказательств принадлежности данности кольца наследодателю не представлено и сотрудники интерната указывают, что это имущество у умершего отсутствовало.

ФИО4 в судебное заседание не явился, реализовав право на участие в судебном разбирательстве через представителя. В предварительном судебном заседании пояснил, что о принадлежности наследодателю кольца, представленного ФИО4, ему ничего не известно.

Ответчик Межрегиональное территориальное управление Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях своего представителя в судебное заседание не направило, о рассмотрении дела со своим участием не настаивало.

Представитель третьего лица БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» - ФИО8 в судебном заседании при разрешении заявленных требований полагалась на усмотрение суда, пояснив, что после смерти ФИО1 его родственникам незамедлительно было сообщено о случившемся. После этого приехали ФИО3, ФИО4 и ими было написано заявление о невозможности осуществления похорон за собственный счет. При этом родственники ФИО1 сразу были поставлены в известность о наличии у умершего денежных средств на счету в учреждении, а в декабре 2022 г. уточнялись сведения относительно оформления наследственных прав. Какие-либо личные вещи у ФИО1 отсутствовали и его родственникам не передавались, в личном деле могла находиться только фотография самого ФИО1 в целях подтверждения его личности, иных фотографий там не имелось. Данное фото возможно возвращалось родственникам умершего уже после начала рассмотрения настоящего дела в суде, когда они целенаправленно приехали знакомиться с документами.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Исходя из п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина.

Наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом (ст. 1111 ГК РФ).

В силу ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Внуки наследодателя и их потомки наследуют по праву представления.

В соответствии со ст. 1143 ГК РФ, если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери.

Исходя из ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В силу ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности, если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.

В соответствии с п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, (дата обезличена) умер ФИО1, (дата обезличена) года рождения. После его смерти открылось наследство, состоящее из денежных средств умершего, находящихся на счете БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат».

Наследственное дело к имуществу умершего (дата обезличена) ФИО1 не заводилось, что следует из общедоступных сведений Федеральной нотариальной палаты.

Наследниками ФИО1 второй очереди по закону являются ФИО3 и ФИО4, неполнородные братья наследодателя по линии матери.

Иные наследники после смерти ФИО1 отсутствуют.

Согласно справке БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» ФИО1 находился на стационарном социальном обслуживании, был зарегистрирован и постоянно по день смерти проживал в данном учреждении с (дата обезличена) по (дата обезличена).

Из записи акта о смерти ФИО1 также следует, что последним местом жительства умершего являлось: (адрес обезличен). Лицом, заявившим о смерти, указана ФИО2.

Согласно справке директора БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» от (дата обезличена), ФИО2 работает в данном учреждении со (дата обезличена), занимает должность специалиста по социальной работе с (дата обезличена) по настоящее время.

(дата обезличена), незамедлительно после смерти ФИО1, сотрудники БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат», направили по адресу: (адрес обезличен), заказную телеграмму с уведомлением с изложением информации о случившемся событии и необходимостью связаться с администрацией интерната.

По информации Почты России указанную телеграмму получил (дата обезличена) ФИО3

После получения телеграммы ФИО3 и ФИО4 прибыли в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат», где ФИО3 собственноручно (дата обезличена) написал заявление об отказе от мероприятий по погребению брата ФИО1 за собственные денежные средства в связи со сложным материальным положением, также отметил, что претензий к БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» не имеет.

ФИО4 также отказался от погребения брата за собственные денежные средства, что в судебном заседании не оспаривалось.

ФИО3 и ФИО4 на похоронах брата ФИО1 не присутствовали.

Указанные обстоятельства в ходе рассмотрения спора ФИО3 и ФИО4 не оспаривали.

(дата обезличена) директор БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» направил в адрес МУП «Ритуально-обрядовые услуги» информацию о необходимости осуществления погребения умершего (дата обезличена) ФИО1 согласно перечню государственных услуг Федерального закона «О погребении и похоронном деле» от 12.01.1996 № 8-ФЗ.

Актом о погребении невостребованного трупа от (дата обезличена) подтверждается, что МУП «Ритуально-обрядовые услуги» согласно перечню государственных услуг произведено захоронение умершего ФИО1

По состоянию на (дата обезличена) на счете в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» хранятся денежные средства ФИО1 в размере 499 209,42 руб., что подтверждается справкой от (дата обезличена).

