Судья Ковязина Е.А. Дело № 22-1520/2023

67RS0022-01-2022-000073-61

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 сентября 2023 года г. Смоленск

Судебная коллегия по уголовным делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего: Курпас М.В.,

судей: Решетняка Р.В., Ткаченко Д.В.,

при помощнике ФИО1,

с участием прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Смоленской области ФИО2,

осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Сигневой Н.С., представившей удостоверение <данные изъяты>

рассмотрела в открытом судебном заседании в апелляционном порядке уголовное дело в отношении ФИО3 с апелляционным представлением заместителя прокурора Сычевского района Смоленской области Федотенкова А.В., апелляционной жалобой защитника осужденного ФИО3 – адвоката Бастова В.П., на приговор Сычевского районного суда Смоленской области от 12 июля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Курпас М.В., кратко изложившей содержание обжалуемого приговора, существо апелляционного представления заместителя прокурора Сычевского района Смоленской области Федотенкова А.В., апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО3 – адвоката Бастова В.П., выступление прокурора Золотаревой В.А., поддержавшей доводы апелляционного представления в части, не поддержавшей доводы апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО3 – адвоката Бастова В.П. и полагавшей приговор отменить, пояснения осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Сигневой Н.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы и возражавших против удовлетворения доводов апелляционного представления заместителя прокурора Сычевского района Смоленской области Федотенкова А.В., судебная коллегия

установила:

Приговором Сычевского районного суда Смоленской области от 12 июля 2023 года

ФИО3, <данные изъяты>

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Мера пресечения в отношении ФИО3 в виде домашнего ареста, изменена на заключение под стражу. ФИО3 заключен под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО3 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В срок отбывания наказания ФИО3 постановлено зачесть:

время содержания под стражей с 22 января 2022 года по 18 октября 2022 года из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с положениями п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ;

время применения меры пресечения в виде запрета определенных действий с 19 октября 2022 года по 27 марта 2023 года на основании п. 1.1 ч. 10 ст. 109 УПК РФ, п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, из расчета два дня применения меры пресечения в виде запрета определенных действий за один день лишения свободы;

время нахождения под домашним арестом с 28 марта 2023 года по 11 июля 2023 года, из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ;

время содержания под стражей с 12 июля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств по делу.

По приговору суда ФИО3 признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшим по неосторожности смерть человека.

Судом установлено, что преступление совершено в период времени с 13 часов 30 минут 19 января 2022 года по 05 часов 30 минут 20 января 2022 года в помещении <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

