Решение по делу № 2-1183/2022 от 15.09.2022 | Калининский районный суд г. Чебоксары (Чувашская Республика)

№ 2-1183/2022

УИД 21RS0024-01-2022-000605-75

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

15 сентября 2022 года г.Чебоксары

Калининский районный суд г.Чебоксары Чувашской Республики под председательством судьи Тимофеевой Е.М.,

при секретаре судебного заседания Ракушиной А.И.,

с участием представителя истцов ФИО1, ФИО2 ФИО3, представителей ответчика ФИО4, ФИО5, ФИО6, помощника прокурора Калининского района г.Чебоксары Дмитриевой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к акционерному обществу «Республиканская палата предпринимателей» о восстановлении на работе, обязании допустить на рабочее место, взыскании сумм средней заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились суд с иском к акционерному обществу «Республиканская палата предпринимателей» (далее – АО «Республиканская палата предпринимателей», АО «РПП») после многократных уточнений:

- о восстановлении ФИО1 в должности генерального директора, признании незаконным недопуск его на рабочее место, обязании допустить его на рабочее место генерального директора, аннулировать внесенные незаконные изменения в трудовую книжку, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей, возвратить личные вещи и документы, взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 15116,13 руб., средней зарплаты за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 55985,68 руб. и далее по день фактического восстановления на работе, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда в размере 50000 руб.;

- о восстановлении ФИО2 на работе в должности заместителя директора, обязании допустить на рабочее место, возвратить личные вещи и документы, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей, взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год в размере 25600 руб., средней зарплаты за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 51200 руб. и далее по день фактического восстановления на работе, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы, компенсации морального вреда в размере 50000 руб.

Уточненные требования мотивированы тем, что истец ФИО1 работал в АО «РПП» руководителем предприятия, с 1998 года по ДД.ММ.ГГГГ – директором, затем – генеральным директором. В ноябре 2021 года он устно был уведомлен о его смещении в должности генерального директора АО «РПП», с решением Совета директоров он письменно ознакомлен не был. При этом членами Совета директоров АО «РПП» в соответствии со ст.67.2 ГК РФ был заключен корпоративный договор – Соглашение о намерениях от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого члены совета директоров взяли на себя обязательство о том, что директором АО «РПП» остается ФИО1 с оплатой труда 100000 руб. в месяц. Данное обязательство Советом директоров было нарушено. После неправомерного смещения с должности генерального директора ФИО1 была предложена должность директора по развитию. Хотя он не был согласен со смещением с должности генерального директора, он фактически с конца ноября 2021 года приступил к работе и весь декабрь 2021 года по ДД.ММ.ГГГГ выполнял трудовые обязанности директора по развитию, в том числе, принимал участие в решении хозяйственных вопросов предприятия, а также принимал административно-хозяйственные решения по предприятию, в том числе, подписывал документы как генеральный директор АО «РПП», так и как директор по развитию.

Кроме того, приказ о прекращении трудового договора не соответствует требованиям трудового законодательства. Так, он подписан председателем совета директоров ФИО9, хотя должен был быть подписан генеральным директором общества. В приказе не указаны предусмотренные законом основания прекращения трудового договора, не указано, с какой даты прекращаются трудовые отношения.

Сам ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ с документами об увольнении с должности генерального директора надлежащим образом ознакомлен не был, приказ об увольнении и трудовую книжку на руки не получал, фактически оформление его увольнения началось ДД.ММ.ГГГГ. Процедура увольнения также нарушена, поскольку отсутствовали основания увольнения, компенсация в размере трехкратного месячного заработка ему выплачена не была.

В последующем был вынесен дополнительный приказ № о внесении изменений в приказ об увольнении, за подписью генерального директора ФИО22 не вправе был изменять решение председателя Совета директоров, так как это не предусмотрено Уставом общества. При этом отредактированный приказ не содержит сведений, с какой даты увольняется ФИО1

Сложившиеся отношения между АО «РПП» и ФИО1 до ДД.ММ.ГГГГ также являлись трудовыми, так как он исполнял обязанности как генерального директора, так и директора по развитию.

ДД.ММ.ГГГГ без объяснения причин новым руководителем предприятия генеральным директором ФИО23 он был устно уведомлен о своем увольнении, с этого же момента его и ФИО2 перестали допускать на предприятие, не позволили забрать личные вещи из рабочего кабинета.

Истица ФИО2 с 2014 года работала в АО «РПП» в должности заместителя директора. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она находилась в очередном отпуске, однако заработную плату и отпускные не получила. ДД.ММ.ГГГГ без объяснения причин новым руководителем предприятия ФИО24 ФИО25. она была устно через супруга ФИО1 уведомлена об увольнении, с этого момента ее перестали допускать до рабочего места, не возвращают ее личные вещи и документы. Прогула она не совершала.

