РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

по делу № 2-2/100/2025 (УИД 43RS0035-02-2025-000220-95)

17 сентября 2025 г. пгт Верхошижемье Кировской области

Советский районный суд Кировской области в составе председательствующего судьи Стрелковой О.Н.,

при секретаре Исуповой Н.Ю.,

с участием помощника прокурора Верхошижемского района Кировской области Ксендзова Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4, действующей в защиту прав и законных интересов малолетней дочери ФИО1, к КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», ФИО5, ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, действуя в защиту прав и законных интересов малолетней дочери ФИО1, обратилась в суд с иском к КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», ФИО5, ФИО6 о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг. В обоснование требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ в результате инсульта ствола головного мозга умер ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, - отец малолетней ФИО1 В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 находился в Верхошижемской ЦРБ, куда обратился своевременно за медицинской помощью при первых симптомах заболевания, но врачом-неврологом Верхошижемской ЦРБ были грубо нарушены права пациента.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 почувствовал себя плохо: жаловался на сильную головную боль и головокружение, тошноту, слабость. Была вызвана Скорая помощь, которая оказала ему медицинскую помощь. В этот же день ФИО2 снова почувствовал себя плохо и в сопровождении поехал на пункт неотложной помощи, где его поместили в отделение. Был осмотрен дежурным врачом, диагноз и лечение не назначалось до осмотра врачом-неврологом ФИО5, которая должна была осмотреть, поставить диагноз и назначить лечение. В понедельник ДД.ММ.ГГГГ врач-невролог ФИО5 выслушав жалобы пациента, назначила ему таблетки от головокружения и тошноты и выписала домой. На просьбы супруги пациента поставить капельницы с лекарством для облегчения состояния врач отказала. На вопросы о диагнозе и причинах болезненного состояния ФИО5 ответила: «неправильный, нездоровый образ жизни». При выписке ФИО2, держась за стены здания от сильного головокружения, спустился по лестнице и был доставлен родственниками домой. В этот же день около 15 часов у него началась сильная рвота, стала отниматься речь, он начал терять сознание, хрипел. Приехавшая на вызов бригада Скорой помощи госпитализировала пациента около 17 часов 15 минут. Фельдшер скорой помощи звонил по телефону врачу-неврологу ФИО5, чтобы она осмотрела пациента, но ФИО5 ответила, что её рабочий день закончен, по телефону назначила пациенту три таблетки Глицина, а также укол в вену, и отказалась его осматривать. Дежурный врач и медсестра звонили несколько раз по телефону ФИО5, но она не брала трубку. Супруга ФИО2 осталась дежурить на ночь с мужем, требовала провести компьютерную диагностику, но дежурный врач пояснила, что направление на КТ, машину и сопровождающего медицинского работника может выдать только врач-невролог ФИО5 Утром 7 февраля в отделение пришла врач-невролог ФИО5, ФИО2 снова высказал жалобы на слабость, головокружение, сильную головную боль, периодическую потливость. ФИО5 снова назначила таблетки от головокружения и тошноты, пояснив, что ждет результатов анализов. На КТ направление не дала, назначила кардиограмму и анализ крови. В два часа дня ФИО4 навещала мужа в больнице, он еще передвигался самостоятельно, жаловался на сильную головную боль и слабость. Периодически по телефону она узнавала о состоянии здоровья супруга. С пяти вечера его телефон не отвечал, трубку никто не брал. Придя в больницу, она увидела, что супруг лежал весь белый и хрипел, речь отнялась полностью. Находящиеся в палате пациенты пояснили, что в этот день с 15 часов у ФИО2 начался приступ, он потерял сознание, отнялась речь. Врач ФИО5 сказала: «У него случился приступ. Я ничего не знаю, что случилось, пояснить не могу. Вызвала реанимацию», и больше разговаривать не стала. На претензии по поводу того, что упущено время, пациента не направляют на диагностику в <адрес>, не оказывают надлежащего лечения, ФИО5 ответила, что из-за каждого приступа из города врачей вызывать не будет. Около 21 часа приехал автомобиль реанимации из <адрес>. Кировский доктор сказал, что время упущено и состояние крайне тяжелое, кома 2. Пациенту начали оказывать медицинскую помощь. Пока пациенту оказывалась помощь, ФИО5 даже не вышла из ординаторской. Около 23 часов ФИО2 повезли в <адрес>. По прибыли в <адрес> ФИО2 выполнили диагностику на КТ, был выявлен инсульт ствола головного мозга, ситуация была крайне тяжелая, кома 2, поражения мозга значительное. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умер, не приходя в сознание.