В апелляционном представлении заместитель Сычевского прокурора Смоленской области Федотенков А.В. просит приговор изменить: учесть в качестве смягчающих обстоятельств молодой возраст ФИО3, привлечение ФИО3 к уголовной ответственности впервые, противоправность поведения потерпевшего К.; учесть состояние алкогольного опьянения ФИО3 при совершении преступления; снизить назначенное ФИО3 наказание на 1 месяц и определить его в виде 5 лет 11 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима. В обоснование, ссылаясь на ст. 297 УПК РФ, ч.1 ст. 6, ч. 3 ст. 60, ч. 2 ст.61, ч. 2 ст. 63 УК РФ, приводит доводы о необходимости признания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, молодой возраст ФИО3, привлечение его к уголовной ответственности впервые, а также противоправность поведения потерпевшего К., высказывавшего в адрес бабушки ФИО3 нецензурную брань, явившееся мотивом для преступления. Далее автор, обращая внимание на изложенные судом в приговоре обстоятельства совершения преступления, в соответствии с которыми во время совместного распития спиртных напитков между ФИО3 и К. на фоне внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой у ФИО3 возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью К., считает, что суд в установочной части приговора не указал на состояние алкогольного опьянения ФИО3, признав его в соответствии с ч. 1.1 ст.63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Бастов В.П. просит приговор отменить, передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в виду незаконности оспариваемого судебного акта. В обоснование своей позиции приводит доводы о том, что выдвинутая ФИО3 версия о причинении К. телесных повреждений, повлекших смерть, иными неустановленными лицами, судом не проверена и не получила оценки в приговоре. Между тем осужденный ФИО3, в судебном заседании пояснял, о том, что 19 января 2022 года вечером в помещении квартиры поссорился с К., после чего последний оделся и вышел из квартиры, а он, оставшись в помещении квартиры, уснул. Проснувшись утром, он обнаружил тело К. на полу в соседней комнате. При этом К. был в верхней одежде и в одном ботинке. Приведенные показания осужденного ФИО3, по мнению автора, подтверждаются данными протокола осмотра места происшествия от 20 января 2022 года, в соответствии с которыми на трупе К. имелась верхняя одежда, что, свидетельствует, по мнению автора, о том, что К. в ночь с 19 на 20 января 2022 года мог покидать помещение квартиры. Утверждения ФИО3 о том, что К. в ночь с 19 на 20 января 2022 года покинул квартиру подтверждаются показаниями свидетеля М.В., пояснившего о проживании К. в квартире ФИО3 и наличие у потерпевшего ключей от замков входной двери, а также показаниями свидетелей М.В., М.С., М.В., проживающих в квартирах по соседству с ФИО3 и пояснивших о плохой шумоизоляции в доме, хорошей слышимости громких звуков и криков из соседних квартир. Основываясь на приведенных показаниях свидетелей, автор, исходя из количество полученных К. телесных повреждений (не менее 16), считает, что соседи не могли не слышать звуков скандала или криков, однако свидетели М.С., М.В., П., М.Г., указывали, что в ночь с 19 на 20 января 2022 года каких-либо криков или шума из квартиры ФИО3 не доносилось. Данные приведенного протокола осмотра места происшествия, по мнению автора, также ставят по сомнение факт причинения К. телесных повреждений, повлекших смерть, в помещении квартиры черенком от тяпки, ввиду того, что если бы ФИО3 пытался спрятать предполагаемое орудие преступления, обе половинки черенка тяпки находились бы в одном помещении. Более того, результатами проведенного исследования отраженными в заключение эксперта № 107 от 30 ноября 2022 года не подтверждено нанесение телесных повреждений потерпевшему именно указанным предметом, а лишь содержится суждение о схожести свойств предмета, которым были нанесены телесные повреждения потерпевшему, с черенком от тяпки. Далее автор, обращая внимание на заключение эксперта № 179 от 14 марта 2022 года, в соответствии с выводами которого на представленной на исследование палке обнаружена кровь человека, которая произошла от К., указывает на обнаружение данной палки - в непосредственной близости от трупа К., и считает, что кровь К. могла оказаться на черенке от тяпки при перемещении его по квартире после возвращения ФИО3 Кроме того, автор полагает, что кровь К. могла попасть на черенок от тяпки ранее имевших место в ночь с 19 на <дата> событий в виду проживания К. продолжительное время в указанной квартире ФИО3 Далее автор, обращая внимание на установление судом нанесение ФИО3 деревянным черенком от тяпки, а также руками множественных (не менее 16) ударов по разным частям тела К., указывает на не обнаружение у ФИО3 при осмотре каких-либо телесных повреждений, в том числе на руках, и ставит под сомнение выводы суда о нанесении ФИО3 ударов руками потерпевшему. Оспаривая правильность правовой оценки действий ФИО3, автор ссылаясь на ст. 252 УПК РФ и п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», указывает, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению; изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. Суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту. Более тяжким считается обвинение, когда в обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняемому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного. Вместе с тем, указывает, что суд изменил обвинение и признал ФИО3 виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия. Однако квалифицирующий признак «использование предмета в качестве оружия» органами предварительного расследования ФИО3 не вменялся. В этой связи автор считает, что суд установил иные фактические обстоятельства, которые не вменялись в вину осужденному ФИО3, что повлекло формулировку иного обвинения и нарушение его права на защиту.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы защитника осужденного, судебная коллегия находит приговор в отношении ФИО3 подлежащим отмене, а уголовное дело направлению в суд первой инстанции на новое разбирательство по следующим основаниям.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 389.15 УПК РФ основаниями к отмене приговора в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, а также существенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Согласно положениям ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда; в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие; выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