По вышеуказанным обстоятельствам истцы обращались в Государственную инспекцию труда Чувашской Республики и прокуратуру Калининского района г.Чебоксары Чувашской Республики, установлен факт нарушения процедуры увольнения ФИО2

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, их представитель ФИО3 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям, вновь привели их суду.

Представитель ответчика АО «РПП» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, просила применить срок исковой давности по заявленным требованиям ФИО1 Пояснила суду, что ДД.ММ.ГГГГ председателю Совета директоров общества поступила служебная записка от финансового директора ФИО6 ФИО26 которая была предметом обсуждения на заседании Совета директоров Общества ДД.ММ.ГГГГ. Был заслушан генеральный директор ФИО1, ему было предложено освободить должность генерального директора и занять должность директора по развитию. ФИО1 сначала согласился, потом отказался. ДД.ММ.ГГГГ Советом директоров Общества было принято решение расторгнуть трудовой договор с генеральным директором. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО1 был расторгнут, ФИО1 ознакомлен с приказом ДД.ММ.ГГГГ под роспись. Специалистом по кадрам АО «РПП» ошибочно были переданы сведения в ПФР об увольнении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, о приеме на работу ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. После обнаружения этих ошибок ДД.ММ.ГГГГ эти записи были аннулированы. Кроме того, в связи с обнаруженными опечатками в приказ от ДД.ММ.ГГГГ были внесены изменения приказом от ДД.ММ.ГГГГ, изменена дата с «28» ноября на «29» ноября 2021 года, а также указана норма ТК РФ, в соответствии с которой уволен работник. При увольнении ФИО1 ему была выплачена компенсация без учета требований ст.279 ТК РФ, поскольку его увольнение было связано с его виновными действиями.

В части увольнения истца ФИО2 указала, что последняя, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, и по ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала на рабочем месте без объяснения причин, о чем были составлены акты. ДД.ММ.ГГГГ заказным письмом в ее адрес было направлено письмо с просьбой сообщить о причинах отсутствия на рабочем месте, ответ не последовал, ФИО2 продолжала отсутствовать на рабочем месте. ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками АО «РПП» был составлен акт о непредоставлении письменного объяснения работником. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ней расторгнут. Поскольку ФИО2 отсутствовала на рабочем месте, ознакомить ее с приказом о расторжении трудового договора и вручить ей копию трудовой книжки не представилось возможным. Поэтому ДД.ММ.ГГГГ трудовая книжка была направлена ей почтой по адресу ее фактического проживания. О своем увольнении истица узнала ДД.ММ.ГГГГ, что следует из искового заявления. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ на ее банковскую карту ей были перечислены денежные средства по расчетному листу в качестве денежной компенсации при увольнении. Поскольку иск был подан ДД.ММ.ГГГГ, указала, на пропуск срока исковой давности по заявленному требованию.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета иска, Госинспекции труда по Чувашской Республике, ОПРФ по Чувашской Республике, ИФНС по в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, имеются заявления о рассмотрении дела без их участия.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, исследовав письменные и иные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации помимо оснований, предусмотренных данным Кодексом и иными федеральными законами, трудовой договор с руководителем организации прекращается в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора. Решение о прекращении трудового договора по указанному основанию в отношении руководителя унитарного предприятия принимается уполномоченным собственником унитарного предприятия органом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 8 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» разъяснил, что при рассмотрении споров лиц, уволенных по пункту 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, судам следует учитывать, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть принято только уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом). Уполномоченные органы юридического лица вправе принимать решение о досрочном прекращении полномочий руководителя организации в том случае, если это отнесено к их компетенции, определяемой в соответствии с федеральным законом и учредительными документами.

Как разъяснено в п.9 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, судам необходимо иметь в виду, что пунктом 2 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации допускается возможность прекращения трудового договора с руководителем организации по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) без указания мотивов принятия решения. По названному основанию с руководителем организации может быть прекращен трудовой договор, заключенный как на неопределенный срок, так и на определенный срок, в том числе когда срочный трудовой договор на основании части 4 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации считается заключенным на неопределенный срок. Прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации. Если судом будет установлено, что решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по пункту 2 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации принято работодателем с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом и (или) запрещения дискриминации в сфере труда (статьи 1, 2 и 3 Трудового кодекса Российской Федерации), такое решение может быть признано незаконным.