В марте 2023 года Следственным комитетом по Кировской области было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 109 УК РФ. Проведенной в рамках уголовного дела судебно-медицинской экспертизой установлены многочисленные нарушения оказания медицинской помощи пациенту. Диагностических мероприятий, направленных на установление причины имеющейся у ФИО2 симптоматики, проведено не было. Во все три дня нахождения пациента в больнице ему было выставлено несколько неправильных диагнозов. Основное заболевание диагностировано не было, надлежащее лечение не проводилось. Апелляционным определением Кировского областного суда от 13.01.2025 по делу № 33-38/2025 (33-6733/2024) установлено, что медицинская помощь пациенту ФИО2 в Верхошижемской ЦРБ была оказана ненадлежащего качества, и в пользу вдовы ФИО4 ФИО4 была взыскана компенсация морального вреда в размере одного миллиона рублей. Решение вступило в законную силу.

У умершего ФИО2 осталась малолетняя дочь ФИО1, которая была сильно привязана к отцу и очень его любила. В силу возраста ФИО1 знала и понимала, что её папе стало плохо, он обращался в больницу, и была уверена, что её папу вылечат.

Законный представитель малолетней ФИО1 указывает, что она до настоящего времени не может объяснить дочери, почему её папе не могли оказать качественные медицинские услуги. Моральный вред, причиненный её дочери, оценивает в 1 миллион рублей, который просила взыскать солидарно с ответчиков в пользу малолетней ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ представитель ФИО4 ФИО7 заявленные исковые требования увеличила, указала, что учитывая возраст малолетней ФИО1, которой на момент потери отца было 6 лет, считает, что ребенок испытывал большие моральные страдания по сравнению со взрослыми в силу особенностей детской психики и привязанности к отцу. Кроме того, ребенок понимал и осознавал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отец обращался в больницу и верил в то, что медицинские работники сделают всё возможное и спасут папу. На глазах ребенка происходил отказ в госпитализации отца: она видела, как папа буквально на коленках, так как не мог идти, поднимался с крыльца дома в квартиру, расположенную на 2 этаже. Просила взыскать с КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» в пользу малолетней ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 5 миллионов рублей.

В судебное заседание законный представитель малолетней ФИО1 ФИО4 не явилась, извещена надлежащим образом, направила в суд своего представителя.

Её представитель ФИО7 уточненные исковые требования подержала.

