Решение по делу № 2-2497/2022 от 22.09.2023 - о признании обязательной доли в наследстве, признании имущества совместной собственностью супругов и признании права собственности на супружескую долю в имуществе.

Дело № 2-55/2023

УИД 23RS0008-01-2022-003255-04

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2023 года Белореченский районный суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Волковой Н.А.

при секретаре Керсановой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании обязательной доли в наследстве, признании имущества совместной собственностью супругов и признании права собственности на супружескую долю в имуществе,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском о признании жилого дома, общей площадью 55,2 кв.м, с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего при жизни ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, совместной собственностью истца ФИО1 и его умершей супруги ФИО3; признании за истцом права собственности на супружескую долю в размере ? доли в совместно нажитом имуществе супругов, входившем в наследственную массу, открытую после умершей супруги ФИО3, а именно признании за истцом права собственности на ? долю жилого дома общей площадью 55,2 кв.м, с кадастровым номером № расположенного по адресу: <адрес>.

В ходе рассмотрения дела по существу истец ФИО1 уточнил исковые требования и просит суд признать за истцом право собственности на обязательную долю в имуществе его умершей супруги ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, а именно признать право собственности истца на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом общей площадью 55,2 кв.м, кадастровый № и на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок площадью 3200 кв.м, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>; признать жилой дом, общей площадью 55,2 кв.м, расположенный по адресу: <адрес>, принадлежащий при жизни ФИО3, совместной собственностью истца и его умершей супруги ФИО3; признать за истцом право собственности на супружескую долю в размере ? доли в совместно нажитом имуществе супругов, входившем в наследственную массу, открытую после умершей супруги ФИО3, а именно признать за истцом право собственности на ? долю жилого дома и на ? долю земельного участка, расположенных по адресу: <адрес> (л.д.228-229).

В судебном заседании представители истца ФИО1 – ФИО4 и ФИО5 на уточненных исковых требованиях настаивали, в обоснование заявленных требований пояснили, что с ДД.ММ.ГГГГ истец состоял в зарегистрированном браке с А.М. ДД.ММ.ГГГГ А.М. умерла. В период брака А.М. ДД.ММ.ГГГГ приобрела в собственность по наследству от своего отца ФИО6 жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. В течение брака за счет общего имущества супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость жилого дома. Была произведена реконструкция и капитальный ремонт жилого дома, а именно по периметру всего жилого дома был залит новый ленточный бетонный фундамент, на котором возведены несущие стены из бетонных блоков, произведена замена деревянных окон на пластиковые. В связи с внезапной кончиной супруги, И.В. при ее жизни не заявлял иск о признании жилого дома общей совместной собственностью супругов. Однако истцу стало известно, что А.М. при жизни составила завещание от ДД.ММ.ГГГГ, по которому жилой дом и земельный участок завещаны в собственность Л.И., которая сразу после смерти А.М. вселилась в данный жилой дом и препятствует в пользовании им истцу. И.В. является получателем страховой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно. Таким образом, истец на день смерти А.М. уже являлся нетрудоспособным гражданином, достигшим возраста 62 года, дающего право на установление трудовой пенсии по старости. При этом, в обязательную долю засчитывается все, что наследник, имеющий право на такую долю, получает из наследства по какому-либо основанию, в том числе стоимость установленного в пользу такого наследника завещательного отказа. Помимо И.М. наследниками первой очереди А.М. являются ее дочери Е.Н. и М.И., которые не заявляли свои права на наследство. В случае если бы завещание А.М. в пользу Л.И. не составлялось, то И.М. мог бы наследовать по закону 1/3 долю от принадлежащего А.М. жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>. Таким образом, истец праве претендовать на обязательную 1/6 долю наследственного имущества, поскольку на момент смерти являлся нетрудоспособным. Кроме того, за истцом должно быть признано право собственности на ? супружескую долю спорного жилого дома. Поскольку положениями Земельного кодекса РФ определено единство земельных участков и прочно связанных с ними объектов, истец Б. вправе требовать признания за ним права собственности на 2/3 доли земельного участка по адресу: <адрес>.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом уведомленный о дне и времени рассмотрения дела.