По смыслу приведенных нормативных положений с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, расторжение трудового договора с руководителем организации в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица, либо собственником имущества организации, либо уполномоченным собственником лицом (органом) решения о прекращении трудового договора, то есть по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 278 Трудового кодекса Российской Федерации, производится без указания конкретных мотивов, подтверждающих необходимость прекращения трудового договора, и не является мерой юридической ответственности.

Уполномоченные органы юридического лица вправе принимать решение о досрочном прекращении полномочий руководителя организации в том случае, если это отнесено к их компетенции, определяемой в соответствии с федеральным законом и учредительными документами.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ЗАО «Республиканская палата предпринимателей» был заключен трудовой договор № с ФИО1, по которому работник был назначен на должность директора на основании решения единственного участника ЗАО «РПП» от ДД.ММ.ГГГГ. Договор заключен на неопределенный срок, начало работы с ДД.ММ.ГГГГ. Работнику установлен должностной оклад в размере 10000 руб. Издан соответствующий приказ от ДД.ММ.ГГГГ № (т.1 л.д. 93,94).

ДД.ММ.ГГГГ между работодателем АО «Республиканская палата предпринимателей» и ФИО1 достигнуто дополнительное соглашение № о том, что по трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ работник обязуется выполнять обязанности по должности генеральный директор.

Дополнительным соглашением № от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения в трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ №, указано: вместо «Закрытое акционерное общество «Республиканская палата предпринимателей» читать «Акционерное общество «Республиканская палата предпринимателей», а также вместо «директор» читать «генеральный директор» (т.1 л.д.101).

ДД.ММ.ГГГГ состоялось заседание Совета директоров АО «РПП», которым решено расторгнуть трудовой договор с ФИО1 – генеральным директором Общества (т.1 л.д.116).

ДД.ММ.ГГГГ издан приказ №у о прекращении действия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № с ФИО1 в связи с принятием Советом директоров решения о досрочном прекращении с ним трудового договора (т.1 л.д.117).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ № внесены изменения в приказ от ДД.ММ.ГГГГ №у, пункт «Основания» изложен в следующей редакции «в связи принятием Советом директоров решения о досрочном прекращении с ним трудового договора, п.2 ст.278 ТК РФ», исправлена опечатка в дате приказа, указана дата «ДД.ММ.ГГГГ» (т.1 л.д.124).

Ответчик заявил о пропуске истцом срока давности по требованию о восстановлении на работе. Стороной истца заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока на предъявление указанных требований.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Действительно, исковое заявление о восстановлении на работе поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ, тогда как увольнение ФИО1 состоялось ДД.ММ.ГГГГ.

Между тем, с учетом того факта, что после увольнения между истцом ФИО1 и представителями ответчика сложились конфликтные отношения, истец обращался с соответствующим заявлением в Государственную инспекцию труда в Чувашской Республике, суд считает, что пропущенный срок подлежит восстановлению.

Обсуждая вопрос о законности состоявшегося увольнения истца ФИО1, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п.9 ч.1 ст.65 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №208-ФЗ «Об акционерных обществах» в компетенцию совета директоров (наблюдательного совета) общества входит решение вопросов общего руководства деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных настоящим Федеральным законом к компетенции общего собрания акционеров. К компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества относятся следующие вопросы: образование исполнительного органа общества и досрочное прекращение его полномочий, если уставом общества это отнесено к его компетенции.

В соответствии с абз.2 ч.4 ст.69 указанного Федерального закона в случае, если образование исполнительных органов отнесено уставом общества к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, он вправе в любое время принять решение о досрочном прекращении полномочий единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора), членов коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции) и об образовании новых исполнительных органов.

Согласно ст.28 Устава АО «РПП», утвержденного решением общего собрания акционеров ЗАО «РПП» от ДД.ММ.ГГГГ, руководство текущей деятельностью Общества осуществляется единоличным исполнительным органом – генеральным директором, который избирается советом директоров сроком на 1 год. Совет директоров вправе в любое время досрочно прекратить полномочия директора Общества (л.д.56-64).

В силу положений п.11 части 4 ст.24 Устава к компетенции совета директоров общества относится вопрос об избрании единоличного исполнительного органа общества, досрочном прекращении его полномочий.

Таким образом, решение о прекращении полномочий генерального директора АО «РПП» принято уполномоченным лицом.

Указание представителя истца на то, что формулировка принятого решения – «расторгнуть трудовой договор с ФИО1» не соответствует закону, судом отклоняется, поскольку прекращение полномочий единоличного органа общества реализуется через прекращение заключенного с ним трудового договора. Такое несоответствие формулировок не влечет двоякого толкования принятого советом директоров решения и не может повлечь незаконность решения.

