Дело № 2а-177/2025

УИД 29RS0020-01-2025-000279-46

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 июня 2025 года с. Карпогоры

Пинежский районный суд Архангельской области в составе председательствующего судьи Худяковой О.С., при секретаре судебного заседания Янковой М.Г.,

с участием представителя административного истца ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО11 к Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО, заместителю начальника отдела – главному государственному инспектору труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 о признании незаконным предписания и заключения заместителя начальника отдела – главного государственного инспектора труда отдела охраны труда ФИО12,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО11, действуя через своего представителя ФИО10, обратилась в Пинежский районный суда Архангельской области с административным исковым заявлением к Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО, заместителю начальника отдела – главному государственному инспектору труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 об оспаривании предписания от 27 февраля 2025 года №*** и заключения от 27 февраля 2025 года №***.

В обоснование административных исковых требований указала, что на основании заключения от 27 февраля 2025 года, составленного по несчастному случаю со смертельным исходом, произошедшему 24 ноября 2024 года с 13 час. 30 мин. до 14 час. 30 мин. с ФИО1., сторожем ИП ФИО11, 27 февраля 2025 года заместителем начальника отдела – главным государственным инспектором труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 в адрес административного истца вынесено оспариваемое предписание об устранении нарушений трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, которое вместе с вышеуказанным заключением являются незаконными. Так, выводы содержащиеся в заключении инспектора труда не основаны на обстоятельствах произошедшего, административный истец считает, что смерть ФИО1 наступила в результате нарушения последней правил пожарной безопасности, с которыми она была ознакомлена. Кроме того, в заключении сделан вывод, основанный на предположении о том, что административный истец допустила ФИО1 на рабочее место в состоянии алкогольного опьянения, что не соответствует действительности. Акт по форме Н-1 составлен ИП ФИО11 на основании материалов предварительной проверки, согласно которым смерть ФИО1 носит некриминальный характер и наступила в результате её собственных небрежных действий (в результате курения на диване). Просила указанные заключение и предписание признать незаконными.

Определением от 14 мая 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен руководитель Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и Ненецком автономном округе ФИО13

Определением от 30 мая 2025 года к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО2., ФИО3 и ФИО4.

В судебное заседание административный истец не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомили.

Представитель истца ФИО10 в ходе судебного заседания исковые требования ИП ФИО11 поддержал по изложенным в нем основаниям, указал, что акт по форме Н-1 был подготовлен ФИО11 единолично и направлен в адрес государственной инспекции труда. Данный акт составлен уже после того, как было вынесено заключение. Обосновать причину, по которой данный акт не был представлен в материалы дела не смог. Указал, что смерть ФИО1 не носит криминальный характер и наступила в результате её собственных небрежных действий, а именно в результате курения. Выводы государственного инспектора о том, что ФИО11 допустила к работе в состоянии алкогольного опьянения, фактически не соответствуют действительности. Подтвердил, что действительно работодатель не уведомил государственную инспекцию труда о наличии несчастного случая. Представил суду для обозрения журнал вводного инструктажа, трудовой договор, заключенный с ФИО5., протокол №*** по проверке знаний требований охраны труда работников ИП ФИО11, а также удостоверение №***, выданное на имя ФИО11

Административный ответчик заместитель начальника отдела – главный государственный инспектор труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 и заинтересованное лицо руководитель Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и Ненецком автономном округе ФИО13 о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, направили в суд ходатайства о рассмотрении дела без их участия, в которых также указали, что доводы, приведенные в административном исковом заявлении о признании незаконным предписания государственной инспекции труда об устранении выявленных нарушений не находят своего документального подтверждения и основаны на субъективных заключениях истца. Объективно свидетельствующих данных, что несчастный случай расследован с нарушением порядка, установленного ст. 229.2 ТК РФ, а по его результатам выдано незаконное предписание отсутствуют, в связи с чем считают, что заключение государственного инспектора и предписание вынесено законно и обосновано (л.д. 69, 72).

Административный ответчик Межрегиональная территориальная государственная инспекция труда в Архангельской области и НАО представителя в суд, а также возражений по иску в суд не направила.

Заинтересованные лица ФИО2., ФИО3 и ФИО4 в судебное заседание не явились, возражений по иску в суд не направили.