Представитель ответчика КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» по доверенности ФИО8 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в отсутствие представителя лечебного учреждения. В отзыве на иск просила в удовлетворении исковых требований отказать, указала, что ФИО4, являясь законным представителем несовершеннолетней дочери и действуя в её интересах, предъявляла исковые требования в интересах своей дочери в рамках рассмотрения дела № 2-2/1/2024 (2-2/57/2023) о компенсации морального вреда за некачественное оказание медицинской помощи ФИО2 Истцом был определен объем исковых требований. С мнением истца о размере компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего ребенка, равном размеру морального вреда, взысканном в пользу ФИО4, не согласна. Полагает, что вины ответчиков в неблагоприятном исходе заболевания ФИО2 нет, считает, что медицинская помощь ФИО2 оказана в соответствии с нормативными актами об оказании медицинской помощи. Полагает неверными доводы истца о том, что пациенту ФИО2 в КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» несколько раз был установлен ошибочный диагноз. При поступлении в стационар пациенту был установлен предварительный диагноз, что предусмотрено нормативными актами. Предварительный диагноз был установлен врачом-неврологом своевременно, сформулирован полностью в соответствии с Международной классификацией болезней (МКБ-10). Установить заключительный клинический диагноз на основании всестороннего полного обследования пациента не представилось возможным по объективным причинам в связи с короткими сроками нахождения в стационаре, внезапным ухудшением состояния и переводом пациента в профильное лечебное учреждение. Исходя из того, что содержащиеся в заключении эксперта ООО «Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «<данные изъяты>» недостатки в оказании медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО2, а доказательств несения несовершеннолетним ребенком физических и нравственных страданий не представлено, оснований для удовлетворения исковых требований не усматривает. Просит суд учесть, что КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» является социально значимым учреждением, оказывающим медицинскую помощь населению Верхошижемского района. Основным источником финансового обеспечения лечебного учреждения являются средства обязательного медицинского страхования за пролеченных больных. Расходы на закупку медикаментов, медицинских изделий и прочих затрат, необходимых для оказания медицинской помощи, значительны. Расходы на выплату компенсации морального вреда в структуру тарифа на оплату медицинской помощи по обязательному медицинскому страхованию не входят и должны производиться лечебными учреждениями за счет доходов от платных услуг. КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» является некоммерческой организацией и вправе осуществлять приносящую доход деятельность лишь постольку, поскольку это служит достижению целей, ради которых оно создано, при условии, что его деятельность соответствует таким целям, поэтому доходы от платных медицинских услуг незначительны. Кроме того, представитель ответчика обращает внимание суда, что решениями Советского районного суда Кировской области от 05.09.2024 по делу № 2-2/1/2024, от 04.07.2025 № 2-2/25/2025 в удовлетворении исковых требований к врачу-неврологу ФИО5, председателю врачебной комиссии КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» ФИО6 отказано. Просит отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Ответчики ФИО5 и ФИО6, а также третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены, отзыва на иск не представили.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - министерства здравоохранения Кировской области в судебное заседание не явился, извещены, просили рассмотреть дело в отсутствие их представителя. Отзыва на иск не представили.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - министерства финансов Кировской области в судебное заседание не явился, извещены. В отзыве на иск просили исключить министерство из числа сторон по делу. При определении размера компенсации вреда просили учесть требования разумности и справедливости. Дело просили рассмотреть в отсутствие представителя министерства.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - органа опеки и попечительства администрации Верхошижемского района Кировской области в судебное заседание не явился, извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело без их участия. В отзыве на иск указали, что ДД.ММ.ГГГГ консультантом по опеке и попечительству ФИО3 совместно с социальным педагогом школы проведена беседа с ФИО4 и её малолетней дочерью ФИО1 В ходе беседы ФИО4 пояснила, что дочь сильно переживала смерть отца, плакала по ночам. В тот период она посещала детский сад, кружки, в силу возраста на похороны отца её не брали. Малолетняя ФИО1 пояснила, что скучает по папе, но что было в тот период не помнит. Выяснить психологическое состояние ребенка в настоящее время не представляется возможным ввиду отсутствия психолога в образовательном учреждении и истечении значительного периода времени с момента смерти её отца.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора Ксендзова Р.А., оставившего разрешение спора на усмотрение суда, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-Ф3 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее также - Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ) здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В ст. 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 ст. 2 Федерального закона 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В силу ст. 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 ст. 19 Федерального закона 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Пунктом 21 ст. 2 Федерального закона 21.11.2011 № 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (ч. 1 ст. 37 Федерального закона 21.11.2011 № 323-ФЗ).

