Решение по делу № 2-1856/2023 от 07.07.2023 - об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, возложении обязанности внести запись о приеме на работу в трудовую книжку, взыскании компенсации морального вреда.

38RS0032-01-2022-006148-57

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 июля 2023 года г. Иркутск

Октябрьский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи О.В. Варгас,

при секретаре Д.Э. Дулмажаповой,

с участием старшего помощника прокурора М.В. Мещеряковой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО3 к ИП ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, восстановлении на работе, возложении обязанности внести запись о приеме на работу в трудовую книжку, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

в обоснование исковых требований указано, что истец ФИО3 с 01.11.2018 осуществлял трудовую деятельность в фитнес-клубе ........ по адресу: Адрес, у ИП ФИО2 в должности инструктора тренажерного зала.

Трудовые отношения при трудоустройстве оформлены не были, с приказом о приеме на работу истец ознакомлен не был. Истец был допущен к работе в качестве инструктора тренажерного зала с самого начала открытия фитнес-клуба в 2018 году и приступил к исполнению трудовых обязанностей с ведома ответчика. Между истцом и ответчиком была достигнута договоренность об условиях и графике работы, размере оплаты труда. В должностные обязанности истца входили слежение за порядком в тренажерном зале и безопасностью занимающихся посетителей, состоянием спортивного инвентаря и его сохранностью, консультирование посетителей по пользованию спортивным оборудованием в тренажерном зале, организация тренировочного процесса. У истца имелась спортивная униформа персонала фитнес-клуба, табличка на униформе с указанием имени и должности, имелся доступ к служебным и тренерским помещениям в клубе с учетом внутреннего распорядка его работы. В связи с этим между истцом и ответчиком как работодателем фактически сложились трудовые отношения, но без оформления письменного трудового договора. Причина отсутствия письменного соглашения истцу не известна, в последующем по факту многолетней трудовой деятельности в фитнес-клубе истец забыл об отсутствии письменных трудовых документов.

02.11.2022 истец был устно руководством фитнес-клуба проинформирован, что он уволен в связи с некой жалобой на него от одного из посетителей клуба, но подробностей истцу не сообщили. Истцу было отказано в дальнейшем доступе к месту работы. В дальнейшем получить какую-либо информацию от ответчика истец не смог и вынужден обратиться в суд за защитой своих прав.

У истца осталась трудовая книжка, в которой отсутствуют сведения о работе инструктором тренажерного зала у ИП ФИО2

Истец с учетом изменения исковых требований просит суд установить факт трудовых отношений между ФИО3 и ИП ФИО2 в период с 27.12.2018 по 02.11.2022 в должности инструктор тренажерного зала; восстановить истца в должности инструктора тренажерного зала у ИП ФИО2 с расположением рабочего места по адресу: Адрес/3; обязать ответчика внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу с 27.12.2018 к ИП ФИО2 в должности инструктор тренажерного зала; возложить на ответчика обязанность произвести выплаты неуплаченного налога на доходы физического лица, отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование за период с 27.12.2018 по дату вынесения решения; взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб., компенсацию за неиспользованный отпуск при увольнении в сумме 194 813,76 руб., невыплаченную заработную плату в сумме 322 635,56 руб., компенсацию за задержку выплаты заработной платы в сумме 24 059,50 руб.

Истец ФИО3, его представитель по доверенности ФИО20 в судебном заседании требования поддержали с учетом их изменений, просили удовлетворить.

Истец ФИО3 суду пояснил, что размер его заработной платы ежемесячно с учетом всех отчислений составлял 35 000 руб., при этом работодателем за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей могли быть применены санкции в виде штрафа. Денежные средства им за аренду помещения никогда не вносились.

Ответчик ИП ФИО2 в судебное заседание не явилась, о его дате, времени и месте извещена надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны.

Представители ответчика ФИО4, ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признали, полагали требования не подлежащими удовлетворению.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствии ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, заслушав заключение старшего помощника прокурора, полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

В силу ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Исходя из толкования норм трудового законодательства, к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника, обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию, подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, возмездный характер (оплата производится за труд).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть 2 статьи 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Кроме того, в п.п. 17, 20, 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснено, что в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

Судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Судом установлено, что согласно выписке из ЕГРИП, ответчик ФИО2 является действующим индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которой является деятельность фитнес-центров, в частности, деятельность фитнес-клубов.

