По делу (№)
УИД 52RS0(№)-70
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
19 сентября 2022 г.
Канавинский районный суд Н.Новгорода в составе:
Председательствующего – судьи Елисеевой Н.В.,
При секретаре – Сергеевой Е.Е.,
С участием прокурора Калягине В.И.,
Представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности,
Ответчика Ч.К.Р., ее представителя ФИО2, действующей на основании доверенности,
Представителя Управления образования администрации (адрес обезличен) Н.Новгорода ФИО3, действующей на основании доверенности,
Представителя службы опеки и попечительства Администрации муниципального района (адрес обезличен) Республики Башкортостан ФИО4, действующей на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием ВКС на базе Ордженикидзенского районного суда (адрес обезличен) и Белокатайского межрайонного суда Республики Башкортостан гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО6 о возвращении незаконно удерживаемого в Российскую Федерацию ребенка,
установил:
Ч.В.С. обратился в Канаваниский районный суд Н.Новгорода с иском, в котором просит, с учетом ст.39 ГПК РФ (л.д.114):
- возвратить незаконного удерживаемого ребенка ФИО7. М.В., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения, в место его постоянного проживания на территории Республики ФИО10: (адрес обезличен), для чего в течение суток со даты вынесения судом решения по настоящему делу передать ребенка от ответчика или иных лиц, его удерживающих, истцу, для перемещения его на территорию Республики ФИО10,
- обязать ответчика не препятствовать истца в передаче и перемещению ребенка в место постоянного проживания на территории Республики ФИО10.
Свои исковые требования мотивирует следующим.
(ДД.ММ.ГГГГ.) в Екатеринбурге между истцом и ответчиком был зарегистрирован брак. В настоящее время брак между сторонами расторгнут.
В браке у сторон родился сын ФИО7. М.В., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения..
Истец является гражданином Республики ФИО10.
Ответчик и сын являются гражданами Российской Федерации.
До распада семьи стороны с ребенком проживали в Республике ФИО10.
Истец и ответчик познакомились в (адрес обезличен) Республики ФИО10 в 2009 г. На тот момент истцу было 18 лет, а ответчику – 14 лет. Тогда и начали общаться и встречаться около года. Потом К. вместе со своей матерью переехали на постоянное место жительство в Российскую Федерацию.
В 2015 г. Ч.В.С. переехал к ней в (адрес обезличен), где она проживала одна на съемной квартире. С того момента они стали проживать гражданским браком до февраля 2017 г. В феврале 2017 г. они зарегистрировали брак. В марте 2017 г. у них родился сын.
После рождения ребенка, спустя полгода стороны решили уехать в Республику ФИО10. (ДД.ММ.ГГГГ.) они приехали семьей в (адрес обезличен).
В (адрес обезличен) супруги с сыном проживали по адресу: ул.ФИО10, (адрес обезличен).
В июне 2021 г супруги стали обсуждать вопрос о выезде в Россию для оформления детских пособий и дополнительно повысить К. квалификацию по маникюрному делу. Выехать не получилось из-за локдауна. Поезка ее с сыном перенеслась на (ДД.ММ.ГГГГ.) с условием того, что она все успеет сделать за два-три месяца и вернуться обратно.
Когда К. с сыном приехали в Россию, супруги продолжали общаться. В конце марта истец стал понимать, что она не собирается возвращаться в ФИО10 и не хочет отдать ребенка.
Приехав (ДД.ММ.ГГГГ.) в (адрес обезличен) Киги, ему не дали увидеться с ребенком.
Истец Ч.В.С., извещенный о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ранее свои исковые требования поддерживал.
Его представитель по доверенности ФИО1 исковые требования поддержал.
Ответчик Ч.К.Р. и ее представитель ФИО2, девствующая на основании доверенности, просят в удовлетворении иска отказать, предоставив суду письменные возражения относительно предъявленного иска.
Представители Министерства просвещения Российской Федерации, Министерства образования и науки Российской Федерации, Уполномоченного по правам ребенка в Нижегородской области и Республики Башкортостан, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились.
Заслушав представителя истца, возражения ответчика и ее представителя по существу заявленного иска, исследовав письменные материалы дела, изучив заключения Уполномоченного по правам ребенка в Нижегородской области, заслушав заключения представителей Управления образования администрации (адрес обезличен) Н.Новгорода, службы опеки и попечительства Администрации муниципального района (адрес обезличен) Республики Башкортостан прокурора, полагающих в необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, суд приходит к следующему.