Из части 2 ст. 98 названного Федерального закона следует, что медицинские организации, медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации не только за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи, но и за нарушение прав в сфере охраны здоровья.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 ст. 98 Федерального закона 21.11.2011 № 323-ФЗ).

В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждается, что материальный истец ФИО1 является дочерью ФИО4 и ФИО2, умершего ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8).

05.09.2024 Советским районным судом Кировской области по гражданскому делу № 2-2/1/2024 было принято решение по иску ФИО4 (супруги ФИО2 и матери ФИО1) к КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», врачу неврологу ФИО5 о признании оказанной медицинской помощи ненадлежащей и взыскании компенсации морального вреда, к КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» и врачебной комиссии «КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», ФИО6 о признании незаконным решения врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ, признании действий незаконными.

Решением Советского районного суда Кировской области от 05.09.2024 исковые требования ФИО4 удовлетворены частично, с КОГБУЗ «Верхошижемская центральная районная больница» в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда, причиненного смертью супруга, в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, в удовлетворении исковых требований к врачу неврологу ФИО5, врачебной комиссии КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда отказано, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кировского областного суда от 13.01.2025 решение Советского районного суда Кировской области от 05.09.2024 изменено в части размера компенсации морального вреда, с КОГБУЗ «Верхошижемская центральная районная больница» в пользу ФИО4 взыскана компенсация морального вреда в размере 1 000 000 (одного миллиона) рублей; в части отказа в отмене решения врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ решение Советского районного суда от 05.09.2024 отменено, в данной части принято новое решение: решение врачебной комиссии КОГБУЗ «Верхошижемская центральная районная больница», оформленное в виде протокола заседания комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ отменено; в остальной части решение Советского районного суда от 05.09.2024 оставлено без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Решение суда вступило в законную силу 13.01.2025.

Определением Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 17.04.2025 решение Советского районного суда Кировской области от 05.09.2024 в не отмененной и не измененной части и апелляционное определение Кировского областного суда от 13.01.2025 оставлены без изменения, а кассационные жалобы ФИО4 и КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» - без удовлетворения.

Согласно ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судебными актами, вынесенными в ходе рассмотрения дела № 2-2/1/2024, установлено, что ФИО2 находился на амбулаторном и стационарном лечении в КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Штатным врачом-неврологом Верхошижемской ЦРБ в данный период являлась ФИО5

ДД.ММ.ГГГГ в 23:39 ФИО2 поступил в отделение реанимации и интенсивной терапии № РСЦ КОГБУЗ «Кировская областная клиническая больница», где, не приходя в сознание, скончался ДД.ММ.ГГГГ в 19:20 часов.

В соответствии с медицинским свидетельством о смерти 33 №, выданным ДД.ММ.ГГГГ КОГБСЭУЗ «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», причинами смерти ФИО2 явились отек головного мозга, инфаркт церебральный, вызванный стенозом церебральных артерий, атеросклероз аорты.

При рассмотрении дела № судом было установлено наличие дефектов оказания КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» медицинской помощи пациенту ФИО2, что послужило основанием для взыскания с лечебного учреждения денежной компенсации морального вреда в пользу супруги умершего. Суд также пришел к выводу, что отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи и смертью пациента ФИО2 не является основанием для освобождения лечебного учреждения от ответственности за допущенные грубые нарушения при оказании медицинской помощи.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ч. 1 ст. 151 ГК РФ).

В постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абз. 3 п. 1).

Под нравственными страданиями понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (абз. 1 п. 14).

Требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи (п. 49).

Согласно пунктам 1, 2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинявшим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой в связи с некачественным оказанием медицинской помощи сотрудниками КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» заявлено истцом, является одним из видов гражданско-правовой ответственности, нормы ГК РФ (статья 1064), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда, применимы как к возмещению имущественного, так и морального вреда.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В данном случае наличие дефектов оказания медицинской помощи пациенту ФИО2 со стороны ответчика КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ» установлен при рассмотрении дела № 2-2/1/2024, и не подлежит повторному доказыванию при рассмотрении настоящего дела.

