Решение по делу № 2А-391/2023 от 02.06.2023 - о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, произведении перерасчёта и выплаты заработной платы.

66RS0056-01-2023-000314-83

№2а-391(8)2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Тавда 22 мая 2023 года

мотивированное решение от 02 июня 2023 года

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Галкина С.В.,

при секретаре Гутковской М.С.,

с участием административного истца ФИО3,

представителя административных ответчиков по доверенности ФИО5,

Тавдинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством видеоконференцсвязи административное дело по административному исковому заявлению ФИО3 ФИО2 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония №» Главного Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральному казённому учреждению Медико-санитарная часть № ФСИН России, Главному Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, произведении перерасчёта и выплаты заработной платы,

установил:

ФИО4, содержащийся в настоящее время в ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по <адрес>, обратился в Тавдинский районный суд с иском к ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> с требованиями о присуждении компенсации в сумме 1 000 000 рублей за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, и компенсации за причинённый вред здоровью в размере 2 000 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (5 лет и 5 месяцев) отбывал наказание в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, после чего был переведён для дальнейшего отбывания наказания в ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по <адрес>.

В ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> содержался в отрядах №№, которые почти всегда были переполнены.

Отряд № (секция №) имел площадь 45-50 кв.метров, отряд был оборудован двухъярусными кроватями в количестве 16 штук, при этом в разное время в отряде содержалось от 26 до 30 осуждённых, и на одного осуждённого приходилось от 1,2 кв.метра жилой площади.

Отряд № (секция №) имел площадь 55-60 кв.метров, отряд был оборудован двухъярусными кроватями в количестве 18 штук, при этом в разное время в отряде содержалось от 32 до 36 осуждённых.

Отряд № (секция №) имел площадь 60 кв.метров, отряд был оборудован двухъярусными кроватями в количестве 20 штук, при этом в разное время в отряде содержалось от 36 до 40 осуждённых.

Отряд № СУОН секция № имел площадь 45 кв.метров, отряд был оборудован двухъярусными кроватями в количестве 12 штук, и одноярусными кроватями в количестве 6 штук для размещения 30 осуждённых.

В дневное время – с 06:00 до 20:00 часов осуждённых из секции № содержали совместно с осуждёнными из секции №, и на площади 30-35 кв.метров одновременно содержалось до 65-67 осуждённых.

Во всех отрядах, в которых содержался осуждённый - в отрядах №№, отсутствовала горячая вода, в недостаточном количестве были установлены сантехнические приборы.

В отряде № для всех осуждённых было установлено только 2 унитаза и 2 писсуара, которыми могли пользоваться только с 21:00 часа до 06:00 часов, в дневное время ходили в деревянный туалет, расположенный на улице. В данном отряде было установлено 8 раковин, кухня имела площадь 20-25 кв.метров, в которой установлено 2 холодильника, 2 электрочайника, 2 микроволновые печи, один стол для питания и 3 стула, тогда как общее количество осуждённых с двух секций доходило до 50-60 человек.

В отряде № были установлены только 1 унитаз и 2 писсуара, 8 раковин для умывания. Кухня имела площадь 20 кв.метров, в которой установлено 2 холодильника, 2 электрочайника, 1 микроволновая печь. При этом число осуждённых с секций №№ доходило до 110 человек.

В отряде № были установлены только 1 унитаз и 4 писсуара, 6 раковин для умывания. Кухня имела площадь 30 кв.метров, в которой установлено 2 холодильника, 2 электрочайника, 2 микроволновые печи, один стол для питания и 2 лавочки. С учётом секций №№ общее число осуждённых доходило до 120 человек.

В отряде № СУОН для всех осуждённых было установлено только 4 унитаза, 3 раковины для умывания. Кухня имела площадь 30-35 кв.метров, в которой установлено 2 холодильника, 3 стола для питания и 6 лавочек, тогда как общее количество осуждённых с двух секций доходило до 67 человек.

Все отряды, в которых осуждённый отбывал наказание, очень плохо освещались. Отряды были 1937 года постройки, находились в ветхом и антисанитарном состоянии. В отрядах была повышенная влажность, стены были сырыми, покрытыми плесенью и грибком, с потолка обваливалась штукатурка.

