Дело №2-891/2022

73RS0013-01-2022-001887-71

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 июня 2022 года г.Димитровград

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Берхеевой А.В., при секретаре Кузьминой О.В., с участием помощника прокурора г.Димитровграда Фарафонтова М.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г.Димитровграда в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец прокурор г.Димитровграда обратился с иском в суд в защиту прав и законных интересов ФИО1, в обосновании заявленных требований указал, что 07.07.2020 в период времени с 17:00 до 19:30 ФИО3, (ДАТА) г.р., находясь в состоянии алкогольного опьянения на участке местности, расположенном в 50 м. от <адрес>, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений учинил ссору с Г*, (ДАТА) г.р. в ходе которой решил причинить тяжкий вред здоровью последнему.

Реализуя свой преступный умысел, ФИО2 в вышеуказанный период времени и месте, используя деревянную трость в качестве оружия, умышленно нанес указанной тростью не менее 15 ударов Г* по голове, лицу, туловищу, груди и спине, от которых Г* упал на землю. После чего ФИО2 продолжая свои преступные действия, нанес ногами не менее 25 ударов по голове, лицу, туловищу, рукам и спине Г*

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил тяжкий вред здоровью Г*

08.07.2020 по указанному факту причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни и здоровья человека было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст.111 ч.2 п. «з» УК РФ.

21.07.2020 Г* скончался в травматологическом отделении ФВЦМР ФМБА России. В этой связи, постановлением старшего следователя СО МО МВД России «Димитровградский» от 03.09.2020 ФИО1, являющаяся дочерью покойного Г*, была признана потерпевшей, ей причинен моральный вред.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от 07.09.2020 все указанные повреждения, нанесенные Г* не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Приговором Димитровградского городского суда от 07.10.2020 (дело №1-366/2020) ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.2 п. «з» УК РФ, ему назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Основанием для обращения в суд с настоящим иском с требованием о компенсации морального вреда явилось причинение тяжкого вреда здоровью отца истицы – Г* в результате преступных действий ФИО2, которыми ФИО1 лично в связи с причинением ФИО2 ее отцу Г* тяжкого вреда здоровью и последовавшей смертью причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в глубоких переживаниях по поводу утраты здоровья близким ей человеком – отцом и последовавшей смертью отца, длительном нахождении в стрессовой ситуации, изменении привычного уклада жизни, что привело в результате к нарушению неимущественных прав ФИО1 на родственные и семейные связи.

В силу ч.1 ст.45 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.

Обращение в суд с исковым заявлением в защиту прав и свобод и законных интересов ФИО1 связано с тем, что последняя не обладает юридическими познаниями. При этом получение квалифицированной юридической помощи является затруднительной в силу тяжелого материального положения (отсутствие работы, наличие на иждивении двух несовершеннолетних детей, смерть супруга).

Просит взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200000 руб.

В судебном заседании помощник прокурора заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в иске.

Истец ФИО1 в судебном заседании просила удовлетворить исковые требования прокурора, заявленные в ее интересах. Пояснила, что она с семьей и отец проживали совместно. После смерти мамы, отец осуществлял заботу о детях. В тот день он ушел по делам и не вернулся. Она переживала, что с ним случилось. На следующий день узнала, что он в больнице. Когда она его увидела, он был в тяжелом состоянии, в связи с чем она очень расстроилась, переживала за его здоровье. Больше к отцу ее не пускали, она передавала ему продукты питания. Впоследствии сообщили, что отец умер. В связи с указанным она испытывала нравственные страдания, переживала за отца.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не участвовал, извещен о времени и месте рассмотрения дела. О рассмотрении дела с его участием не ходатайствовал, отзыв на исковое заявление не предоставил.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Судом установлено, что ФИО2 приговором Димитровградского городского суда от 07.10.2020 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.111 ч.2 п. «з» Уголовного кодекса Российской Федерации (Далее- УК РФ), а именно в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета в качестве оружия в отношении Г*, (ДАТА) г.р.

Как следует из приговора, 07.07.2020 в период времени с 17.00 час. до 19.30 час. ФИО2, в состоянии алкогольного опьянения находясь на участке местности, расположенном в 50 метрах от <адрес>, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений с Г*, имея умысел на причинение тяжкого вреда здоровью последнего, используя деревянную трость в качестве оружия, нанес указанной тростью не менее 15 ударов Г* по голове, лицу, туловищу, груди и спине, от которых Г* упал на землю. После этого, ФИО2, нанес не менее 25 ударов ногами по голове, лицу, туловищу, рукам и спине Г*

21 июля 2020 года Г* скончался в больнице.