Ответчик ФИО7 и ее представитель ФИО8 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ умерла А.М., которая ДД.ММ.ГГГГ составила завещание в пользу ответчика П., которая до момента смерти ухаживала за А.М., нуждающейся в постоянном уходе в силу тяжелого заболевания. При этом ни ее супруг, ни иные родственники не оказывали А.М. необходимого ухода, поскольку проживали в <адрес>, тогда как Б. по день смерти проживала в <адрес>. Ответчик Л.И. в установленный законом срок обратились к нотариусу с заявлением о принятии наследства, завещанного умершей, состоящего из жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, нотариусом Белореченского нотариального округа было заведено наследственное дело №. Таким образом, истцом пропущен срок обращения в суд с заявленными требованиями, поскольку о смерти А.М. умершей ДД.ММ.ГГГГ истец узнал в 2020 году, с заявлением о принятии наследства в установленный законом шестимесячный срок истец к нотариусу не обратился, рассматриваемый иск в уточненной редакции подан в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть более чем через 3 года после смерти наследодателя. Указанные обстоятельства свидетельствует о том, что И.В. не претендовал, в том числе и на обязательную долю, так как наследование обязательной доли осуществляется по правилам наследования по закону. Также И.В. не были совершены действия, направленные на принятие и выдел обязательной доли в наследстве А.М. На момент смерти наследодателя истец Б. проживал отдельно от А.М. в <адрес>, следовательно в наследственном доме не проживал, то есть доводы о фактическом принятии наследства являются надуманными. Таким образом, истец не воспользовался правом на вступление в наследство, в том числе на вступление в наследство в части получения обязательной доли в наследстве.

Третье лицо нотариус Белореченского нотариального округа ФИО9 в судебное заседание не явился, обратившись в суд с ходатайством о рассмотрении заявления в его отсутствие, просил принять решение на усмотрение суда.

Выслушав стороны, их представителей, исследовав представленные доказательства, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований отказать по следующим основаниям.

Как установлено в судебном заседании, с ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о заключении брака (л.д.13).

В соответствии со свидетельством о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ наследником имущества после смерти М.Е. является его дочь ФИО3, наследственное имущество состоит из: земельного участка площадью 3200 кв.м и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес> (л.д.100).

Согласно ч.1 ст.256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии со ст. 36 Семейного кодекса РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Судом установлено и не оспаривалось сторонами, что спорные жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, были получены А.М. в период брака, но в порядке наследования после смерти ее отца М.Е.

В соответствии со свидетельством о смерти №V-АГ 876791 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14).

В соответствии с завещанием № <адрес>1 от ДД.ММ.ГГГГ А.М. завещала принадлежащее ей имущество: земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, ФИО7 (л.д.163).

В установленный законом срок ФИО7 обратилась к нотариусу ФИО9 с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО3, состоящего из земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес> (л.д.160).

Исходя из положений ч.2 ст.256 ГК РФ, имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в течение брака за счет общего имущества супругов или личного имущества другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и т.п.). Настоящее правило не применяется, если брачным договором между супругами предусмотрено иное.

В силу ст. 37 Семейного кодекса РФ имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

В обоснование своих доводов о признании имущества, принадлежащего одному из супругов, совместной собственностью супругов и о выделе супружеской доли в наследственном имуществе, истец ФИО1 указывает на то обстоятельство, что в принадлежащем ФИО3 жилом доме за счет общих средств супругов были произведены неотъемлемые улучшения.

В целях определения стоимости произведенных улучшений жилого дома, а также определения возможной доли таких улучшений, на основании определения Белореченского районного суда по делу была произведена судебная строительно-техническая экспертиза.

Из заключения эксперта №СТР-16/2023 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что стоимость улучшений жилого дома, фактической площадью 68,1 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, произведенных в результате выполнения строительных работ в период с IV квартала 2012 года по III квартал 2016 года составила:- стоимость обустройства ленточного фундамента по части периметра жилого дома, рассчитанная по состоянию на III квартал 2015 года, составляет: 9 245 (девять тысяч двести сорок пять) рублей;

- стоимость облицовка стен жилого дома крашеным блоком по части периметра жилого дома, рассчитанная по состоянию на II квартал 2016 года, составляет: 90 913 (девяносто тысяч девятьсот тринадцать) рублей;

- стоимость замены части оконных блоков жилого дома, рассчитанная по состоянию на III квартал 2016 года, составляет: 58 742 (пятьдесят восемь тысяч семьсот сорок два) рубля;

стоимость установки и монтажа автоматики автономного водоснабжения и водонагревателя жилого дома, рассчитанная по состоянию на IV квартал 2012 года, составляет: 36 898 (тридцать шесть тысяч восемьсот девяносто восемь) рублей;

- стоимость установки и монтажа ванны, унитаза и пластикового покрытия стен в ванной комнате жилого дома, рассчитанная по состоянию на IV квартал 2012 года, составляет: 39 694 (тридцать девять тысяч шестьсот девяносто четыре) рубля.

