Судья Лунева Л.А. №22-982/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курск 15 сентября 2023 года

Курский областной суд в составе:

председательствующего - судьи Гудакова Н.В.,

с участием:

представителя прокуратуры – прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Курской области ФИО1,

потерпевшей Потерпевший №1,

осужденного ФИО2,

защитника осужденного – адвоката Долженкова Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Варфлусевой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела, поступившего по апелляционной жалобе с дополнением к ней осужденного ФИО2 и его защитника - адвоката Долженкова Н.И. на приговор Кировского районного суда г. Курска от 14 апреля 2023 года, которым

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и проживающий по адресу: <адрес>, со средним специальным образованием, невоеннообязанный, разведенный, работающий водителем автобуса ИП «ФИО4», не судимый,

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ 1 году 6 месяцам лишения свободы;

на основании ч.2 ст.53.1 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы заменено принудительными работами на срок 1 год 6 месяцев, с удержанием 10% заработка в доход государства ежемесячно;

назначено ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года;

мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения;

срок отбывания наказания в виде принудительных работ исчислен с даты прибытия ФИО2 в исправительный центр; срок дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, - с момента отбытия принудительных работ;

разъяснено осужденному следовать в исправительный центр к месту отбывания наказания самостоятельно за счет государства в порядке, установленном ст.60.2 УИК РФ;

возложена на территориальный орган уголовно-исполнительной системы по месту жительства осужденного обязанность не позднее 10 суток со дня получения копии вступившего в законную силу приговора вручить осужденному предписание о направлении к месту отбывания наказания и обеспечить его направление в исправительный центр, с указанием срока, в течение которого он должен прибыть к месту отбывания наказания, в соответствии с ч.2 ст.60.2 УИК РФ;

разъяснено ФИО2, что в случае уклонения от получения предписания или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, осужденный объявляется в розыск территориальным органом уголовно-исполнительной системы и подлежит задержанию на срок до 48 часов;

разрешен вопрос о судьбе вещественного доказательства;

с ФИО2 в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей.

Заслушав доклад судьи Гудакова Н.В., изложившего содержание приговора, существо апелляционной жалобы с дополнением к ней осужденного и защитника, возражений государственного обвинителя – заместителя прокурора Железнодорожного округа г. Курска Шинакова Р.А., выступления сторон, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО2 признан виновным и осужден за то, что, управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда, в частности, 11 мая 2021 года в неустановленное в ходе предварительного следствия время, но не позднее 20 часов 55 минут, водитель ФИО2, управляя технически исправным механическим транспортным средством – автобусом «222702», государственный регистрационный знак <данные изъяты>, в темное время суток при ясной погоде, осуществлял движение по освещенной фонарями уличного освещения и находящейся в сухом состоянии второй полосе от правого края проезжей части <адрес>, имеющей четыре полосы для движения и предназначенной для движения транспортных средств в направлении <адрес> со стороны <адрес>, со скоростью, согласно заключению автотехнической судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №/з, около 49 км/ч.

В пути следования 11 мая 2021 года в период времени с 20 часов 55 минут по 20 часов 59 минут, водитель ФИО2 на управляемом им вышеуказанном механическом транспортном средстве въехал на участок проезжей части в районе <адрес>, перед которым установлен запрещающий дорожный знак 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч», который в соответствии с требованиями Приложения 1 «Дорожные знаки» к Правилам дорожного движения Российской Федерации, утвержденным постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года №1090 (далее по тесту - ПДД РФ), устанавливает ограничение максимальной скорости на данном участке проезжей части и запрещает движение со скоростью, превышающей 40 км/ч.

Однако водитель ФИО2, имея объективную возможность обнаружить опасность для своего движения, при видимости в направлении движения не менее 53,6 метров, проявляя преступное легкомыслие и не соблюдая относящиеся к нему, как к участнику дорожного движения, требования ПДД РФ, осуществляя движение со скоростью около 49 км/ч, превышающей установленное ограничение максимальной скорости на указанном участке проезжей части <адрес>, своевременно не предпринял мер к снижению скорости движения управляемого им транспортного средства до безопасной, то есть до такой, которая обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за движением управляемого транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, и при которой он при внезапном обнаружении опасности для движения мог остановить управляемое им транспортное средство, а продолжил движение с прежней скоростью в прежнем направлении, тем самым лишая себя возможности остановить управляемое им транспортное средство для предотвращения дорожно-транспортного происшествия, в случае возникновения опасности для движения, чем нарушил п.10.1 ПДД РФ и требования вышеуказанного дорожного знака 3.24 Приложения №1 к ПДД РФ.