Согласно заключению судебной - медицинской экспертизы №019 от 07.09.2020, у трупа Г* обнаружены следующие повреждения: закрытая черепно-мозговая травма, закрытая тупая травма груди, множественные кровоподтеки на верхних конечностях, переломы поперечных отростков 1,2,3, поясничных позвонков.

Все повреждения образовались пожизненно в результате воздействий тупого предмета.

Кровоподтеки на руках образовались в результате не менее чем от 4-х воздействий в соответствующие области и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

Закрытая черепно-мозговая травма, имеющаяся у Г*, образовалась в результате не менее чем от 6-ти воздействий и квалифицируется по степени тяжести обычно у живых при неосложненном течении, как причинившая средний вред здоровью по признаку длительного расстройства его.

Переломы поперечных отростков 1,2,3, поясничных позвонков, имеющиеся у Г* образовались в результате не менее чем от 2-х воздействий и квалифицируются по степени тяжести обычно у живых, как причинившие средний вред здоровью по признаку длительного расстройства его.

Закрытая тупая травма груди, имеющаяся у Г*, образовалась в результате не менее чем от 4-х воздействий и квалифицируется по степени тяжести обычно у живых при неосложненном течении, как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Все вышеперечисленные повреждения, имеющиеся у Г* не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти.

Смерть Г* последовала от ишемической болезни сердца, осложнившейся острой сердечно-сосудистой недостаточностью.

Судом установлено, что ФИО1 является дочерью Г* Постановлением старшего следователя СО МО МВД России «Димитровградский» от 03.09.2020 признана потерпевшей по уголовному делу, возбужденному в связи с причинением ее отцу тяжкого вреда здоровью.

Обращаясь с настоящим иском в суд, прокурор указывает на то, что ФИО1 перенесла тяжелые нравственные страдания в связи с причинением ее отцу тяжкого вреда здоровью.

ФИО1 в судебном заседании пояснила, что они проживали с отцом одной семьей, когда он не пришел ночевать домой, она сильно переживала, искала его. На следующий день выяснилось, что он находиться в больнице, ее пустили к отцу, он был весь в телесных повреждениях. Больше она его не видела, поскольку ее к нему не пускали, а 21.07.2020 сообщили о его смерти, в связи с чем она также сильно переживала.

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ.

В данном случае, при определении возможности взыскания компенсации морального вреда, а также его размера, суд учитывает, что ФИО1 с отцом проживали совместно, у них были хорошие отношения, ФИО1 переживала в связи с получением Г* телесных повреждений, о дальнейшем его состоянии здоровью.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (абзац первый пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" указано, что по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, по общему правилу необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред, в том числе моральный, являются: причинение вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) предполагает, что противоправное поведение причинителя вреда должно быть условием наступления негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на то, что между противоправным поведением причинителя вреда и перенесенными потерпевшим в связи с этим физическими и нравственными страданиями должна быть только прямая причинная связь.

Судом установлено, что ФИО2 признан виновным и осужден за причинение тяжкого вреда здоровью Г*, а не его смерти.

Утрата отца, несомненно, причинила ФИО1 моральные страдания, однако ответственность за них ФИО2 не несет.

В заключении судебной - медицинской экспертизы 019 от 07.09.2020, эксперт четко указал, что все вышеперечисленные повреждения, имеющиеся у Г* не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Смерть Г* последовала от ишемической болезни сердца, осложнившейся острой сердечно-сосудистой недостаточностью.

При этом иная причинно-следственная связь (косвенная, опосредованная) между причинением тяжкого вреда здоровью и смертью Г* также не установлена.

С учетом указанного, при определении компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО2, суд не учитывает переживания ФИО1 связанные со смертью отца.

Суд учитывает, что ФИО1 в период нахождения отца в больнице с 08.07.2020 по 21.07.2020 не общалась с ним, ни лично, ни по телефону. Видела его только 08.07.2020. Привычный уклад ее жизни не изменился, вопреки доводам прокурора.

С учетом исследованных обстоятельств дела, суд полагает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., отказав во взыскании компенсации морального вреда в большем размере, чем взыскано судом.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ следует взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования прокурора г.Димитровграда в защиту прав, свобод и законных интересов ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований в большем размере отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Димитровградский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме – 10 июня 2022 года.

Председательствующий судья А.В.Берхеева