Согласно ч.1 ст.244.11 ГПК РФ, заявление о возвращении незаконно перемещенного в Российскую Федерацию или удерживаемого в Российской Федерации ребенка или об осуществлении в отношении такого ребенка прав доступа на основании международного договора Российской Федерации (далее - заявление о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа) подается в суд родителем или иным лицом, полагающим, что ответчиком нарушены его права опеки или права доступа, либо подается в суд прокурором.
На основании ч.2 ст.244.11 ГПК РФ, заявление о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа подается в Тверской районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Центрального федерального округа, в Дзержинский районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Северо-Западного федерального округа, в Первомайский районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Южного федерального округа, в Пятигорский городской суд при пребывании ребенка в пределах Северо-Кавказского федерального округа, в Канавинский районный суд города Нижнего Новгорода при пребывании ребенка в пределах Приволжского федерального округа, в Железнодорожный районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Уральского федерального округа, в Центральный районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Сибирского федерального округа, в Центральный районный суд (адрес обезличен) при пребывании ребенка в пределах Дальневосточного федерального округа.
В силу ч.5 ст.244.11 ГПК РФ, в заявлении о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа должно быть указано, что соответствующее требование предъявляется на основании международного договора Российской Федерации.
Международными договорами Российской Федерации, регулирующими отношения по возвращению детей, незаконно перемещенных либо удерживаемых на территории Российской Федерации, являются, в том числе, Конвенция о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от (ДД.ММ.ГГГГ.) (далее Конвенция от (ДД.ММ.ГГГГ.)) и Конвенция о юрисдикции, применимом праве, признании, исполнении и сотрудничестве в отношении родительской ответственности и мер по защите детей от (ДД.ММ.ГГГГ.) (далее Конвенция от (ДД.ММ.ГГГГ.)).
В соответствии со ст.35 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), указанная Конвенция применяется между Договаривающимся государствами только в отношении незаконных перемещений или удержаний, которые имели место после ее вступления в силу в этих государствах.
Конвенция от (ДД.ММ.ГГГГ.) вступила в силу для Российской Федерации (ДД.ММ.ГГГГ.).
В силу ст.38 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), присоединение государства будет иметь силу только в отношении между присоединившимся государством и теми Договаривающимися государствами, которые заявят о своем признании присоединения.
Республика ФИО10 присоединилась к настоящей Конвенции в соответствии с Постановлением Олий Мажлиса Республики ФИО10 от (ДД.ММ.ГГГГ.) ( с оговоркой, принятой Постановлением Олий Мажлиса Республики ФИО10 от (ДД.ММ.ГГГГ.) (№)-I). Конвенция вступила в силу для Республики ФИО10 с (ДД.ММ.ГГГГ.).
Конвенция от (ДД.ММ.ГГГГ.) регулирует гражданско-правовые отношения, возникающие вследствие незаконного перемещения или удержания ребенка и невозможности эффективного осуществления права доступа к нему.
Целями Конвенции являются обеспечение быстрое возвращение детей, незаконно перемещенных или удерживаемых в каком-либо из государств-участников, эффективное соблюдение прав опеки и доступа, предоставляемых в соответствии с законодательством какого-либо из государств-участников, в других государствах-участниках Конвенции.
Законность или незаконность перемещения или удержания ребенка, определяемые в соответствии со ст.3 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), имеют юридическое значение по делам о возвращении ребенка.
Согласно ст.3 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), перемещение или удержание ребенка рассматриваются как незаконное, если оно осуществляется с нарушением прав опеки, которыми были наделены какое-либо лицо, учреждение или иная организация, совместно или индивидуально, в соответствии с законодательством государства, в котором ребенок постоянно проживал до его перемещения или удержания и во время перемещения или удержания эти права эффективно осуществлялись, совместно или индивидуально, или осуществляли бы, если бы не произошло перемещение или удержание
Конвенцией 1980 г. провозглашено, что во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательствами органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.
Статьей 12 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.) предусмотрено, что если ребенок незаконно перемещен и удерживается в соответствии со статьей 3 и на момент начала процедур в судебном или административном органе Договаривающегося государства, в котором находится ребенок, со дня незаконного перемещения или удержания ребенка прошло менее одного года, этот орган обязан предписать немедленно возвратить ребенка. Даже в том случае, если процедуры начались по истечении срока в один год, судебный или административный орган также обязан предписать возвратить ребенка, если только не будет доказано, что ребенок адаптировался в новой среде.