В это же время, а именно 11 мая 2021 года в период времени с 20 часов 55 минут по 20 часов 59 минут, пешеход ФИО6, находясь в состоянии алкогольного опьянения в зоне видимости нерегулируемого пешеходного перехода, в нарушение требований пункта 4.3 ПДД РФ, в соответствии с которым пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, подземным или надземным пешеходным переходам, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин; а также п.4.5 ПДД РФ, согласно которому при переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств, выбежал на проезжую часть вне участка, выделенного для движения пешеходов по проезжей части, и стал пересекать проезжую часть справа налево по ходу движения механического транспортного средства – автобуса «222702», государственный регистрационный знак <***>, под управлением водителя ФИО2, не убедившись в безопасности перехода, по участку проезжей части, расположенному в районе <адрес>.

При этом когда пешеход ФИО6 вступил на первую полосу с правого края проезжей части <адрес> и стал пересекать проезжую часть, механическое транспортное средство под управлением водителя ФИО2, находилось, согласно заключению автотехнической судебной экспертизы от 09 февраля 2022 года №40/з, на удалении 36,3 метра от линии движения пешехода ФИО6; водитель ФИО2, обнаружив опасность для своего движения, а именно, вступление на проезжую часть и дальнейшее движение по ней пешехода ФИО6, применил торможение.

Однако, из-за проявленного преступного легкомыслия и допущенных вышеуказанных нарушений ПДД РФ водителем ФИО2, а также ввиду несоблюдения пешеходом ФИО6 вышеуказанных пунктов Правил, 11 мая 2021 года в период времени с 20 часов 55 минут по 20 часов 59 минут, водитель ФИО2, на участке проезжей части второй полосы движения от правого края проезжей части <адрес>, расположенном в районе <адрес>, допустил наезд передней частью управляемого им механического транспортного средства – автобуса «222702», государственный регистрационный знак <***>, на пешехода ФИО6, причинив ему телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых пешеход ФИО6 скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Если бы водитель ФИО2 соблюдал относящиеся к нему требования ПДД РФ, вел управляемое им транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, то с момента обнаружения опасности, он согласно заключению эксперта от 09 февраля 2022 года №40/з, располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

Преступное легкомыслие водителя ФИО2 заключалось в том, что последний, не уделил должного внимания дорожным условиям, складывающимся в процессе движения, а именно тому, что осуществляет движение по участку проезжей части на котором установлено ограничение максимальной скорости, осознано не предпринял мер к снижению скорости движения управляемого им транспортного средства, а самонадеянно избрал скорость своего движения, которая превышала установленное ограничение, осознавая, что данная скорость движения не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, поскольку с увеличением скорости, увеличивается остановочный путь автомобиля и ухудшается контроль за его движением, тем самым лишил себя возможности остановить управляемое им транспортное средство для предотвращения дорожно-транспортного происшествия в случае возникновения опасности для движения, то есть водитель ФИО2 предвидел возможность наступления общественно опасных последствий своих действий - совершения им дорожно-транспортного происшествия, однако, без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия пешеходу ФИО6, согласно заключения судебно-медицинской экспертизы №030 от 09 июня 2021 года, причинены телесные повреждения:

1/. При судебно-медицинской экспертизе трупа ФИО6 обнаружены повреждения:

А. ГОЛОВЫ:

1. Осадненная рана в лобной области по средней линии, горизонтальная, ориентированная на 3 и 9 часах УЦ, длиной при сведенных краях 4 см, зиянием 1,5 см, глубиной 0,5 см, с неровными краями, тупоугольными концами, без тканевых перемычек между стенками, без осаднения по периферии, без инородного содержимого в просвете раны; расстояние от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 161 см.

2. Ссадина в левой скуловой области, овальной формы с западающей, шероховатой, красноватой, влажной поверхностью, размерами 2x1 см; на расстоянии от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 152 см.

3. Ссадина в средней трети носа, овальной формы с западающей, шероховатой, красноватой, влажной поверхностью, размерами 1x1,5 см; на расстоянии от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 154 см.

4. Рана в подбородочной области по средней линии, горизонтальная, ориентированная на 3 и 9 часах УЦ, длиной при сведенных краях 2 см, зиянием 1 см, глубиной 0,5 см, с неровными краями, тупоугольными концами, без тканевых перемычек между стенками, без осаднения по периферии, без инородного содержимого в просвете раны, расстояние от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 145 см.

5. Перелом хрящей носа в средней трети с расхождением отломков на 0,5 см, края перелома шероховатые, сопоставление краев полное, с темно-красным кровоизлиянием в мягкие ткани.

Б. ШЕИ:

1. Ссадина на передней поверхности шеи, в средней её трети, овальной формы с западающей, шероховатой, красноватой, влажной поверхностью, размерами 5x4 см; расстояние от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 140 см.

2. Перелом позвоночника между 5 и 6 шейными позвонками, полный, с полным разрывом продольных связок, с полным разрывом спинного мозга и его оболочек с темно-красным кровоизлиянием в окружающие мягкие ткани; верхний отдел выступает вперед на 2 см; края разрыва спинного мозга и его оболочек неровные; ниже разрыва обнаружено темно-красное диффузно-ограниченное субарахноидальное кровоизлияние по передней поверхности спинного мозга, размерами 4x1 см.