27.12.2018 между истцом («внештатный тренер») и ответчиком ИП ФИО2 («компания») заключено соглашение, согласно которому ответчиком истцу предоставлено за плату на условиях, изложенных в соглашении, право проводить тренировки с членами клуба, с использованием или без использования оборудования, которое имеется в клубе.

При этом, разделом 1 соглашения установлено, что член клуба – физическое лицо, имеющее право на основании действующего договора заниматься по своему усмотрению физическими упражнениями для поддержания и укрепления здоровья, поддержания высокой работоспособности, а также принимать участие в различных видах активного отдыха и проведения досуга при посещении физкультурных, физкультурно-оздоровительных мероприятиях.

Клуб – фитнес-клуб ........ расположенный по адресу: Адрес.

Согласно п. 3.2 указанного соглашения стороны, подписывая соглашение, подтверждают, что внештатный тренер не является и не становится работником компании, у внештатного тренера не возникает перед компанией обязательств оказывать членам клуба какие-либо услуги за какое-либо вознаграждение со стороны компании.

Стоимость пользования правом за первый месяц составляет 5 000 руб., за второй месяц 10 000 руб., за третий месяц 15 000 руб., за четвертый месяц - 19 000 руб., начиная с шестого месяца и до окончания действия настоящего соглашения – 19 000 руб. в месяц (п. 3.3).

Истец в обоснование требований указал, что в период с 01.11.2018 по 02.11.2022 осуществлял трудовую деятельность у ИП ФИО2 в фитнес-клубе «Физрук» по адресу: Адрес, в должности инструктора тренажерного зала, в служебные обязанности которого входили инструктаж, вводные тренировки посетителей фитнес-клуба, расстановка спортивного инвентаря, дежурство. Истец также был ознакомлен с правилами техники безопасности, оказания медицинской помощи, ему выдали форму, кружку, блокнот с логотипом фитнес-клуба, у него имелся именной бейдж. Ежемесячно составлялся график тренировок, отпуска и выходные дни предоставлялись по договоренности с администрацией работодателя, с учетом установленного графика тренировок. Заработная плата составляла 35 000 руб. и выплачивалась наличными денежными средствами 5 числа каждого месяца. Соглашение от 27.12.2018 было заключено по просьбе работодателя, при этом ответчик обещал в дальнейшем заключить трудовой договор, который так и не был заключен. Кроме того, истец принимал участие в соревнованиях по гиревому спорту, где он был представлен как тренер фитнес-клуба ........ о чем в сети «Интернет» была размещена информация.

В подтверждение своих доводов истцом представлен протокол осмотра доказательств от 17.11.2022, удостоверенный нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО9, согласно которому в социальной сети «ВКонтакте» размещена информация об истце как об инструкторе тренажерного зала фитнес-клуба ........ принимавшего участие в соревнованиях по тяжелой атлетике.

Также в указанной социальной сети в сообществе фитнес-клуба «Физрук» размещено приглашение для пользователей на тренировки, которые проводил истец, о возможности посетить занятия, проводимые истцом, фотографии истца.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 суду показала, что в период с июня по декабрь 2019 года являлась менеджером по работе с клиентами фитнес-клуба «Физрук». Истец являлся тренером данного клуба, в его обязанности входило дежурство, то есть слежение за соблюдением посетителями клуба техники безопасности, работа с посетителями, также он проводил индивидуальные тренировки. Дежурства устанавливались координатором тренажерного зала. Истцу, как тренеру фитнес-клуба ........ при трудоустройстве была выдана спецодежда с его символикой, он имел доступ к служебным помещениям, расписывался в графике за отработанные часы. В должностные обязанности свидетеля входила рекомендация посетителям тренеров фитнес-клуба ........ к числу которых относился и истец. Тренеры, в том числе и ФИО3, о получении заработной платы расписывались в ведомостях, в которых указывались количество отработанных часов и эквивалентная им сумма заработной платы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 суду показал, что познакомился с истцом два года назад, когда начал посещать фитнес-клуб «Физрук». В клубе ему был предоставлен список тренеров, среди которых был истец. ФИО3 следил за порядком в тренажерном зале, расставлял спортивный инвентарь, проводил индивидуальные тренировки, носил отличительную форму с логотипом клуба, был указан на стенде среди других тренеров, в связи с чем у свидетеля не было сомнений в том, что истец является работником фитнес-клуба «Физрук».

