Апелляционное определение по делу № 33-26714/2023 от 02.08.2023

Судья Клочкова С.И. Дело № 33-26714/2023

50RS0031-01-2022-017428-17

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Капралова В.С.,

судей Протасова Д.В., Магоня Е.Г.,

при помощнике судьи Тереховой А.А.,

с участием прокурора Луниной Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании от 02 августа 2023 года апелляционную жалобу ФИО1 на решение Одинцовского городского суда Московской области от 10 марта 2023 года по делу по иску ФИО1 к Министерству Финансов Российской Федерации (в лице УФК по Московской области) о присуждении компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

заслушав доклад судьи Протасова Д.В.,

объяснения ФИО1,

установила:

Истец обратилась в суд с указанными требованиями к ответчику, ссылаясь на следующие обстоятельства.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в совершении особо тяжких преступлений, предусмотренных пп. «ж, з, ю» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 209 УК РФ, «а, в» ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Приговором Московского областного суда от 23 июля 2002 года с учетом принятого вердикта присяжных заседателей по делу № 2-43-34/02 ФИО1 оправдан по пп. «ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ ввиду отсутствия в его деянии признаков указанного преступления, оправдан по ч. 3 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 209 УК РФ ввиду непричастности к совершению указанных преступлений. Приговор вступил в законную силу 11 февраля 2003 г.

При этом суд переквалифицировал действия ФИО1 с пп. «а, в» ч. 3 ст. 162 УК РФ (особо тяжкое преступление) на ч. 1 ст. 175 УК РФ (преступление небольшой тяжести), признал ФИО1 виновным в совершении указанного преступления и с применением ст. 64 УК РФ, ФИО1 назначено наказание в виде штрафа в размере 15 000 рублей.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

В день оглашения приговора мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 отменена, он был освобожден из-под стражи в зале суда.

На время предварительного следствия к ФИО1, как к лицу обвиняемому в совершении тяжких преступлений, была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. За весь период рассмотрения уголовного дела истец содержался под стражей 1 643 дня.

Истец указал, что свыше 20 лет с момента вынесения приговора не обращался в суд, однако в настоящее время ему разъяснили, что может обратиться в суд с настоящим иском и взыскать из казны Российской Федерации 3 286 000,00 руб. в качестве компенсации морального вреда в результате незаконно возбужденного уголовного дела, поскольку ему причинен вред, выразившийся в разрушении уклада его жизни и жизни его семьи. Длительное заключение ФИО1 под стражей крайне негативно сказалось на его состоянии, незаконное содержание под стражей повлекло за собой причинение сильных нравственных страданий, хотя в силу закона нравственные и физические страдания при незаконном уголовном преследовании являются общеизвестным фактом и не требуют доказывания.

На момент заключения ФИО1 под стражу ему было 28 лет, на иждивении он имел малолетнего сына Артема шести лет (<данные изъяты> гр.), который проживал совместно с ним на момент его незаконного задержания и помещения под стражу, который также был лишен возможности получать содержание и заботу от отца, а также истец длительное время был лишен возможности общения с ним.

Из-за незаконного и длительного заключения ФИО1 под стражу он был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о родителях, а также был лишен возможности общения с ними, равно как был лишен возможности общения с супругой ФИО2, которая на длительный период времени осталась без мужа, самостоятельно содержала малолетнего сына, все заработанные денежные средства тратила на оплату услуг адвокатов.

27.05.2000 в возрасте 52 лет скончалась мать истца – ФИО3., в связи с незаконным нахождением под стражей истец был лишен возможности попрощаться с близким человеком и придти на похороны.

ФИО1 длительное время находился в изоляции от общества, родственников и друзей, был ограничен в праве на общение с ними и в праве на свободу передвижения, обвинялся в совершении особо тяжких преступлений, которые в действительности не совершал, вследствие чего был оправдан, незаконным содержанием под стражей были нарушены его социальные связи и обычный распорядок жизни.

ФИО1 ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся добропорядочным членом общества, работал, в связи с чем, незаконное привлечение его к уголовной ответственности за тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.

Истец в судебное заседание явился, на требованиях настаивал.

Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации по доверенности ФИО4 в судебное заседание явилась, в удовлетворении исковых требований просила отказать.

Решением суда требования истца удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт серии <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 100 000 руб.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Не согласившись с решением суда, истцом подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда изменить в части размера присужденной судом компенсации морального вреда.

Истец в заседании суда апелляционной инстанции доводы жалобы поддержал, просил решение суда в указанной части изменить, считал, что размер присужденной ему компенсации существенно занижен.

Остальные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, извещались о времени и месте судебного заседания, сведения о причинах неявки не сообщили, с заявлением об отложении судебного заседания не обращались, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

Следует отметить, что информация о дате и времени рассмотрения дела размещается в автоматическом режиме на официальной сайте Московского областного суда в сети «Интернет», в связи с чем участвующие в деле лица имели возможность отслеживать данную информацию дистанционно

Заслушав объяснения истца, заключение прокурора, проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы с учетом положений ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в совершении в период 1990-х годов группой лиц с применением огнестрельного оружия особо тяжких преступлений, предусмотренных пп. «ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 3 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 209 УК РФ, «а, в» ч. 3 ст. 162 УК РФ.