В. ТУЛОВИЩА

1. Переломы ребер слева 3-10 по передней подмышечной линии; все переломы непрямые, без повреждения пристеночной плевры, с кровоизлиянием темно-красного цвета в мягкие ткани вокруг.

Г. НИЖНИХ КОНЕЧНОСТЕЙ:

1. Ссадина на передней поверхности правого коленного сустава, овальной формы с западающей, шероховатой, красноватой, влажной поверхностью, размерами 3х4 см; расстояние от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 43 см.

2. Ссадина на передней поверхности левого коленного сустава, овальной формы с западающей, шероховатой, красноватой, влажной поверхностью, размерами 3x2,5 см; расстояние от нижнего края до подошвенной поверхности стопы 47 см.

Повреждения, описанные в п. 1/. А,Б,В,Г, состоят в связи друг с другом и должны рассматриваться не по раздельности, а в совокупности, так как составляют комплекс тупой сочетанной травмы тела, по медицинским критериям квалифицирующих признаков в отношении тяжести вреда здоровью являются причинившими тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью.

2/. Причиной смерти ФИО6 явилась тупая сочетанная травма тела, компоненты которой описаны в п.1/.А.,Б.,В.,Г «Выводов», о чем свидетельствует обнаружение вышеперечисленных повреждений при вскрытии; признаки короткого агонального периода - жидкая кровь в полостях сердца и крупных сосудов.

В заседании суда первой инстанции осужденный ФИО2 вину в совершении вышеуказанного преступления не признал, указал, что нарушений ПДД РФ, относящихся к нему, как к водителю транспортного, средства не совершал, причиной дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть потерпевшего, явились допущенные последним нарушения требований ПДД РФ, поскольку он, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, перебегал проезжую часть вне пешеходного перехода, не убедившись в безопасности перехода, в связи с чем в сложившейся ситуации не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней осужденный и защитник считают приговор незаконным в связи с неправильным применением уголовного и уголовно-процессуального законов. По мнению авторов жалобы в основу приговора положены недопустимые доказательства, судом не устранены противоречия между выводами проведенных по делу экспертиз, не дано оценки представленным стороной защиты доказательствам. Обращают внимание, что заключение эксперта №/з от ДД.ММ.ГГГГ составлено на неверных исходных данных, представленных в распоряжение эксперта, поскольку зафиксированная следователем ФИО17 следовая информация ставит под сомнение достоверность и правильность полученных измерений, произведенных в ходе осмотра места происшествия. Анализируя показания эксперта ФИО7, следователя ФИО8, осужденный ФИО2 и адвокат Долженков Н.И. считают, что судом не опровергнуты доводы стороны защиты о невозможности ФИО2 предотвратить наезд на пешехода, не установлено место наезда на пешехода, по делу необходимо было провести дополнительную автотехническую экспертизу. Однако суд первой инстанции в удовлетворении данного ходатайства отказал. Признавая заключения экспертов №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ и №/з от ДД.ММ.ГГГГ допустимыми доказательствами, суд не привел мотивов, по которым признал их допустимыми. У потерпевшей не выяснялись вопросы о том известно ли ей что-либо об обстоятельствах произошедшего ДТП, а также откуда и куда направлялся ее сын, где употреблял спиртное. Согласно показаниям свидетеля ФИО10, после наезда маршрутки на пешехода на проезжую часть выбежали цыганки, как он понял знакомые пострадавшего. Однако ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного заседания лица цыганской национальности не установлены и не допрошены об обстоятельствах произошедшего, не установлена причина, по которой пострадавший выбежал на проезжую часть, не проверена версия о том, что за ФИО6 кто-то гнался, а также версия о суициде. Кроме того не согласны с суммой гражданского иска. Полагают, что отсутствуют доказательства, подтверждающие вину ФИО2 в инкриминируемом преступлении, его вина в произошедшем ДТП не установлена. Просят приговор отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнение к ней государственный обвинитель – заместитель прокурора Железнодорожного округа г. Курска Шинаков Р.В. опровергая доводы апелляционной жалобы (основной и дополнительной), находит приговор законным и обоснованным, просит приговор в отношении ФИО2 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО2 и его защитник – адвокат Долженков Н.И. поддержали доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней в полном объеме;

- представитель прокуратуры – прокурор уголовно-судебного отдела прокуратуры Курской области ФИО1 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы с дополнением к ней.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней, поданных на него возражений, выслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Несмотря на то, что ФИО2 в судебном заседании вину не признал, при этом в судебном заседании не отрицал того обстоятельства, что вечером ДД.ММ.ГГГГ, управляя автобусом «Форд Транзит» регистрационный знак <***> и двигаясь по маршруту № «Авиацентр – 2-я Агрегатная», повернув на <адрес>, произошло столкновение его автомобиля с пешеходом ФИО6, который на проезжую часть выбежал внезапно, несмотря на движущиеся автомобили, в результате полученных им травм скончался, выводы суда о его виновности в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на совокупности исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательств, которым судом дана надлежащая оценка.