Вместе с тем, в силу ст.13 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), несмотря на положения ст.12, судебный или административный орган запрашиваемого государства не обязан предписывать возвращение ребенка, если лицо, учреждение или иная организация, выступающие против его возвращения, докажут, что: лицо, учреждение или иная организация, осуществляющие заботу о ребенке, фактически не осуществляли свои права опеки на момент перемещения или удержания ребенка или дали согласие на его перемещение или удержание или впоследствии не выразили возражений против таковых (пуну «а»); или имеется очень серьезный риск того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психологического вреда, или иным образом поставит его в невыносимые условия (пункт «b»). Судебный или административный орган может также отказать в возвращении ребенка, если он придет к заключению, что ребенок возражает против возвращения и уже достиг такого возраста и степени зрелости, при которых следует принять во внимание его мнение.
Таким образом, ст.13 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.) предусматривает подлежащие доказыванию по данной категории обстоятельства, исключающие возвращение детей в страну их постоянного проживания: родитель, выступающий против возвращения ребенка обязан доказать, что другой родитель фактически не осуществлял право опеки на момент перемещения или удержания ребенка, либо родитель дал согласие на перемещение либо удержание ребенка.
В предмет доказывания по указанным делам входят следующие обстоятельства: было ли или нет незаконное перемещение или удержание ребенка, имеются ли основания для отказа в возвращении, действие Конвенции 1980 года по кругу лиц и во времени (начало действия Конвенции между договаривающимися государствами).
В соответствии со ст.244.12 ГПК РФ, дела по заявлениям о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа на основании международного договора Российской Федерации (далее - дело о возвращении ребенка или об осуществлении прав доступа) рассматриваются и разрешаются по общим правилам искового производства с особенностями, установленными международным договором Российской Федерации и настоящей главой.
В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Давая оценку доводам сторон и представленным доказательствам, суд принимает во внимание следующие обстоятельства.
При определении места жительства постоянного проживания ребенка учитывается актуальное место жительства ребенка, социальное и семенное окружение, длительность и периодичность пребывания в данном государстве, в том числе учитывая возраст ребенка.
В ходе рассмотрения дела установлено, что Ч.В.С. и Ч.К.Р. состояли в зарегистрированном браке с (ДД.ММ.ГГГГ.) Брак зарегистрирован Отделом ЗАГС (адрес обезличен).
Ч.В.С. является гражданином Республики ФИО10, Ч.К.Р. – гражданка Российской Федерации.
(ДД.ММ.ГГГГ.) у супругов родился сын ФИО7. М.В.. ФИО7. М. с рождения является гражданином Российской Федерации.
С (ДД.ММ.ГГГГ.) супруги вместе с малолетним сыном стали проживать в Республики ФИО10 по адресу: (адрес обезличен), ул.ФИО10, (адрес обезличен).
Из объяснений сторон следует, что Ч.К.Р. не имела постоянного места регистрации в (адрес обезличен), регистрация продлевалась ей каждые полгода.
Данное обстоятельство также подтверждается справкой о том, что Ч.К.Р. официально временно была зарегистрированная в период с (ДД.ММ.ГГГГ.) по (ДД.ММ.ГГГГ.) по адресу: (адрес обезличен), МСГ Карлукхона, (адрес обезличен) (л.д.52).
Из согласованных объяснений сторон также следует, что малолетний Ч.М. имел временную регистрацию по указанному адресу, как и его мать.
Ч.К.Р. в период проживания в Республике ФИО10 имела постоянное место работы.
ФИО8 был поставлен на учет по месту жительства в детскую поликлинику (л.д.29-49), ФИО7. М. проводились прививки в соответствии с его возрастом. Он посещал детский сад в средней группе с (ДД.ММ.ГГГГ.) по (ДД.ММ.ГГГГ.) (л.д.53).
Стороной ответчика не оспаривается, что она с сентября 2017 г. по январь 2022 г. проживала в Узбекистане вместе с супругом и сыном.
(ДД.ММ.ГГГГ.) Ч.К.Р. вместе с сыном выехала из Узбекистана в Россию в (адрес обезличен) Киги Республики Башкортостан.
Не оспаривается сторонами, что истец дал устное разрешение своему сыну выехать за границу Узбекистана в Российскую Федерацию с матерью Ч.К.Р. сроком до дня рождения ребенка – (ДД.ММ.ГГГГ.), после чего Ч.К.Р. с сыном должны были вернуться домой.
Таким образом, перемещение малолетнего Ч.М. нельзя признать незаконным, поскольку оно было осуществлено без нарушения прав опеки с согласия истца.