За период отбывания наказания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> медицинское обслуживание было неудовлетворительным, вследствие чего, административный истец приобрёл ряд заболеваний, таких как: гражданин

Для лечения всех этих болезней истцу выдавался только амепрозол. Другие лекарственные препараты истцу не выдавались ввиду их отсутствия. Истец более 40 раз обращался к медицинскому персоналу с требованиями об этапировании в больницу для комплексного медицинского обследования. Несмотря на то, что гепатит «В» был выявлен в 2017 году, медицинское обследование проведено только в 2022 году.

Административный истец не исключает, что был заражён гражданин, поскольку ранее у него этого заболевания не было. Кроме того, из-за повышенной влажности и сырости в отрядах у административного истца развились ОРВИ-заболевания.

Помывка в бане предоставлялась истцу, как и другим осуждённым, только 1 раз в 7 дней, при этом на помывку отводилось только 15-20 минут, а время на стирку личных вещей не предоставлялось.

Неоднократные устные и письменные жалобы на ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении повлекли за собой угрозы и применение физической силы со стороны сотрудников ИК.

Такие условия содержания в исправительном учреждении доставляли административному истцу ежедневные нравственные страдания, вызывая чувство унижения и беспомощности.

Компенсацию причинённого морального вреда за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении административный истец оценивает в размере 1 000 000 рублей, компенсацию за причинённый вред здоровью - в размере 2 000 000 рублей, которые просит взыскать с ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> за счёт казны Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по <адрес>.

Кроме того, административный истец указал, что с июня 2019 года по ДД.ММ.ГГГГ был трудоустроен вязальщиком мочалок для погашения задолженности по исполнительным листам. За выполненную работу истцу платили крайне мало – от восьми до 50 рублей в месяц, мотивируя это тем, что он не выполняет норму выработки. Однако, ни административному истцу, ни другим осуждённым со стороны администрации исправленного учреждения конкретные нормы выработки не доводились.

Впоследствии истец был трудоустроен швеем-мотористом, где нормы выработки до осуждённых также не доводились. Несмотря на то, что истец работал полный рабочий день, заработная плата составляла от 300 до 900 рублей в месяц, что, по его мнению, нарушает нормы трудового законодательства.

Поскольку с административного истца также взыскиваются алименты на содержание несовершеннолетнего ребёнка, размер удерживаемых с заработной платы сумм в счёт погашения задолженности по алиментам, и гражданскому иску в пользу потерпевшей, был незначительным.

В связи с чем, ФИО4 просит возложить на ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> произвести перерасчёт заработной платы с 2019 по 2021 год включительно, и выплатить заработную плату в размере МРОТ, доплатив гражданский иск в пользу потерпевшей по уголовному делу и алименты на содержание несовершеннолетнего ребёнка, а оставшуюся сумму зачислить на его лицевой счёт.

Определением суда к участию в деле в качестве административных соответчиков привлечены ГУФСИН России по <адрес>, ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН, ФСИН России и Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства <адрес>.

Кроме того, к участию в деле для дачи заключения привлечён Тавдинский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях.

В судебном заседании административный истец, участвующий посредством видеоконференцсвязи, поддержал заявленные требования по изложенным в иске основаниям, пояснив, что длительное бездействие администрации исправительного учреждения по его медицинскому обследованию ухудшило состояние его здоровья, в связи с чем, просит взыскать в свою пользу соответствующую компенсацию.

Представитель административных соответчиков – ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России по доверенности ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, представил суду письменные возражения, суть которых сводится к следующему. Доводы административного истца о нарушениях условий содержания в исправительном учреждении представитель административных ответчиков считает несостоятельными. За весь период отбывания наказания ФИО4 был обеспечен в исправительном учреждении индивидуальным спальным местом, случаи превышения количества осужденных по отношению к количеству спальных мест были исключены. При том, что имеющиеся в наличии исправительного учреждения жилые площади позволяют обеспечить осуждённых жилой площадью в соответствии с требованиями статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации из расчёта не менее двух квадратных метров на одного осуждённого.