При этом, в основу обвинительного приговора суд правомерно положил показания свидетелей:

Свидетель №7 о том, что ДД.ММ.ГГГГ, точное время она не помнит, она со своим молодым человеком ехала в маршрутке, она была отвернута от проезжей части и не видела складывающуюся дорожную обстановку. Какова была скорость движения автомобиля, она пояснить не может, но ей кажется, скорость была небольшая. В один момент она услышала, что кто-то из пассажиров крикнул: «Стой!». Далее она посмотрела на проезжую часть через лобовое стекло и увидела силуэт мужчины, который находился на передней части маршрутного транспортного средства, она сразу же отвернулась, и в этот момент транспортное средство остановилось, то есть наезд на мужчину произошел в конце торможения. После остановки все пассажиры, включая её, вышли из салона. На проезжей части перед маршрутным транспортным средством лежал мужчина; на улице было вечернее время суток, видимость была хорошая, горели фонари уличного освещения, условий, ограничивающих видимость, не было;

ФИО10 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время он шел по тротуару вдоль проезжей части по <адрес> со стороны <адрес>. На улице было темное время суток, погода была хорошая, осадков не было. Проезжая часть состояла из 4 полос для движения. В пути следования он увидел, что из кустов на проезжую часть выбежал человек, который, не осматриваясь по сторонам, вне зоны пешеходного перехода, расстояние до которого составляло метров 100, а может и больше, стал перебегать проезжую часть прямо перпендикулярно дороге, и во второй полосе относительно правого края проезжей части указанного человека сбила маршрутка, которая ехала по данной полосе, по его мнению, с небольшой скоростью. После произошедшего столкновения с пешеходом маршрутка сразу же остановилась, пешеход упал на проезжую часть, звуков визга тормозов он не слышал, перемещался ли пешеход после удара – не помнит. После столкновения на проезжую часть выбежали цыганки, как он понял, знакомые пострадавшего, которые стали кричать. После чего на место ДТП прибыли сотрудники ГИБДД и скорая помощь, пострадавшего госпитализировали;

понятых, участвующих в осмотре места происшествия Свидетель №1 о том, что в мае 2021 года в вечернее время суток он участвовал в качестве понятого при осмотре места происшествия, в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием на <адрес>, по предложению сотрудника ГИБДД, пояснившего, что был совершен наезд на человека маршрутным такси. На месте ДТП находилось маршрутное такси, номер маршрута 216 «<адрес> – АПЗ-20», которое стояло на проезжей <адрес> в направлении в сторону магазина «Линия», на второй полосе дороги. При этом на асфальте он видел несколько пятен бурого цвета в нескольких местах, на транспортном средстве на бампере с левой стороны была вмятина. На месте ДТП он видел следы торможения с задней части стоявшего маршрутного такси, при этом одни след - левый был виден хорошо, заканчивался четко под передним колесом, а с правой стороны след был слабо выраженный, невзрачный. После чего следователем были произведены замеры, также проводился следственный эксперимент на измерение расстояния видимости пешехода на проезжей части с места водителя транспортного средства. Пешеходный переход находился от места, где стояла маршрутка, на расстоянии 10 метров, а может и больше,

Свидетель №6, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно около 23.00 часов она осуществляла движение на своем автомобиле «Тойота Ярис» по <адрес>, когда её остановил сотрудник ГИБДД, который попросил поучаствовать в качестве понятой в осмотре места происшествия, пояснив, что произошло ДТП, в ходе которого сбили человека, на что она согласилась. На проезжей части <адрес> стоял автобус «Форд». В ходе проведения осмотра на месте ДТП производились замеры проезжей части, расположения автобуса; на месте ДТП имелось 2 следа торможения, один из которых был длиннее другого; какого цвета были следы торможения – она не помнит. Также она видела на асфальте пятна крови, на автобусе имелось повреждение в виде вмятины на бампере с левой стороны. Во время осмотра ФИО2 находился на месте ДТП. В ходе осмотра места происшествия производилось измерение видимости пешехода на проезжей части с места водителя автобуса;