Довод истца о том, что приказ о его увольнении подписан не уполномоченным лицом, суд считает несостоятельным, поскольку Трудовым кодексом РФ не регламентировано, как происходит расторжение с генеральным директором.

При этом в соответствии с Уставом Общества к компетенции директора относятся все вопросы руководства текущей деятельностью общества за исключением вопросов, отнесенных к компетенции общего собрания общества и Совета директоров общества.

Назначение единоличного органа общества и досрочное прекращение его полномочий относится к компетенции Совета директоров. Исходя из изложенного, суд не усматривает нарушения в том, что приказ о прекращении трудового договора с истцом подписан председателем Совета директоров Общества.

Довод истца о том, что ранее между ЗАО «РПП» и ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО8, ним (ФИО1) и ФИО2 было подписано соглашение о намерениях от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО1 остается директором ЗАО «РПП», судом отклоняется.

Так, из представленного суду соглашения о намерениях от ДД.ММ.ГГГГ следует, что данное соглашение заключено между ЗАО «РПП» и ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО8, ним (ФИО1) и ФИО2 в целях долгосрочного и взаимовыгодного сотрудничества в области совместной экономической деятельности по вопросам, связанным с деятельностью сторон (т.1 л.д.218-219).

В силу п.1 Соглашения ФИО1, как единственный акционер ЗАО «РПП», обязуется продать акции ЗАО «РПП» ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО8 акции ЗАО «РПП».

В соответствии с п.4 Соглашения о намерениях от ДД.ММ.ГГГГ стороны договорились, что после регистрации права собственности на ценные бумаги (п.1 Соглашения) директором ЗАО «РПП» остается ФИО1 с оплатой труда руб.

Суд не усматривает в действиях работодателя нарушения обязательств по соглашению о намерениях, поскольку после совершения определенных действий, установленных п.1 Соглашения, ФИО1 (следуя формулировке п.4 Соглашения) остался директором ЗАО «РПП». Соглашение не содержит условия о запрете лицам, приобретшим пакет акций Общества воспользоваться правом собственника Общества, предоставленным статьей 278 Трудового кодекса РФ.

В силу статьей 2 и 3 Трудового кодекса РФ решение о прекращении трудового договора с руководителем организации по данному основанию может быть признано незаконным при установлении судом нарушения работодателем принципов недопустимости злоупотребления правом и запрещения дискриминации в сфере труда.

Федеральный законодатель, не возлагая на собственника, в исключение из общих правил расторжения трудового договора с работником по инициативе работодателя, обязанность указывать мотивы увольнения руководителя организации по основанию, предусмотренному п.2 ч.1 ст.278 Трудового кодекса РФ, не рассматривает расторжение трудового договора по данному основанию в качестве меры юридической ответственности, поскольку исходит из того, что увольнение в этом случае не вызвано противоправным поведением руководителя, - в отличие от расторжения трудового договора с руководителем организации по основаниям, связанным с совершением им виновных действий (бездействия).

Анализируя исследованные судом доказательства, учитывая доводы сторон и конкретные обстоятельства дела, суд не находит оснований для оценки действий работодателя как злоупотребление правом, каким-либо образом дискриминирующих работника. Каких-либо действий со стороны работодателя, свидетельствующих об ущемлении прав истца по признакам пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам.

Судом также в ходе рассмотрения дела не установлено наличие личного неприязненного отношения к истцу со стороны членов совета директоров Общества, не связанного с его профессиональными качествами и профессиональной деятельностью.

Указание стороны истца на то, что он после произведенного увольнения продолжал исполнять обязанности, в том числе, генерального директора, какими-либо надлежащими доказательствами не подтверждено.

Представленные стороной истца копии служебных записок на приобретение товарно-материальных ценностей, достоверность которых стороной ответчика не оспорена (т.1 л.д.220-223), не содержат дат их утверждения генеральным директором ФИО1, проставленные рукописным способом даты сочетаются со словом «опл.» или «оплачено», то есть эти даты относятся к дате оплаты товарно-материальных ценностей. Таким образом, данное доказательство не подтверждает утверждение истца о том, что после ДД.ММ.ГГГГ он фактически исполнял обязанности генерального директора Общества.

Сам истец ФИО1 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что в декабре 2021 года он знал, что генеральным директором является ФИО27., решение совета директоров ему было вручено ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д. 136-142).

Свидетели ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, допрошенные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, не подтвердили факт работы ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве генерального директора АО «РПП» (т.2 л.д. 68-74).

При таких обстоятельствах суд считает, что увольнение ФИО1 с должности генерального директора произведено без грубых нарушений, влекущих признание его незаконным, в связи с чем отказывает ФИО1 в удовлетворении требования о восстановлении его на работе в должности генерального директора.