Все помещения отрядов ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> оборудованы санитарными узлами, которые отгорожены непроницаемым экраном от пола до потолка, имеется входная дверь, что обеспечивает достаточную степень приватности во время пользования санитарным узлом и отгораживает санитарный узел от остальной части отряда. Санитарные узлы в отрядах удалены от места приема пищи и спальных мест на расстоянии свыше 3 метров. Кроме того, в наличии имеются туалеты на улице – освещенные неотапливаемые строения, отгороженные зонами приватности, построенные над выгребной ямой. Действующими нормативными правовыми актами запрета для осужденных пользоваться туалетом на улице не предусмотрено. Дворовые уборные соответствовали Санитарным правилам устройства и содержания общественных уборных, утвержденных Главным государственным санитарным врачом СССР от ДД.ММ.ГГГГ №. Время для посещения осужденными санитарных узлов в отрядах и туалетов на улице не ограничивается и не регламентируется.

За весь период отбывания наказания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> жалоб и обращений по вопросу условий содержания от осужденного ФИО4 не поступало.

Кроме того, при отбывании наказания осуждённый ФИО4 неоднократно обращался в филиал МЧ-19 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России, где ему своевременно и надлежащим образом оказывалась медицинская помощь.

Доводы административного истца о нарушении его трудовых прав, низкой заработной платы и возложении обязанности произвести перерасчёт заработной платы исходя из размера средней заработной платы, представитель административных ответчиков также находит несостоятельными. При трудоустройстве в исправительном учреждении ФИО4 был трудоустроен на различных должностях со сдельной оплатой труда, при этом ежемесячно получал расчетные листки с указанием начисленной заработной платой.

Начисление заработной платы осужденному производилось согласно наряд-заданий, утвержденных начальником исправительного учреждения. В период трудоустройства осужденному ФИО4 ежемесячно начислялась и выплачивалась заработная плата, задолженность по её выплате отсутствует. Нормы выработки осуждённым систематически не исполнялись, в связи с чем, основания для начисления заработной платы исходя из минимального размера оплаты труда, отсутствуют.

Представитель административных ответчиков также указал, что ФИО4 отбывал наказание в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно. В соответствии с положениями статьи 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В связи с тем, что административный истец убыл из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, срок для обращения с настоящим административным иском истек ДД.ММ.ГГГГ. Действия должностных лиц, которые, по мнению административного истца, нарушали его права, имели место в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Тогда как с настоящим административным иском истец обратился в суд только ДД.ММ.ГГГГ, то есть за пределами установленного законом срока. Полагает, что административный истец, имея реальную возможность в соответствии с действующим законодательством осуществить защиту своих прав на протяжении длительного периода времени в суд за защитой своих прав не обращался. Уважительных причин пропуска срока обращения суду не представлено.

Представитель административных ответчиков полагает, что в действиях администрации исправительного учреждения нарушений действующего законодательства не имеется. Одни лишь доводы истца, изложенные в исковом заявлении, не могут являться безусловным и надлежащим доказательством для установления факта причинения ему физических и нравственных страданий. В связи с чем, просит отказать в удовлетворении заявленных требований ФИО4 в полном объёме.

Представитель административного соответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в своё отсутствие, и письменный отзыв, суть которого сводится к следующему. ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> находится в ведении Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, которое и осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, в связи с чем, Министерство финансов Российской Федерации в данном случае является ненадлежащим административным ответчиком по делу. Кроме того, ссылки административного истца на ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении являются голословными, доказательств, устанавливающих причинно-следственную связь между причинением морального вреда и действиями (бездействием) сотрудников ФСИН, суду не представлено. Одни лишь утверждения истца о причинении ему морального вреда не могут являться достаточными, и служить основанием для удовлетворения заявленных требований. В связи с чем, также просит отказать в удовлетворении заявленных требований ФИО4 в полном объёме.

Представитель соответчика - ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, направил в суд ходатайство о рассмотрении дела в своё отсутствие, и письменный отзыв, суть которого сводится к тому, что в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с требованиями Федерального закона № от ДД.ММ.ГГГГ «Об основах здоровья граждан в Российской Федерации». Информация, содержащаяся в медицинской карте ФИО4, подтверждает надлежащее и полное оказание медицинской помощи, соответствующей состоянию осуждённого. Установить связь между развитием того или иного заболевания и условиями пребывания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> невозможно в силу того, что этиология и патогенез каждого заболевания различны. В связи с длительностью обжалуемого периода – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, наличием большого количества сопутствующих заболеваний у осуждённого, отсутствия соответствующей информации о контактах в течение всего периода жизни, включая вне условий изоляции от общества, причинно-следственную связь между действиями (бездействием) должностных лиц исправительного учреждения, условиями отбывания наказания и выявленными заболеваниями у административного истца установить невозможно. В связи с чем, просит в удовлетворении заявленных требований отказать в полном объёме.