Доводы ответчика о том, что содержащиеся в заключении эксперта ООО «Бюро независимой судебно-медицинской экспертизы «<данные изъяты>» недостатки в оказании медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью ФИО2, были предметом судебного рассмотрения при вынесении решения по делу № 2-2/1/2024 и им была дана оценка, в связи с чем при рассмотрении настоящего дела суд отклоняет указанные доводы.

Несмотря на отсутствие прямой причинно-следственной связи между недостатками оказания медицинской помощи со смертью пациента, допущенные дефекты оказания ему медицинской помощи явились дополнительным фактором, способствовавшим прогрессированию заболевания и наступлению смерти ФИО2, что также установлено решением суда по делу № 2-2/1/2024.

Заявляя исковые требования о компенсации морального вреда, ФИО4 указала, что её малолетняя дочь ФИО1 была сильно привязана к отцу и сильно его любила.

Судом установлено, что на момент смерти ФИО2 его дочери ФИО1 было шесть лет.

Из отзыва опеки и попечительства администрации Верхошижемского района следует, что в ходе беседы с представителями органа опеки ДД.ММ.ГГГГ законный представитель малолетней ФИО1 ФИО4 пояснила, что дочь сильно переживала смерть отца, плакала по ночам.

В настоящее время ФИО1 обучается в <данные изъяты>, классным руководителем характеризуется положительно.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства и положения вышеназванного законодательства, суд считает, что ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов её оказания, причиняет страдания, то есть причиняет вред как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда, в связи с чем заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

Факт того, что ФИО4, являясь законным представителем несовершеннолетней дочери и, действуя в её интересах, предъявляла исковые требования в рамках рассмотрения дела № 2-2/1/2024, вопреки доводам ответчика, не свидетельствует о взыскании компенсации морального вреда в пользу малолетней ФИО1 В ходе рассмотрения дела № 2-2/1/2024 истцом неоднократно изменялись исковые требования, при этом вопрос о взыскании компенсации морального вреда в пользу дочери умершего ФИО2 ФИО1 судом не разрешался.

Принимая во внимание характер и степень вины ответчика в причинении вреда, статус ответчика, являющегося юридическим лицом с профильным назначением по оказанию медицинской помощи населению, характер и степень нравственных страданий истца, связанных со смертью близкого ей человека, оставшейся без отца в малолетнем возрасте, что является невосполнимой утратой и повлекло необратимые изменения в её жизни, индивидуальные особенности её личности, а также требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

При этом, на основании положений ст. 1068 ГК РФ, заявленная ко взысканию компенсация морального вреда подлежит взысканию только с ответчика КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ».

В уточненных исковых требованиях представитель истца просила взыскать компенсацию морального вреда только с КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ». Поскольку от исковых требований к ответчикам ФИО5 и ФИО6 представитель истца не отказывалась, суд отказывает в исковых требованиях к данным ответчикам. При этом суд также принимает во внимание, что в феврале 2023 года ФИО5 и ФИО6 состояли в трудовых отношениях с КОГБУЗ «Верхошижемская ЦРБ», и при установленных обстоятельствах не могут являться надлежащим ответчиками по делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.cт. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО4, действующей в защиту прав и законных интересов малолетней дочери ФИО1, удовлетворить частично.

Взыскать с КОГБУЗ «Верхошижемская центральная районная больница» (ОГРН <***>) в пользу ФИО1 (ИНН <данные изъяты>) в возмещение компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, 1 000 000 (один миллион) рублей.

В удовлетворении исковых требований к ФИО5 и ФИО6 о взыскании компенсации морального вреда - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кировский областной суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения с 22 сентября 2025 года, путем подачи жалобы через суд, вынесший решение (<...>).

Судья О.Н. Стрелкова