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО12 суду показал, что в период с 2018 года по февраль 2020 года являлся членом фитнес-клуба «Физрук» по адресу: Адрес. В тот период времени истец был тренером в данном клубе, его данные были указаны на стенде, среди других работников, в раздевалке были размещены флаеры с контактными данными истца, как тренера. Выпуск флаеров не являлся самодеятельностью истца, поскольку они выпускаются тиражом, что в индивидуальном порядке сделать сложно. ФИО3 был ответственным за кросс-фит зону тренажерного зала, спортивное снаряжение. У свидетеля не возникало сомнений о том, что истец является работником спортивного клуба «Физрук».

Свидетель ФИО13 суду показала, что является инструктором групповых программ фитнес-клуба «Физрук» с 2016 года, в ее должностные обязанности входит контроль за порядком в зале, подготовка оборудования. График работы, отпуска устанавливаются координатором тренажерного зала. Свидетель видела истца в фитнес-клубе ........ он являлся тренером, однако, ввиду того, что в городе два клуба, между которыми тренеры периодически перемещаются, она не общалась с истцом и ей неизвестны основания осуществления им своей деятельности в клубе, о порядке выплаты ему заработной платы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО14 суду показал, что ранее являлся тренером фитнес-клуба «Физрук». Истец являлся инструктором тренажерного зала данного спортивного клуба и осуществлял свою трудовую деятельность по адресу: Адрес. У всех тренеров, к числу которых относился и ФИО3, имелась спецодежда, блокнот с логотипом спортивного клуба, в их обязанности входил контроль за порядком в зале, оказание помощи посетителям, организация тренировочных процессов, дежурства, график которых составлялся координатор тренажерного зала. Тренеры клубу ничего не платили, заработная плата поступала в безналичной форме путем зачисления на банковский счет.

Суд принимает показания свидетелей в качестве доказательства по делу в соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ. Оснований сомневаться в достоверности свидетельских показаний у суда не имеется, поскольку они согласуются между собой и с другими материалами дела.

Таким образом, из показаний, допрошенных в судебном заседании свидетелей, следует, что фактически истец являлся работником фитнес-клуба ........ подчинялся правилам внутреннего трудового распорядка, дежурил в соответствии с графиком, который составлялся координатор тренажерного зала, за выполненную работу получал заработную плату.

При этом, показания свидетеля ФИО16, ФИО15, допрошенных в судебном заседании по ходатайству представителя ответчика по существу не опровергают данные обстоятельства.

Так, свидетель ФИО16 суду показал, что с января 2021 года осуществляет тренерскую деятельность в фитнес-клубе «Физрук» в ТЦ «Меркурий» в г. Иркутске на основании соглашения. Он ежемесячно выплачивает клубу определенную сумму, позволяющую ему выполнять свои трудовые функции. Каких-либо должностных обязанностей, указаний от руководства спортивного клуба у свидетеля нет, он лишь убирает спортивный инвентарь, график работы и отдыха выстраивает самостоятельно. Свидетель видел истца, об основаниях осуществления им тренерской деятельности в фитнес-клубе «Физрук» ему ничего неизвестно, однако, полагает, что ФИО3 находился в таких же отношениях с клубом, как и он.

Допрошенная в судебном заседании ФИО15 суду показала, что ранее с истцом они являлись коллегами, вместе работали в спортивном клубе в г. Ангарске около двух лет, затем свидетель занималась с истцом в фитнес-клубе «Физрук» по адресу: Адрес, поскольку знала, что ФИО3 хороший тренер. Оплату тренировок производила непосредственно истцу, клубу денежные средства не передавала. Во время тренировок истец был в спецодежде с логотипом спортивного клуба. О сложившихся отношениях между истцом и ответчиком ей ничего неизвестно.