На основании части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание участвующих лиц.

Выслушав доводы административного истца и представленные возражения представителей административных соответчиков, а также изучив представленные суду материалы административного дела, и заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении заявленных требований ФИО4, суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении судом требования о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении интересы Российской Федерации представляет главный распорядитель средств федерального бюджета в соответствии с ведомственной принадлежностью органа (учреждения), обеспечивающего условия содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

В силу подпункта 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно пункту 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

Таким образом, по искам о возмещении вреда, причинённого незаконными действиями (бездействием) органов власти, предъявляемые к Российской Федерации, от её имени в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств.

Согласно пп. 6 п. 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, Федеральная служба исполнения наказаний осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Поскольку по делу заявлено требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, то в силу вышеприведённых положений закона надлежащим ответчиком по настоящему делу будет являться Федеральная служба исполнения наказаний, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Согласно части 2 статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, задачами уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации являются регулирование порядка и условий исполнения и отбывания наказаний, определение средств исправления осуждённых, охрана их прав, свобод и законных интересов, оказание осужденным помощи в социальной адаптации.

При исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьёй 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осуждённое к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение (часть 1). Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих (часть 2).

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания в Российской Федерации законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может быть расценено в качестве причинения физических и нравственных страданий таким лицам, поскольку указанные нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях по постановлению или приговору суда, не порождают у него право на денежную компенсацию.

Соответствующая правовая позиция нашла отражение в Определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 84-КГ17-6.

Таким образом, исходя из вышеприведенных разъяснений, суду при рассмотрении дел такой категории надлежит оценивать соответствие условий содержания административного истца требованиям, установленным законом, а также дать оценку таким условиям, принимая во внимание невозможность допущения бесчеловечного или унижающего достоинство человека обращения и нарушения его прав и основных свобод.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (часть 1, 2 статьи 27.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 7, 13 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 67-ФЗ "О порядке отбывания административного ареста", статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", статьи 93, 99, 100 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 120-ФЗ "Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних", часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", статья 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения". Принудительное содержание лишённых свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека (далее - запрещенные виды обращения). Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Материально-бытовое обеспечение осуждённых к лишению свободы регламентировано статьёй 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации.

Минимальные стандартные правила обращения с заключёнными, принятые проведённым в Женеве в 1955 году первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту - Правила) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключённый мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (пункт 12).

Как установлено судом и следует из материалов дела ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> является учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим уголовные наказания в виде лишения свободы для осуждённых, которым назначен строгий вид режима. Его учредителем и собственником закреплённого за ним имущества является ФИО1 в лице Федеральной службы исполнения наказаний.

Административный истец ФИО4, осуждённый приговором Алапаевского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ к наказанию в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>.

Из сведений, представленных ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, следует, что годом постройки данного исправительного учреждения являлись 1953 – 1954 годы.

Согласно представленным материалам, в период отбывания наказания в данном исправительном учреждении ФИО4 содержался в отрядах № (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), № (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), и № (в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчёте на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах - двух с половиной квадратных метров, в колониях, предназначенных для отбывания наказания осуждёнными женщинами, - трех квадратных метров, в воспитательных колониях - трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях - трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы - пяти квадратных метров.

Согласно техническим паспортам на здания общежитий объекта по адресу <адрес>, и справке заместителя начальника ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>:

- площадь спальных помещений общежития отряда № составляет 201,3 кв.м, при этом среднесписочная численность осуждённых в период проживания в нём ФИО4 составляла 95 человек;

- площадь спальных помещений общежития отряда № составляет 141,2 кв.м, при этом среднесписочная численность осуждённых в период проживания в нём ФИО4 составляла 45 человек;

- площадь спальных помещений общежития отряда № составляет 141,7 кв.метра, при этом среднесписочная численность осуждённых в период проживания в нём ФИО4 составляла 64 челоека;

- площадь спальных помещений общежития отряда № (1972 года постройки) составляет 183,3 кв.метра, при этом среднесписочная численность осуждённых в период проживания в нём ФИО4 составляла 90 человек;

- жилая площадь транзитно-пересыльного пункта (отряда «карантин») рассчитана на содержание 70 осуждённых, площадь спальных помещений № и 15 данного отряда составляет 141,36 кв.метра.