инспекторов ДПС ОР ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> Свидетель №2, согласно которым в мае 2021 года в ходе несения службы с инспектором ДПС Свидетель №3 они выезжали на место ДТП на <адрес>, где на проезжей части во второй полосе по ходу движения со стороны <адрес> в сторону <адрес>, находилось транспортное средство «Форд Транзит», перед которым на проезжей части лежал пожилой мужчина, сколько всего было полос для движения транспортных средств на месте ДТП – в настоящее время не помнит; место ДТП было огорожено; по прибытии скорой помощи, пострадавший был госпитализирован, был он жив или нет – не помнит; после чего в присутствии понятых был произведен осмотр места происшествия, в ходе которого составлялась схема ДТП, справка, протокол осмотра места происшествия, производились замеры, в том числе, следов торможения транспортного средства, каким образом они располагались, он в настоящее время не помнит. По результатам медицинского освидетельствования водителя на состояние опьянения было установлено, что он был трезв. Пешеход переходил дорогу вне пешеходного перехода. При этом свидетель Свидетель №2 подтвердил, что в составленной схеме на л.д. 115 т. 1 отражены установленные в результате проведенного осмотра и измерений сведения, в частности о наличии следов торможения длиной 10,7 метра и 13,2 метра, которые оканчивались под передними колесами транспортного средства,

Свидетель №3 о том, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ во время несения службы с инспектором ДПС Свидетель №2 в 21.00 от дежурного поступило сообщение о произошедшем ДТП на проезжей части <адрес>, они незамедлительно выехали на место, где увидели, что на проезжей части <адрес> находилось маршрутное транспортное средство «Форд Транзит», перед которым на проезжей части лежал мужчина. Транспортное средство находилось либо на второй, либо на третьей полосе. Они огородили место происшествия и ждали приезда следственно-оперативной группы. После были приглашены к осмотру места происшествия понятые, и в их присутствии были произведен осмотр участка проезжей части, фиксация следов и транспортного средства. При осмотре было обнаружено два следа торможения, которые оканчивались под передними колесами маршрутного транспортного средства; данные следы были измерены и внесены в схему.

Согласно показаниям свидетелей ФИО17 – следователя СО № СУ УМВД России по <адрес>, ФИО8 – следователя СУ УМВД России по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места поисшествия на <адрес>, было установлено, что водитель автобуса «Форд Транзит» совершил наезд на пешехода, специалист ФИО15 производил фотофиксацию и в последствии составил фототаблицу к протоколу осмотра, был проведен следственный эксперимент на предмет видимости пешехода с места водителя, и было установлено, что указанное расстояние составляет 53,6 метра; в ходе осмотра также было установлено, что пешеход переходил проезжую часть вне пешеходного перехода, который находился метров на 20 дальше от места наезда, при этом расстояние от места наезда до пешеходного перехода не измерялось. При назначении судебных экспертиз, в том числе экспертизы, по результатам которой было вынесено заключение №/з, вопросы эксперту им формулировались на основании материалов уголовного дела и установленных следствием данных, в том числе о том, что наезд на пешехода ФИО2 был совершен в конце торможения управляемого им транспортного средства, что следовало из показаний свидетелей-очевидцев: пассажира маршрутки и свидетеля ФИО10, который шел по улице, пояснивших, что маршрутка ударила пешехода, после чего сразу остановилась. В ходе расследования уголовного дела им назначались экспертизы, в том числе эксперту были заданы исходные данные, чтобы определить местонахождение автомобиля в момент начала реакции водителя, с учетом того, что наезд на пешехода был в конце торможения, в целях подтвердить или опровергнуть слова водителя, с которым проводился следственный эксперимент, на основании которого была проведена расчетная экспертиза, где со слов ФИО2 был указан темп движения пешехода, скорость автомобиля и по этой экспертизе водитель не располагал технической возможностью предотвратить наезд торможением, но поскольку было установлено, что наезд на пешехода был в конце торможения и была известна скорость транспортного средства, длина следов торможения, была проведена еще одна экспертиза, которая опровергла слова водителя, и именно эта экспертиза была принята им во внимание, поскольку в её основу были положены объективные данные, полученные в ходе осмотра места происшествия, из показаний свидетелей.

Согласно показаниям специалиста ФИО15, принимавшего участие в осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, на асфальтобетонном покрытии были зафиксированы следы торможения, которые оканчивались под передними колесами автобуса «Форд Транзит», при этом указанные следы были оставлены данным транспортным средством, поскольку они оканчивались под передними колесами автобуса с задней их части по ходу движения автомобиля. Следы были слабо выраженными, но в лучах различных источников света под различным углом они просматривались, что было видно ему, следователю, и понятым, это все было зафиксировано. На месте ДТП следователь производил замеры следов торможения, он их фотографировал, лично он и понятые также видели эти следы; ширина следов, в связи с тем, что они были слабовыраженными, не измерялась, производился замер только в длину. Поскольку следы торможения оканчивались под передними колесами автобуса, то они были оставлены его передними колесами.