Исходя из требований части 6 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), препятствий для рассмотрения дела в отсутствие административного истца, административных ответчиков и заинтересованных лиц не имеется. Административное дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав представителя административного истца ФИО10, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующему.

Согласно ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с п. 9 ст.226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС РФ) при рассмотрении дела по существу суду надлежит выяснять: 1) нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление; 2) соблюдены ли сроки обращения в суд; 3) соблюдены ли требования нормативных правовых актов, устанавливающих: а) полномочия органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемого действия (бездействия); б) порядок принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия) в случае, если такой порядок установлен; в) основания для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемого действия (бездействия), если такие основания предусмотрены нормативными правовыми актами; 4) соответствует ли содержание оспариваемого решения, совершенного оспариваемого действия (бездействия) нормативным правовым актам, регулирующим спорные отношения.

Из буквального толкования п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ следует, что решение об удовлетворении требования о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными принимается при установлении одновременно двух условий: решение, действие (бездействие) не соответствуют нормативным правовым актам и нарушают права, свободы и законные интересы административного истца.

В соответствии со статьей 354 Трудового кодекса Российской Федерации, Федеральная инспекция труда – единая централизованная система, состоящая из федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на проведение федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальных органов (государственных инспекций труда).

Вопросы расследования несчастных случаев на производстве определены положениями статей 227 - 231 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно частям первой и второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. При расследовании несчастного случая (в том числе группового) со смертельным исходом в состав комиссии дополнительно включаются лица, указанные в части второй статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что на основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии с положениями статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

В соответствии с положениями статьи 229.3 Трудового кодекса Российской Федерации государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. Дополнительное расследование проводится, как правило, с привлечением профсоюзного инспектора труда, а при необходимости - представителей соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности, и исполнительного органа страховщика (по месту регистрации работодателя в качестве страхователя). По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем). Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

Статьей 231 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. В этих случаях подача жалобы не является основанием для невыполнения работодателем (его представителем) решений государственного инспектора труда.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 27 ноября 2024 года в адрес руководителя Межрегиональной территориальной инспекции труда в Архангельской области и НАО - главного государственного инспектора труда в Архангельской области и НАО ФИО13 от заместителя начальника отдела – главного государственного инспектора труда отдела охраны труда, ФИО12 поступила служебная записка, согласно которой в ходе мониторинга средств массовой информации стало известно о произошедшем смертельном несчастном случае.

30 января 2025 года в адрес заместителя начальника отдела – главного государственного инспектора труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 из Следственного отдела по Пинежскому району Следственного управления Следственного комитета России по Архангельской области и НАО поступили материалы, свидетельствующие о наличии трудовых и гражданско-правовых отношений между ИП ФИО14 и ФИО1

В данных материалах содержались объяснения ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО11, а также заключение эксперта №*** от 24 декабря 2024 года и выписка из журнала регистрации трупов в судебно-медицинском морге ГБУЗ АО «Карпогорская ЦРБ» отделения ГБУЗ АО «БСМЭ».

04 февраля 2025 года руководителем Межрегиональной территориальной инспекции труда в Архангельской области и НАО – главным государственным инспектором труда в Архангельской области и НАО ФИО13 вынесено решение о проведении расследования сокрытого несчастного случая государственным инспектором труда №***.

В результате проверки было установлено, что 24 ноября 2024 года в 13 час. 58 мин. в результате пожара в хозпостройке на территории частной пилорамы на окраине <адрес> Архангельской области погибла сторож ФИО1. К прибытию пожарных 45-й части Агентства ГПС и ГЗ наблюдалось задымление внутри здания. Сотрудники противопожарной службы в дыхательных аппаратах зашли внутрь: наблюдалось возгорание дивана, на нём лежала женщина без признаков жизни, которая работала на пилораме сторожем. Пожарные вынесли пострадавшую, а затем и диван на улицу. Возгорание ликвидировано. Бригадой скорой помощи констатирована смерть женщины. Помещение закопчено по всей площади, повреждены пол и стена на <...>

Согласно заключению эксперта №*** от 21 февраля 2025 года смерть ФИО1., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила в результате острого отравления угарным газом: <...>. Отравление угарным газом осложнилось выраженным <...>. При экспертизе трупа ФИО1 прижизненных телесных повреждений не обнаружено. При судебно-медицинском исследовании крови трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в крови в концентрации 3.00 промилле. Данная концентрация этилового спирта у живых лиц соответствует тяжелому отравлению алкоголем, может наступить смерть.