Показания свидетеля ФИО16 о том, что ФИО3 также как и он осуществлял свою деятельность на основании гражданско-правового договора, основаны лишь на предположениях.

При этом, показания свидетеля ФИО15 об оплате своих тренировок непосредственно истцу также не свидетельствуют об отсутствии трудовых отношений между сторонами.

Кроме того, в качестве свидетелей были допрошены ФИО17, которая суду показала, что является управляющей фитнес-клуба ........ ИП ФИО2 ее руководитель. Истец не являлся сотрудником спортивного клуба, его должность не входила в штатное расписание, заработную плату он не получал.

Свидетель ФИО18 суду показала, что занимает должность руководителя отдела продаж фитнес-клуба ........ расположенного по адресу: Адрес. ФИО3 не являлся сотрудником данного спортивного клуба, в связи с чем каких-либо должностных обязанностей у него не имелось. Он проводил лишь индивидуальные тренировки, стоимость и расписание которых устанавливал самостоятельно. ФИО3 клубу передавал денежные средства в пределах 15 000 руб. – 20 000 руб. за возможность осуществлять свою деятельность в фитнес-клубе, при этом все поступающие в клуб платежи проходят через кассовый аппарат. Арендная плата, получаемая от истца, через кассу ей не проводилась, квитанции ФИО3 о получении денежных средств не выдавались. Свидетель не выдавала также истцу заработную плату, при этом сотрудники клуба о получении заработной платы расписывались в ведомостях.

Показания свидетелей ФИО17, ФИО18 суд не принимает во внимание, поскольку они являются работниками фитнес-клуба ........ находятся в непосредственном подчинении ответчика, что свидетельствует об их заинтересованности в исходе дела. Более того, они опровергаются иными собранными по делу доказательствами.

Таким образом, оценивая установленные обстоятельства, представленные доказательства, показания свидетелей, пояснения сторон, суд приходит к выводу, что сложившиеся отношения между истцом и ответчиком имеют характер трудовых, о чем свидетельствуют личное выполнение истцом работы по определенной специальности – инструктора; его подчинение правилам внутреннего трудового распорядка, получение заработной платы, наличие взысканий, предоставление работодателем специальной формы и иных предметов с атрибутикой фитнес-клуба «Физрук».

Представленный стороной ответчика протокол осмотра доказательств от 28.06.2023, удостоверенный нотариусом Иркутского нотариального округа ФИО9, в части переписки свидетеля ФИО17 и истца ФИО3 в мессенджере «WhatsApp» на выводы суда не влияет, поскольку данная переписка не свидетельствует о внесении истцом арендной платы именно за возможность осуществления им своей деятельности в помещении фитнес-клуба, напротив, в ходе переписки обсуждается возможность получения истцом, как сотрудником (тренером), вещей с логотипом клуба на безвозмездной основе, что также свидетельствует о наличии между сторонами трудовых отношений.

При этом, в судебном заседании ФИО3 пояснил, что денежные средства им вносились не за аренду помещения, а за аренду спортивного оборудования, которое он брал для личных целей у ИП ФИО2

Кроме того, суд дает оценку тому обстоятельству, что относимых и допустимых доказательств в силу ст. 56 ГПК РФ об исполнении истцом обязательств в рамках заключенного соглашения от 27.12.2018, внесения оплаты стоимости пользования правом в соответствии с п. 3.3 соглашения ответчиком не представлено.

Показания свидетеля ФИО18, ФИО17 в указанной части суд не принимает во внимание, поскольку получение денежных средств от истца в качестве арендной платы, должно сопровождаться выдачей подтверждающего документа. Это может быть чек, выданный с помощью контрольно-кассовой техники (ККТ), приходный кассовый ордер, квитанция.

Однако, указанных доказательств ответчиком в силу ст. 56 ГПК РФ не представлено, а ФИО3 данные обстоятельства оспаривались.

При этом, в силу п. 3.11 заключенного между сторонами соглашения оно автоматически прекращает действовать, если в течение 30 календарных дней от даты окончания оплаченного периода пользования правом заказчик не оплатит компании в полном объеме новый период пользования правом.