Таким образом, исходя из площади общежитий отрядов, в которых содержался ФИО4, и количества осуждённых в них содержащихся, площадь на одного осужденного составляла более 2 кв.метра.

Учитывая, что в период содержания ФИО4 в указанных отрядах площадь на одного осуждённого составляла более 2 кв.м., что соответствует требованиям части 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, то доводы административного истца о недостаточном личном пространстве суд находит несостоятельными, критически оценивая позицию административного истца о недостаточности жилого пространства, поскольку законодательством установлены нормы общей площади на каждого осуждённого.

В соответствии со справкой заместителя начальника исправительного учреждения общежитие отряда №, в котором отбывал наказание ФИО4, в соответствии с требованиями Приказа Минюста России №-дсп от ДД.ММ.ГГГГ из расчёта один прибор для отправления естественных надобностей на 15 осуждённых оборудовано туалетом на 12 приватных мест, в самом здании общежития имеется уборная на 5 приватных мест с унитазами, а также 10 умывальников, что также подтверждается цветными иллюстрациями.

Общежитие отряда № оборудовано уборной, в которой имеется 4 прибора (2 писсуара и 2 унитаза), дополнительно у отряда располагается отапливаемый уличный туалет, оборудованный 9 унитазами, что также подтверждается цветными иллюстрациями.

Общежитие отряда № оборудовано уборной, в которой имеется 3 прибора (2 писсуара и 1 унитаз) и 11 умывальников, дополнительно у отряда располагается отапливаемый уличный туалет, оборудованный 7 приватными местами, что также подтверждается цветными иллюстрациями.

Общежитие отряда № также оборудовано уборной с необходимым количеством санитарных узлов и умывальников.

Из представленных суду материалов следует, что вопреки доводам административного истца все помещения отрядов ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> оборудованы санитарными узлами, которые отгорожены непроницаемым экраном от пола до потолка, что обеспечивает достаточную степень приватности во время пользования санитарным узлом и отгораживает санитарный узел от остальной части отряда. Санитарные узлы в отрядах удалены от места приема пищи и спальных мест на расстоянии свыше 3 метров. Кроме того, в наличии имеются туалеты на улице – освещенные неотапливаемые строения, отгороженные зонами приватности, построенные над выгребной ямой. При этом наличие в исправительном учреждении выгребных ям само по себе не может безусловно расцениваться как нарушение прав административного истца.

Согласно справке заместителя начальника ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, в исправительном учреждении имеется автономная котельная, отопление в помещениях отрядов осуществляется согласно плану отопительного сезона с 15 сентября по 15 мая, при необходимости в зависимости от погодных условий, вносятся корректировки. Тепловые сети учреждения находятся в технически исправном состоянии. Температурный режим в помещениях отрядов соблюдается, составляет от +18°С до +22°С°, при этом ежедневно контролируется дежурной сменой и передаётся в сводках в дежурную службу ГУФСИН России по <адрес>. Жалоб от других осужденных на несоблюдение температурного режима в адрес администрации не поступало. Срывов отопительного сезона не допускалось.

Несмотря на то, что годами постройки зданий ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> являются 1953-1954 годы, доказательств того, что помещения отрядов находятся в аварийном состоянии, а в сами отрядах отсутствует надлежащее освещение и вентиляция, в материалы дела не представлено.

Из представленных административными соответчиками суду материалов следует, что счет средств федерального бюджета и средств от приносящей доход деятельности исправительного учреждения, в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> ежегодно производятся текущие ремонты, с целью предупреждения преждевременного износа строительных конструкций зданий, сооружений и их инженерных систем. Ежеквартально проводятся комиссионные осмотры зданий, общежитий отрядов на пригодность их эксплуатации. Каких-либо угроз обрушений не выявлено.

Факт того, что здания, в которых расположены общежития отрядов ФКУ ИК19 ГУФСИН России по <адрес>, находятся в технически исправном состоянии и пригодны для проживания подтверждён также заключением Тавдинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от ДД.ММ.ГГГГ по обращениям осуждённого ФИО4

Судом установлено, что горячее водоснабжение в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> отсутствует, так как во время постройки исправительного учреждения оно не было предусмотрено.