Как следует из заключения эксперта №*** от 15 января 2025 года отдела инженерно-технических экспертиз ЭКЦ УМВД России по Архангельской области ФИО9, очаговая зона пожара, происшедшего 24 ноября 2024 года в строении, расположенном в <...> метрах от дома №*** по <адрес> Пинежского МО Архангельской области, находилась в помещении для отдыха сторожей между оконными проемами северной стены, в районе пола. К возникновению пожара могли быть причастны следующие причины (источники): тепловое воздействие маломощного источника зажигания в виде тлеющего табачного изделия; тепловое воздействие источника открытого огня в виде пламени спички, свечи, зажигалки, факела и т. п. источников.

Согласно выписке из «Журнала регистрации трупов в судебно-медицинском морге ГБУЗ АО «Карпогорская ЦРБ отделения ГБУЗ АО «БСМЭ» причиной смерти ФИО1 явилось острое отравление угарным газом.

В ходе расследования несчастного случая заместителем начальника отдела – главным государственным инспектором труда отдела охраны труда в адрес ИП ФИО11 20 января 2025 года направлялся запрос исх. №*** о предоставлении заверенных копий документов: трудового договора, журналов инструктажей, протокола проверки знаний требованиям охраны труда, приказа о стажировке, карты специальной оценки условий труда, положения о системе управления охраной труда и карты профессиональных рисков, личной карточки учета выдачи средств индивидуальной защиты, сведения о прохождении медицинского осмотра и психиатрического освидетельствования. При проведении расследования несчастного случая: акт формы Н-1 (при наличии); акт формы 5 (при наличии); материалы расследования в полном объеме.

30 января 2025 года в адрес ИП ФИО11 направлено уведомление о проведении дополнительного расследования сокрытого несчастного случая, произошедшего 24 ноября 2024 года с ФИО1.

03 марта 2025 года в государственную инспекцию труда от ИП ФИО11 поступил ответ на запрос от 20 января 2025 года, согласно которому трудовой договор с ФИО1 не был оформлен в письменной форме, ФИО1. была допущена к работе ДД.ММ.ГГГГ года. Вводный и первичный инструктаж ФИО1 проводила ИП ФИО11 в устной форме, после чего ФИО1 была опрошена на предмет освоения материала, о проведении вводных инструктажей была сделана отметка в журналах о проверке знаний, проводилось требуемое обучение с ФИО1. Указанные журналы и иные документы хранились в помещении сторожей, расположенном в здании мастерской, были уничтожены огнем. Карты профессиональных рисков у ИП ФИО11 не имеется. ФИО1 являлась сторожем, а потому средства индивидуальной защиты ей не выдавались. ФИО1 не отнесена к категории работников, которые обязаны проходить медицинские осмотры. Также отсутствовали установленные законом основания для проведения психиатрического освидетельствования ФИО1. В связи с тем, что решить вопрос связан ли несчастный случай с производством или нет возможно только после проведения правоохранительными органами расследования по поводу несчастного случая, то подготовить и представить документы (акт по форме Н-1 или по форме 5) на текущую дату невозможно.

Как следует из материалов проверки, документы по факту несчастного случая в адрес инспекции не представлены, извещений о несчастном случае на производстве от ИП ФИО11 в инспекцию не поступало.

Главный государственный инспектор труда отдела охраны труда ФИО12, проводивший проверку совместно с главным специалистом-экспертом отдела организации назначения и осуществления страховых выплат Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу ФИО15 и главным техническим инспектором труда Федерации профсоюзов Архангельской области ФИО16, пришел к выводу, что данный несчастный случай является сокрытым, в связи с чем расследовался на основании ч.1 ст. 229.3 ТК РФ и п. 20.4 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденного Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н (далее — Положение №223н).

Так, по результатам проверки было установлено, что в нарушение части 2 статьи 67 ТК РФ, ИП ФИО11 допустив ФИО1. к работе, не оформила с работником трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения его к работе.

В нарушение части 1 и 3 статьи 68 Трудового кодекса РФ работодатель не издал приказ о приеме на работу работника ФИО1 и не ознакомил работника с ним под роспись.

С учетом обстоятельств и материалов расследования несчастного случая данные отношения возникшие между ИП ФИО11 и ФИО17 считаются трудовыми.