Таким образом, с учетом анализа правовых норм, изложенных в ст. 15, 16 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2, Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15, в совокупности с анализом представленных доказательств, суд приходит к выводу о том, что между ФИО3 и ИП ФИО2 в период с 27.12.2018 по 02.11.2022 имели место быть трудовые отношения.

Также суд дает оценку тому, что представленные ответчиком штатные расписания, в которых отсутствует занимаемая истцом должность инструктора тренажерного зала, не могут свидетельствовать об отсутствии трудовых отношений между сторонами, поскольку разрабатываются и ведутся непосредственно работодателем.

Учитывая изложенное, требование истца об установлении факта трудовых отношений между ФИО19 и ИП ФИО2 в период с 27.12.2018 по 02.11.2022 в должности инструктора тренажерного зала законны и подлежат удовлетворению.

Из искового заявления и объяснений ФИО3 следует, что истец был уволен на основании поступившей жалобы от посетителя фитнес-клуба, при этом с содержанием жалобы он ознакомлен не был, о проведении служебной проверки в целях установления данного обстоятельства истцу ничего неизвестно. Кроме того, с приказом об увольнении истец также не был ознакомлен, о прекращении трудовых отношений ему сообщили устно.

При этом, свидетель ФИО17 суду пояснила, что между сторонами возникла конфликтная ситуация относительно обязательной вакцинации от COVID-19, поскольку истец отказывался выполнять данные требования. Однако, учитывая специфику работы фитнес-клуба данные требования являлись обязательными. Кроме того, истец неоднократно нарушал правила клуба, конфликтовал с сотрудниками, посетителями.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчиком не представлено доказательств совершения истцом какого-либо дисциплинарного проступка, в том числе соблюдения процедуры применения дисциплинарного взыскания, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для прекращения трудовых отношений с истцом, в связи с несоблюдением им трудовой дисциплины.

В соответствии с ч. 1 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Таким образом, суд, руководствуясь положениями ст. 394 ТК РФ, приходит к выводу об удовлетворении требований истца в части восстановления его на работе в должности инструктора тренажерного зала ИП ФИО2

В соответствии с ч. 1, 4 ст. 66 ТК РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника. В трудовую книжку вносятся сведения о работнике, выполняемой им работе, переводах на другую постоянную работу и об увольнении работника, а также основания прекращения трудового договора и сведения о награждениях за успехи в работе.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что на ответчика следует возложить обязанность внести запись в трудовую книжку истца о приеме на работу с 27.12.2018 к ИП ФИО2 на должность инструктора тренажерного зала.

Статьей 21 ТК РФ гарантировано право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии с квалификацией работника, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а в ст. 22 ТК РФ установлена обязанность работодателя обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с ТК РФ, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Из искового заявления следует, что последним рабочим днем истца являлось 02.11.2022, при этом расчет работодателем в нарушение ст. 140 ТК РФ произведен не был.

Согласно сведениям Иркутскстата средняя начисленная заработная плата работников организаций (всех форм собственности) по профессиональной группе «Тренеры и инструкторы-методисты по физкультуре и спорту» (включая должность «тренер») в Иркутской области в октябре 2021 года составила 42 607 руб.

Вместе с тем, истец в ходе судебного заседания пояснил, что он ежемесячно на руки получал 35 000 руб. с учетом налогового вычета.

Таким образом, в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ для расчета подлежащих взысканию с ответчика денежных средств, суд принимает размер заработной платы истца в сумме 35 000 руб. в месяц.

Из представленного истцом расчета следует, что заработная плата истца составляла 40 229,89 руб. без учета налога на доходы физических лиц, с учетом налогового вычета – 35 000 руб.

Учитывая, что истцом в ноябре 2022 года отработано 2 дня (01.11.2022 и 02.11.2022), его ежемесячная заработная плата составляла 40 229,89 руб., при этом согласно производственному календарю в ноябре 2022 года количество рабочих дней составило 21, сумма невыплаченной работнику заработной платы за ноябрь 2022 года – 3 831,42 руб., исходя из расчета: 40 229,89 / 21 х 2.

Ответчиком представленный истцом расчет не оспорен.

При таких обстоятельствах, суд, руководствуясь ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, принимает расчет истца и приходит к выводу, что с ответчика подлежит взысканию невыплаченная заработная плата в размере 3 831,42 руб.