Как следует из материалов, представленных административными ответчиками, для помывки, стрижки осуждённых и стирке белья в колонии функционирует банно-прачечный комплекс.

Помывка осуществляется группами до 20 осуждённых за раз, в расчете один кран на шесть осуждённых, продолжительность помывки 30 минут. После каждой помывки в присутствии фельдшера филиала МЧ-66 МСЧ-19 производится дезинфекция помещений и тазов. В прачечной имеется три стиральные машины производительностью 50 кг, 25 кг и 10 кг белья за цикл стирки, а также одна центрифуга. На выходе осужденный получает чистое, высушенное бельё. Из представленного графика работы бани исправительного учреждения следует, что все осуждённые, содержащиеся в отрядах обеспечиваются помывкой в бане два раза в неделю.

Фактов нарушений прав административного истца на помывку в банно-прачечном комплексе два раза в семь дней, судом не установлено и самим административным истцом таких фактов с указанием конкретных дней (случаев), когда именно было нарушено его право на помывку в бане, не названо.

При установленных обстоятельствах, суд не находит оснований и для удовлетворения требований административного истца о нарушении условий его содержания в исправительном учреждении и в данной части.

Не нашли своего подтверждения и доводы административного истца о ненадлежащем оказании медицинской помощи в исправительном учреждении, и отсутствии необходимых в лечении медикаментов.

При рассмотрении дела установлено, что лечебно-профилактическая и санитарно-противоэпидемическая помощь для осужденных организована в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> в соответствии с Приказом Минюста России от ДД.ММ.ГГГГ N 285. Оказание медицинской помощи осуждённым обеспечивается работниками и сотрудниками филиала МЧ-19 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, на основании которого разработан график посещения осужденными медицинской части. В соответствии с утвержденным графиком амбулаторная помощь осуждённым оказывается в рабочие дни с 08.00 часов до 19.00 часов. Экстренная медицинская помощь оказывается круглосуточно.

Судом установлено, что при обращении за медицинской помощью в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> административному истцу своевременно и надлежащим образом оказывалась медицинская помощь в соответствии с выявленным заболеваниями, что подтверждается выписным эпикризом, согласно которому ФИО4 своевременно назначался курс лечение в соответствии с выставленным диагнозом.

Доводы административного истца о том, что ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении способствовали развитию у него ОРВИ-заболеваний, а также заражением гепатитом «В», также не нашли своего объективного подтверждения.

Из заключения Тавдинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях по обращениям осуждённого ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что все медицинские манипуляции осуществляются медицинскими работниками в строгом соблюдении санитарно-эпидемиологических требований, в специально отведённых помещениях (процедурных кабинетах). При этом медицинские работники пользуются одноразовыми предметами медицинского назначения, и выполняют данные манипуляции в средствах индивидуальной защиты.

Доказательств того, что между выявленным в ноябре 2017 года у ФИО4 заболеванием гепатит «В» и действиями (бездействием) должностных лиц исправительного учреждения, присутствует причинно-следственная связь, в материалы дела не представлено.

Тогда как в силу части 1 статьи 62 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лица, участвующие в деле, обязаны доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основания своих требований или возражений, если иной порядок распределения обязанностей доказывания по административным делам не предусмотрен названным Кодексом.

При разрешении заявленных ФИО4 требований о нарушении его трудовых прав, и возложении на ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> обязанности произвести перерасчёт заработной платы с 2019 по 2021 год исходя из минимального размере оплаты труда, суд исходит из следующего.

Привлечение осужденных к лишению свободы в период отбывания наказания в исправительных учреждениях к оплачиваемому труду предусмотрено статьей 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, статьей 17 Закона Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 5473-1 "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы".

Осужденные привлекаются к труду не по своему волеизъявлению, а в соответствии с требованиями уголовно-исполнительного законодательства.

Поскольку общественно полезный труд как средство исправления (статья 9 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации) и обязанность (статьи 11, 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации) осужденных является одной из составляющих процесса отбывания наказания, их трудовые отношения с администрацией исправительного учреждения носят специфический характер.

Согласно статьям 103, 104 и 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации отбывающие наказание в виде лишения свободы могут привлекаться к трудовой деятельности, продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде, время привлечения осужденных к оплачиваемому труду засчитывается им в общий трудовой стаж, осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде. Учет отработанного осужденным времени производится администрацией исправительного учреждения.