Исследовав материалы проверки главный государственный инспектор труда пришел к выводу, что у ИП ФИО11 отсутствует функционирующая система управления охраной труда, не разработаны мероприятия по недопущению возникновения риска получения травмы работниками, не выданы средства индивидуальной защиты погибшему работнику. ФИО1 была допущена к выполнению должностных обязанностей без прохождения обучения и проверки знаний требований охраны труда, не проведена специальная оценка условий труда на рабочем месте сторожа, не разработаны инструкции по охране труда, в нарушение ч. 2 ст. 209.1, ч.1, ч. 2, п. 2 ч. 3 ст. 214, ч.2 ст. 217, ч. 1 ст. 218, п.1, п. 3 ч. 2 ст. 22, ч.1, ч.2, п. 1 ч.3, п. 11 ч. 3 ст. 214, п. 1, п. 3, п. 4 ч. 2 ст. 22, п. 2 ч. 1 ст. 76, ч.1, ч. 2, п. 10 ч. 3 ст. 214, ч. 1 ст. 219 ТК РФ, п. 1, п. 4, п. 45, п. 46, п. 92 Правил обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 №2464, п.1, п. 4 Основных требований к порядку разработки и содержанию правил и инструкций по охране труда, разрабатываемых работодателем утвержденных приказом Минтруда России от 29.10.2021 №772н.

На основании проведенного расследования главный государственный инспектор пришел к заключению, что данный несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством и оформлению актом Н-1, учету и регистрации у ИП ФИО11.

27 февраля 2025 года выдано предписание №*** ИП ФИО11 обязывающее её устранить нарушения трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права. На ИП ФИО11 возложена обязанность: обеспечить оформление акта формы Н-1 в соответствии с заключением государственного инспектора труда, копию которого представить в государственную инспекцию труда в Архангельской области и Ненецком автономном округе, один экземпляр акта выслать в Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецком автономном округе; разработать мероприятия по обеспечению контроля за ходом выполнения работ, соблюдением работниками трудовой дисциплины; обеспечить надлежащее функционирование системы управления охраной труда, а также разработать системные мероприятия снижающие возникновение риска получения травмы в результате пожара, идентифицировать риск возникновения травмы в результате пожара.

Не согласившись с данным заключением и предписанием, ИП ФИО11 обратилась в суд с настоящим административным иском.

Под несчастным случаем на производстве в силу статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

На основании статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.

Из материалов дела следует, что 24 ноября 2024 года ФИО1 заступила на смену, в качестве сторожа пункта приёма и отгрузки древесины.

Около 14 часов 24 ноября 2024 года произошло возгорание в помещении сторожей здания мастерской пункта приёма и отгрузки древесины, вследствие чего погиб сторож ФИО1

ИП ФИО11 не отрицает, что между ней и ФИО1 сложились фактически трудовые отношения.

Исследовав материалы дела, в том числе материалы проверки по факту несчастного случая, суд приходит к выводу о том, что несчастный случай с ФИО1 наступил, в том числе, вследствие нарушения работодателем государственных нормативных требований охраны труда, а именно – в допуске работника без проведения инструктажа по охране труда, без прохождения обучения и проверки знаний требований охраны труда, отсутствия инструкций по охране труда и программ проведения инструктажа, недостатка в изложении требований безопасности в инструкциях по охране труда, в необеспечении надлежащего функционирования системы управления охраной труда, а также отсутствия системных мероприятий снижающих возникновение риска получения травмы в результате пожара, не идентифицирован риск возникновения травмы в результате пожара, необеспечении безопасных условий труда на рабочем месте, необеспечении контроля за ходом выполнения работы, соблюдения работником трудовой дисциплины, допуске работника в состоянии алкогольного опьянения.

Доводы административного истца о том, что ФИО1 была ознакомлена административным истцом с правилами пожарной безопасности ничем не подтверждены.

Представленные в материалы дела копии журналов регистрации вводного инструктажа не подтверждают указанные обстоятельства.

Тот факт, что ФИО1 в момент пожара находилась в состоянии алкогольного опьянения, является лишь одной из причин, приведшей к несчастному случаю со смертельным исходов. Между тем, надлежащее выполнение требований охраны труда, соблюдение трудового законодательства со стороны работодателя, могло исключить возможность наступления неблагоприятных последствий.