Отказывая в удовлетворении требования о восстановлении на работе, суд не усматривает оснований для удовлетворения требования о признании незаконным недопуска его на работу в АО «РПП», обязании допустить на рабочее место, аннулировать сведения в трудовой книжке, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей генерального директора, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, а также за время фактической работы в должности генерального директора в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, суд считает заслуживающим внимания указание истца на допущенное работодателем нарушение при выплате ему компенсации, предусмотренной статьей 279 Трудового кодекса РФ при увольнении руководителя организации.

В соответствии со ст. 279 Трудового кодекса РФ в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с п.2 ч.1 ст.278 настоящего Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Исключение, ограничивающее размеры выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых договоров для отдельных категорий работников, установлено статьей 349.3 Трудового кодекса Российской Федерации, которая была введена Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ№-ФЗ «О внесении изменений в Трудовой кодекс Российской Федерации в части введения ограничения размеров выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых отношений для отдельных категорий работников», вступившим в силу с ДД.ММ.ГГГГ

Категории работников, в отношении которых установлены ограничения размера выходных пособий, компенсаций и иных выплат в связи с прекращением трудовых договоров, указаны в ч.1 ст.349.3 Трудового кодекса РФ. К таким работникам относятся, в частности, руководители государственных корпораций, государственных компаний, а также хозяйственных обществ, более пятидесяти процентов акций (долей) в уставном капитале которых находится в государственной или муниципальной собственности.

Как разъяснено в абз.2 п.9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 21), прекращение трудового договора с руководителем организации по основанию, установленному п.2 ч.1 ст.278 Трудового кодекса РФ, не является мерой юридической ответственности и не допускается без выплаты ему компенсации, предусмотренной ст.279 Трудового кодекса РФ.

При рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах. В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер (абз.1 и 2 п.11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В п.12 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что размер компенсации, предусмотренной ст.279 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора по п.2 ст.278 Трудового кодекса РФ, определяется трудовым договором, то есть соглашением сторон, а в случае возникновения спора - судом. В случае отсутствия в трудовом договоре условия о выплате указанной компенсации, подлежащего определению сторонами, или при возникновении спора о ее размере размер компенсации определяется судом исходя из целевого назначения данной выплаты, направленной на предоставление защиты от негативных последствий, которые могут наступить для уволенного руководителя организации в результате потери работы, но не ниже его трехкратного среднего месячного заработка (часть 1 статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации).

В п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом РФ работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что прекращение трудового договора с руководителем организации (в том числе единоличным исполнительным органом общества с ограниченной ответственностью: директором, генеральным директором) по решению собственника имущества организации, уполномоченного лица (органа) в соответствии с пунктом 2 статьи 278 Трудового кодекса РФ при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя не допускается без выплаты руководителю организации гарантированной статьей 279 Трудового кодекса Российской Федерации компенсации в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации. При этом определенный условиями трудового договора с руководителем организации размер такой компенсации не может носить произвольный характер и нарушать законные интересы организации, других работников, иных лиц, включая собственника имущества организации, а должен соответствовать действующей в организации системе оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, локальным нормативным актам, принятым в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. В случае установления нарушения условиями трудового договора с руководителем организации требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, собственника имущества организации, иных лиц, суд вправе отказать бывшему руководителю в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер.

Из материалов дела следует, что ФИО1 при увольнении было выплачено 6166 руб., из которых согласно расчету, представленному ответчиком, 3320,46 руб. – компенсационная выплата по увольнении на основании ст.278 Трудового кодекса РФ.

Как следует из пояснений представителя ответчика ФИО6, размер компенсационной выплаты был уменьшен до 13% от установленной статьей 279 Трудового кодекса РФ суммы в связи с виновными действия работника, а именно – подделка документов, направленных в фонд содействия инновациям, отсутствие исполнительской дисциплины, неисполнение задач, поставленным генеральным директором, отсутствие механизмов контроля за сохранности имущества и поддержания порядка в помещениях Общества, нарушения в бухгалтерском учете.

Между тем, формулировки об отсутствии исполнительской дисциплины, неисполнение задач, поставленным генеральным директором, отсутствие механизмов контроля за сохранности имущества и поддержания порядка в помещениях Общества не содержат указания на конкретные виновные действия ФИО1

Более того, по смыслу трудового законодательства для установления достоверности каждого факта виновных действий работника требуется определенная процедура, включающая в себя достоверный источник обнаружения нарушения, а также установления вины работника после получения письменных объяснений от работника.