В силу положений ст. 389.17 УПК РФ существенными нарушениями уголовно-процессуального закона признаются такие нарушения, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таким, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Согласно ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать в числе других сведений, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства. При этом по смыслу закона в приговоре должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешенным при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Суд в соответствии с требованиями закона должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце третьем пункта 6 Постановления от 29 апреля 1996 года № 1 «О судебном приговоре», в описательной части приговора должно быть отражено отношение подсудимого к предъявленному обвинению и дана оценка доводам, приведенным им в свою защиту. В случае изменения подсудимым показаний, данных им при производстве дознания или предварительного следствия, суд обязан тщательно проверить те и другие его показания, выяснить причины изменения показаний и дать им оценку в совокупности с иными собранными по делу доказательствами.

В соответствии с ч.ч. 2 и 3 ст. 14 УПК РФ обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту обвиняемого, лежит на стороне обвинения. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого. В силу ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

По настоящему делу указанные нормы уголовно-процессуального закона судом первой инстанции были нарушены.

Согласно приговору осужденный ФИО3 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Из описания преступного деяния, признанного судом доказанным, следует, что в период с 13 часов 30 минут 19 января 2022 года по 05 часов 30 минут 20 января 2022 года в помещении <адрес> в процессе распития спиртных напитков между ФИО3 и Кп. на фоне внезапно возникших личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой ФИО3 с целью причинения тяжкого вреда здоровью К. приискал в квартире деревянный черенок от тяпки, используя его в качестве оружия, с достаточной силой нанес им, а также руками К. не менее 16 ударов по голове, туловищу и конечностям, чем причинил телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы грудной клетки и живота, сопровождавшейся множественными двусторонними переломами ребер, переломом грудины, разрывами обоих легких, разрывом печени, которые повлекли наступление смерти последнего в период времени с 21 часа 30 минут 19 января 2022 года по 09 часов 30 минут 20 января 2022 года в помещении квартиры по вышеуказанному адресу.

Как видно из материалов дела, осужденный ФИО3 как в ходе предварительного, так и судебного следствия последовательно отрицал свою причастность к совершению указанного преступления. Так, в ходе предварительного расследования ФИО3 не признал вины в совершении инкриминируемого преступления и воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался (т. 2 л.д. 178-180; 186-188; 205-210; 217-219). В ходе судебного следствия ФИО3 настаивая на своей непричастности к совершению указанного преступления, изложил свою версию произошедшего.

Суд в основу обвинительного приговора положил объяснения ФИО3, данные им в ходе опроса 20 января 2022 года, о том, что 19 января 2022 года вечером в помещении квартиры в ходе распития спиртного в ответ на высказанные К. оскорбления в адрес его бабушки, нанес К. кулаками в область тела и деревянный черенком от тяпки множественные удары по телу и конечностям.

Между тем, ФИО3 на предварительном следствии и в судебном заседании не подтвердил сведения, полученные в ходе первоначального опроса, поскольку они, по его утверждению, были даны в состоянии алкогольного опьянения, которое не позволяло ему понимать и в полной мере оценивать происходящее и позволило себя оговорить.

В судебном заседании ФИО3 виновным себя не признал и показал, что проживал с К. в <адрес>. Вечером 19 января 2022 года К. ушел из квартиры, а он уснул. Проснувшись утром 20 января 2022 года, он обнаружил тело К. в соседней комнате на полу с видимыми телесными повреждениями в области головы. При этом К. был одет в куртку, шапку и один ботинок. ФИО3 также пояснил о том, что К. постоянно угрожали какие-то люди и избивали его, в виду не возврата денежных средств полученных им взаймы (т. 4 л.д. 230-231).

Однако суд, подробно изложив в приговоре показания ФИО3 в судебном заседании, выдвигаемую им версию о причинении телесных повреждений К. другими лицами не проверил и надлежащей оценки его показаниям не дал, расценив как способ уйти от ответственности.