Когда он прибыл на место происшествия, транспортное средство стояло на аварийной сигнализации, пострадавшего мужчины не было, на некотором расстоянии от передней части транспортного средства – на расстоянии 3 -5 метров на асфальте было пятно бурого цвета, что было отражено на иллюстрационной таблице. На капоте транспортного средства он видел повреждения, для образования которых определенная сила удара должна быть. На месте происшествия им была зафиксирована привязка транспортного средства к проезжей части дороги, соответственно следы торможения, оставленные от передних колес автобуса «Форд Транзит»; в настоящее время, просмотрев дополнительно иллюстрации, ему показалось, что с правой стороны просматривались следы спарки от задних колес, но возможно, что он ошибается. Передний свес автобуса измеряется от середины переднего колеса и до крайней точки выступающей, составляет около 1 метра. При торможении транспортное средство находится в кинематике, оно продолжает движение, то есть если водитель нажмет на тормоз, автомобиль сразу не остановится, он все равно в процессе торможения будет продолжать движение до полной остановки. Соответственно по следам, которые были зафиксированы, автомобиль двигался какое-то расстояние в процессе торможения.

Согласно показаниям свидетеля – эксперта ФИО16, проводившего экспертизы №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ и подвершившего выводы в судебном заседании, В заключении №/з от ДД.ММ.ГГГГ не представилось возможным прийти к выводу о принадлежности следов торможения конкретному транспортному средству, ввиду недостаточности признаков, которые бы позволили сделать такой вывод. Выводы в заключениях №/з от ДД.ММ.ГГГГ и №/з от ДД.ММ.ГГГГ относительно удаления транспортного средства от места наезда на пешехода 17,2 метра и 36,3 метра соответственно являются различными, поскольку указанные экспертизы являются расчетными, в основу указанных экспертиз положены различные исходные данные, указанные в постановлении следователя при назначении этих экспертиз. По заключению №/з от ДД.ММ.ГГГГ им установлено, что место наезда находится на участке второй полосы проезжей части между расположением зафиксированных следов торможения транспортного средства (левым и правым соответственно); поскольку наезд был совершен передней частью, положение транспортного средства на дороге характеризуют следы, которые он отобразил за время своего перемещения. Колеса автобуса располагались в следах, и наезд был совершен передней частью транспортного средства, соответственно наезд произошел на участке между следами, в пределах следов по ширине дороги; по длине следов координаты места наезда не установлены, ввиду недостаточности признаков, которые могли бы характеризовать место наезда. В заключении №/з им при расчете использовались данные о том, что наезд произошел в конце торможения, в момент остановки, длина следа торможения 13,2 метра и время реакции водителя 1 секунда, согласно справочной литературе. В заключении №/з от ДД.ММ.ГГГГ, скорость автобуса была определена расчетным путем на основе исходных данных, представленных инициатором экспертизы. Принимались во внимание протяженность следа торможения транспортного средства, состояние дорожного покрытия, от этого осуществлялся выбор параметров замедления, они тоже усредненные и содержатся в справочной литературе.

Оснований не доверять указанным показаниям свидетелей у суда не имелось, поскольку они логичны и последовательны, согласуются как между собой, а также с другими доказательствами по делу, подтверждены сведениями, содержащимися в исследованных в судебном заседании письменных материалах дела: протоколе осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ - участка проезжей части <адрес> (т.1 л.д.9-22); протоколе осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и иллюстрационной таблицей к нему, согласно которым в ходе проведенного осмотра автобуса «222702», государственный регистрационный знак <***>, с применением средств фотофиксации, обнаружено механическое повреждение в центральной части капота, а также с левой стороны переднего бампера (т.1 л.д.212-217); справкой по дорожно-транспортному происшествию от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 55 минут водитель ФИО2, управляя транспортным средством «Форд Транзит 222702», государственный регистрационный знак <***>, в пути следования по <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес>, напротив <адрес>, допустил наезд на пешехода ФИО6, переходившего проезжую часть вне пешеходного перехода справа налево по направлению движения транспортного средства, в результате чего ФИО6 скончался на месте происшествия (т.1 л.д.109); заключении судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ; заключении автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ; заключении автотехнической экспертизы №/з от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому наезд на пешехода имел место на поверхности второй полосы проезжей части, на участке между расположением зафиксированных следов торможения транспортного средства (левым и правым соответственно); заключении автотехнической экспертизы №/з от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при заданных и принятых исходных данных, следам торможения наибольшей протяженностью 13,2 метра соответствует скорость движения транспортного средства перед началом торможения величиной около 49 км/ч;- заключении автотехнической судебной экспертизы №/з от ДД.ММ.ГГГГ;сообщении Комитета дорожного хозяйства <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о наличии на проезжей части <адрес> знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч (т.1 л.д.54-65); сообщении ОКУ «ЦОД ГОЧС <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 56 минут через службу «112» поступило сообщение о дорожно-транспортном происшествии с пострадавшими на проезжей части <адрес> (т.1 л.д.67-68); сообщении из ОБУЗ «КГССМП» от ДД.ММ.ГГГГ о поступившем вызове ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов 59 минут по адресу: <адрес>; обстоятельства травмы – дорожно-транспортное происшествие, результат – смерть до приезда бригады скорой медицинской помощи (т.1 л.д.70,71); сообщении о состоянии погоды из ФГБУ «Центрально-Черноземное УГМС» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которым в период времени с 18.00 до 21.00 ДД.ММ.ГГГГ атмосферные явления отсутствовали, метеорологическая дальность видимости составляла 10 км (т.1 л.д.52), которые дополняют друг друга и в совокупности воссоздают картину произошедшего дорожно-транспортного происшествия, его последствий, подтверждают факт нарушения осужденным правил дорожного движения и причинную связь с наступившими последствиями.