Из объяснений сторон в судебном заседании следует, что, находясь на территории Российской Федерации, Ч.К.Р. сообщила истцу о том, что не намерена с сыном возвращаться в ФИО10. Из объяснений Ч.К.Р. следует, что она решила не возвращаться в ФИО10, поскольку ей стало известно о том, что муж ей изменяет, кроме того, он применял к ней физическое насилие.
В настоящее время Ч.К.Р. вместе с сыном ФИО7.м М., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения, зарегистрирована и проживает по адресу: (адрес обезличен) Киги, (адрес обезличен).
Согласно акту обследования жилищных условий проживания ответчика и малолетнего ребенка по указанному адресу, данное жилое помещение представляет собой деревянным дом общей площадь 23 кв.метра. В доме имеется одна комната, отдельная кухня, отопление газовое, водопровод и канализация проведены, имеется туалет. Во дворе новая баня. При доме имеется приусадебный участок площадью 600 кв.метров, подсобное хозяйство (гуси, куры) (л.д.88-93).
В (адрес обезличен) ФИО9 посещает МБДОУ детский сад (№) «Солнышко» среднюю группу.
Из объяснений истца, не опровергнутых стороной ответчика, следует, что изначально он не мог общаться с сыном, поскольку ответчик заблокировала его номер телефона, в социальных сетях. Впоследствии он несколько раз общался с сыном, сын просился к нему, просил его забрать к себе. Данное обстоятельство следует из аудиозаписи, представленной истцом, которая обозревалась в ходе рассмотрения дела и приобщена к материалам дела (л.д.100-112).
Из объяснений ответчика следует, что она не собирается возвращаться в ФИО10.
Разрешая исковые требования, суд учитывает положения ст.19 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), согласно которому решение о возвращении ребенка, принятое в соответствии с настоящей конвенцией, не затрагивает существа любого вопроса об опеке.
Таким образом, предметом спора по данной категории дел является возвращение ребенка либо обеспечение осуществления прав доступа к нему.
В соответствии с ч.1 ст.5 Конвенции 1996 года, разрешение спора об опеке над ребенком отнесено в юрисдикции суда государства обычного проживания ребенка. В случае незаконного перемещения или удержания ребенка, этот суд сохраняет свою юрисдикцию до тех пор, пока ребенок не приобретет место обычного проживания в другом государстве.
Судом установлено, что с момента перемещения ребенка в Российскую Федерацию прошло менее одного года. На территории Республики ФИО10 Ч.М. проживал с сентября 2017 г. по (ДД.ММ.ГГГГ.), то есть 4,5 года. Доказательств того, что за прошедший период времени проживания в Российской Федерации у М. сложился круг общения, установлена стабильность его проживания в стране, что свидетельствовало бы об его адаптации в новой среде, суду не представлено.
В ходе рассмотрения дела не было представлено доказательств, а также не было установлено судом и иных обстоятельств, которые явились бы основанием для отказа в возвращении ребенка в государство постоянного проживания.
В ходе судебного заседания установлено, что на момент перемещения ребенка отец осуществлял свои права опеки, согласия на удержание сына в Россию на период с (ДД.ММ.ГГГГ.) не давал. Он выразил свои возражения относительно того, что ответчик переместила сына за пределы Узбекистана и удерживает его на территории Российской Федерации незаконно.
Кроме того, в ходе рассмотрения дела не установлено наличие риска того, что возвращение ребенка создаст угрозу причинения ему физического или психического вреда, или иным образом поставит его в невыносимые условия.
Наличие у ФИО7. М. гражданства Российской Федерации, регистрацию по месту пребывания и жительства на территории Российской Федерации, посещение детского сада не является обоснованным подтверждением, что Российская Федерация является обычным и постоянным местом него жительства. Судом достоверно установлено, что местом постоянного проживания для ФИО7. М. является Республика ФИО10, где он проживал с шестимесячного возраста со своими родителями, имел медицинскую страховку, посещал детский сад, имел, как и его родители, круг общения среди русскоговорящих детей, мальчик имел постоянное общение с родственниками со стороны отца, а также матери, у которой в Узбекистане проживает дед, тетка, то есть ребенок имел социальное и семейное окружение в стране постоянного проживания. Для матери ФИО10 также была страна постоянного проживания, где проживала не только с рождения (ДД.ММ.ГГГГ.) по 2014 г., но и сентября 2017 г. по январь 2022 (адрес обезличен) этом следует отметить следующее.