В доказательство наличия виновных действий генерального директора ФИО1 в материалы дела представлена служебная записка финансового директора АО «РПП» ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ на имя председателя Совета директоров (т.1 л.д.102-109).

Анализируя представленный документ, суд обращает внимание на то, что он не содержит конкретных данных о лицах, допустивших обнаруженные нарушения, не имеется указания на то, какие нормы закона и положения должностной инструкции нарушены ФИО1, в частности, кем допущены исправления в актах и товарных накладных, которые оценены финансовым директором, как поддельные, кем был составлен финансовый отчет о расходовании гранта за подписью генерального директора, содержащий недостоверные сведения о расходовании гранта.

Проверка по данным фактам Советом директоров не проводилась, объяснения причастных лиц не истребовались, письменные объяснения генерального директора не получены.

Тогда как в силу п.3 ст.85 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №208-ФЗ «Об акционерных обществах» совет директоров вправе во всякое время инициировать проверку (ревизию) финансово-хозяйственной деятельности общества.

Протокол № собрания Совета директоров Общества от ДД.ММ.ГГГГ не отражает содержание объяснений генерального директора ФИО1, и содержит лишь формулировку «Заслушали доклад генерального директора Общества, по итогам которого председателем Совета директоров было предложено оставить занимаемую должность ФИО1» (т.1 л.д.110-115).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что конкретные виновные действия ФИО1 при принятии решения о расторжении с им трудового договора не были установлены, что ведет к неправомерности ограничения размера компенсации в случае прекращения трудового договора с руководителем организации.

В соответствии со ст. 139 Трудового кодекса РФ при любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно сведениям, представленным работодателем, ФИО1 за период с ноября 2020 года по октябрь 2021 года отработал шесть полных месяцев, его доход составил т.1 л.д.126).

Таким образом, его среднемесячный заработок составит:

руб.

Трехмесячный заработок истца ФИО7 составляет руб.

Истцу выплачена компенсация в размере руб.

Таким образом, недовыплаченный размер компенсации составит:

36689,55 руб.

Указанная сумма подлежит взысканию с АО «РПП» в пользу истца ФИО1

В силу ст. 236 Трудового кодекса РФ при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

При изложенных обстоятельствах, требования, заявленные истцом о взыскании процентов за задержку выплаты компенсации, подлежат удовлетворению за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере руб. исходя из следующего расчета.

Сумма задержанных средств ?

Период

Ставка, %

Дней

Компенсация, ?

Всего

8129,17

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд, учитывая характер нарушений, допущенных ответчиком, считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в пользу истца в размере 5000 рублей.

Обсуждая требования ФИО2, предъявленные в АО «РПП», суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации. Виновное неисполнение данных требований может повлечь привлечение работника к дисциплинарной ответственности, что является одним из способов защиты нарушенных прав работодателя.

В соответствии со ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч.5 ст.192 ТК РФ).

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

В соответствии со ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно правовой позиции, изложенной в п.35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В соответствии с пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Трудового Кодекса Российской Федерации» если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на неопределенный срок, без предупреждения работодателя о расторжении договора, а равно и до истечения двухнедельного срока предупреждения (часть первая статьи 80 Трудового Кодекса Российской Федерации); за оставление без уважительной причины работы лицом, заключившим трудовой договор на определенный срок, до истечения срока договора либо до истечения срока предупреждения о досрочном расторжении трудового договора (статья 79, часть первая статьи 80, статья 280, часть первая статьи 292, часть первая статьи 296 Трудового Кодекса Российской Федерации); за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Согласно п.23 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО «РПП» и ФИО2 был заключен трудовой договор, согласно которому ФИО2 был принята на работу на должность заместителя директора, издан приказ № (т.1 л.д.130, 131).

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ в трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ внесены изменения, по смыслу которого должность ФИО2 именуется как заместитель генерального директора АО «Республиканская палата предпринимателей» (т.1 л.д.137).

В материалы дела представлены акты об отсутствии ФИО2 на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также 11 и ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.138-163).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 почтовым отправлением направлено уведомление с требованием предоставить письменное объяснение о причинах отсутствия на работе с ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.164).

ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ направила в адрес организации письмо, где она указала, что находится в ежегодном отпуске на 61 календарный день (т.1 л.д.184).

Из обстоятельств дела следует, что данный ответ адресату не доставлен и возвращен отправителю ДД.ММ.ГГГГ (л.д.185).

ДД.ММ.ГГГГ работниками организации АО «РПП» составлен акт о непредоставлении письменного объяснения работником (т.1 л.д.167).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №у ФИО2 уволена на основании пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ (прогул) (т.1 л.д.168).