Более того, приведя в обоснование вывода о виновности ФИО3 в причинении тяжкого вреда здоровью К. в качестве доказательства протокол опроса ФИО3 от 20 января 2022 года, суд далее делает вывод о его несоответствии требованиям, закрепленным ст. 74 УПК РФ, и исключает указанный протокол из числа доказательств виновности ФИО3, в виду допущенных нарушений положений ст. 51 Конституции РФ и ст. 46 УПК РФ и проведения опроса ФИО3 без участия защитника.

Аналогичные нарушения допущены судом при оценке показаний свидетелей Н. – старшего оперуполномоченного <данные изъяты> Пр. – оперуполномоченного <данные изъяты>

Приведя показания свидетелей Н. и Пр. о том, что со слов ФИО3 при проведении опроса им стало известно об избиении ФИО3 К. и нанесении последнему ударов деревянным черепком от тяпки, в качестве доказательств виновности ФИО3 суд далее делает вывод о не соответствии показаний указанных свидетелей требованиям ст. 74 УПК РФ и исключает их из числа доказательств по уголовному делу, в виду того, что указанные лица являются сотрудниками полиции и сведения, о которых им стало известно во время опроса ФИО3 без участия защитника, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности подсудимого.

Более того, признавая достоверно установленным нанесение ФИО3 К. телесных повреждений, повлекших смерть последнего, суд в обоснование вывода указал на не предоставление подсудимым ФИО3 и его защитником достоверных доказательств, подтверждающих алиби ФИО3 о том, что К. после распития спиртного ушел из квартиры на улицу, а также доказательств, опровергающих показания свидетелей М.Г., М.В., Е., М.С., М.В., Кр., Кдр., С., Еф., пояснивших о наличии у него неприязненных отношений с К. и применении в отношении последнего физической силы.

Между тем, при проверке доводов подсудимого о непричастности к совершению преступления суд обязан исходить из принципа презумпции невиновности, в том числе учитывать, что подсудимый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых обвиняемым в свою защиту, лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности лица, обвиняемого в совершении преступления, которые не могут быть устранены в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в пользу подсудимого.

Избранный судом подход к оценке доказательств, именно протокола опроса ФИО3 от 20 января 2022 года, показаний свидетелей Н. и Пр., в соответствии с которым приведенные доказательства изначально признаются судом допустимыми и приводится в приговоре в обоснование вывода о виновности ФИО3, а затем подвергаются критической оценке и признаются судом недопустимым в виду выявленной процессуальной недоброкачественности, не может быть признан обоснованным и отвечающим правилам ст. 88 УПК РФ.

Оценивая доказательства, таким образом суд в полной мере не учел положения ч. 1 ст. 88 УПК РФ, согласно которым каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. При этом по смыслу приведенной нормы доказательство либо обладает юридическими свойствами, характеризующими процессуальную доброкачественность, пригодность с точки зрения законности источника, способа и приемов получения сведений, либо не отвечает закрепленным в законе критериям, в виду получения с нарушением требований закона и потому не имеет юридической силы и не может быть положено в основу обвинения и использовано для доказывания.

Стоит отметить, что в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства суд при выявлении обстоятельств, вызывающих сомнения в обоснованности обвинения, при наличии противоречий в исследованных доказательствах полностью либо в части обязан устранить возникшие сомнения и противоречия. Невыполнение этой обязанности судом является фундаментальным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку объективно сопряжено с лишением подсудимого ФИО3 его конституционного права на справедливое судебное разбирательство и тем самым предопределяет невозможность констатировать законность постановленного в отношении данного лица судебного решения.

Отмечая иные допущенные судом нарушения закона, судебная коллегия указывает следующее.

Согласно ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится в пределах того обвинения, которое было предъявлено лицу органами предварительного расследования. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных или преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т.д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту.

Приведенные требования уголовно-процессуального закона судом не были соблюдены.