Как пояснил представитель БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» в суде, (дата обезличена), в день прибытия в учреждение, ФИО3 и ФИО4 было сообщено о наличии на счете умершего ФИО1 денежных средств, а в декабре 2022 г. у родственников уточнялось, не оформили ли они наследственные права.

Обращаясь в суд с настоящими требованиями, ФИО3 в обоснование требования о восстановлении срока для принятия наследства указал, что в установленный срок не обратился за принятием наследства, поскольку считал, что наследство подлежит оформлению только после истечения шестимесячного срока со дня смерти наследодателя, а также ему не было известно до декабря 2022 г. о наличии наследственного имущества.

Между тем, в силу положений пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:

а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;

б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

Таким образом, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества не может являться основанием для восстановления ФИО3 срока для принятия наследства.

Обстоятельств, связанных с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), ФИО3 приведено не было и судом не установлено, в материалах дела такие сведения также отсутствуют.

Поскольку каких-либо уважительных причин для восстановления пропущенного срока для принятия наследства ФИО3 не указано и доказательств тому не приведено, у суда отсутствуют правовые основания для его восстановления.

В обоснование доводов о фактическом принятии в установленный законом срок наследства после смерти брата ФИО3 указал, что в его распоряжении с 2000-х гг. находится кольцо ФИО1, которое он подарил брату в 1997 г.

Из показаний допрошенного в качестве свидетеля ФИО9, приходящегося сыном ФИО3, следует, что после смерти ФИО1 осталось кольцо-перстень, которое его отец приобрел для наследодателя на тридцатилетие.

Вместе с тем, истец по встречному иску ФИО4 и его представитель ФИО5 в ходе рассмотрения дела оспаривали факт принадлежности указанного кольца наследодателю.

Представитель третьего лица БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» в судебном заседании также указал, что никаких колец у ФИО1 во время длительного проживания в учреждении не имелось и его родственникам после его смерти не возвращалось.

Каких-либо иных доказательств, подтверждающих принадлежность кольца наследодателю, ФИО3 суду представлено не было.

При таких обстоятельствах к показаниям свидетеля ФИО9 суд относится критически, поскольку он приходится сыном ФИО3, то есть фактически лицом, заинтересованным в исходе дела.

Более того, исходя из пояснений ФИО3 следует, что указанное кольцо находилось в его распоряжении приблизительно с начала 2000-х гг. по просьбе наследодателя, то есть данный предмет из владения ФИО3 фактически не выбывал и ФИО1 данным имуществом не пользовался на протяжении более 20 лет, ввиду чего данные действия не могут свидетельствовать о фактическом принятии наследства после смерти ФИО1

Обращаясь со встречными требованиями об установлении факта принятия наследства, ФИО4 ссылался на то обстоятельство, что он забрал в БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» фотографию ФИО1 на память о нем, а также принадлежащие наследодателю фотографии матери и членов семьи, следовательно, совершил действия по фактическому принятию наследства.

Вместе с тем, истец по первоначальному иску ФИО3 в судебном заседании указал, что в течение шестимесячного срока для принятия наследства истец по встречному иску ФИО4 никакие фотографии из БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» не забирал, возможно ФИО4 забирал фотографию самого ФИО1 в интернате, однако это было не ранее декабря 2022 г., при этом иные фотографии в распоряжении ФИО1 не находились.

Также представитель третьего лица БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат» в судебном заседании пояснила, что какие-либо личные вещи, в том числе фотографии у ФИО1 отсутствовали и его родственникам не передавались, в личном деле могла находиться только фотография самого ФИО1 с целью подтверждения его личности. Данное фото возможно возвращалось родственникам умершего уже после начала рассмотрения настоящего дела в суде, когда они целенаправленно приезжали знакомиться с документами.