Обсуждая вопрос о заявленном ответчиком пропуске истицей срока давности по предъявленному требованию, а также заявлении стороны истцов о восстановлении пропущенного срока, суд считает, что при отсутствии доказательств ознакомления работника с приказом об увольнении, а также того факта, что истица обратилась с соответствующим заявлением в Государственную инспекцию труда в Чувашской Республике, заявление истицы о восстановлении пропущенного срока подлежит удовлетворению.

Исследуя вопрос об уважительности причин отсутствия ФИО2 на рабочем месте в декабре 2021 года, суд установил следующее.

ФИО2, не оспаривая факт отсутствия на рабочем месте в указанный период, утверждает, что ее отсутствие было правомерным, так как ей был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск

В силу положений ст.123 Трудового кодекса РФ очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года. График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника, что предусмотрено положениями.

Согласно абз.13 ст.136 Трудового кодекса РФ оплата отпуска производится не позднее, чем за три дня до его начала.

Суду представлен график отпусков сотрудников ЗАО «РПП» на 2021 года, утвержденный генеральным директором ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.233-235).

Среди сотрудников предприятия, график отпусков которых утвержден руководителем организации, фамилия ФИО2 отсутствует.

При таких обстоятельствах отпуск работнику должен был быть предоставлен ему на основании его заявления путем издания соответствующего приказа.

Сторона ответчика, возражая против заявленных требований, указывает на отсутствие приказа и заявления ФИО2 о предоставлении ей ежегодного отпуска.

В доказательство суду представлена личная карточка работника ФИО2, заведенная ДД.ММ.ГГГГ. Раздел «Отпуск» содержит записи о предоставлении работнику ежегодного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, отпуска без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 120 календарных дней, отпуска без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на 61 календарный день. Запись о предоставлении ежегодного отпуска с ДД.ММ.ГГГГ отсутствует (т.2 л.д.24-25).

Суду также представлена справка от ДД.ММ.ГГГГ за подписью генерального директора АО «РПП» о том, что платежные документы об оплате ежегодного отпуска ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют (т.2 л.д.38).

В доказательство своих требований ФИО2 представила суду заявление, написанное ею от руки, на имя генерального директора АО «РПП» о предоставлении ей оплачиваемого отпуска с ДД.ММ.ГГГГ. Заявление датировано ДД.ММ.ГГГГ. На заявлении проставлена виза «В ОК. Оформить с 01.11 2021» за подписью ФИО1 (т.1 л.д.186).

То, что суду было предоставлено заявление в подлиннике, ФИО2 объяснила тем, что она специально оставила его себе. Было два экземпляра, один она отдала ФИО1 (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, т.2 л.д.45).

Обсуждая достоверность указанного документа, суд отмечает, что указанное заявление не содержит указания, за какой период и на какое количество дней работник просит предоставить оплачиваемый отпуск, не указан вид отпуска - ежегодный или дополнительный. Между тем, учитывая, что из записей в личной карточке ФИО2, а также из ее объяснений следует, что ежегодный отпуск ей не предоставлялся с 2017 года, вышеуказанное заявление не могло быть принято в производство ввиду отсутствия сведений, необходимых для издания соответствующего приказа и начисления оплаты отпуска.

Тогда как в письме на имя генерального директора АО «РПП» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 указала, что находится в ежегодном оплачиваемом отпуске, предоставленном на 62 календарных дня (т.1 л.д.184).

Сама истица ФИО2, а также истец ФИО1 не оспаривали тот факт, что отпускные ФИО2 не выплачивались (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, т.2 л.д.45).

Стороной ответчика суду были представлены копии заявлений ФИО2 о предоставлении ей отпуска без сохранения заработной платы от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которых были изданы приказы от ДД.ММ.ГГГГ №о и от ДД.ММ.ГГГГ №о (т.2 л.д.34-37).

Суд отмечает, что указанные заявления изготовлены машинописным текстом и содержат указание на количество календарных дней, на которое заявитель просит предоставить ей отпуск.

В табеле рабочего времени за сентябрь, октябрь 2021 года в графе «ФИО2» проставлено «ДО», за ноябрь 2021 года - «НН», 29, 30 ноября – «ПР», за декабрь 2021 года - «ПР», с 1 по ДД.ММ.ГГГГ – «ПР».