Согласно статье 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, осужденные к лишению свободы имеют право на оплату труда в соответствии с законодательство Российской Федерации о труде (часть 1); размер оплаты труда осужденных, отработавших полностью определенную на месяц норму рабочего времени и выполнивших установленную для них норму, не может быть ниже установленного минимального размера оплаты труда (часть 2); оплата труда осужденного при неполном рабочем дне или неполной рабочей неделе производится пропорционально отработанному осужденным времени или в зависимости от выработки (часть 3).

В соответствии с частью 3 статьи 129 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы и перевода на другую работу.

На основании части 1 статьи 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Судом установлено, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> ФИО4 был трудоустроен на должность вязальщика мочалок со сдельной оплатой труда с ДД.ММ.ГГГГ, приказом №-т от ДД.ММ.ГГГГ переведён швеем в пошивочную мастерскую со сдельной оплатой труда, уволен с указанной должности ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа №-т от ДД.ММ.ГГГГ.

Факт того, что на указанных должностях ФИО4 выполнял работу со сдельной оплатой труда, и его заработная плата зависела от нормы выработки, сторонами не оспаривается.

Согласно Положению об оплате труда осуждённых, утверждённых Приказом начальника ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, заработная плата осуждённых со сдельной системой оплаты труда рассчитывается исходя из сдельных расценок, фактически отработанного времени с учётом норм выработки и коэффициента трудового участия работника в выполненной работе (пункт 2.4.1 Положения).

Аналогичные правила определения порядка начисления заработной платы осуждённых со сдельной оплатой труда закреплены в Положении об оплате труда осуждённых, утверждённых Приказом начальника ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> №-ос от ДД.ММ.ГГГГ, и Положении об оплате труда осуждённых, утверждённых Приказом начальника ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> №-ос от ДД.ММ.ГГГГ.

Материалами дела установлено, что при выполнении трудовых обязанностей на вышеуказанных должностях, норма выработки административным истцом не выполнялась.

Так, в 2020 году нормы его выработки составили: в июне - 80,6%, в июле - 28,5%,в августе – 64%, в сентябре – 0%, в октябре 59,6%, в ноябре – 19,5%, в декабре 40,3%.

В 2021 году нормы выработки ФИО4 составили: в январе – 15,7%, фв феврале – 49,5%, в марте - 43,4%, в апреле - 13,7%, в мае - 9,6%, в июне - 7%, в июле - 10%, в августе – 21,1%, в сентябре – 29,2 %, в октябре – 14,6%, в ноябре – 21,3%, в декабре 29,6%.

Заработная плата за указанные периоды произведена ФИО4 пропорционально объёму произведённой продукции.

Принимая во внимание, что истцом не выполнялась норма выработки в спорные периоды, с учетом требований части 2 статьи 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации у ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> отсутствовала обязанность производить ФИО4 начисление заработной платы в размере не ниже установленного минимального размера оплаты труда.

Доводы административного истца о том, что до него со стороны администрации исправительного учреждения не доводились нормы выработки, в данном случае не могут быть приняты во внимание. С учётом специфики швейного производства в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, стоимость изготавливаемой продукции заказчиком постоянно изменялась, в связи с чем, заранее определить нормы труда не представлялось возможным по объективным причинам – изменения стоимости производимых работ. Вместе с тем, нормы выработки до осуждённых регулярно доводились в устной форме перед выходом на работу, что подтверждается заключением Тавдинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях по обращениям осуждённого ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ, и письменными объяснениями других осуждённых.

Суд полагает, что ответчиком доказан факт соблюдения положений статьи 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при начислении и выплате истцу заработной платы за фактически отработанное время по окончании закрытия нарядов, с учетом сдельной оплаты труда.

При установленных обстоятельствах суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4 о произведении перерасчёта и взыскании заработной платы за спорный период в размере не менее МРОТ, не имеется.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд удовлетворяет требование о признании незаконными действий, решения органа государственной власти только при установлении совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых действий, решения органа государственной власти нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца оспариваемыми действиями, решением органа государственной власти (пункт 1). При отсутствии совокупности названных условий, суд отказывает в удовлетворении требования о признании незаконными оспариваемых действий, решения органа государственной власти (пункт 2).