Стоимость оклейки обоями внутренних стен жилого дома по состоянию на IV квартал 2012 года, составляет: 47 317 (сорок семь тысяч триста семнадцать) рублей.

Доля указанных улучшений, относящихся к капитальному ремонту, реконструкции, переоборудованию в общей стоимости жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, проведенных в период с IV квартала 2012 года по III квартал 2016 года (исходя из стоимости проведенных работ в текущих ценах) составила 135/1000 (или 13,5%) (л.д.113-156).

В соответствии с дополнениями к заключению эксперта №СТР-16/2023 от ДД.ММ.ГГГГ, доля указанных улучшений, проведенных в жилом доме, в общей стоимости жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, проведенных в период в период с IV квартала 2012 года по III квартал 2016 года, в ценах на III квартал 2016 года составила 16,9 %.

Рыночная стоимость жилого дома расположенного по адресу: <адрес>, после проведения указанных улучшений, проведенных в период в период с IV квартала 2012 года по III квартал 2016 года, по состоянию на III квартал 2016 года, увеличилась на 20,3% (л.д.216-224).

Следует отметить, что объективным критерием оценки значительности вложений является именно их размер. Для того чтобы установить размер вложений, который существенно увеличил стоимость имущества, необходимо определить соотношение стоимости имущества до и после произведенных вложений.

Исходя из вышеуказанного заключения эксперта, суд приходит к выводу о том, что произведенные в период брака улучшения жилого дома нельзя признать значительными.

Также в судебном заседании не нашли своего подтверждения и доводы истца ФИО10 о том, что улучшения в жилой дом, увеличившие стоимость этого имущества, производились в период брака за счет общего имущества супругов.

Так, свидетель ФИО11 показал в судебном заседании, что он являлся соседом ФИО3, их участки смежные. ФИО3 до момента смерти проживала одна. Ее мужа он никогда в доме не видел. Жилой дом достался Байковой в порядке наследования после смерти отца. Все ремонтные работы по дому, как внутренние так и внешние она проводила самостоятельно, за счет собственных средств.

Свидетель ФИО12 показала в судебном заседании, что она являлась соседкой ФИО3 Раннее собственником указанного жилого дома являлся ее отец, после его смерти жилой дом перешел в собственность ФИО3 В домовладении она проживала одна, самостоятельно установила в жилом доме пластиковые окна, произвела ремонтные работы фасада здания. Оплату за произведенные работы ФИО3 производила самостоятельно, а также самостоятельно нанимала работников. Денежные средства на указанные работы она получила от продажи принадлежащего ей земельного участка (пая).

Указанные свидетелями обстоятельства подтверждаются договором купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 10.08.2015 года, заключенный между ФИО3 и ООО «Белагро», в соответствии с которым ФИО3 передала в собственность ООО «Белагро» принадлежащий ей земельный участок стоимостью 70 000 рублей (л.д.225-227).

Таким образом, судом установлено, что супруги ФИО1 и ФИО3 в момент, когда в доме производились улучшения совместно не проживали, совместное хозяйство не вели, ФИО3 было реализовано ее личное имущество, и эти денежные средства были использованы для производства строительных работ, вследствие которых увеличилась стоимость имущества.

Также следует учесть, что обязанность по доказыванию факта таких вложений, значительно увеличивающих стоимость имущества, возлагается законом на супруга, требующего признать личное имущество другого супруга их общей собственностью.

Законом установлена правовая презумпция того, что имущество, принадлежавшее супругу до вступления в брак, либо полученное супругом по безвозмездным сделкам или в порядке наследования в период брака, является его личной собственностью.

Данная правовая презумпция может быть опровергнута в случае, если будет доказано, что в такое имущество в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества. Однако таких доказательств суду предоставлено не было.

Напротив, в судебном заседании установлено, что денежные средства, оплаченные за неотделимые улучшения жилого дома, являются личными средствами ФИО3, каких-либо доказательств того, что улучшения были произведены за счет общих средств супругов, истцом суду не представлено.

Доводы истца ФИО1 о том, что он имеет право на обязательную долю в наследственном имуществе после смерти ФИО3 также не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

В обоснование указанных доводов истец ФИО1 ссылается на то обстоятельство, что на момент смерти ФИО3, то есть 14 июля 2020 года он являлся нетрудоспособным лицом, достигшим возраста 62 года, получающим трудовую пенсию по старости.