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетель ФИО17 – менеджер по проекту АО «РПП» - показала, что она не видела ФИО2 на предприятии, как работника, она иногда появлялась, как жена ФИО1 Она даже не знала, что ФИО2 состоит в штате организации

Свидетель ФИО18, до ДД.ММ.ГГГГ работавшая специалистом отдела кадров АО «РПП» поясняла, что она не готовила документы о предоставлении ежегодного отпуска ФИО2, помнит, что готовила приказы о предоставлении ей административных отпусков. Рукописное заявление о предоставлении оплачиваемого отпуска ФИО2 она раньше никогда не видела. В табеле учета рабочего времени в ноябре 2021 года «Н», невыход на работу. В октябре 2021 года ФИО2 на работу не приходила. Заработную плату им не задерживали (т.3 л.д.33-37).

Допрошенные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ свидетели ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 показывали, что либо видели ФИО2 очень редко, либо не видели ее очень давно (т.2 л.д. 68-47).

Суд, сопоставляя представленные доказательства в их совокупности, приходит к выводу о том, что ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ не выходил на работу в отсутствие приказа о предоставлении ей ежегодного отпуска. Иных причин невыхода ее на работу суду не представлено.

Вместе с тем, суд обращает внимание на то, что приказ о расторжении трудового договора в ФИО2 содержит ссылку на акты об отсутствии ее на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.168).

Тогда как работодателем было затребовано у работника объяснения о невыходе на работу с ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ. Объяснений по факту невыхода на работу с 14 декабря по ДД.ММ.ГГГГ не истребовались.

Таким образом, учитывая, что дисциплинарное взыскание может быть применено не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, ссылка в приказе на отсутствие ФИО16 на рабочем месте с 29 ноября по ДД.ММ.ГГГГ (с учетом выходных дней) и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (период, за который не было истребовано объяснение работника) не может быть признана законной.

Между тем, фабула пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ говорит о достаточности однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей – прогула, в связи с чем процедура применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения за неявку работника на работу ДД.ММ.ГГГГ соблюдена.

Обсуждая вопрос о соразмерности примененного к ФИО2 дисциплинарного взыскания в виде увольнения тяжести проступка, суд обращает внимание на то, что ФИО2 получив требование работодателя о даче объяснений по факту невыхода на работу от ДД.ММ.ГГГГ, направила письменное объяснение по почте ДД.ММ.ГГГГ, за три дня до предполагаемого окончания отпуска, на работу 10 и ДД.ММ.ГГГГ не вышла, лично объяснения работодателю не дала, о возможности возникшего недоразумения вопрос не ставила. При этом она, как должностное лицо, должна была знать, что окончание отпуска длительностью в 61 календарный день приходится на ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем ее указание в объяснениях и в иске о том, что ее отпуск продолжался до ДД.ММ.ГГГГ, не состоятельно.

При таких обстоятельствах, анализируя обстоятельства и поведение истицы до и после совершенного ею прогула ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО2 состоялось правомерно, в связи с чем оснований для ее восстановления на работе не имеется.

При этом суд считает, что допущенное нарушение в части указания в приказе о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ на акты об отсутствии ее на рабочем месте с 29 ноября по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не повлекло нарушения прав работника, в связи с чем оснований для взыскания с работодателя в пользу истицы компенсации морального вреда за допущенное нарушение не имеется.

При этом в ходе рассмотрения дела не нашло подтверждения указание прокурора на наличие неприязненных отношений между работодателем и истцом ФИО2, поскольку из обстоятельств дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 трудовую деятельность не осуществляла, находясь в отпуске без сохранения заработной платы, в какие-либо общение с лицами, имеющими отношение к ее увольнению, не вступала.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования истицы ФИО2 об обязании допустить ее на рабочее место, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей, взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ год, средней зарплаты за время вынужденного прогула,, компенсации за несвоевременную выплату заработной платы.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил :

Отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований к акционерному обществу «Республиканская палата предпринимателей» о восстановлении на работе в должности генерального директора, признании незаконным недопуск его на рабочее место, обязании допустить его на рабочее место генерального директора, аннулировать внесенные незаконные изменения в трудовую книжку, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей, взыскании задолженности по заработной плате за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, средней зарплаты за время вынужденного прогула.

Взыскать с акционерного общества «Республиканская палата предпринимателей» в пользу ФИО1 компенсацию при увольнении в размере коп., компенсацию за задержку выплаты за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере

Отказать ФИО2 в удовлетворении исковых требований к акционерному обществу «Республиканская палата предпринимателей» о восстановлении на работе в должности заместителя директора, обязании допустить на рабочее место, возвратить личные вещи и документы, не чинить препятствий в выполнении должностных обязанностей, взыскании задолженности по заработной плате, средней зарплаты за время вынужденного прогула, компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Калининский районный суд г. Чебоксары в течение одного месяца со дня вынесения решения суда в окончательном виде.

Судья Е.М. Тимофеева

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Решение03.10.2022