Ч. (ранее ФИО11) К.Р., уроженка Республики ФИО10, по сведениям адресно-справочного бюро (адрес обезличен) Республики ФИО10, не получала паспорт гражданства Республики ФИО10, а также не подавала заявления об отказе гражданства Республики ФИО10. По вопросу приобретения гражданства Республики ФИО10 не обращалась, вид на жительство для лиц без гражданства и национальным паспортом гражданина Республики ФИО10 не документировалась. Она не являлась и не является в настоящее время гражданской Республики ФИО10.
Между тем, из разъяснений, размещенных на официальном сайте Посольства Российской Федерации в Республике ФИО10, следует, что даже если лицом в установленном порядке приобретено гражданство Российской Федерации, но не осуществлен выход из узбекского гражданства в соответствии с законодательством Республики ФИО10, то на территории Республики ФИО10 наличие у него российского гражданства не будет признаваться государственными органами Узбекистана, и к нему будет применяться законодательство Республики ФИО10 как для граждан Узбекистана. Мать Ч.К.Р. не подавала заявления об отказе гражданства Республики ФИО10. Сама ответчик вместе с матерью покинули ФИО10, когда она была в несовершеннолетнем возрасте, а будучи уже совершеннолетней, не отказалась от гражданства Узбекистана.
Как сообщил суду истец, уголовного преследования в отношении своей супруги он не осуществляет. Обратного стороной ответчика в нарушении ст.56 ГПК РФ суду не представлено.
Доводы ответчика о том, что в отношении нее бывшим супругом применялось физическое насилие, своего подтверждения не нашли. Так, в частности, представленная ею копия медицинской справки лор-врача (л.д.204), а также показания в части того, что истец резал ее вещи в присутствии ребенка, ничем не подтверждены.
Нежелание ответчика Ч.К.Р. в том числе в связи с расторжением брака, возвращаться в ФИО10, не может служить основанием для отказа в возвращении ребенка в страну его обычного (постоянного) проживания.
Изучив указанные обстоятельства, исходя из положений Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), а также исходя из интересов несовершеннолетнего ФИО7. М., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения, не учитывая интересы родителей, суд, руководствуясь ст.12 Конвенции от (ДД.ММ.ГГГГ.), возлагающей на суд безусловную обязанность предписать немедленно возвратить ребенка, если с момента его незаконного перемещения или удержания на момент начала судебной процедуры прошло менее одного года, суд находит заявленные истцом Ч.В.С.. требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, поскольку в ходе судебного разбирательства доказан факт незаконного удержания Ч.К.Р. несовершеннолетнего ФИО7. М..
Доводы стороны ответчика о том, что сохранение проживания ребенка на территории Российской Федерации будет больше отвечать его интересам, поскольку его возвращение повлечет его разлучение с матерью, что недопустимо в соответствии с Декларацией прав ребенка, не является основанием для отказа в удовлетворении иска.
Согласно принципу 6 Декларации прав ребенка, принятой Резолюцией 1386 (XIV) Генеральной Ассамблеей ООН от (ДД.ММ.ГГГГ.), ребенок для полного и гармоничного развития его личности нуждается в любви и понимании. Он должен, когда это возможно, расти на попечении и под ответственностью своих родителей и во всяком случае в атмосфере любви и моральной и материальной обеспеченности. Малолетний ребенок не должен, кроме случаев, когда имеются исключительные обстоятельства, разлучаем со своей матерью.
Разлучение ребенка с матерью не предполагается, поскольку решение суда о возвращении ребенка на территорию Республики ФИО10, в силу Конвенции, не затрагивает вопрос опеки над ним.
Требования истца о возвращении незаконного удерживаемого ребенка ФИО7. М.В., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения, в место его постоянного проживания на территории Республики ФИО10: (адрес обезличен), удовлетворены быть не могут, поскольку суд не определяет место жительство ребенка.
Требования истца о возложении обязанности на ответчика не препятствовать истцу в передаче и перемещению ребенка в место постоянного проживания на территории Республики ФИО10 не могут быть удовлетворены, поскольку факт не исполнения решения суда истцом не доказан..
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199, 244.16, 244.17 ГПК РФ суд
решил:
Исковые требования ФИО5 удовлетворить частично.
Возвратить незаконного удерживаемого ребенка ФИО7. М.В., (ДД.ММ.ГГГГ.) года рождения, в место его постоянного проживания на территорию Республики ФИО10.
В удовлетворении остальных заявленных требований ФИО5 отказать.
Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение 10 дней с момента принятия судьей решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме принято судьей (ДД.ММ.ГГГГ.)
Судья Канавинского районного суда - Н.В.Елисеева