Пунктом 1 статьи 1149 Гражданского кодекса РФ установлено, что несовершеннолетние или нетрудоспособные дети наследодателя, его нетрудоспособные супруг и родители, а также нетрудоспособные иждивенцы наследодателя, подлежащие призванию к наследованию на основании пунктов 1 и 2 статьи 1148 названного кодекса, наследуют независимо от содержания завещания не менее половины доли, которая причиталась бы каждому из них при наследовании по закону (обязательная доля), если иное не предусмотрено данной статьей.

Согласно разъяснениям, приведенным в подпункте "а" пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", при разрешении вопросов об осуществлении права на обязательную долю в наследстве необходимо учитывать, что право на обязательную долю в наследстве является правом наследника по закону из числа названных в пункте 1 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации лиц на получение наследственного имущества в размере не менее половины доли, которая причиталась бы ему при наследовании по закону, в случаях, если в силу завещания такой наследник не наследует или причитающаяся ему часть завещанного и незавещанного имущества не составляет указанной величины.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в подпункте "а" пункта 31 Постановления от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснил, что при определении наследственных прав в соответствии со статьями 1148 и 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что к нетрудоспособным в указанных случаях относятся, в том числе, граждане, достигшие возраста, дающего право на установление трудовой пенсии по старости (пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации") вне зависимости от назначения им пенсии по старости.

С учетом изложенного, юридически значимым обстоятельством для настоящего спора является факт нетрудоспособности истца, что в силу закона является обязательным условием для передачи ему обязательной доли, как нетрудоспособному супругу наследодателя.

Согласно абзацу 2 п. 1 ст. 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве.

Право на обязательную долю в наследстве удовлетворяется из оставшейся незавещанной части наследственного имущества, даже если это приведет к уменьшению прав других наследников по закону на эту часть имущества, а при недостаточности незавещанной части имущества для осуществления права на обязательную долю - из той части имущества, которая завещана (п. 2 ст. 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование своих доводов истец ФИО1 в качестве доказательств нетрудоспособности представил копию справки о назначении фиксированной выплаты страховой пенсии по старости, а также копию свидетельство пенсионера (л.д.231-232).

Однако, данные документы не могут быть приняты судом в качестве допустимых доказательств, поскольку суду были представлены незаверенные копии указанных документов, при том, что копия справки и копия свидетельства были сданы в канцелярию Белореченского районного суда, а подлинные документы для обозрения в судебное заседание предоставлены не были.

Таким образом, истец не предоставил суду достоверных доказательств факта своей нетрудоспособности.

Согласно пункту 1 статьи 1152 Гражданского кодекса РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

При этом, с заявлением о принятии наследства в установленный законом шестимесячный срок истец к нотариусу не обратился.

Следует учесть, что право на обязательную долю в наследстве является правом наследника по закону из числа названных в пункте 1 статьи 1149 Гражданского кодекса Российской Федерации лиц, которое он может реализовать путем обращения к нотариусу с заявлением о выделе обязательной доли в наследстве.

Однако, ФИО1 не были совершены действия, направленные на принятие и выдел обязательной доли в наследстве ФИО3, таким образом он не воспользовался правом на обязательную долю в наследстве, как и не совершил действий, достоверно подтверждающих фактическое принятие наследство, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения заявленных истцом требований.

Доводы представителей истца о том, что на момент смерти ФИО3 проживала совместно с истцом ФИО1 в <адрес>, что якобы свидетельствует о том, что проживая совместно с наследодателем истец фактически принял наследство, были опровергнуты в судебном заседании.

Ответчик Л.И. показала в судебном заседании, что ФИО3 на момент смерти проживала в <адрес> по адресу: <адрес>. Она страдала тяжелым онкологическим заболеванием, поэтому проходила лечение в <адрес> у врача по месту жительства, а она каждый день осуществляла за Байковой уход, проживала с нею совместно в одном доме.

Показания ответчика Л.И. подтверждаются справкой ГБУЗ Белореченская ЦРБ Великовечненской амбулатории, подписанной врачом терапевтом И.В. (л.д.243). Из указанной справки следует, что пациентка ФИО3 находилась под наблюдением у врача-терапевта с апреля 2020 года, наблюдалась по адресу: <адрес>.

Согласно справке ТОС «Южный» от ДД.ММ.ГГГГ Л.И. проживала в <адрес>, с марта 2020 года (л.д.245).

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, вследствие чего в удовлетворении иска следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО7 о признании обязательной доли в наследстве, признании имущества совместной собственностью супругов и признании права собственности на супружескую долю в имуществе отказать.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Белореченский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Н.А. Волковая