Одновременно считает необходимым отметить, что истцом пропущен срок на обращение в суд по требованиям о взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В силу части 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Конституционные права осуждённых, отбывающих по приговору суда наказание в местах лишения свободы, ограничены законом, поэтому на указанных лиц распространяются нормы трудового законодательства Российской Федерации только в части, допускаемой и предусмотренной уголовным и уголовно-исполнительным законодательством с соблюдением установленных законом изъятий и ограничений. В соответствии с ч. 1 ст. 102, ч. 1 ст. 104, ч. 1 ст. 105 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации на осужденных распространяются нормы трудового законодательства Российской Федерации, регулирующие материальную ответственность осужденных к лишению свободы, продолжительность рабочего времени, правила охраны труда и техники безопасности, производственной санитарии, оплаты труда. Вместе с тем, согласно закону, на осужденных не распространяются, в частности, нормы трудового законодательства, регулирующие порядок приема на работу, увольнения с работы, восстановления на работе, перевода на другую работу и перемещение, социальные гарантии, предусмотренные трудовым договором.

В данном случае суд приходит к выводу о применении к спорным правоотношениям положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку, как указано выше, ответчик пропустил установленный срок.

Судом установлено, что на протяжении спорного периода ФИО4 ежемесячно получал заработную плату, о чем расписывался в карточке по учету движения личных денег и операций по безналичному расчету. За весь период трудоустройства с заявлениями по поводу неправомерного начисления заработной платы ФИО4 в суд не обращался. Об уважительных причинах пропуска срока на обращение в суд, а также о восстановлении пропущенного срока административным истцом не заявлено.

Кроме того, суд считает необходимым отметить следующее.

Административное и гражданское судопроизводство осуществляется в соответствии с теми нормами процессуального права, которые действуют во время рассмотрения и разрешения дела (часть 5 статьи 2 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Статьёй 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трёх месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1). Пропуск установленного срока обращения в суд не является основанием для отказа в принятии административного искового заявления к производству суда. Причины пропуска срока обращения в суд выясняются в предварительном судебном заседании или судебном заседании (часть 5).

Пропущенный по указанной в части 6 приведённой статьи или иной уважительной причине срок подачи административного искового заявления может быть восстановлен судом, за исключением случаев, если его восстановление не предусмотрено данным кодексом (часть 7).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трёхмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишённых свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трёх месяцев после прекращения такой обязанности.

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № в силу частей 2 и 3 статьи 62, подпунктов 3,4 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации обязанность доказывания соблюдения надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

В свою очередь на административном истце в силу положений подпункта 1,2 части 9, части 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лежит обязанность доказать нарушение прав, соблюдение срока на обращение в суд.

Пребывание в тех условиях, которые являлись предметом исследования и оценки по настоящему делу, имело место в период нахождения административного истца в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то есть оно прекратилось именно ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, требование, связанное с нарушением условий содержания ФИО4. в ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, могло быть подано им в течение всего срока, в рамках которого у данного Учреждения сохранялась обязанность совершить определённые действия, а также в течение трёх месяцев после прекращения такой обязанности.

Между тем, что с настоящим административным иском ФИО4 обратился только ДД.ММ.ГГГГ (согласно штампу на почтовом конверте), то есть по истечении 7 месяцев со дня выбытия им из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по <адрес>, и его процессуальные возможности ограничены не были.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что установление в законе сроков для обращения в суд с административным исковым заявлением, а также момента начала их исчисления относится к дискреционным полномочиям федерального законодателя, его установление обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определённость публичных правоотношений, а также получение реальной судебной защиты в целях эффективного восстановления в правах посредством правосудия в случае их нарушения (определения от ДД.ММ.ГГГГ №, от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ № и др.).

Указанное свидетельствует о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленного главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Административным истцом доказательств уважительности причин пропуска указанного срока, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, несмотря на возложенную на него законом обязанность, не представлено, и судом не установлено.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований ФИО4 в полном объёме.

На основании изложенного, и руководствуясь статьями 175-180, 226, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении административного искового заявления ФИО3 ФИО11 к Федеральному казённому учреждению «Исправительная колония №» Главного Управления Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральному казённому учреждению Медико-санитарная часть № ФСИН России, Главному Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес>, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по <адрес>, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, компенсации за причинённый вред здоровью, произведении перерасчёта и выплаты заработной платы – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, то есть 02 июня 2023 года.

Председательствующий подпись С.В. Галкин