Так, в соответствии со ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения в установленном порядке обучения по охране труда, в том числе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ, обучения по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучения по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверки знания требований охраны труда, обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний; разработку и утверждение локальных нормативных актов по охране труда с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками представительного органа (при наличии такого представительного органа) в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

Согласно ст. 225 ТК РФ все работники, в том числе руководители организаций, а также работодатели - индивидуальные предприниматели, обязаны проходить обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Постановлением Правительства РФ от 24.12.2021 г. № 2464 утверждены Правила обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, которые устанавливают обязательные требования к обучению по охране труда и проверке знания требований охраны труда у работников, заключивших трудовой договор с работодателем, а также требования к организациям и индивидуальным предпринимателям, оказывающим услуги по обучению работодателей и работников вопросам охраны труда.

Пунктами 13, 18, 45, 62 Правил установлено, что первичный инструктаж по охране труда проводится для всех работников организации до начала самостоятельной работы, а также для лиц, проходящих производственную практику.

Инструктаж по охране труда на рабочем месте проводится в объеме мероприятий и требований охраны труда, содержащихся в инструкциях и правилах по охране труда, разрабатываемых работодателем, и включает в том числе вопросы оказания первой помощи пострадавшим.

Обучение требованиям охраны труда проводится в соответствии с программами обучения, содержащими информацию о темах обучения, практических занятиях, формах обучения, формах проведения проверки знания требований охраны труда, а также о количестве часов, отведенных на изучение каждой темы, выполнение практических занятий и на проверку знания требований охраны труда.

В ходе проведения расследования у ИП ФИО11 были запрошены локальные нормативные акты, в том числе по вопросам охраны труда. Между тем, кроме Положения о системе управления охраной труда ИП ФИО11, иные документы представлены не были.

Документы, подтверждающие прохождение вводного, первичного инструктажа, а также в установленном порядке обучения проверки знаний и навыков в области охраны труда ФИО1, работодателем представлены не были.

Вопреки доводам административного истца выводы оспариваемого заключения не носят характера предположения и вероятности, основаны на результатах анализа собранных материалов, в том числе полученных при проведении дополнительного расследования.

Акт по форме Н-1, составленный ИП ФИО11, не был представлен ни государственному инспектору трудовой инспекции, в рамках проведения расследования, ни суду, в рамках рассмотрения настоящего спора.

Согласно статье 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет требования об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушают права и свободы заявителя, а также не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту. Из этого следует, что отсутствие указанной совокупности является основанием для отказа в удовлетворении требований.

При этом на лицо, обратившееся в суд, возлагается обязанность доказывать факт нарушения его прав, свобод и законных интересов (пункт 1 части 9 и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Между тем, такая совокупность условий для удовлетворения требований ИП ФИО11 не установлена.

Расследование несчастного случая проведено административным ответчиком с привлечением главного специалиста-эксперта отдела организации назначения и осуществления страховых выплат Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу и главного технического инспектора труда Федерации профсоюзов Архангельской области, что соответствует требованиям действующего законодательства.

Заключение главного государственного инспектора труда было составлено в порядке ст. 229.3 ТК РФ по результату дополнительного расследования и, как следствие, было выдано предписание, являющееся обязательным для исполнения работодателем.

Применительно к ст. 226 КАС РФ, с учетом требований ст. ст. 229.3, 357 ТК РФ, Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве следует признать, что оспариваемое заключение и предписание вынесены уполномоченным должностным лицом в соответствии с требованиями закона, порядок их принятия соблюдён, по содержанию они соответствуют нормативному правовому акту, регулирующему спорные отношения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемые административным истцом заключение и предписание соответствуют требованиям действующего законодательства, в связи с чем оснований для удовлетворения требований административного истца о признании их незаконными не имеется.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 226, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО11 к Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО, заместителю начальника отдела – главному государственному инспектору труда отдела охраны труда Межрегиональной территориальной государственной инспекции труда в Архангельской области и НАО ФИО12 о признании незаконным предписания и заключения заместителя начальника отдела – главного государственного инспектора труда отдела охраны труда ФИО12 оставить без удовлетворения.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по административным делам Архангельского областного суда путём подачи жалобы через Пинежский районный суд Архангельской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 20 июня 2025 года.

Судья (подпись) О.С. Худякова

.

.

.

.

.