Положенные судом в основу приговора доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ и обоснованно признаны судом допустимыми. Данные доказательства были исследованы судом в соответствии с требованиями ст. 240 УПК РФ, проверены, исходя из положений ст. 87 УПК РФ в совокупности с другими доказательствами по делу, нашли свое полное подтверждение и были оценены с учетом правил, предусмотренных ст. 88 УПК РФ с точки зрения их достаточности, полноты, допустимости и относимости к рассматриваемому событию.

Какие-либо иные не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, в том числе, и в показаниях свидетелей, эксперта и специалиста, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины осужденного или на квалификацию его действий, по делу отсутствуют.

Как усматривается из представленных материалов дела, показания свидетелей ФИО17, Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №6, ФИО10, эксперта ФИО16, специалиста ФИО15 были исследованы в ходе судебного заседания, признаны достоверными. Их показания приведены в приговоре суда, который дал надлежащую оценку данным показаниям, которые суд апелляционной инстанции находит убедительными, основанными на совокупности собранных по делу доказательств. Каких-либо данных о заинтересованности со стороны указанных лиц при даче показаний в отношении ФИО2, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО2, материалами дела не установлено и не приведено в суде апелляционной инстанции.

Суд обоснованно в основу приговора положил заключения экспертов №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ, которые также оценены судом надлежащим образом, в совокупности с другими исследованными по делу доказательствами.

Суд апелляционной инстанции не имеет оснований для иной оценки доказательств, чем приведена в приговоре суда первой инстанции и считает ее объективной.

Доводы апелляционных жалоб о недостоверности заключений экспертов №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ, №/з от ДД.ММ.ГГГГ являются несостоятельными.

Как видно из материалов дела, экспертизы назначены следователем в соответствии со ст. ст. 195 - 199 УПК РФ, с предоставлением собранных по делу доказательств, указанием необходимых исходных данных и проведены экспертами, имеющими специальные познания и стаж экспертной работы, которым были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ и они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Нарушений уголовно-процессуального закона при проведении экспертиз допущено не было. Каких-либо противоречий между исследовательской частью заключений и выводами не имеется. Выводы экспертов логичны, последовательны и не допускают их двусмысленного толкования, эксперт ФИО16 их выводы подтвердил. Оснований для назначения повторной автотехнической экспертизы, предусмотренных ст. 207 УПК РФ, а именно - сомнений в обоснованности заключения эксперта или противоречий в его выводах, не имелось, что мотивировано в приговоре.

Несогласие же стороны защиты с экспертными заключениями не является основанием для ее повторного проведения, также не является основанием для признания данных доказательств недопустимыми. В связи с изложенным, оснований для назначения повторной автотехнической экспертизы суд первой инстанции правильно не усмотрел.

Показания эксперта, данные им в судебном заседании, лишь подтверждают правильность сделанных выводов.

Заключения эксперта не вызывают сомнений и у суда апелляционной инстанции, равно как не вызывает сомнений и их компетентность.

Доводы стороны защиты о имеющихся противоречиях в указанных заключениях экспертов суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку выводы экспертов лишь дополняют друг друга, а не исключают.

Судом первой инстанций проверялись доводы стороны защиты о незаконности экспертного заключения №/з от ДД.ММ.ГГГГ ввиду неверных исходных данных, о неполноте представленной эксперту следовой информации, об отсутствии у ФИО2 возможности предотвратить наезд на пешехода. С этой целью в судебном заседании были допрошены эксперт ФИО16, специалист ФИО15, следователь ФИО17, инспекторы ДПС Свидетель №2, Свидетель №3, понятые, участвующие в осмотре место происшествия Свидетель №1, Свидетель №6, которые опровергли утверждения стороны защиты об отсутствие на месте происшествия следов торможения. Эксперты ФИО16, ФИО15 давали дополнительные пояснения по проведенным ими экспертизам и сделанным выводам.

Заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, представленного стороной защиты в суд первой инстанции, согласно которому осужденный ФИО2 не располагал технической возможностью торможением предотвратить наезд на пешехода ФИО6, то оно было предметом обсуждения суда первой инстанции, надлежащим образом оценено им и мотивированно отвергнуто.