В соответствии со ст. 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения.

Учитывая, что судом установлен факт трудовых отношений, истец восстановлен на работе, то в его пользу с ответчика подлежит взысканию заработная плата за период вынужденного прогула.

Рассматривая требование истца о взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула с 03.11.2022 по 07.07.2023, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 10 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы" средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3).

В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах.

Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце.

Согласно расчету истца, в период с 01.11.2021 по 31.10.2022 ФИО3 отработал 8 полных месяцев, в период с 28.05.2022 по 06.06.2022 и с 21.08.2022 по 12.09.2022 находился в ежегодном отпуске, за расчетный период ему было начислено 442 639,83 руб. Указанное обстоятельство ответчиком не оспорено.

Учитывая изложенное, за расчетный период размер среднего дневного заработка составил 1 967,29 руб., исходя из следующего:

количество полностью отработанных календарных месяцев - 8 (в 2021 году – ноябрь, декабрь; в 2022 году - январь, февраль, март, июль, октябрь).

Количество дней в не полностью отработанных месяцах: в мае 2022 года – 25,52 дня (29,3 / 31 дн. x (31 дн. – 4 дн.); июне 2022 года – 23,44 дня (29,3 / 30 дн. x (30 дн. - 6 дн.); августе 2022 года – 18,90 дней (29,3 / 31 дн. x (31 дн. - 11 дн.), сентябре 2022 года – 17,58 дней (29,3 / 30 дн. x (30 дн. - 12 дн.).

Таким образом, средний дневной заработок составил 1 967,29 руб. (422 639,83 руб. / (29,3 x 8 мес. + 25,52 дн. + 23,44 дн. + 18,90 дн. + 17,58 дн.).

Количество дней вынужденного прогула – 164, следовательно, сумма неполученного работником заработка в связи с незаконным лишением его возможности трудиться составляет 322 635,56 руб. (1 967,29 х 164 рабочих дня).

Представленный истцом расчет компенсации вынужденного прогула ответчиком не оспорен, проверен судом, является арифметически верным, в связи с чем с ответчика в пользу истца за период с 03.11.2022 по 07.07.2023 подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула в размере 322 635,56 руб.

При этом, решение суда в части восстановления истца на работе, взыскании с ответчика задолженности по заработной плате в размере 120 689,67 руб. следует обратить к немедленному исполнению в силу ст. 211 ГПК РФ.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, суд приходит к следующему.

В силу положений абзаца шестого части 1 статьи 21 ТК РФ работник имеет право на отдых, обеспечиваемый в том числе предоставлением оплачиваемых ежегодных отпусков.

Работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка (статья 114 ТК РФ).

Согласно положениям статьи 122 ТК РФ оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

Право на использование отпуска за первый год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя. По соглашению сторон оплачиваемый отпуск работнику может быть предоставлен и до истечения шести месяцев.

Отпуск за второй и последующие годы работы может предоставляться в любое время рабочего года в соответствии с очередностью предоставления ежегодных оплачиваемых отпусков, установленной у данного работодателя.

При увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска (часть 1 статьи 127 ТК РФ).

Из приведенных нормативных положений следует, что работник имеет право на ежегодный оплачиваемый отпуск. Право на использование отпуска за первой год работы возникает у работника по истечении шести месяцев его непрерывной работы у данного работодателя, а в последующие годы отпуск может предоставляться работнику в любое время рабочего года. При увольнении работника право на отпуск реализуется выплатой работнику денежной компенсации за все неиспользованные отпуска.

Принимая во внимание, что суд установил факт трудовых отношений между сторонами с 27.12.2018, восстановил истца на работе, что, в свою очередь, влечет за собой восстановление в полном объеме трудовых прав работника, в том числе права на отпуск, то ФИО3 в соответствии с частью 4 статьи 122 ТК РФ имеет право на предоставление очередного отпуска в любое время рабочего года.

При таких обстоятельствах, оснований для взыскания с ответчика компенсации за неиспользованный отпуск не имеется.

При этом, требование истца о взыскании денежной компенсации за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 24 059,50 руб. на основании ст. 236 ТК РФ также не подлежит удовлетворению как производное.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред возмещается в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Указанной статьей презюмируется вина работодателя в причинении морального вреда в случае нарушения трудовых прав работника.