Указанным приговором переквалифицированы действия ФИО1 с пп. «а, в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 175 УК РФ, и ему назначено наказание с применением ст. 64 УК РФ в виде штрафа в размере 15 000 рублей.

Как следует из представленных истцом документов, за период рассмотрения указанного уголовного дела он находился под стражей в периоды: с 07.04.1997 по 17.09.1997, с 18.09.1997 по 17.06.1999 в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по г. Москве, с 04.04.2000 по 23.07.2002 в ФКУ СИЗО-7 УФСИН России по г. Москве, что подтверждается соответствующей справкой (л.д. 28).

Всего ФИО1, находясь под следствием, провел в следственных изоляторах 1 643 дня.

Удовлетворяя иск в части, суд, руководствуясь ст. ст. 151, 1070, 1071, 1100, 1101 ГК РФ, исходил из того, что в отношении истца незаконно велось уголовное преследование. При определении суммы компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд учел тяжесть предъявленного обвинения, а также наступившие для него последствия, к которым суд отнес нравственные страдания в виде страха, связанного с привлечением к уголовной ответственности, необходимости доказывать невиновность. Суд также принял во внимание, что истец на период проведения следственных действий был ограничен в реализации конституционных прав и свобод, содержался под стражей на протяжении длительного времени. С учетом принципа разумности, принимая во внимание указанные обстоятельства, суд пришел к выводу о том, что степени нравственных страданий истца будет отвечать компенсация морального вреда 100 000 руб.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в части определения размера компенсации морального вреда.

Ст. 2 Конституции РФ закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства

Согласно ст. 53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На основании ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1).

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 ст. 133 данного Кодекса имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 данного Кодекса.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны РФ, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2).

Суд первой инстанции, учитывая приведенные выше разъяснения пришел к правильному выводу о том, что поскольку истец приговором Московского областного суда от 23 июля 2002 года оправдан по пп. «ж, з, к» ч. 2 ст. 105 УК РФ ввиду отсутствия в его деянии признаков указанного преступления, оправдан по ч. 3 ст. 222 УК РФ, ч. 2 ст. 209 УК РФ ввиду непричастности к совершению указанных преступлений, что является реабилитирующим основанием, то он имеет право на компенсацию морального вреда.

Учитывая изложенное, по праву требование истца законно и обосновано.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п. 1 ст. 1070 и абз. 3 ст. 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (п. 38).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий, привлекался ли ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, сами по себе не порождают у него право на компенсацию морального вреда (п. 42, 43).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 26, 27).

При определении размера компенсации морального вреда суд не в полной мере учел юридически значимые обстоятельства по делу.

Так, суд лишь установил, что в отношении истца была установлена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Однако суд не учел период нахождения истца под стражей, который составил 4 года 6 месяцев.

Суд не проверил доводы истца о его семейном положении, о наличии жены и ребенка и факт смерти его матери в период незаконного привлечения к уголовной ответственности.

Суд не исследовал, был ли ранее судим ФИО1, либо привлекался к уголовной ответственности впервые, применялась ли к нему ранее мера пресечения в виде заключения под стражу.

Между тем, из приговора Московского областного суда от 23 июля 2002 года следует, что ФИО1 является гражданином Российской Федерации, имеет высшее образование, работал заведующим складом, был зарегистрирован в городе Одинцово Московской области, женат и имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка, ранее не судим.

Вместе с тем, следует учитывать, что истцом не доказано изменение его физического и психического здоровья, появление новых или обострение имеющихся заболеваний в связи с примененными мерами и уголовным преследованием, также не имеется данных о том, что пострадала репутация ФИО1 в связи с уголовным преследованием.

Учитывая изложенное, обстоятельства дела, продолжительность нахождения истца под стражей, тяжесть преступлений, в которых обвинялся истец, учитывая личность истца, разумной и справедливой компенсацией морального вреда, по мнению судебной коллегии, будет являться сумма 1 300 000 руб.

Таким образом, решение суда подлежит изменению в части взысканной суммы компенсации морального вреда, а апелляционная жалоба истца частичному удовлетворению.

Иные доводы апелляционной жалобы не опровергают вывода суда и не содержат указаний на новые, имеющие значение для дела обстоятельства, не исследованные судом первой инстанции, поэтому не могут повлечь отмену постановленного решения.

Руководствуясь ст. ст. 199, 328 ГПК РФ,

определила:

Решение Одинцовского городского суда Московской области от 10 марта 2023 года в части взысканной суммы компенсации морального вреда - изменить, взыскав с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт серии <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в размере 1 300 000 (один миллион триста тысяч) рублей.

В остальной части – решение оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ФИО1 – удовлетворить частично.

Председательствующий

Судьи