Из показаний допрошенной в качестве свидетеля ФИО2, специалиста по социальной работе БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат», установлено, что ФИО1 находился на стационарном социальном обслуживании и постоянно проживал в Добринском психоневрологическом интернате. После смерти ФИО1 по месту жительства его родственника, сведения о котором имелись в личном деле пациента, была направлена телеграмма с уведомлением о смерти. Иные адреса в личном деле отсутствовали. В интернат приехали вместе два брата ФИО11, у них выяснялось, каким образом будет осуществляться захоронение тела умершего, за счет родственников или государственный счет, о чем одним из братьев было написано заявление об отказе от осуществления похорон за свой счет. В разговоре с А-выми свидетель говорила им, что после ФИО1 остались денежные средства, при этом точная сумма свидетелю известна не была, и что необходимо в течение полугода с момента смерти они должны оформить наследственные права. В письменной форме родственники не уведомлялись о наследственном имуществе. После истечения срока для принятия наследства свидетелем был осуществлён звонок одному из братьев для того, чтобы выяснить, вступили ли в наследство. Кроме этого, свидетель пояснила, что никакие личные вещи после смерти ФИО1 не оставались и родственникам не передавались. Во время проживания ФИО1 обеспечивался одеждой за счет интерната, после смерти данные вещи уничтожаются.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд находит доводы ФИО11 о фактическом принятии наследства умершего ФИО1 необоснованными. По смыслу п. 2 ст. 1153 ГК РФ о принятии наследником наследства могут свидетельствовать какие-либо действия наследника, направленные на управление, распоряжение, пользование, сохранение наследственного имущества, несение расходов на его содержание.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных пунктом 2 статьи 1153 ГК РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.

В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных статьей 1174 ГК РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного статьей 1154 ГК РФ.

В целях подтверждения фактического принятия наследства (пункт 2 статьи 1153 ГК РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.

Между тем, А-выми не представлены в материалы дела доказательства подтверждающие, что они совершили действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства после смерти ФИО1

Доводы ФИО4 как основания для удовлетворения заявленных требований указанные в иске о том, что он взял фотографии наследодателя, ничем не подтверждены и оспариваются участниками процесса.

Отмечается, что действия по фактическому принятию наследства, на которые ссылаются ФИО3 и ФИО4, не могут рассматриваться по смыслу п. 2 ст. 1153 ГК РФ как принятие наследственного имущества, поскольку вступление в наследство подразумевает действия, сознательно направленные на реализацию своих наследственных прав.

Кроме того, при разрешении спора в суде ФИО3 и ФИО4 оспаривали обстоятельства и доводы, на которые ссылалась каждая сторона спора. Сотрудники БСУ СО ОО «Добринский психоневрологический интернат», в котором длительное время, около 20 лет находился на обслуживании умерший ФИО1, наличие у него личных вещей в виде кольца (перстня) и фотографий отрицали.

Также суд учитывает, что ФИО3 и ФИО4 незамедлительно узнали о смерти своего брата ФИО1, что ими не оспаривалось и подтверждено материалами дела, ввиду чего имели реальную возможность реализовать свои наследственные права в установленный для этого законом шестимесячный срок со дня открытия наследства, однако, не сделали этого по зависящим исключительно от них обстоятельствам, уважительных причин и мотивов своего поведения по неосуществлению намерений принять наследственное имущество при рассмотрении дела не представили.

При этом, как отмечалось выше, исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества не может являться основанием к восстановлению срока для принятия наследства.

Отсутствие намерения у ФИО3 и ФИО4 принять наследственное имущество следует из их поведения после смерти наследодателя ФИО1 – не обращение к нотариусу в установленный срок с заявлением о принятии наследства, фактическое невступление в права наследства.

Также установлено, что ФИО3 и ФИО4 судьбой умершего брата ФИО1 фактически не интересовались, в учреждение социального обслуживания, в котором последний постоянно содержался с июня 2003 г. по день смерти, не приезжали, от погребения и участия в похоронах самоустранились, каких-либо расходов по содержанию наследственного имущества не несли, фактически имуществом наследодателя не пользовались.

Доказательств обратного в нарушение статьей 12 и 56 ГПК РФ суду не представлено.

С учетом изложенного, разрешая заявленные исковые требования и встречные исковые требования, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд исходит из того, что истцом по первоначальному иску ФИО3 и ответчиком по встречному иску ФИО4 не представлено бесспорных и достоверных доказательств, свидетельствующих о фактическом вступлении в наследство после смерти их неполнородного брата ФИО1, в связи с чем приходит к выводу об отказе в полном объеме в удовлетворении как первоначальных, так и встречных исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4, Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования, встречные исковые требования ФИО4 к ФИО3, Межрегиональному территориальному управлению Росимущества в Тульской, Рязанской и Орловской областях о признании права собственности на денежные средства в порядке наследования – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца со дня изготовления судом мотивированного текста решения.

Мотивированный текст решения изготовлен 4 апреля 2023 г.

Судья В.С. Агибалов