В п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 разъяснено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

По смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцом физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями его личности, и иных заслуживающих внимания обстоятельств дела.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из искового заявления следует, что незаконными действиями работодателя истцу причинен моральный вред, выразившийся в испытании им стресса вследствие неправомерного увольнения, и продолжающихся до настоящего времени переживаниях в связи с допущенной в отношении его несправедливости.

Таким образом, определяя размер компенсации, суд учитывает объем допущенных работодателем нарушений прав истца, причиненные ему вследствие этого нравственные страдания и переживания, их объем, характер и глубину, значимость для ФИО3 нематериальных благ, нарушенных ответчиком, а именно его права на труд, которое относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека и с реализацией которого связана возможность осуществления работником ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, на отдых, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом.

Определяя размер компенсации, суд учитывает объем и характер причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, требования разумности и справедливости, длительность нарушения права, и считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

Рассматривая требование об обязании ответчика произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование с 27.12.2018, суд находит его подлежащим удовлетворению ввиду следующего.

Частью 3 ст. 303 ТК РФ установлена обязанность работодателя - физического лица уплачивать страховые взносы и другие обязательные платежи в порядке и размерах, которые определяются федеральными законами.

Аналогичная обязанность страхователя предусмотрена и ФЗ от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования".

Согласно данным ОСФР по Иркутской области ИП ФИО2 сведения на зарегистрированное лицо ФИО3 не предоставлялись.

Учитывая, что работодателем не уплачивались предусмотренные законом страховые взносы за истца, суд приходит к выводу о необходимости возложения на ответчика обязанности произвести отчисления страховых взносов в соответствующие фонды за весь период трудовых отношений.

При этом, в силу положений ст. 45 Налогового кодекса РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога посредством перечисления денежных средств в качестве единого налогового платежа, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть исполнена в срок, установленный в соответствии с настоящим Кодексом.

В случае неуплаты или неполной уплаты налога в установленный срок производится взыскание задолженности в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ст. 226 Налогового кодекса РФ ФИО1 организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 225 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей.

Таким образом, налоговым законодательством установлена непосредственная обязанность работодателя удержать налог на доход работника и уплатить его в бюджет, в связи с чем оснований для возложения на ответчика обязанности произвести выплаты неуплаченного налога на доходы физического лица не имеется, соответственно, в указанной части требования не подлежат удовлетворению.

Исходя из размера удовлетворенных судом требований, с учетом положений ст. 333.19, подп. 1 п. 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика в доход бюджета муниципального образования г. Иркутска подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 965 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 -199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО3 (№), и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ОГРНИП №) с 27.12.2018 по 02.11.2022 в должности инструктора тренажерного зала.

Восстановить ФИО3 (№) в должности инструктора тренажерного зала у индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №).

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №) внести в трудовую книжку ФИО3 (№), запись о приеме на работу с 27.12.2018 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП №) на должность инструктора тренажерного зала.

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №) обязанность произвести отчисления страховых взносов на обязательное пенсионное, медицинское и социальное страхование в отношении ФИО3 (№), в установленном законодательством порядке за период с 27.12.2018.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №) в пользу ФИО3 (№) заработную плату в размере 3 831 руб. 42 коп., денежные средства за время вынужденного прогула в размере 322 635 руб. 56 коп., компенсацию морального вреда в сумме 30 000 руб.

Решение суда в части восстановления ФИО3 в должности инструктора тренажерного зала у индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №); взыскании заработной платы в размере 120 689 руб. 67 коп. подлежит немедленному исполнению.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ИП ФИО2 о взыскании компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 190 982 руб. 34 коп., компенсации за нарушение срока выплаты компенсации за неиспользованные дни отпуска в размере 24 059,50 руб., возложении обязанности произвести выплаты неуплаченного налога на доходы физических лиц отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП №) в доход муниципального образования г. Иркутск государственную пошлину в размере 7 965 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Октябрьский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня составления мотивированного решения, которое лица, участвующие в деле, и представители могут получить 14.07.2023.

Судья О.В. Варгас