Как следует из обвинительного заключения, ФИО3 в рамках выдвинутого против него обвинения по ч. 4 ст. 111 УК РФ, инкриминировалось умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть человека (т. 4 л.д. 34-62).

Согласно протоколу судебного заседания именно это обвинение было поддержано государственным обвинителем (т. 5 л.д. 16-17).

При этом суд квалифицировал действия ФИО3 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Какого-либо решения об изменении предъявленного обвинения материалы уголовного дела не содержат.

Таким образом, суд первой инстанции, признав ФИО3 виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшим по неосторожности смерть человека, что ему органами предварительного расследования не вменялось, в нарушение требований ст. 252 УПК РФ вышел за пределы предъявленного обвинения, чем существенно ухудшил его положение и нарушил право на защиту.

Данное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, повлиявшим на исход дела, поэтому приговор нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене.

Поскольку отмеченные выше нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные судом в том числе нарушение права на судебную защиту, не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, уголовное дело в соответствии с ч. 2 ст. 389.22 УПК РФ подлежит передаче на новое судебное разбирательство.

В связи с отменой приговора с направлением дела на новое рассмотрение, иные доводы апелляционного представления заместителя прокурора Сычевского района Смоленской области Федотенкова А.В., апелляционной жалобы защитника осужденного ФИО3 – адвоката Бастова В.П., которые сводятся к неправильности установления фактических обстоятельств дела, ввиду неверной оценки исследованных по делу доказательств, рассмотрению не подлежат, поскольку вышестоящий суд не вправе предрешать выводы суда о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности доказательств, преимуществах одних доказательств перед другими, поскольку при повторном рассмотрении дела суд первой инстанции обязан решить вопросы о виновности или невиновности подсудимого ФИО3 и о применении уголовного закона, исходя из оценки доказательств в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

В ходе нового судебного разбирательства суду следует, соблюдая принципы уголовного судопроизводства, в том числе принцип обеспечения права обвиняемого ФИО3 на защиту, проверить все доводы, высказанные сторонами по делу, и принять соответствующее требованиям закона решение, исходя из всей совокупности имеющихся по делу доказательств.

В связи с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение судебная коллегия разрешает вопрос о мере пресечения в отношении ФИО3, руководствуясь ч. 1 ст. 97, п. 7 ст. 98, ст. 99, ст. 108, ст. 255 УПК РФ.

При этом судебная коллегия учитывает, что ФИО3 обвиняется в совершении умышленного особо тяжкого преступления, посягающее на здоровье в качестве основного и на жизнь в качестве дополнительного объектов, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

По мнению судебной коллегии, ФИО3, осознавая данные обстоятельства, опасаясь назначения ему наказания в виде лишения свободы, может попытаться скрыться, и для исключения такой возможности в отношении него необходимо избрать меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 28 ноября 2023 года, который позволяет обеспечить надлежащую подготовку и проведение нового судебного разбирательства судом первой инстанции. При этом судебная коллегия принимает во внимание сведения о личности ФИО3, который по предоставленным старшим участковым ПП по Сычевскому району данным характеризуется отрицательно, привлекался к административной ответственности, на его поведение постоянно поступали жалобы, не работает и мер к трудоустройству не принимает, и другие имеющиеся в уголовном деле данные, которые не исключают необходимости избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. Судебная коллегия обсудила возможность применения в отношении ФИО3 более мягких мер пресечения, однако пришла к выводу, что они не смогут обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Сычевского районного суда Смоленской области от 12 июля 2023 года в отношении ФИО3 отменить, и уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд иным составом суда.

Меру пресечения в отношении ФИО3, <дата>, избрать в виде заключения под стражу на 2 месяца, т.е. до 28 ноября 2023 года.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

О своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции лицо, содержащееся под стражей, вправе ходатайствовать в кассационной жалобе либо в течение трех суток со дня вручения ему извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: (подпись) М.В. Курпас

Судьи: (подпись) Р.В. Решетняк

(подпись) Д.В. Ткаченко

Копия верна

Судья Смоленского областного суда М.В. Курпас