Доводам апелляционной жалобы и дополнения к ней о том, что за погибшим ФИО6 кто-то гнался либо он пытался покончить жизнь самоубийством является неубедительными. Суд апелляционной инстанции относится к ним критически, поскольку они являются попыткой переложить вину на погибшего.

Из материалов уголовного дела следует, что судом первой инстанции дело рассмотрено в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон.

Уголовное дело возбуждено и расследовано в соответствии с установленной законом процедурой, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства.

Материалы дела, как в стадии следствия, так и в судебном заседании, исследованы с достаточной полнотой и в дополнительной проверке не нуждаются.

Из протокола судебного заседания видно, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 15, ст. ст. 273 - 291 УПК РФ.

Доказательств того, что суд препятствовал стороне обвинения или защиты в предоставлении, либо исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников процесса, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

В приговоре нашли отражение все исследованные в ходе судебного следствия доказательства, их содержание приведено с учетом их относимости к предмету доказывания по настоящему уголовному делу.

Признаков, свидетельствующих о фальсификации материалов уголовного в ходе его рассмотрения, судом не установлено.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступного деяния, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденного в содеянном, и мотивированы выводы относительно квалификации преступления и назначенного наказания. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено. Таковые основаны на достоверных доказательствах и полностью соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

В совокупности данные доказательства позволили суду первой инстанции прийти к убедительному выводу о том, что водитель ФИО2, проявляя преступную небрежность, предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, в нарушение п. 10.1 ПДД РФ и требования дорожного знака 3.24 Приложения № к ПДД РФ, а также ввиду несоблюдения пешеходом ФИО6 п.п. 4.3, 4.5 ПДД РФ, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 55 минут по 20 часов 59 минут, на участке проезжей части второй полосы движения от правого края проезжей части <адрес>, расположенном в районе <адрес>, допустил наезд передней частью управляемого им механического транспортного средства – автобуса «222702», государственный регистрационный знак <***>, на пешехода ФИО6, причинив ему телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых пешеход ФИО6 скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

Нарушение водителем ФИО2 п. 10.1 ПДД РФ и требования дорожного знака 3.24 Приложения № к ПДД РФ, находится в прямой причинной связи с произошедшим ДТП и причинением по неосторожности смерти ФИО6

На основе исследованных доказательств суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, поскольку он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение Правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, и у суда апелляционной инстанции не имеется оснований для иной квалификации действий осужденного.

Суд, вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнением к ней исходя из установленных фактических обстоятельств уголовного дела, дал надлежащую правовую оценку действиям осужденного ФИО2, при этом судом установлено, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось допущенное водителем ФИО2 нарушение Правил дорожного движения РФ, которое находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Наказание ФИО2 назначено судом с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, данных о его личности, всех обстоятельств по делу, в том числе смягчающих наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Так, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд признал в соответствии ч.2 ст.61 УК РФ - состояние здоровья осужденного и его матери ФИО19, являющейся инвалидом 2 группы, совершение преступления впервые, наличие почетных грамот с места работы за многолетний добросовестный труд.

Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденного, суд признал противоправность поведения погибшего ФИО6, который допустил нарушения пунктов 4.3, 4.5 ПДД РФ, поскольку пересекал проезжую часть вне пешеходного перехода, в зоне видимости нерегулируемого пешеходного перехода, не убедившись в безопасности перехода.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения положений ст. 64, ч. 6 ст. 15 УК РФ, суд обоснованно не усмотрел, не усматривает таковых и суд апелляционной инстанции.

Учитывая установленные данные о личности осужденного, суд в порядке ч. 2 ст. 53.1 УК РФ принял решение о замене наказания в виде лишения свободы на принудительные работы и решил вопрос о назначении ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. Оснований не согласиться с приведенными в описательно-мотивировочной части приговора мотивами такого решения не имеется.

Ограничений к применению в отношении осужденного ФИО2 наказания в виде принудительных работ, указанных в ч. 7 ст. 53.1 УК РФ, по делу не имеется.

Оснований, которые могли бы повлиять на изменение вида назначенного наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Гражданский иск потерпевшей Потерпевший №1 о компенсации морального вреда разрешен верно.

Судом были учтены характер причиненных потерпевшей нравственных страданий, связанных с совершенным преступлением, а также степень вины осужденного, имущественное и семейное положение ФИО2, реальная возможность возмещения причиненного морального вреда.

Установленный судом размер компенсации морального вреда, подлежащий выплате потерпевшей, является соразмерным и справедливым.

Оснований для отмены или изменения постановленного приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Кировского районного суда г. Курска от 14 апреля 2023 года в отношении ФИО2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам 1-го Кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями Главы 47.1 УПК РФ в течение 6 месяцев со дня вступления приговора суда в законную силу.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья Н.В. Гудаков